Мой господин

      Яркое летнее солнце стыдливо выглядывает из-за щели в плотных занавесках, тёплым лучиком играясь в светлых волосах парня, лежащего на соседней подушке. Загорелая грудь, неприкрытая тонким покрывалом, мирно вздымалась, показывая полное спокойствие и глубину его сна. Большая чуть тёплая ладонь по-собственнически лежала на моём бедре, пока я, в очередной раз морщась, пыталась аккуратно вылезти из-под тяжёлого тела. «Ревнивая дура! — корила я себя, отчаянно вздыхая, когда рука блондинчика снова упала на меня, больно ударившись о живот. — Ну да, а на что я рассчитывала? Чонгук не раз говорил, что не ищет серьёзных отношений. И… Если он занимается сексом со мной, то не будет отказывать себе в удовольствии делать это с другой. Ревнивая, наивная дура!»       Коротко шмыгнув носом, я пихнула блондинчика, отталкивая его. Что-то пробурчав, он снова накрыл меня своей рукой. Нет, он явно притворяется.       — Да отцепись ты уже! — яростно крикнула, с силой ударив его локтём в бок. — Я домой.       — Лили? Я сделал что-то не так? — парень быстро вскочил с кровати, совершенно забыв о своей оголённости.       Осмотрев его с ног до головы, я снова поморщилась: «Не то… Совершенно не то!»       — Я иду домой, — повторила я и быстро натянула юбку и топ. — Не звони мне.       — Лили! — парень подбежал ко мне и, взмахом руки убрав свои крашенные волосы с лица, схватил моё запястье. — Почему? Что я сделал не так?       — Во-первых, я тебе не Лили. Во-вторых, это был первый и последний раз, я просто развеялась. Неудачно развеялась, — хмыкнула я, осмотрев парня ещё раз. Его имя я благополучно не запомнила.       — Но у нас же была шикарная ночь! Как после такого ты можешь просто взять и уйти? — блондин попытался обнять меня, но я брезгливо отшатнулась; алкоголь, бывший в моей крови вчера вечером, выветрился, раскрыв мне глаза. — А в-третьих, у тебя маленький член, — «ударила» я его по самому больному, криво усмехнувшись. — Пока! — я взяла свои туфли за ремешки и босиком практически выбежала на улицу. «Бесит… Как же бесит… — я быстро шла по тротуару, совершенно не обращая внимания на боль в ступнях и недоумённые взгляды прохожих. — Почему этот самовлюблённый мужлан может спать со всеми подряд и не париться, а я мало того, что чувствую себя последней тварью, так ещё и выбрала совершенно не подходящего парня с маленьким, по сравнению с Чонгуком, членом? И ведь знает, зараза, что я всё видела, и даже не собирается хотя бы позвонить! Да даже просто для того, чтобы сказать, что всё: я не интересна, а та крашеная рыжуха с накаченными губами и обвисшей жопой займёт почётное место подстилки! Бесит…»       Злые слёзы застелили глаза, пальцы сжимались и разжимались, помогая мне справиться с нахлынувшей грустью. В памяти вновь возникли картинки вчерашнего вечера. Весело улыбаясь, я не спеша шла по коридору к офису Чонгука. Менеджер снова встретил меня с улыбкой и вежливо кивнул, в очередной раз занятый важным телефонным разговором. Вчера был замечательный день: необычный секс с Чонгуком, который явно что-то значил, а после интервью с Ким Сокджином, которое принесло мне сегодня утром премию и известие о повышении рейтинга нашего журнала. Отработав первую половину дня, я отпросилась домой, и меня отпустили. Быстро написав Чонгуку СМС, я приехала к нему, по дороге захватив его любимый кофе. Дойдя до двери, я тихо постучалась и, не услышав ответа, дёрнула ручку. Дверь медленно приоткрылась, и я услышала тихие хлюпающие звуки и глухие женские стоны, сопровождаемые рыками Чонгука, ставшими уже родными. Сглотнув вязкую слюну, я аккуратно переступила через порог и повернула голову к дивану, на котором буквально вчера подо мной стонал Чон Чонгук, крепко обнимая меня после. Но сейчас этот мужчина сидел на нём, жёстко сжимая в кулаке длинные рыжие волосы, притягивая женскую голову ближе, заставляя её глубже вбирать его член в свой рот, обхватывая ствол большими губами. Руки ослабли, два бумажных стаканчика с крепким кофе безвольно упали на пол с тихим, но уловимым стуком. Чонгук лениво приоткрыл глаза и взглянул на меня. Его зрачки испуганно расширились, но сильная рука не остановила девушку, старательно сосущую его член. Тихо всхлипнув, я развернулась и убежала, оставив разлитый кофе и открытую дверь.       