Сын монстра

      Хэчжун проснулся много позднее обычного. Целую ночь его мучили беспокойные сны об отце, и даже успокаивающий чай не помогал. При этом кошмары сопровождались чувством, будто вот-вот должно произойти что-то нехорошее. Это показалось ему странным, но, возможно, на него так подействовала та сцена в гараже?       Мальчик встал, умылся и перебрался в кухню, чтобы приготовить завтрак. Там за столом сидел отец. Перед ним была кофейная чашка, над которой дымился пар. Мужчина неотрывно смотрел куда-то в середину стола. Хэчжун тут же понял, что если не обращать на него внимания, то и он не сразу заметит его. Он, как и всегда, подошёл к шкафчику, достал оттуда пачку рисовой крупы, включил плиту и поставил вариться кашу.       Ему вдруг пришла на ум мысль, как сильно изменилось его отношение к отцу, ведь раньше он бы отнёсся к его приходу совсем по-другому. Неужели один поступок отца мог так повлиять на него? Но Хэчжун не только не был рад ему, его пробирал страх, стоило тому лишь приблизиться. Поэтому, быстро управившись с приготовлением завтрака, он поспешно отправился в свою комнату. Ощутив себя в безопасности, он слегка расслабился. Насколько он знал, сегодняшний день был для отца рабочим. Что же заставило его явиться домой прямо с утра?       Съев завтрак, Хэчжун услышал стук в дверь. Вначале мерное постукивание позже сменилось нетерпеливой дробью — он уже давно предчувствовал неладное, хотя и ясно осознавал неизбежность их встречи, но всё равно попытался предотвратить её. Ожидать от отца стоило всего чего угодно, и надо бы на всякий случай спрятать телефон в карман, если ему повезёт увильнуть. Мальчик бросился искать сотовый в рюкзаке, но кроме сменной одежды, пустого контейнера для еды и прочих бесполезных сейчас для него вещей не обнаружил ничего. Где же он оставил его? Пак ощупал брюки и куртку, заглянул в тумбочку, посмотрел на столе — телефон как сквозь землю провалился. Тогда он стал искать на полу. Тем временем дверь прогибалась под кулаками, грозясь сломаться. Хэчжун перевернул кругом всё, неужели сотовый в другой комнате? Раз так, то терять ему нечего, придётся открыть отцу. И Пак, собрав волю в кулак, громко сказал:       — Уже иду.       На мгновение воцарилась тишина.       Мальчик щёлкнул дверным замком. Отец вошёл внутрь.        — Я слушал музыку, извини, что не впустил вовремя, — придумал на ходу оправдание.       Мужчина стоял на месте и пристально всматривался в лицо сына, словно старался угадать, правда ли произнесённые им слова. Хэчжун предложил ему сесть, но он, видимо, и не собирался двигаться. Тогда мальчик решил спросить первым:       — Ты хотел поговорить со мной?       Никакой ответной реакции не последовало.       Спустя минуты две Джуён вынул из внутреннего кармана пиджака что-то небольшое, и Пак узнал свой телефон.        — Я-то думал, что потерял его, а он, оказывается, у тебя. — Он и не догадывался о том, что его сотовый был у отца.       — Как это очутилось там? — впервые заговорил он.       Здесь до Хэчжуна наконец дошло, в чём дело. Похоже, вчера он, потрясённый случившимся, забыл свой сотовый в гараже. По заставке нетрудно узнать, кому он принадлежит: на фото они с отцом.       Он невольно отступил на шаг. Отец промолвил строгим тоном:       — Что ты видел? Чем, чёрт возьми, занимался там?       Хэчжун понятия не имел, как себя вести. Между тем мужчина продолжал:       — Кто просил тебя совать нос не в своё дело?!       Мальчик в ужасе неосознанно попятился к двери. Коснувшись дверной ручки спиной, он медленно потянулся к ней, когда отец начал продвигаться вперёд к нему. В какую-то секунду он просто перестал разбирать слова родителя и, опустив ручку, пустился бежать.       