По следам Воробья 7

Тейс автор
Джен — в центре истории действие или сюжет, без упора на романтическую линию
Overwatch

Пэйринг и персонажи:
Гэндзи Шимада, Габриэль Рейес, Бригитта Линдхольм, Торбьорн Линдхольм, Ана Амари, Габриэль Адаве, Лена Окстон, Афина, Фио, Оливия Коломар, Хандзо Шимада
Рейтинг:
R
Размер:
планируется Макси, написано 75 страниц, 10 частей
Статус:
в процессе
Метки: AU Диссоциативное расстройство идентичности Киборги Отклонения от канона Потеря памяти Сиблинги Показать спойлеры

Награды от читателей:
 
Описание:
Взрыв штаба Овервотч. Сотни убитых и раненых, десятки пропавших без вести, среди которых оказался и Гэндзи Шимада, более известный по позывному "Воробей". Спустя две недели в швейцарской деревеньке просыпается киборг без единого воспоминания о себе. Теперь Кэзуки предстоит разобраться в собственном прошлом, чтобы ответить на многие вопросы: почему за ним охотится Коготь, что случилось с его старшим братом и кто та женщина, сохранившая ему жизнь?

Публикация на других ресурсах:
Разрешено только в виде ссылки

Примечания автора:
Данная работа объединяет мои идеи из нынче замороженных работ "Полет Воробья" и "По следам дракона".