Телефон тихонько завибрировал в моём кармане, заставив меня вынырнуть из раздумий. Вытащив его, я посмотрела на дисплей, на котором высвечивалось лишь одно сообщение от Чонгука. Тихо выдохнув, я нажала на уведомление, которое сразу открыло окошко с текстом: «Жду тебя в офисе в шесть вечера. Не опаздывай». Из моего горла вырвалось непроизвольное рычание. Я со злостью выключила телефон и всунула его в карман. «Нет, Чон Чонгук, не дождёшься. Сегодня же поставлю точку на этих недоотношениях и буду свободна! Начну встречаться с короткочленом!»       Из груди вырвался неловкий смешок. Кто-кто, а мой крашенный недолюбовник теперь будет очень долго ненавидеть меня за принижение его достоинства. В голове сразу нарисовалась картина, как он измеряет длину своего полового органа, недоумённо протягивая: «Ну не, вроде не короткий». Я снова хихикнула и, не удержавшись, рассмеялась. Прохожие посмотрели на меня с ужасом.

***

      Уже добрых полчаса на меня орали. Громко, осуждающе, с нотками истерики в обычно тихом, но высоком голосе моей лучшей подруги Суа.       — Ну я честно не виновата, Суа, — жалобно протянула я в трубку телефона, старательно выбирая, что надеть. — Я и понятия не имела, что ты знаешь этого Чхульдэ! — я еле удержалась, чтобы снова не рассмеяться: имя блондинчика переводилось, как твёрдость (Чхуль) и величие (Дэ).       «Этот придурок мне два часа по ушам ездил! Лилия, Лилия… Тьфу! Предупредила бы, что продинамила его, я бы не спрашивала про тебя», — пыл подруги немного поутих, поэтому её голос стал звучать тише.       — Два часа? — я взглянула на время и мысленно присвистнула: этот Чхульдэ (звучит как ругательство) успокоился только спустя шесть часов после моего ухода. — И что тебе поведал блондинчик?       «Да… ничего такого. Всего лишь поливал тебя грязью и бесил меня», — Суа фыркнула и что-то пробормотала, явно говоря не мне.       — Тебе пора? — предугадала я, выуживая из шкафа джинсы и длинную кофту.       «Да, Лили, клуша-бухгалтер зовёт. Весь мозг проела на пару с твоим Чхульдэ».       — Он не мой! — рыкнула я и повертелась у зеркала.       «Да-да… Ты сейчас на интервью?» — с интересом спросила подруга.       — Не совсем, — протянула я, прикидывая, как объяснить подруге, куда я иду, не раскрывая личностей. — Это скорее обычная встреча для решения внеделовых вопросов.       «Ммм… Понятно… Да иду я! Всё давай, Лили, целую!»       — Пока-пока, Суа, — коротко чмокнула я и, кинув телефон на кровать, вздохнула.       В отражении зеркала на меня смотрела взъерошенная темноволосая я, руки которой безвольно висели около туловища и чьи глаза несколько потухли от вчерашних и, признаться, сегодняшних слёз. «Так дело не пойдёт… Так он сразу поймёт, что меня задело вчерашнее происшествие… Но я же сильная девочка, да?»       Грустная улыбка проступила на моём лице. Рыкнув, я со злостью стянула с себя кофту и джинсы и кинула их куда-то в угол комнаты. Выудив из шкафа чёрное платье-футляр, я надела его и вытащила из глубин обувной полки лакированные чёрные шпильки. Достав из ящика косметичку, начала наносить макияж: подвела глаза чёрным карандашом, выделила его уголок яркими блёстками, придавая взгляду сияние, накрасила ресницы тушью, сделав глаза визуально больше, а взгляд завораживающим; чуть припудрила кожу и нанесла на щёчки румяна; накрасила губы вульгарно-красной помадой и удовлетворённо причмокнула губами. Теперь из зеркала на меня смотрела роковая красотка с чуть растрёпанными волосами, которые придавали образу ещё больше сексуальности.       — Лилия Мур, — мурлыкнула я и подмигнула своему отражению. — Шлюшка по вызову, но не для вас, Чон Чонгук, — я скривила свои губы в усмешке и, развернувшись, пошла к выходу из квартиры. Держись, Чон Чонгук. Тебе писец.