Едва выбравшись на улицу, Чжун помчался вперёд, не отдавая себе отчёта в том, куда он бежит. Его ослеплял животный страх перед отцом. Тот, без сомнения, понял, что к чему: этот побег буквально означал признание в проступке. Опасность казалась такой большой, что мальчик не смел оглянуться назад всю дорогу, пока бежал. Мимо проносились малознакомые дома и улицы, каждый новый шаг отнимал силы. Хэчжун по-прежнему не позволял себе обернуться, боясь столкнуться с отцом лицом к лицу. Пак почувствовал нечто зловещее, исходящее от мужчины, и поэтому вздумал немедленно скрыться от него — неважно, где и как. За эти два дня произошла масса пугающих неопределённых странностей, о которых следовало бы хорошенько поразмыслить в тишине. Хэчжун громко и отрывисто глотал ртом воздух, горло саднило, ноги онемели. Это не могло продолжаться вечно, пора остановиться. Он притормозил за детской площадкой.       Пак нарочно долго восстанавливал самочувствие, трусливо вперив взгляд в землю. Пульс давно пришёл в норму, но он намеренно оттягивал тот миг, когда придётся посмотреть назад. Ледяной теперь уже пот заструился по телу, руки в волнении затряслись. Он никогда не угадает, не выглянув туда, догнал ли его отец. А значит, и уйти отсюда не выйдет. Нужно победить страх и проверить. Хэчжун положил липкие ладони на заднюю часть детской горки, осторожно прошёл вдоль, придерживаясь за неё. Дорога оказалась чиста. Отец не преследовал его или просто не угнался за ним. Пак снова зашёл за горку и упал на снег. Самое ужасное миновало, ему очень повезло оторваться от отца. Вот только радость лучше припасти до воцарения полной безопасности, никто не гарантировал её в ближайшее время.       Возвращаться домой не было смысла, так он облегчит отцу задачу. Пак обязан придумать, где пережить несколько дней. Поначалу отец, очевидно, будет активно искать его, но, устав, захочет передохнуть. Он не станет привлекать полицию к пропаже. Если вдруг он не найдёт сына, Пак попробует вырваться из своего убежища. Что ему подойдёт? Настоящих друзей у Хэчжуна нет, да и у кого они есть? Вариант переночевать у знакомых неудачный. Здешние люди не забывают друг о друге, попадись он кому-то из них на глаза, и отцу не составит труда поймать его. Лишь одно место вертелось в голове. Находиться там рискованно, и одновременно это единственная возможность спастись.       Ещё одна проблема была в погоде. При себе у мальчика была только лёгкая одежда: толстовка с тонкими брюками и домашние сандалии. На этой неделе намечалось похолодание — не помешало бы достать тёплой одежды.       Как кардинально может измениться жизнь за каких-то два дня? Ещё вчера утром Хэчжун кипел энергией и энтузиазмом перед предстоящим походом, сегодня же он был в полной растерянности и отчаянии. Мальчик совершенно не представлял, что ждёт его в будущем, и это угнетало. Но паршивее всего на душе становилось от мысли, что отец причастен к чему-то, заслуживающему наказания. Пак до последнего отказывался верить в подобный расклад и чем дальше заходил в предположениях, тем слабее была его вера.       Хэчжун остановился у одиночного гаража. Поёжившись от холода, он нашёл за камнем под сугробом ключ и воспользовался им, чтобы попасть внутрь. Он включил свет и первым делом стянул с бутылок на полу кусок старой ткани. Накинув его на плечи, мальчик устроился на стуле у кладовой, вновь погрузившись в раздумья.       По-видимому, отец забыл спрятать ключ, иначе он не был бы так неосторожен. Что настолько взволновало его? Увиденное Чжуном или само его присутствие? Если подумать, его никогда не интересовало, где находился и чем занимался его сын, значит, всё-таки первое объяснение подходит лучше. Тогда главный вопрос в том, почему отец так отреагировал на его появление. Возможно, он что-то скрывает, а может, ненавидит сына слишком сильно и потому не хочет даже находиться с ним рядом. Хотя это и так понятно, да и раньше всё же такого не случалось, выходит, он, скорее всего, хранит какую-то тайну. В голове у Пака вдруг всплыли слова: «Что ты видел? Чем, чёрт возьми, занимался там?» и «Кто просил тебя совать нос не в своё дело?»       Пак Джуёну свойственны отрешённость и дьявольское спокойствие во всём. Он никогда не шелохнётся от пронзительного крика, не удостоит взглядом умирающего. И уж тем более не станет возиться с подростком. Значит, его занятие было противозаконным или аморальным.