Глава 4. Сорок два трупа

1 декабря 2019, 22:09
Ожидание томило; почти весь день Кэзуки провел, нарезая круги по палате, и прислушиваясь к шуму за дверью. Ни Фио, ни Сингх так и не появились. Сам киборг отыскать их не мог; выйти из палаты ему позволялось только до уборной и в чьём-нибудь сопровождении от двери до двери. Волей-неволей Кэзуки все чаще мучали вопросы: кто его настолько боится? Почему? Один раз к нему зашла доктор Аймон. Спросила про самочувствие и пригрозила приковать обратно к койке, если он немедленно не ляжет отдыхать. Кэзуки подчинился, отметив про себя, что за ним действительно следят. Киборга хватило, если верить электронным часам под самым потолком, только на полчаса. Писк аппаратуры — и зачем она вообще тут стоит, если с ним все в порядке? — действовал на нервы. Кэзуки пробовал накрыть голову подушкой. От писка помогло, зато появился дефицит воздуха. В конце-концов киборг взял подушку с койки и вместе с ней пристроился прямо на полу, у самой двери. Под фоновой шум, доносящийся из коридора, киборг незаметно и задремал. — Пять минут до отбоя! — громко сказал мужской голос омника в коридоре. — Прошу всех разойтись по палатам. Кэзуки с трудом разлепил глаза. Небо за окном потемнело; закат давно сполз с него, как потекшая краска, уступив место холодным сумеркам. В коридоре стало значительно тише, чем днем, и Кэзуки смог различить слова отдельных людей, ворчащих на счет «глупых порядков». Киборг слушал их без особой внимательности; он уже было собирался переместиться на кровать и снова заснуть, как вдруг раздался знакомый голос. — Воробей? — спросил Сингх. Кэзуки тихо стукнул по двери вместо ответа. — Прошу разойтись по палатам! — повторил омник. — Да не ворчи ты, жестяная банка, я шнурки завязываю… — протянул Сингх. — У тебя нет шнурков. В этот момент из-под узкой дверной щели показался белый уголок бумаги. Кэзуки быстро сообразил и незаметно потянул его, одновременно накрывая ладонью. — Вот именно, — язвительно сказал Сингх. — Вы все личные вещи, включая мои кроссовки, отобрали и заперли в склад напротив лифта. Я видел одного бедолагу без руки, небось вы и ее туда запихнули? — Правила есть правила, — равнодушно сообщил ему омник. — Поторопись, время отбоя уже. — Иду, иду. Шаги Сингха постепенно отдалялись от двери палаты, пока не прекратились совсем. В коридоре наступила тишина. Кэзуки сложил листок в руке и с подушкой под мышкой вернулся на койку как раз в тот момент, когда свет в палате погас. Значит, его механическая рука должна быть на складе личных вещей. Хотя бы какая-то полезная информация. Кэзуки, накрывшись одеялом, попробовал осторожно развернуть бумагу, и ему на ладонь выпал небольшой обломок грифеля. Киборг прищурился и в темноте попытался прочитать скачущую надпись. Камера посреди потолка. Напиши вопросы. Оставь под щелкой утром. Побыстрее закончи завтрак и слушай нас у двери. Задание было предельно понятно, а вот его выполнение представляло определённые трудности. На мягкой поверхности бумага попросту порвётся, а если прислонить ее к полу или стене, то на камере будет слишком заметно. Недолго думая, Кэзуки приставил бумажку к протезированной ноге. Идеально. «Так у тебя есть чувство юмора, Воробей» — внутренне хмыкнул Кэзуки. Кэзуки много думал о своей предыдущей личности. Воробей звучало больше как прозвище или позывной, нежели чем имя; киборг беззвучно скомковал слово губами, и что-то внутри решительно противилось его принимать. Он успел привыкнуть называть себя Кэзуки, и веских причин менять сложившийся порядок не было, поэтому Воробьем он теперь называл голос в голове. Листок был довольно небольшой, Сингх с Фио специально писали очень кратко, чтобы осталось побольше места для вопросов. Теперь и Кэзуки надо с умом выбирать, о чем спрашивать. Он хотел было написать: «пути побега?», но засомневался. Если бы Фио и Сингх знали, как отсюда выбраться, то наверняка сделали бы это уже очень давно. С другой стороны, они говорили что-то о дезертирстве, и видимо, неплохо знали того мужика, Габриэля Рейеса. Могли ли они предать своего командира? Ты слишком углубляешься в детали, сказал себе Кэзуки, и написал на листке: Побег: пожарная лестница, кража браслета.? Над двумя следующими вопросами Кэзуки думал меньше — они казались ему вполне логичными и полезными: местоположение больницы и кто в этом округе может ему помочь. Киборг перечитал написанное и остался вполне удовлетворён. В самом низу листка оставалось место для еще одного вопроса. «Почему меня боятся?», — написал Кэзуки. На следующее утро он усиленно имитировал зарядку, и во время очередного безумного наклона (это у него позвоночник тоже искусственный, или спина реально может так гнуться?) подсунул бумажку под дверь. Впрочем, это была не лучшая идея, поскольку Кэзуки затошнило, а ушах появился настойчивый звон. Как ни крути, доктор была права: для лечения требовался отдых. Кэзуки вернулся обратно