Все неприятности начинаются с бессонницы

      Я медленно открыл глаза и уставился в потолок. Темно. Так же медленно и лениво я повернул голову, и, к моему огромному сожалению, обнаружил, что сейчас ещё только полтретьего ночи. Класс, попытка заснуть номер 64 провалена. Неспешно поднявшись, я оделся и, натянув пальто, вышел на улицу. Торопиться некуда. Целая ночь впереди. Выйдя из дома, я огляделся. Никого нет. Белые ночи кончились, теперь никто не будет высыпать в такие часы не улицы. Это даже хорошо, а то мне кажется, в последнее время моих соседей стал очень волновать тот факт, что я шатаюсь по ночам. Во всяком случае, теперь они с подозрением оглядываются мне вслед.       Я ушёл со своей улицы и отправился на мост через реку. Мне всегда нравится там стоять. Идти до него далеко, но это того стоит. Колкий мороз предвещал скорый конец ноября. С каждым днём становится холоднее. Я спрятал руки в карманы. Ещё немного похолодает, и я уже не смогу вот так прогуливаться. Луна постоянно затягивается в облака. Я свернул на тенистую аллею центрального парка. Вот даже у луны получается заснуть. Тяжело вздохнув, я выпустил изо рта клуб пара в оледеневший воздух. Проблема в том, что последние два месяца я страдаю, ну просто феноменальной бессонницей. Врач, к которому я прихожу раз в неделю, только руками разводит на мои жалобы. Мол, так и так, «даже не знаю, что с Вами делать, вот, попробуйте более сильное снотворное».       Бессонница эта появилась у меня во время работы над одним проектом. Тогда времени спать не было не только у меня, но и у всего нашего архитектурного бюро. Какой-то богатей решил сделать подарок своей невесте и сразу после свадьбы привезти её на роскошную виллу на берегу залива. Его никак не озаботил размер возможностей нашего бюро и количество работающих в нём человек. Ему хотелось во что бы то ни стало получить ко дню их свадьбы то, что он хотел. А сроки были катастрофически малы. Строительство было нужно начать как можно быстрее, чтобы вообще успеть это всё построить. Наш директор пытался настоять на смене даты окончания строительства, но клиент упёрся, как мог. И что же, «любой каприз за ваши деньги». Мы начали работать. Это был настоящий ад. Всю жизнь буду паинькой, только что бы не видеть больше такого. Проект оказался просто неподъёмно гигантским, а клиент невероятно привередливым. Я работаю в отделе инженеров-электриков. В отделе нас было всего четыре человека, но прямо в самом начале работ наша коллега Элис была вынуждена уйти в декрет. Доделывать этот ужас остались я, Ник и Салли.       Заказчик был ужасно несговорчив. Он мог в любой момент что-то поменять. И хотелось ему абсолютно всё! «Тут подсветка, там подсветка, вот здесь люстра огромная должна висеть, а нет, не здесь, там» — желания так и сыпались из него. Сколько техники будет, не знает. Где она стоять будет, не знает. Соответственно, расположение розеток неизвестно. Светильники вокруг дорожек, в бассейне, в джакузи, в фонтанах, мини водопадик и так далее. Каждые 20 минут мы бегали к дизайнерам и инженерам-сантехникам, чтобы удостовериться, что он ничего больше не поменял. Сонные, уставшие, в полном изнеможении мы с пеной у рта заканчивали чертежи, чтобы потом узнать от приползших к нам в таком же состоянии дизайнеров, что он изменил вид, размер и мощность светильников. И снова мы всё перечерчивали.       В последние три дня работы сил не было ни у кого. Мы работали полностью без сна. Но, наконец, проект был закончен, одобрен клиентом и передан строительной компании. И мы все вздохнули спокойно. Все кроме меня. Директор дал нам отгул на целых четыре дня. В первую же ночь перед заслуженными выходными я счастливый лёг спать, но спустя 10 минут открыл глаза, думая о наступившем утре. С удивлением обнаружив это явление, я попытался снова, но у меня не вышло. И вот уже два месяца я не могу заснуть. Зато теперь я никогда не опаздываю на работу и шатаюсь по ночам по улице. В добавок ко всему, у меня появились раздражительность и нелюдимость, которых у меня раньше никогда не было.       