Защитник

      Питер не мог поверить, что мистер Старк такой милый. С того самого дня, как он очнулся на больничной койке, мистер Старк был просто великолепен. Он из кожи вон лез, чтобы Питер почувствовал себя желанным гостем на базе Мстителей, даже когда Питер обнаружил, что поговорить там практически не с кем. Да и заняться нечем, кроме как позалипать в телевизор и делать домашние задания. И все же мистер Старк сидел рядом с ним и терпеливо смотрел в гостиной очередной фильм или передачу. Как-то раз Питер робко предложил переключить канал, но Тони лишь отмахнулся от него, недвусмысленно заявив, что если бы он захотел посмотреть что-нибудь другое, телевизоров много.       И да, мистер Старк всегда был очень добр к нему. Он смастерил ему два обалденных костюма, присматривал за ним и оказывал поддержку всякий раз, когда Питер в ней нуждался. Он пригласил его в свою лабораторию, следил за питанием, и в принципе относился к нему хорошо. Но сейчас все было по-другому. Мистер Старк играл роль… почти отца. Ну, во всяком случае, по мнению Питера, так должны были вести себя отцы. Вроде того, как вел себя Бен. Он заботился о нем.       Конечно, в последствии во время фильмов и телешоу мистер Старк начал отвечать на потоки электронных писем и телефонных звонков, но Питер не обижался. Мистер Старк ведь был очень занят, и это никогда не было для Питера сюрпризом. Честно говоря, куда больше его удивляло, что Тони вообще находил на него время, особенно учитывая ситуацию с беглыми Мстителями. Они периодически шептались об этом с полковником Роудсом. Питер даже не пытался подслушивать. Он не мог сосредоточиться на своих собственных проблемах, не говоря уже о том, что беспокоило мистера Старка.       С тех пор, как Питер очнулся на базе Мстителей, он кожей ощущал царившую вокруг немоту. Он пытался шутить, как обычно, с мистером Старком, беседовать с полковником Роудсом и даже перекидываться парой вежливых фраз с Виженом. Он попытался сосредоточиться на домашнем задании и фильмах, а также на редких переписках с Недом и ЭмДжей. Но заснуть было неимоверно трудно. Еще труднее сконцентрироваться. Все казалось таким неправильным. Неживым. Будто это он должен был умереть вместо своей тети. Да так и было по сути. Питер знал, что должен был умереть. Он был Человеком-Пауком, героем и защитником. Так как же он мог не защитить ее?       Питер отбросил эту мысль, откинулся на спинку сиденья и закрыл глаза, смутно осознавая, что полковник Роудс и мистер Старк переговариваются с Хэппи, ожидавшим их у машины. Питер был таким… измученным. Он не мог и сообразить, когда в последний раз спал целую ночь. А потом он вспомнил, как сидел на перилах балкона и спрашивал мистера Старка, не боится ли тот, что он спрыгнет — ну, что за идиот! Мистер Старк и так безумно волновался о нем, а теперь, наверно, переживал еще больше. Вот ведь Питер кретин!       Он понимал, что скоро ему придется вернуться в школу, но не знал, как завести об этом разговор.       — Ты там в порядке, малыш? — тихо спросил его полковник Роудс. Питер только покачал головой, закрыв глаза, и почувствовал теплую руку на своем лбу. Он не мог заставить себя солгать или даже кивнуть. Его тетя была мертва. Мэй была мертва. Ушла навсегда. Он подвел ее. Это была его вина. Он ничего не мог вспомнить о той ночи. Но это наверняка была его вина. Питер должен был спасти ее. Так почему не спас?       Рука отодвинулась, затем сжала его плечо. Должно быть, мистер Старк. Полковник Роудс сидел на переднем сиденье.       — Мы скоро будем дома, приятель, — тихо произнес Тони. Питер протянул руку, раздраженно вытирая глаза, но, честно говоря, у него едва хватило сил. Ему удалось немного поспать прошлой ночью, но терзавший его кошмар педантично навещал его каждую ночь. Скрежет металла. Крики. Визг шин. Его тетя, умоляющая о спасении. Она кричала ему, Человеку-Пауку. Питер тяжело сглотнул, не обращая внимания на руку, похлопавшую его по колену. — Мы пообедаем, а потом ты сможешь прилечь. Согласен, Пит?       Он попытался кивнуть, подыграть. Но сдавленное рыдание против его воли вырвалось из горла, и Питер зажал рот рукой, наклонившись вперед и уронив голову на спинку переднего сиденья.       — Питер… — пробормотал Тони, и до этого Питер и вообразить не мог, что он может быть таким нежным. Тони положил руку Питеру на спину, проводя кругами по его пиджаку. Питер не мог остановиться. Не мог перестать рыдать, отчаянно кусая свою руку, чтобы успокоиться. Затем он почувствовал, как чья-то сильная рука неожиданно схватила его за горло. Он напрягся, но мистер Старк тоже наклонился вперед, — эй, полегче, малыш. Просто снимаю галстук. Так будет легче дышать.       Питер позволил ему ослабить галстук, а затем и вовсе его снять.       — Ну вот. Лучше?       Питер кивнул, все еще плача и чувствуя, как огнем пылают его щеки. Он рыдал на заднем сиденье машины с двумя супергероями. А заодно и Хэппи. Питер не знал, что из этого было хуже. Ему захотелось выскочить из машины прочь. И, желательно, приземлиться перед другим автомобилем.       Рука на его плече настойчиво потянула его назад, прислонив к мистеру Старку. Он мог сопротивляться лишь секунду. А затем позволил себе упасть на своего наставника, спрятав лицо и всхлипывая. Тони сделал движение рукой, и между ними и передним сиденьем опустилась перегородка. На секунду он даже обрадовался, что мистер Старк, кажется, понял его смущение, но потом снова почувствовал себя несчастным.       — Это моя вина, — сдавленно всхлипнул он, вцепившись в его пиджак так крепко, что почувствовал, как рвется ткань. — Черт. Извините… — Питер выпустил ткань, но рука мистера Старка накрыла его руку.       — Все нормально. Мне наплевать на этот костюм, я же сказал. И это не твоя вина…       — Я должен был ее спасти! — Питер отстранился, задыхаясь от боли. Мир будто снова обрел звуки, оглушительные и бьющие по ушам. — Ну почему я ее не спас?!       — Питер, послушай, — пробормотал Тони, положив руки Питеру на плечи, — во-первых, дыши, — Питер так и сделал, всё еще всхлипывая, но мужественно пытаясь взять себя в руки. — Во-вторых… Знаю, у меня не очень хорошо получается… подобное. Но ты можешь плакать. Это нормально. Ты потерял близкого человека, и тебе позволено ее оплакивать так долго, как тебе будет нужно. И поверь мне, если бы ты мог спасти ее, ты бы спас. Я знаю это наверняка. Да ты и сам прекрасно понимаешь. Ты и так принял на себя основную тяжесть удара, и не будь ты Человеком-Пауком, был бы мертв.       Мистер Старк не стал бы лгать, чтобы заставить его почувствовать себя лучше. И Питер это знал. Но как в это поверить? Как он мог ее не спасти?!       — Другой водитель был пьян. Он проехал на красный и врезался в вашу машину со стороны водителя. Всё произошло слишком быстро. Доктор Чо думает, что ты увидел фары и бросился на нее сверху. Но было поздно.       — Что… что случилось? С ним. С другим водителем…       — Умер от удара. Так же, как и твоя тетя.       Питер только кивнул и снова прижался к груди Тони.       — Я так устал, — тихо признался он, чувствуя, как оглушительно трещащий мир снова немеет. Так продолжалось до тех пор, пока они не свернули на подъездную дорожку базы. Мистер Старк, вероятно, ответил ему что-то, но у Питера не было сил воспринимать информацию. Вместо этого он молчал, пока Хэппи не открыл их дверцу и, протянув руку, не вытащил его из машины. Мистер Старк вскочил, обнял Питера за плечи и поддержал его, ведя в здание, а затем и в общую гостиную.       — Может, съешь что-нибудь? — предложил он. Питер только покачал головой, — окей. Иди приляг ненадолго, а потом мы пообедаем. Хорошо?       Питер просто кивнул, и, спотыкаясь, побрел в свою комнату. Он умудрился проспать почти час, прежде чем снова начал кричать, сжимая в руках одеяло. Вот так и нашел его Тони, осторожно разбудил и откинул назад волосы, расчесывая их руками. Уронив голову на подушку, Питер сдался и всхлипнул, чувствуя, что Тони сидит на кровати возле него.       — Я не могу, — прошептал Питер, пытаясь задохнуться в подушке. Он не мог, не знал, как с этим справиться. Это было уже слишком. Смерть родителей стала для него серьезным ударом. Потеря дяди Бена была не менее болезненной. Но это… Мэй была последним человеком, который у него остался. И Питер знал, что мистер Старк заботится о нем и будет заботиться. Но тетя Мэй была его последней семьей. Семьей, которой у него больше не было.       — Я знаю, малыш. Я всё понимаю. После моих родителей… после того, как они умерли… — Тони вздохнул, явно пытаясь подобрать слова. — В общем, я знаю, что ты чувствуешь. Но я рядом.       Это помогло больше, чем ожидал Питер. Мистер Старк действительно не мог это исправить, и каждый раз, когда Питер думал о Мэй, он чувствовал, что его грудь сжимают неведомые тиски. Он был измотан до предела, но не мог уснуть. И мистер Старк ничего не мог с этим поделать. Но он был рядом. Он сидел на кровати рядом с ним, откидывая назад его волосы и уверяя, что всё будет хорошо. Что он никуда не уйдет. Было всё еще больно, но отчаяние отступало.       — Почему бы тебе не попробовать что-нибудь съесть? — спросил мистер Старк все еще мягко. Питер не хотел этого делать. Не хотел продолжать жить, когда его тетя не могла, это было нечестно. Это было несправедливо, что он мог встать с постели и жить дальше в этом причудливом месте, когда она была мертва.       — Это несправедливо! — Питер знал, что капризничает, как ребенок. Только маленькие дети скулили о том, как все на свете их обижают. Но мистер Старк не засмеялся и не сделал остроумного замечания. Вместо этого он наклонился и положил руку ему на плечо.       — Я знаю, приятель. Черт возьми, я знаю. Это нечестно. И я знаю, что это последнее, что ты хочешь сейчас услышать, но ты должен продолжать жить. А это значит, что тебе нужно поесть. Тебе нужно больше еды, чем остальным, помнишь?       — Я не хочу. Не очень хорошо себя чувствую, — рука на его плече сжалась.       — Мэй бы этого не хотела, — голос мистера Старка был все еще теплым и полным сочувствия, но в нем проявились нотки твердости. Питер вздрогнул, заставляя себя держаться. Эта борьба продолжалась около пяти секунд, а затем одинокая слезинка скатилась по его щеке. — Я не так уж хорошо ее знал. Она явно меня недолюбливала.       — Однажды она назвала вас «этот богатый мудак». Сразу после того, как она узнала… — Питер почувствовал, что улыбается сквозь слезы, и Тони фыркнул:       — Меня награждали эпитетами и похлеще. Да и Мэй в том числе. Она орала на меня почти целый час, понимаешь? Я думал, твоим патрулям придет конец…       — Но она не заставила меня остановиться, — пробормотал Питер, слегка улыбаясь. Тони недоверчиво покачал головой:       — Не заставила, — Тони слегка усмехнулся, — наверно, справедливо заключила, что это невозможно.       Питер выдавил еще один смешок.       — Нет. Я бы не остановился.       — Я так и думал, — Тони на секунду замолчал. — Она очень сильно тебя любила, — он заколебался, — я тебе когда-нибудь рассказывал о своей матери?       Питер почувствовал, что вздрогнул, и удивленно уставился на своего наставника в тусклом свете комнаты. Тему сменили резко, однако.       — Эм… нет.       — Нет… Я вообще никогда о ней не говорил. Вот уже много лет. Но она любила меня. А я был таким идиотом, — Питер моргнул и поднял руку, чтобы вытереть слезы. — И мой отец тоже… Я никогда не говорил ему, что люблю его. Он отвечал мне тем же. Я и не знал, что ему есть до меня дело, пока он не умер и я не обнаружил одно старое видео. Было, конечно, приятно, но всё же… — Питер с беспокойством наблюдал, как мистер Старк испустил долгий печальный вздох. — Но моя мама… она мне много чего говорила. При каждой встрече, — Тони слегка улыбнулся, глядя куда-то вдаль, а потом снова перевел взгляд на Питера. — Они бы с Мэй поладили. Они любили своих детей. Больше всего на свете.       Питер снова вытер глаза, немного приподнялся и прислонился к стене.       — Это ведь не совсем правда, — признался он шепотом. — Я даже не был ее родственником. Мой дядя… он был братом моего отца, но Мэй… — он запнулся на ее имени, — я не был ее ребенком.       — Ты был ее ребенком, — мягко поправил его Тони, — а еще ты мой ребенок, — Питер слегка вздрогнул, удивленно глядя на него. — Я твой опекун, а ты мой ребенок. Всё просто, — Тони поколебался, а потом улыбнулся Питеру, — и я люблю тебя, малыш. Моего старика звали гением, но отцом он был дерьмовым. Я не хочу повторять его ошибок. Я знаю, что всё ужасно, и ты еще долго будешь скучать по Мэй, но мы пройдем через это. Обещаю. Ты не будешь один.       Питер с трудом сглотнул, чувствуя, как щиплет глаза.       — Спасибо вам, — прошептал он, и Тони, неловко кивнув, похлопал его по плечу. Удивительно, как пацан умудрился развести его на эмоции.       — Хорошо. Давай-ка пообедаем вместе. Хелен строго-настрого наказала мне следить, чтобы ты поел, а в гневе она меня пугает.       — Разве она не работает на вас?       — Да. Но попробуй сказать ей об этом, — улыбнувшись, он протянул руку, помогая ему подняться, и они вдвоем направились на кухню.       У Питера все еще не было особого аппетита, но он сидел на кухне, жуя бутерброды, которые заботливо настрогал Роуди. Питер хотел было поблагодарить его, но его нигде не было видно. Когда он спросил мистера Старка, тот отложил свой собственный бутерброд.       — Он сейчас на встрече с Россом. На самом деле… мне тоже нужно быть на этой встрече.       — Оу! Мистер Старк, вы должны пойти на свою встречу! Я имею в виду, что не хочу…       — Эй, полегче, малыш. Дыши. Ты меня ни от чего не удерживал. Во всяком случае, ты дал мне повод не ехать, — Тони посмотрел на часы, — я просто хотел сказать тебе, что буду очень занят… ну, до конца дня. И завтра тоже, — Тони откусил еще один кусок бутерброда, и Питер кивнул:       — Да, конечно.       — Моя последняя завтрашняя встреча должна закончиться в 6, так что мы сможем где-нибудь поужинать. Что скажешь?       — Да, конечно. Я имею в виду… если вы хотите…       — Хочу, — Тони улыбнулся Питеру, кивнув на бутерброд. Слегка вздохнув, тот откусил кусочек, чувствуя, как внутри все переворачивается. — Все еще плохо себя чувствуешь?       — Не очень, — тихо признался Питер.       — Ладно, малыш. Можешь оставить в покое этот несчастный кусок хлеба. Но прежде чем я уйду, есть еще одна вещь.       — Какая?       — Мы с Роуди получили весточку от Брюса Беннера.       — Брюс Беннер! Он жив?! Его же не видели почти два года!       Тони слабо кивнул:       — Так и есть. Я вообще мало что знаю. Но он скоро вернется. С Тором, Локи и кучей асгардцев под боком. Так что я буду довольно занят.       Питер почувствовал, как у него отвисла челюсть, и быстро заморгал, пытаясь осмыслить услышанное.       — Тор и Локи? — прошептал он, и голос его слегка дрогнул. Мистер Старк не пошутил и даже не обратил на это внимания. Просто кивнул. — Он приведет сюда Локи?       — Да, — хмыкнул мистер Старк. — Я не все понял, но что-то там случилось с Асгардом, и им больше некуда податься. Тор клятвенно заверил меня, что его брату можно доверять, чему я не верю ни на секунду. Однако я твердо намерен не беспокоиться об этом, пока они не приземлятся.       Питер несколько раз кивнул, пытаясь осознать услышанное. Но получилось паршиво. Мэй умерла. Теперь он жил с мистером Старком. Это было все, что его мозг был готов обработать в данный момент. А еще он хотел хоть несколько часов проспать без чертовых кошмаров.       — Я не стану проблемой?       — Ну уж нет, — мистер Старк решительно покачал головой, — нет, Пит. Теперь это твой дом, ясно? Я буду занят, но ты все еще живешь здесь. Кроме того, разве ты не хочешь встретиться с остальными Мстителями? — Питер попытался улыбнуться, но слишком устал. — Малыш?       — Эм… да. Я просто… — он поднял руку, провел ею по лицу и, моргая, уставился на стол.       — Вот, — он удивленно заморгал, когда перед ним поставили стакан воды, — выпей это, — приказал Тони. Питер сделал так, как он просил, сделав глоток, затем еще один, пока вода не закончилась. Заботливая рука прижалась к его лбу, и на секунду это так сильно напомнило ему Мэй, что ему стало нехорошо. — Ну же, Пит, — поторопил его мистер Старк, обнимая за плечи и помогая подняться на ноги, а затем ведя в спальню.       Питер понял, что не успел еще внимательно осмотреть комнату. Он не мог заставить себя прийти в норму. Вместо этого он позволил мистеру Старку отвести себя к кровати, на которую тут же и рухнул. Его опекун натянул одеяло ему на плечи и взъерошил волосы.       — Тебе нужно немного поспать, малыш. Мне надо идти, но если тебе что-нибудь понадобится, тут же зови Пятницу. Или напиши мне. Эти встречи безумно скучные, так что ты окажешь мне услугу, — Питер слабо улыбнулся, уже закрыв глаза. — Я буду дома около десяти, — Тони в последний раз взъерошил ему волосы и сжал плечо. Питер уснул еще до того, как он закрыл за собой дверь.