Защитник

      Когда глаза мальчика закрылись, а тело безвольно обмякло на кровати, Тони мягко опустил его на подушки, затем накрыл одеялом и натянул его на плечи. Подняв глаза и удостоверившись, что Хелен отвернулась и возится со своим старкпадом, вытер ему щеки большим пальцем. Он не хотел накачивать ребенка наркотиками, но Питер все еще испытывал сильную боль, а Хелен беспокоилась, что он слишком уж сильно разнервничался.       — Как там его голова? — Тони изо всех сил старался говорить ровно и спокойно. Ему нужно было знать, каково реальное положение дел.       — Когда его только привезли, мы диагностировали серьезную трещину в черепе. Также, согласно больничным записям, присутствовал отек мозга, но мы взяли это под контроль. Я увеличила объем его питания. Исцеление отнимает у него много сил, и если он не получит достаточного количества калорий, процесс может замедлиться или даже остановиться. Капельницу я уберу завтра, так что очень важно, чтобы ему хватило еды.       — Проследить, чтобы он поел. Понял.       Хелен кивнула.       — Его рука уже начала срастаться неправильно. Они отвезли его в операционную и вправили кости на место. Мы поговорили с привлеченными к делу врачами, и все они подписали бумаги о неразглашении. Пеппер лично этим занималась, — Тони почувствовал, что улыбается. Не то чтобы они опасались врачей с длинными языками, но лучше было избавить их от искушения на корню.       Ни для кого не было секретом, что Пеппер очень любила мальчика, с которым однако едва перекинулась парой фраз. Она была на базе всего несколько раз, включая тот, когда они официально объявили о помолвке. С тех пор она планировала свадьбу, а Тони задавался вопросом, доживут ли они до этого момента, учитывая тотальную занятость обоих. И теперь им придется поговорить о том, как она на самом деле относится к тому, что он взял к себе ребенка.       Пеппер нравился Питер. Очень. Конечно, трудно было к нему не привязаться. Именно она заботливо хранила в компьютере Тони списки его любимых блюд и переделывала его комнату на базе. Однажды Тони прошел мимо нее и обнаружил, что стены были выкрашены в темно-синий цвет и обильно покрыты плакатами «Звездных войн» и «Мстителей». А в углу красовался новенький экран с какой-то системой видеоигр. Напоминало типичную комнату подростка… и Тони должен был признать, что ему чертовски нравилась идея иногда оставлять Питера на ночь. Но он никогда не предлагал ему, полагая, что у пацана конечно же есть планы со своими друзьями-ботаниками.       Теперь это была его комната. Потому что Тони был опекуном Питера, а Питер — его ребенком. Мог ли Тони считаться его родителем? Хотя он ведь не усыновил его. Пока нет. Но он был уверен, что к тому всё и идет. Конечно, для начала было бы неплохо обсудить это с пацаном. Не тогда, когда тот был одурманен препаратами, измучен и слишком убит горем, чтобы сформулировать реальный вердикт. Тони протянул руку, откидывая с его лица спутавшиеся пряди, и испытал дикое желание взять в руки расческу. Эта мысль заставила его тут же самозакатить глаза. Парнишка не нуждался в том, чтобы он расчесывал ему волосы. Подростки подобное, вроде как, терпеть не могли… Но опять же, что, черт возьми, он знал о подростках в их естественной среде обитания?       Роуди негромко постучал в дверь медицинского отсека, и это было весьма забавно, ведь помещение было огромным. Кровать Питера была лишь одной из двенадцати, огороженных занавесками. Хелен извинилась и вышла, и Тони помахал рукой своему другу.       — Как он там? — тихо спросил Роуди, подходя ближе.       — Хм… ему уже лучше, — пробормотал Тони, сложив бесполезные руки на коленях. Он пересел на стул рядом с кроватью мальчика, и Роуди нерешительно положил руку ему на плечо. Обычно Тони отмахивался от него, но сейчас у него не было на это сил. Он просидел со своим ребенком уже несколько дней, ел только то, что приносила ему заботливая Хелен, и почти не выходил, если только Пеппер под дулом автомата не тащила его на чертовски важную и неотложную встречу. Но даже тогда ему удалось отвертеться от одной.       — Тони?       — В основном поправился. Просто… травма головы лечится дольше, чем всё остальное.       — Просто чудо, что он выжил, — пробормотал его друг, глядя на жутковатый аппарат, к которому был подключен мальчик. — Ты ему сказал?       — Да, о тете.       — И как он это воспринял?       — Хелен пришлось накачать его лекарствами. Он никак не мог успокоиться.       Роуди вздохнул, проводя рукой по лицу:       — А что насчет опекунства?       — Не до того было. Он был, мягко говоря, не в форме для подобных бесед.       Роуди на секунду замолчал, а затем сжал его плечо:       — Да ладно тебе, мужик. Ты даже душ несколько дней не принимал.       — Роуди…       — Он же спит. Хелен за ним присмотрит. Так же, как и Пятница. Он все равно проспит еще пару часов. Тебе нужно принять душ, поесть нормальной еды и выспаться. Кроме того, Пеппер пожаловалась мне, что ты не отвечаешь на ее звонки. А еще мне нужно поговорить с тобой кое о чем важном.       Тони сморгнул. Он был готов заспорить, но эта последняя фраза привлекла его внимание.       — Важном? Важнее подростка с суперспособностями, который только что лишился последнего члена семьи? Роуди, у меня сейчас нет времени на что-то более важное.       — Это Тор.       — Тор? — Тони нахмурился, оглядывая комнату так, словно асгардец мог в любую секунду выскочить из-за шкафа, — Тор… здесь?       — Пока нет. Мы получили от него сообщение вчера вечером. С ним Беннер.       — Брюс…       Это не имело никакого смысла. Брюс исчез пару лет назад. Тони всегда изо всех сил старался об этом не думать. Сначала дела с Кэпом пошли наперекосяк, потом в его жизни появился Питер, и с тех пор он присматривал за ребенком. Глядя на спящего мальчика, Тони пытался осознать всё это. Брюс. Тор. С давних пор он ничего не слышал о Торе. Снова Локи замутил свои черные делишки? Или на них вот-вот свалится из космических далей очередная угроза вселенского масштаба?       — Думаю, ты захочешь это услышать, Тони.       Протянув руку, Тони похлопал Питера по плечу и на секунду сжал его.       — Я скоро вернусь, малыш, — заверил он его, зная, что тот его даже не слышит из дебрей своего наркотического сна. А даже если бы и слышал — он же только что последнего члена семьи потерял. Пройдут месяцы, прежде чем ребенок даже отдаленно вернется к нормальному состоянию, если вообще вернется. Что, черт возьми, Тони знал о том, как быть отцом? Особенно для ребенка, который только что потерял все? Но Тор пытался связаться с ними, и Брюс был жив… похлопав Питера по руке и попросив Пятницу предупредить его, как только Питер очнется, Тони последовал за Роуди к лифту и спустился в лабораторию.       Сообщение было незамысловатым. Тор был на пути к Земле с Брюсом и Локи. И кучей асгардцев. Большой такой кучей. Очевидно, там нагрянул апокалипсис или что-то в этом роде. Тони никак не мог сосредоточиться. Он бросил взгляд на экран, на котором Питер спал в медицинском отсеке.       — Как он там, Пятница?       — Все жизненные показатели стабильны, сэр.       У него появился ребенок. Тор летел на Землю. А Брюс был жив. И, вдобавок ко всем этим обстоятельствам, им грозила неизбежная встреча с Локи. Было, от чего взорваться мозгу.       Тони позволил Роуди подтолкнуть его в сторону душа, и после того, как он переоделся, впихнуть в него китайской еды, которую Роуди заказал по его кредитке. Душ, новая одежда, еда. Кофе. Тони настоял на кофе. Без него никуда при общем масштабе катастрофы. Но следующим приказом друга был сон, поэтому, несмотря на кофе, он лег в постель, приказав Пятнице выключить свет. Она так и сделала, и Тони долго смотрел в темный потолок.       — Пятница? — спросил он через несколько минут.       — Да, сэр? — синий огонек на сенсоре у двери замерцал ярче. Динамики пронизывали всё здание, как кровеносные сосуды.       — Выведи сюда трансляцию из медицинского отсека. Питер Паркер.       Появилась голограмма, и на экране замерцало слегка синеватое изображение Питера, спящего в постели. Он даже не пошевелился… Хелен собиралась вынуть капельницу из его руки утром, и ему нужно будет поесть. Много. Она не шутила насчет его метаболизма. Его тело выздоравливало само по себе, но оно также умрет от голода, если у него не будет достаточно еды. И температура у него была немного завышена. Тони махнул рукой, приближая изображение. Повышенная температура…       — Пятница, позови докто… — прежде чем он успел договорить, в поле зрения показалась Хелен. Взглянув на экран возле кровати, она стала возиться с проводом и трубками рядом с ним.       — Да, сэр?       — Ничего страшного, — пробормотал Тони, снова пролистывая показания пацана. Он был в полном порядке. С Питером все будет в порядке. Физически уж точно. И еще Тор… с большим количеством друзей. Друзей, которым нужно будет где-то жить, работать и, вероятно, прослушать краткий курс по жизни на Земле… Он не знал Тора до всех событий, но асгардец вполне приспособился к Земле, в основном, благодаря своей зазнобе Джейн. Локи, с другой стороны… Тони даже думать не хотел о Локи, хотя скоро ему и неизбежно придется. Расчетное время полета до Земли — неделя. У него была целая неделя. Неделя на то, чтобы поговорить с Питером, и неделя на то, чтобы решить, что делать с Тором, его безумным братцем и остальной честной компанией. Неделя. У него не было времени на сон.       Но Тони все равно заснул и проспал до десяти утра. Дольше, чем когда-либо. Застонав при звуке будильника, Тони неопределенно махнул рукой. Сигнал тут же послушно отключился, и экран загорелся вновь.       — Питер Паркер проснулся, сэр.       Тони вывел на экран изображение Питера, уставившегося в потолок. Гипс исчез, капельница тоже. Ребенок выглядел отстраненным и безразличным. Хелен Чо отошла от него, оставив поднос с едой на столе. Еды было немного, но Питер даже не притронулся к ней. Тони наблюдал за ним долгую минуту. Питер уставился в потолок, Хелен Чо набирала что-то на старкпаде, пока на дисплее у Тони не появилось сообщение:       Все жизненно важные органы вне опасности. Похоже, травма головы заживет очень быстро. Других повреждений нет. Было бы неплохо переместить его из медицинского отсека. Это может укрепить его моральный дух. Он выглядит замкнутым и подавленным.       Тони вскочил на ноги, сбросил одеяло и схватил первую попавшуюся одежду из шкафа. Футболка Stark Industries и джинсы. Ну, у него не было никаких планов покидать базу в тот день, так что все сойдет. Причесавшись и почистив зубы, он поспешил к лифту, велев Пятнице отвезти его в медблок.       Когда Тони добрался до кровати Питера, тот все еще пялился в потолок. Он едва взглянул на него, пробормотав просто «Здрасте, мистер Старк», а затем снова обратил свой взор наверх. Тони сел на кровать возле него, глубоко вздохнул и сложил руки вместе.       — Как насчет поесть, малыш? — Питер только покачал головой. Схватив чашку с желе, Тони снял пластиковую крышечку и зачерпнул кусочек. Проглотив, он посмотрел вниз на мальчика, который едва успел оторвать взгляд от любимого потолка. — Тебе надо поесть. Ты ведь это знаешь, правда?       — Я не голоден.       Это бы не сработало. Питеру непременно надо было поесть. Возможно, Тони не знал, как быть отцом или даже очень хорошим наставником, но доктор выразилась вполне конкретно, так что… Тони откусил еще кусочек желе, пытаясь сообразить, что бы такого сказать. Он мог бы его заставить… сказать ему, что он должен поесть, иначе… Но Тони уже знал, что затея будет обречена на провал. Особенно с Питером. Он слишком хорошо знал своего ребенка.       — Как насчет того, чтобы вытащить тебя отсюда? Сходим на кухню и раздобудем тебе настоящей еды, ладно? — он не стал дожидаться ответа Питера и протянул руку, за которую мальчик спустя секунду ухватился, позволяя увести его прочь из медотсека. Придерживая мальчика одной рукой, Тони выбросил пустую чашку из-под желе в мусорное ведро. — А как твоя голова?       — Нормально.       — Хорошо. Скажешь мне, если поплохеет, ладно? Хелен ведь уже предупредила?       — Да.       — Чудно, — Питер слегка споткнулся. Синие пижамные штаны были невообразимо длинными, и он зацепился ими за ногу. — Наверху найдем тебе нормальную одежду, — сказал Тони, приобнимая его за плечи, чтобы помочь удержаться на ногах. Питер не возражал и молча последовал за ним в лифт, а оттуда в гостиную, которая, к счастью, была пуста. Пройдя мимо кухни, Тони повел Питера по коридору мимо своей комнаты в спальню, которую Пеппер устроила для него рядом с Виженовской.       Питер уставился в пол, когда они вошли.       — Это твоя комната. В шкафу есть одежда. Мы также привезли все твои вещи, — Питер нахмурился, оглядывая комнату. Глянул на Тони, затем снова на комнату. — Не стесняйся переставлять всё, как захочешь. Переоденься, а потом присоединяйся ко мне на кухне… Ну, что такое? — Тони осторожно похлопал Питера по плечу, и мальчик медленно кивнул, — малыш? Требуется устное подтверждение.       Питер промолчал.       — Что ж… Тогда встретимся на кухне, — Питер бывал на базе много раз. Он смог бы найти кухню. Так ведь? Ну, в крайнем случае Пятница подскажет. — Хорошо? — Тони снова похлопал малыша по плечу и направился на кухню.       Мысленно он прошелся по списку блюд, которые в теории мог бы приготовить. Вареные сосиски. Замороженная пицца. Парадоксально, но лучше всех из их компашки в качестве повара проявил себя Тор. Вторую и третью позицию занимали Стив и Наташа соответственно. Тони уперся руками в стойку, стараясь выбросить из головы ненужные мысли о бывших друзьях. Ему нужно было сосредоточиться на серьезной задаче. Хлеб. Он мог бы засунуть хлеб в тостер. А еще вафли. Наверняка у них были замороженные вафли. Открыв морозилку, Тони покопался и выудил заветную коробку. Проверив ее на срок годности, он забросил четыре штуки в тостер и нажал на рычаг, надеясь, что они с таким же успехом и без посторонней помощи выскочат обратно.       Так и случилось, когда Питер вышел из лифта в футболке NASA и спортивных штанах.       — Как раз вовремя, малыш. Любишь вафли? И не говори мне, что не голоден. Паучий метаболизм и суперисцеление требуют топлива. Ты же не хочешь потерять сознание? Понял меня?       Питер кивнул, опустился на табурет у стойки и уставился на тарелку перед собой. Вафли подгорели лишь по краям, что Тони расценил, как победу. Пододвинув к нему сироп и масло, он достал еще одну тарелку.       — Сначала поешь, а потом поговорим.       Питер кивнул и молча откусил кусочек вафли.       Всё было не так безнадежно. Питер проглотил две вафли на своей тарелке, а затем еще четыре, которые быстренько подложил ему Тони. Надо было ковать железо, пока горячо. Малыш ел. Уже прогресс. Затем Тони подождал несколько минут, пока мальчик выпьет стакан шоколадного молока, уговорил его оставить посуду в раковине и проводил в гостиную. Питер присел на диван, уставившись в пол.       — Как твоя голова, малыш?       — Нормально, — Тони не был уверен, что это чистая правда, но решил не настаивать пока что.       — Окей. Помни, ты должен сообщить кому-нибудь, если станет хуже, — Питер кивнул, сжимая руки на коленях, — ладно… — вздохнул Тони. Он не знал, с чего начать, как поднять этот важный вопрос в разговоре. Но выбора не было. Пацан мог расстроиться. Там была куча проблем с логистикой, и не последней из них была его учеба. А также тот факт, что Вижен все еще не вполне понимал необходимость пользоваться дверьми. Ему придется серьезно поговорить об этом с андроидом.       — Ладно. Эм… начнем с самого начала. С твоей комнатой все в порядке? Пеппер покрасила стены и занималась всей отделкой, но мы можем изменить все, что захочешь. Одежда? Книги? — Тони не дал ему возможности вставить ответ, а просто продолжал говорить, — я привез твой старый ноут, но там есть и новый… если тебе нужна помощь в передаче файлов… хотя ты и сам неплох в компьютерах. Ты знаешь, как передавать файлы. В любом случае, я даже установил Карен. Я знаю, ты ее обожаешь. И… — Тони щелкнул пальцами, подыскивая, что бы еще сказать, — … твой телефон! Твой телефон был сломан, так что я… Пит?       Питер плакал. Он не бился в рыданиях и не катался по полу. Просто вдруг слезы закапали из уголков его глаз, стекая по щекам и дрожащим губам.       Тони сделал глубокий вдох.       — Дерьмо… Я имею в виду, я слышал тебя в Германии. Ты уже знаешь это слово. Что случилось? Тебе не нравится эта комната? Ну и ладно. Не волнуйся, малыш. Мы всё изменим. Всё, что пожелаешь. Или… одежда? Мы что-то упустили? Я… я не… поговори со мной, ладно? — Тони положил руку на колено мальчика. Своего ребенка. Питер посмотрел ему прямо в глаза, озадаченный.       — Я… Я не понимаю, мистер Старк, — признался Питер спустя секунду, казалось, и не замечая собственных слез. — Я имею в виду… Я не… — он покачал головой, умоляюще глядя на Тони. Не обращая внимания на легкую тревогу, вызванную тем фактом, что парень, работавший над своим костюмом Человека-Паука и так шарящий в технике, не мог понять концепцию ремонта (повреждение мозга оказалось серьезнее?), Тони кивнул, усилием заставляя голос оставаться ровным и терпеливым:       — Окей… окей. Ладно. Чего ты не понимаешь? Это из-за комнаты? Пеппер навела там красоту, но мы можем вмиг все исправить.       — Вы привезли… мои вещи? — пробормотал Питер, и Тони снова кивнул.       — Да. Хэппи и пара моих парней отправились в вашу квартиру и забрали все твои вещи. И вещи твоей тети тоже, кроме мебели. Я заплатил домовладельцу, чтобы он держал квартиру пустой, так что если тебе нужна какая-нибудь мебель, мы можем пойти и забрать ее. Или пошлем кого-нибудь. Я просто не был уверен, что именно ты хотел бы сохранить. Все лежит в коробках в пустой комнате. Никто ничего не тронет. Не так уж много людей все еще вокруг… — Тони замолчал, когда слезы не прекратились, — ты со мной, Пит? Что случилось?       — Вы привезли мои вещи?       — Ладно, Паучок, я начинаю волноваться. Скажи мне, что не так. Разве тебе не нужны твои вещи? Мы можем от них избавиться.       — Я не… — Питер лишь покачал головой. Тони тяжело вздохнул и нерешительно обнял его за плечи. Физический контакт мог сдвинуть ситуацию с мертвой точки.       — Поговори со мной, объясни. Однажды я стал свидетелем того, как ты болтал сорок пять минут подряд, не переводя дыхания, Пит. Давай же, поговори.       Питер слабо улыбнулся:       — Неправда.       — Я тоже думал, что это невозможно. Но я засекал. Ты трещал о разнице между «Звездными войнами» и «Звездным путем». Спроси у Пятницы. Верно, Пятница?       — Нет, сэр. Вы преувеличиваете, чтобы выставить вашу точку зрения в более убедительном ключе. На самом деле Питер говорил о разнице между «Звездными войнами» и «Звездным путем» в течение пятнадцати минут и двадцати восьми секунд. Также периодически он делал остановки, чтобы набрать воздуха.       — Предательница, — пробормотал Тони, и Питер снова улыбнулся сквозь слезы. — Ладно, Пит. Скажи мне. Что-то не так с этой комнатой? — Питер покачал головой. — Хорошо, что случилось? — помимо очевидного, он хотел добавить, но промолчал. Дело явно было в другом.       — Я ничего не понимаю.       — Чего ты не понимаешь? — не без отчаяния спросил Тони, задаваясь вопросом, сможет ли он когда-нибудь выбраться из пут этого странного разговора. Но если это заставит его ребенка говорить, он готов был ходить кругами хоть целый день. Тони не мог выдержать этого потухшего взгляда. Того, как паренек почти полчаса бездумно глядел в потолок, не замечая никого вокруг. Это был не его ребенок. Питер был живым. Отчаянным болтуном, который постоянно пытался произвести впечатление на Тони. Видеть его таким было невозможно.       — Почему у меня есть комната? — наконец выдавил Питер. Тони недоуменно моргнул.       — У тебя всегда была своя комната, помнишь? Ещё когда я предложил тебе место в Мстителях. И…       — Но почему мои вещи здесь? — парень отрезал ему все пути к отступлению, и Тони захотелось выстрелить себе в лицо собственным репульсором. Конечно, малыш был сбит с толку. Он начал не с самой важной информации.       — Потому что я твой законный опекун. Подписал бумаги в больнице и все такое, так что ты теперь, вроде как, мой, — Тони и сам вздрогнул от того, как дерьмово это прозвучало, но Питер просто уставился на него, ошеломленный, — я имею в виду, что юридически ты мой ребенок, так что будешь жить здесь.       — Вы… вы меня усыновили?       — Пока нет, — это прозвучало прежде, чем он успел до конца обдумать свой ответ, — я не хотел ничего подписывать, пока мы это не обсудим. Так что поговорим позже. А пока я твой законный опекун, ты мой ребенок и будешь жить здесь.       Питер снова заплакал. Тони на мгновение всерьез задумался о том, чтобы выпрыгнуть из окна. Конечно же пацану это не понравилось. Что вообще заставило его думать, что он может быть отцом этому ребенку, когда первый их разговор довел его до слез?       — И мне совсем не обязательно уходить? — прошептал Питер так потерянно, что Тони вздрогнул.       — Нет. Тебе не нужно никуда идти, приятель.       — Вы не должны были этого делать, — покачал головой Питер спустя секунду. Тони нахмурился, снова положив руку ему на плечо.       — Ты совершенно прав, — он хотел быть предельно ясным в этом вопросе, иначе ребенок с головой потонет в этой трясине депрессии и боли, — мне вовсе не обязательно было брать тебя к себе. Никто меня не заставлял и даже не просил. Я выяснил, что произошло, и велел своим адвокатам оформить все бумаги. Не хотел, чтобы тебя отправили к незнакомцам. Эй… — он приложил палец к щеке мальчика, чтобы тот повернул голову и наконец развернулся к Тони лицом. — Ты мой ребенок, ясно? Черт возьми, ты стал моим ребенком с тех пор, как я, вроде как, построил тебе многомиллионный костюм и убедился, что ты приходишь домой вовремя, хорошо питаешься и приходишь сюда по пятницам… — в ответ на это Питер фыркнул, — теперь это законно, ясно? Ты же мой ребенок. Я знаю, что есть тысяча вещей, о которых ты сейчас беспокоишься, но вопрос жилья выкинь из головы.       Питер кивнул, сильно прикусив губу. Слезы снова потекли по его щекам. Тони притянул его к себе, крепко обнял и погладил по спине. Он был не в своей стихии. Конечно, он проводил с Питом немало времени. И да, он успел узнать этого парня поближе. Но Питер не имел привычки приходить к нему с какими-либо эмоциональными проблемами. Чего уж говорить о слезах и порванных рубашках. Это была уже вторая, к слову, но Тони было плевать.       Откинувшись на спинку дивана, он молча держал подростка, пока тот дрожал в его объятиях. Им нужно было обсудить еще кое-что, но у Тони было стойкое ощущение, что Питер не был готов к более серьезным разговорам в данный момент. Так что вместо этого Тони попросил Пятницу включить первый попавшийся ситком и оставить его играть в фоновом режиме, пока малыш не затихнет.