Нагруженный такими мыслями, я подошёл к мосту. Ну, наконец-то. Здесь всегда так спокойно, красиво, загадочно, тихо. Вода монотонно покачивает подсвеченные буйки, а с реки поднимается лёгкий туман. Я улыбнулся: здесь точно получится хоть как-то отдохнуть и расслабиться. Вдруг я с небольшим негодованием обнаружил, что на мосту уже кто-то стоит. И ведь как раз на моём любимом месте. Интересно, кому понадобилось приходить сюда в такое время? Вот уж не думаю, что у кого-то мои проблемы. Я пригляделся и, убедившись, что это не игры моего сознания, измученного отсутствием сна, решился подойти. Человек стоял, облокотившись о чугунные витиеватые перила моста, и задумчиво разглядывал холодную водную гладь. Это был мужчина, наверное, чуть больше 30 лет, высокий, среднего телосложения. Короткая, но не очень, стрижка. Волосы скорее очень тёмно-русые, чем светло каштановые. На нём было серое фетровое пальто до колен и кожаные перчатки.       Он заметил меня намного раньше, чем я ожидал, и, несколько секунд посмотрев на меня, снова отвернулся. Но я не прошёл мимо, как скорее всего тот ожидал, а как столб остановился рядом. Заметив это, мужчина полностью развернулся ко мне. Он смотрел на меня, очевидно ожидая какого-то комментария о моём приходе. А я даже и не знал, что сказать. Постояв так в неловко висящей тишине, я не выдержал и не подумав ляпнул:       — Это. Это моё место.       Брякнув это, я сразу встал рядом и, облокотившись о перила, уставился на воду. Молодец, повёл себя как взрослый, образованный человек. Так обычно говорит ребёнок, когда приходит в песочницу и заявляет, что «между прочим, это его совочек». Разумеется, после моего приветствия, я абсолютно справедливо ожидал, что меня пошлют куда-нибудь подальше. Этого, однако, не произошло. Незнакомец спокойно развернулся обратно к воде и продолжил стоять рядом. Меня удивила такая реакция, но кто знает, может он просто подумал, что со мной лучше не связываться. Я смотрел на длинную лунную дорожку. Туман отнесло на дальний берег. В окнах темно. Тишина, покой. Внутри тоже сразу становится спокойнее.       — Гуляете ночью? Один?       От неожиданного вопроса я вздрогнул и с некоторым недоверием повернулся к собеседнику.       — Да. А вы? Выгуливаете приведения?       Незнакомец почти незаметно усмехнулся на мою странную шутку и, протянув руку, представился:       — Скотт Уорд.       Я удивлённо посмотрел на протянутую руку, а затем на её владельца. Выглядел он мирно, даже дружелюбно. Но всё же что-то было в нём не так. Было в нём нечто отличавшееся от мира, в котором я живу. Эту странную грань поймать никак не получается, но внутренний голос подсказывает, быть с этим человеком поосторожнее. Я слегка потряс головой, отгоняя такие мысли, и пожал протянутую руку.       — Эйвери. Эйвери Фелл, — Уорд в некотором удивлении приподнял бровь. — Да, да. Женское имя, это не сахар. Всегда объяснять приходится.       На это замечание мой ночной знакомый только слабо улыбнулся и предложил, «раз нам обоим нечего делать», прогуляться. И мы прогулялись. Аж на два часа прогулялись. Беседовали. Разговор был весьма странный. После него мы вряд ли могли сказать друг о друге что-то точное. Я тщетно пытался выяснить, кто он и что он делал на мосту. Уорд в свою очередь забавлялся, туманно отвечая на мои вопросы. Зато сам Скотт с лёгкостью вычислил мою бессонницу. На мой вопрос «как?» он отметил, что я слишком часто спотыкаюсь.       Мы сделали большой круг по кривым маленьким улочкам недалеко от вокзала и расстались на том же мосту. Мой странный ночной знакомый с абсолютным спокойствием и, скорее всего, только из вежливости выразил надежду на нашу новую встречу. Я молча кивнул, и, ещё раз пожав руки, мы разошлись. Начинало светать. Мороз немного ослаб, а в воздухе появилась влажная свежесть. Я шёл домой по центральному парку и думал обо всём произошедшем ночью и о человеке, которого я встретил. Сам не знаю отчего, но эта встреча меня встревожила, и в следующую прогулку я решил быть поосторожнее со случайными встречами.