на койку и стал ждать прихода медсестры, надеясь, что Сингх заберёт листок раньше, чем его заметит кто-нибудь из персонала. Дверь открылась, но на пороге оказалась не медсестра, а доктор Аймон собственной персоной. В этот раз без планшета, она поздоровалась с ним коротким кивком головы. — Я выписываю вас сегодня в шесть часов вечера, — сообщила омник. Кэзуки словно окатили ведром ледяной воды. — Уже? — только и смог произнести он. — Насколько я понимаю, ваше лечение — а со степенью тяжести травмы оно будет длиться около двух недель — продолжится в другой больнице и под руководством другого врача. Кроме того, вы ведь до сих пор ничего не помните, так? — доктор дождалась рассеянного кивка Кэзуки и продолжила: — Мы считаем, более знакомая вам обстановка в Риме поможет быстрее восстановить вашу память. — Спасибо… что предупредили заранее, — выдавил из себя Кэзуки. Выражения лица омников не менялись, и в этот момент Кэзуки их за это ненавидел. Доктор Аймон молча и невозмутимо развернулась, покидая палату, и оставила киборга наедине с гневными и обеспокоенными мыслями. Одно радовало — когда дверь открылась, листка под ней уже не было. После завтрака Кэзуки встал возле двери, как и указывалось в послании. Фио и Сингх не заставили себя долго ждать. — Однорукий, ты тут? — послышался женский голос. — Здесь, — отозвался Кэзуки. — Отлично. Я постараюсь сначала разъяснить, что это за больница, — быстро сказала Фио. — Мы в Цюрихе, ближе к окраинам. Коготь хорошо понимает смысл фразы «если хочешь что-то спрятать, сделай это у всех на виду». Больница здесь обычная, за исключением четвёртого этажа: они здесь целиком обустраивают раненых солдат или просто временно держат ценных себе людей. Коготь подобрал некоторых пострадавших после взрыва штаба агентов Овервотч и предложил работу на очень заманчивых условиях. — Видимо, им позарез нужны данные, — подхватил ее слова Сингх. — Мы с Фионой согласились, опасаясь, что иначе от нас просто избавятся на месте и — я уверен — мы здесь такие не одни. Если выберешься отсюда, найди способ связаться с командиром Рейесом. — Мы хотели рекомендовать тебе пойти к Торбьорну, чтобы он починил тебе протезы, но с переносом штаба в Австрию он наверняка должен быть там. Поэтому тебе нужно разыскать Бригитту, его дочь. Помню, Торбьорн хвастался, что она учится в Швейцарской высшей технической школе. — Точного адреса мы не знаем, с этим разберёшься сам. Они вдруг разом замолчали. Кэзуки предположил, что в коридоре появился кто-то посторонний. — У парня в семнадцатой палате есть с собой карты, — сообщила Фио. — Сегодня вечером он устраивает у себя игру, присоединишься? — О нет, мне хватило прошлого раза, — отозвался Сингх. Кэзуки представилось, что он болезненно дотронулся рукой до челюсти. — Мне чуть морду не набили за то, что я победил партию в шашках. — Все лучше, чем дохнуть тут от тоски. Кэзуки невольно поразился, как легко и правдоподобно отыгрывают эти двое. Он смог расслышать стук шагов медсестры; она прошла мимо, похоже, не заподозрив ничего неладного. — Мы поторопимся, скоро все начнут возвращаться, — немного приглушенно сказал Сингх после короткой паузы. — Ты спрашивал про кражу браслета. Непонятно, как они снимаются, и снимаются ли вообще. Еще не видел, чтобы кто-нибудь из персонала ходил без них. — Кроме омников, у них они словно встроены в руки, — уточнила Фио. — Пожарная лестница тоже открывается браслетом. Может быть, если заработает сигнализация, она откроется и без него, но у нас нет спичек, чтобы это проверить. — Огнеопасные вещи под запретом, и за этим строго следят. Камеры всегда включены, комната наблюдения находится в дальнем коридоре с другими служебными помещениями. План действий у Кэзуки начал вырисовываться удивительно быстро: просчитывались вероятности и пути решения. Он молчал; молчали и Фио с Сингхом, словно ожидая его слов. — Что на счет моего последнего вопроса? — наконец спросил Кэзуки. — Почему тебя боятся? — Фио наверняка пожала плечами. — Честно говоря, я и сама тебя побаиваюсь после того случая в Париже, когда ты в одиночку вырезал тридцать солдат Когтя. Сорок одного. Кэзуки пораженно уставился в пустоту. — Ты, наверное, шутишь, — тихо рассмеялся он, обращаясь то ли к Гэндзи, то ли к Фио. К счастью, она его не расслышала, и Кэзуки не пришлось тратить время на запутанные объяснения о потере памяти. — Если у тебя есть какие-нибудь идеи, мы можем подойти еще раз вечером, — сказал Сингх с беспокойством, — у нас сейчас мало времени. — Не пойдет. Меня в это время выпишут, — Кэзуки покачал головой, забывая, что Сингх не может его видеть. Киборг с трудом отвлекся от тучи тревожных мыслей, которые заполнили его голову после слов Фио, и сконцентрировался на побеге. — Мне нужно, чтобы за пару минут до шести часов вечера вы вдвоем устроили что-нибудь — что угодно — что отвлекло бы внимание охраны в комнате наблюдения, — быстро протараторил