***

      Длинные каблуки громко цокали по наливному полу, раздаваясь звонким эхом по коридору. Редкие лампы освещали дорогу, пока я стремительно шла к своей цели, прокручивая в голове возможные варианты событий, начиная с того, что он меня силой трахнет, заканчивая звонкой пощёчиной. Не знаю почему, но мне становилось страшно, и этот необоснованный страх заставлял меня замедляться, борясь с желанием развернуться и уйти прочь. Встретиться с Суа, выпить у меня дома по бокальчику, а может и по бутылочке вина, лишь бы не идти в этот кабинет, который теперь ассоциируется у меня с той рыжей дряхлозадой. Тем не менее, я уже дошла до двери и остановилась. В голове снова промелькнули картинки того жаркого минета. Сглотнув солёный ком, подобравшийся к горлу, я постучала и открыла дверь.       Кабинет встретил меня полутьмой и оглушающей тишиной. Чонгук сидел за своим столом, окно сзади него было зашторено, пропуская лишь блёклый, едва видимый свет. Мужчина сидел неподвижно, опустив голову, облокотившись лбом на свои скрещенные руки. Возникло желание подойти, обнять и спросить его о том, почему он сидит в темноте с таким грустным видом, но я вовремя одёрнула себя. Это сочувствие сейчас совершенно ни к чему.       — Вы хотели встретиться, господин Чон? — холодно спросила я, опасливо нарушая тишину кабинета.       — Я же просил не выкать… — тяжело вздохнул он и поднял голову, его глаза по-кошачьи блестели в полутьме.       — Если Вам нечего мне сказать, то я ухожу. У меня встреча, — да, соврала, но что поделать, если ещё секунда и я расплачусь, как наивная дурочка?       — Не выкай, Лилия, — уже почти прорычал Чонгук и встал. — Подойди сюда.       — Нет, — твёрдо сказала я, удивившись самой себе, я ни разу не говорила ему «нет». — Я зашла ненадолго, у меня планы, которые я не собираюсь менять, — я недовольно скрестила руки на груди, делая ложбинку между ними чуть больше.       — Это ты для своих «планов» так нарядилась, Лилия Мур? — тихо прошептал он, а я вздрогнула, чуть ли не растекаясь чёртовой лужицей от того, как звучит моя фамилия: плавно, с мурчаще-рычащими нотками выходя из уст мужчины.       — Вам-то какая разница? — фыркнула я и отступила чуть назад, чтобы облокотиться спиной о дверь, стараясь не выдавать вмиг появившуюся слабость в ногах. — Я имею право ходить на свидания, приглашать к себе, заниматься сексом и просто трахаться с кем хочу, где хочу и когда хочу. Вы мне не брат, не сват, не муж и даже не парень, так что…       Моя тирада быстро сошла на нет, когда тёмный грозный силуэт быстро подошёл ко мне. Большая ладонь громко впечаталась в дверь над моей головой, а лицо мужчины оказалось так близко, что я почувствовала лёгкий запах дорогого виски со смесью его сладкого парфюма. Если бы не то оцепенение, которое напало на меня от шока, я бы точно упала, не выдержав такого морального напора со стороны айдола.       — Ты можешь заниматься сексом только со мной, где я хочу и когда я хочу, — прорычал он и медленно начал опускаться к моей шее.       — Обойдётесь, Чон Чонгук, — практически выплюнула я в его лицо, заставляя его остановиться. — Я не Ваша игрушка или просто собственность, я — живой человек. И если я считаю, что этот трах без обязательств мне больше ни к чему, то это значит, что он мне больше ни к чему! — практически кричала на мужчину, чуть ли не срываясь на визг, еле сдерживая злые слёзы и желание обнять его и просить прощения.       — Хм… — хмыкнул Чон, но не отошёл. — Это из-за той вчерашней девчушки, Лили? Не волнуйся, это был последний раз.       — Пошёл к чёрту! — слёзы всё-таки потекли из моих глаз, а руки сами оттолкнули Чонгука. Я развернулась, чтобы выйти, но дверь оказалась закрытой.       — Эх… Всегда вы так… Сначала всё хорошо: отличный секс, никаких проблем, а потом у вас что-то щёлкает и вы превращаетесь в истеричек, кричащих о своих правах и посылающих меня куда подальше. Но знаешь, что самое обидное? Это всё наигранное, ненастоящее. Просто практика в актёрском мастерстве и ты… — его пальцы включили свет в кабинете, яркое освещение на пару секунд ослепило мои полные слёз глаза. — Ты… Лилия, ты плачешь?       Громкие, совсем не женственные всхлипы вырывались из моего горла, слёзы, которые оставили нетронутым водостойкий макияж, градом стекали по моим щекам, которые покраснели от влаги. Мои ладони крепко обхватили меня за плечи, а я отвернулась, смотря куда-то в бок, лишь бы не видеть усмешки, которая наверняка появилась на его лице, ведь для него это «игра». Интересная, весёлая, но вечно повторяющаяся игра, которой он руководит, судя по всему, довольно давно.       — Чёрт… Дура… — Чонгук схватил меня за плечо и подтянул к себе, крепко обнимая, пока я лишь вздрагивала, изредка всхлипывая, думая о своей никчёмности и смысле этих слёз. «Почему я плачу? Это обида на то, что Чонгук променял меня на ту девушку? Или злость на то, что он сравнил меня с теми двуличными суками, которые были рядом с ним до этого? Может, это грусть из-за того, что я не оказалась той самой «особенной», которая так часто встречается в романтических фильмах, меняя жизнь мужчины в другое, правильное русло? Или это ревность… ревность из-за того, что я…»       — Влюбилась, дурочка? — нежно и печально спросил Чонгук, поглаживая меня по голове. — Прости, я надеялся, что это не произойдёт так скоро, а та сцена просто оттолкнёт тебя от меня, и мне не придётся самому заканчивать с тобой эти отношения…       — А за-зачем их заканчивать? — всхлипывала я. — Мне и-и так было но-нормально, и я даже не-не подозревала о-о том, что моё отношение к тебе и-изменилось…       — Я не смогу тебе дать взаимность… У меня нет времени на любовь, да и это чувство я ещё не испытывал, — он подвёл меня к креслу, аккуратно усадил в него, достал из ящика бокал и налил туда виски, материализовавшийся из ниоткуда. — Пей.       — Но ты ведь даже не-не пробовал, — я медленно поднесла хрусталь к губам, стараясь не расплескать содержимое вздрагивающими от всхлипов руками. — Тем более… Я не верю, что время на два раунда практически ежедневного двухчасового секс-марафона у тебя есть, а на отношения его нет…       — Я считаю, что отношения нужны тогда, когда ты готов к серьёзным поступкам… К свадьбе там… — задумчиво протянул Чон и снова налил в стакан виски.       — Конфетно-букетный никто не отменял, — чуть слышно шепнула я, но по весёлой улыбке Чонгука поняла, что он всё равно меня услышал. — Я не имею в виду конкретно себя. Вон там… Та рыженькая, например… — я снова всхлипнула и с благодарностью приняла новую порцию алкоголя. Так и спиться недолго.       — Для того, чтобы я опустился до конфетно-букетных, нужно, чтобы я влюбился, — мужчина усмехнулся и, склонив голову в бок, посмотрел на меня. — Не знаешь, в кого?       — В ту дряхлозадую рыжуху, — пьяно буркнула я и встала, сама наливая себе новую порцию виски.       — Тебе не много? — хохотнул Чонгук, отбирая у меня стакан.       — Отдай! — по-детски сложив свои красные губы трубочкой, сказала я и потянулась вверх за его рукой. К сожалению, разница в росте дотянуться до цели не помогала.       — Ты такая прикольная, — фыркнул Чонгук и рассмеялся, возвращая мне стакан.       — Мерси, — мурлыкнула я и радостно плеснула себе ещё виски.       Блаженно попивая хмельное успокоительное, я рассматривала совершенно трезвого Чонгука, смотрящего на меня со смешинками в тёмных омутах глаз. Мой пьяный мозг хотел игрищ и зрелищ. Первым делом я начала раздеваться, жалуясь на жару, потом начала раздевать Чонгука, не встречая совершенно никакого сопротивления. Поцелуй со вкусом виски, и крышу сносит окончательно. Только фраза, слетевшая с моих губ, эхом звучит в голове:       «Влюбись в меня, Чон Чонгук».