Кэзуки. — Это позволит мне провернуть кое-что, и если все пойдет правильно, охране будет уже не до вас. После подождите меня у лифта. — Вас поняли, — шутливо отозвался Сингх. *** Если были у омников неоспоримые достоинства, Кэзуки отнес бы к ним пунктуальность. Как и говорила с утра, доктор Аймон вошла в палату ровно в шесть часов. Дверь за ней закрылась; и в тот же миг Кэзуки подскочил сбоку, сбивая омника с ног. С глухим стуком жестяная голова ударилась об пол. Доктор не успела позвать на помощь или активировать тревогу. Нога киборга с краткого размаха врезалась ей в шею, отделяя голову от остального тела. Потухли бездушные глаза. Кэзуки брезгливо взял голову омника и поднес оголившиеся провода к простыням. Огонь не заставил себя долго ждать. Лен загорелся стремительно, словно бумага. Если предположения Кэзуки верны, где-то через минуту должна сработать пожарная сигнализация. Руку не забудь. Кэзуки при этих словах словно очнулся, подошел к телу доктора Аймон и отделил от нее левую руку тем же методом, что и голову. Панель среагировала, открывая дверь. Кэзуки спрятал руку омника за пазуху, и очень вовремя — зазвенела пожарная сигнализация. Из палат повыскакивали перепуганные и изумленные пациенты. Вода лилась с потолка плотным дождем, словно в больнице заперли весеннюю грозу. Несколько человек нерешительно направились в сторону аварийной лестницы, но этого было достаточно, чтобы спровоцировать толпу; мгновением после в коридорах началась немыслимая давка. Кто-то вопил. Один медбрат попытался успокоить пациентов, но оказался придавлен к стене человеческой волной. В такой шумихе на Кэзуки, направившегося в совсем другую сторону, никому не было дела. Как и говорил Сингх, склад личных вещей оказался напротив лифта. Кэзуки опасался, что вода могла повредить встроенный браслет, но дверь послушно открылась, стоило ему приставить к панели руку Аймон. Ему открылось довольно просторное помещение, заставленное ровными рядами полок с десятками ящиков на них. Каждая полка имела табличку с буквой — Кэзуки предположил, что они принадлежали коридорам — а на крышках ящиков имелись номера палат. Пока киборг искал нужный, успел вымокнуть насквозь — к сожалению, система пожаротушения распространялась и сюда. Из склада Кэзуки выбежал с металлической коробкой под мышкой, едва не врезавшись в Сингха. — Ну ты даёшь, — он несильно ударил Кэзуки кулаком в плечо. В вечной ухмылке и шутливых глазах проскальзывали нотки восхищения. С одной стороны, Кэзуки это льстило, с другой — вызывало холодную тоску, о причинах которой у него ещё не было времени думать. Киборг неопределённо повёл плечами. — Поторопимся, — кратко бросил Кэзуки. Сингх побежал первым. Кэзуки немного отставал; протезы, и без того повреждённые, ощутимо скользили по мокрому полу. На лестнице стало еще тяжелее. Десятки людей успели пробежать по ступеням, оставляя на них мокрые следы. Отставшие от основной толпы люди — и с четвёртого, и с остальных этажей — улепетывали вниз, и никто не спешил уступить Кэзуки более безопасное место у перил. Стоило киборгу на секунду потерять концентрацию, и он полетел по ступеням вниз. Раз удар — колено, два — плечо. Кэзуки валяется на лестничном пролёте. — Ты в порядке? — крикнул Сингх снизу. — Да. Кэзуки встал, прислоняясь лбом к стене — рука была занята коробкой. Вернулись головокружение и тошнота. Под звон в ушах киборг продолжил шаткий путь по лестнице вниз, благо, оставался последний этаж. Холодный ветер с радостью прилепил мокрую одежду к телу. Кэзуки тут же застучал зубами о зубы. Толпа скучковалась на переднем дворе больницы: люди зябко обнимали себя, прыгали на месте или дышали на руки. Их лица были ясно различимы в свете солнца, которое только начало клониться к закату. Кэзуки перевел взгляд на забор перед больницей. Высотой в два с лишним метра, он представлял из себя сплошную кирпичную стену, через которую однорукому было никак не перелезть. — Сингх, помоги. Сингх кивнул и встал возле стены, выставив перед собой сцепленные замком руки. — Удачи тебе! — сказал он с лёгкой улыбкой. — И не забудь сказать о нас командиру Рейесу! Кэзуки кивнул. Он перебросил коробку на ту сторону, надеясь, что ничего не сломается, и затем коротко разбежался. В момент прыжка Сингх подкинул Кэзуки вверх. Он ударился о верх стены коленом, болезненно сморщился и спрыгнул на той стороне. Редкие прохожие удивлённо уставились на Кэзуки. Однорукий человек с изуродованным лицом, сбегающий из больницы в насквозь мокрой одежде — едва ли кто-то мог назвать это будничным зрелищем. Киборг торопливо подобрал свою коробку с земли. Надо убираться отсюда раньше, пока кто-нибудь из них не придёт в себя и не вызовет полицию.
Примечания:
Я не ставлю требуемое количество голосов для продолжения, но мне будет очень приятно, если вы нажмёте на отметку или напишете отзыв. Приятного прочтения!
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.