Защитник

      Питеру потребовался еще час, чтобы закончить домашнее задание по истории, и когда всё было готово, он запихнул учебник обратно в рюкзак и отправился в свою комнату, чтобы отправить работу учителям по электронной почте. Не то чтобы он горел желанием заниматься сейчас учебой, но на носу были промежуточные экзамены, так что никуда от этого не денешься. По большей части он был достаточно близок к тому, чтобы удовлетворить социального работника. Пока она не начала давить на мистера Старка по поводу успеваемости Питера, он вполне мог наверстать упущенное.       Когда Питер закончил с делами, было уже около девяти, и он вытащил свой телефон, набирая сообщение Неду: «Наконец-то закончил с домашкой!». Телефон зазвонил почти мгновенно. Питер принял вызов и, ухмыляясь, пересел со стула на кровать.       — Привет.       — Эй! Так ты выяснил, когда вернешься в школу?       — А, ну да. Я… эм, мистер Старк сказал в школе, что я вернусь в понедельник.       — Еще на неделю? — заныл Нед, а Питер рассмеялся.       — Мистер Старк не хотел, чтобы я очень уж торопился.       Нед застонал, но быстро оборвал себя:       — Прости. Я имею в виду… ты, конечно, можешь взять столько времени, сколько нужно, — голос его друга был мягким, — учителя присылают тебе задание по электронной почте?       — Да. Работы выше крыши, а еще эти экзамены…       — Тебе что-нибудь нужно?       — Все в порядке. У меня есть все мои книги и так далее.       — Кроме того, мистер Старк, вероятно, мог бы просто купить тебе все, что нужно.       Питер фыркнул. Друг был не так уж и далек от истины.       — Так… у тебя все в порядке? — тихо спросил он.       — Да, я в порядке. Сегодня мы встречались в городе с социальным работником.       — А разве вы не планировали это на субботу? — спросил Нед.       — Планировали. Но, думаю, мистер Старк встречается с людьми, когда ему удобно, — Нед фыркнул, и Питер умолк на секунду, — она… она спросила, не собирается ли он меня усыновлять.       — Черт побери… усыновлять тебя? Он… он что-нибудь говорил об этом?       Питер вздрогнул.       — Он, эм… он сказал, мы можем поговорить об этом, когда я буду готов, но… Нед, думаю, что он и правда не возражал бы.       — Ты серьезно?       — Да. Он не был расстроен или что-то в этом роде. И он просто сказал, что мы поговорим об этом позже, а не то, что он не хочет. Я не знаю, что и думать, — признался он.       — Ты хочешь, чтобы он тебя усыновил?       — Моя тетя только что умерла, Нед, — слова прозвучали мягко и печально, и тут же его друг начал извиняться, хотя Питер вовсе этого не добивался.       — Это я знаю. Мне очень жаль, чувак. Прости. Я и не думал…       — Все нормально, — пробормотал Питер, откидываясь на подушку, — я просто… я чувствую себя паршиво, — признался он, — будто бы я предаю Мэй.       — Ты же не предашь ее! — Нед вдруг заговорил шепотом, — она бы хотела, чтобы он позаботился о тебе. Разве она не указала его с экстренным контактом для школы?       — Указала.       — Она бы хотела, чтобы ты был счастлив.       — Это я знаю.       Нед на мгновение замолчал, а Питер закрыл глаза.       — Ты там в порядке?       — Наверно, — Питер пожал плечами, хотя Нед не мог его видеть, — я скучаю по ней. Все время, даже когда абсолютно счастлив, например, когда развлекаюсь и тусуюсь с мистером Старком, доктором Беннером или с Тором.       — Ты тусуешься с Тором? — недоверчиво прошептал Нед.       — О, я имею в виду… он ходит где-то неподалеку. Но… Я все еще скучаю по ней. Она всегда перед глазами.       — Она была похожа на твою маму, — напомнил ему Нед, — это, наверное, еще долго не пройдет, чувак. Но ты все еще можешь наслаждаться своей жизнью, верно? То есть ты можешь работать с мистером Старком и позволить ему заботиться о тебе, а также болтаться с Тором и доктором Беннером. Кроме того, когда я смогу приехать?       Питер усмехнулся:       — Не знаю, Нед. Здесь асгардцы и Локи, так что… — он хотел было съездить к Неду сам, но решил, что надо будет просить кого-нибудь его отвезти, а мистер Старк ведь очень занят. Не хотелось его беспокоить из-за чепухи. К тому же на базе была мисс Поттс, а они и так редко виделись. — Может, после того, как они уедут. Во вторник состоится пресс-конференция, и мистеру Старку может понадобиться мое присутствие. Ты знал, что он выкупил башню обратно?       — Ты серьезно?       — Да. Мы будем там жить, чтобы я мог ходить в школу.       — Это так здорово… — мечтательно пробормотал Нед, и Питер рассмеялся:       — Да… Я имею в виду, на базе тоже очень круто. Может быть, ты приедешь сюда как-нибудь на выходные. Столько всего сейчас происходит с Мстителями и асгардцами… Я не представляю, как мистер Старк всё успевает.       — Это же Тони Старк! — воскликнул Нед, будто бы это все объясняло.       Питер фыркнул. Нед не видел такого же Тони Старка, что и Питер. Человека, который сжигал вафли и поливал их сиропом, чтобы это скрыть. Человека, который написал ему сообщение вместо того, чтобы говорить, потому что знал, что Питеру так удобнее. Человека, что сидел на земле в переулке возле церкви и рассказывал Питеру о том, как пережить паническую атаку. Но у него было предчувствие, что Нед скоро и сам все это увидит. Мистер Старк же приглашал его однажды на базу.       — Ну, пресс-конференция состоится во вторник, и асгардцы должны уехать в следующие выходные. Не знаю, что там с Тором и Локи, — сказал Питер своему другу, — так, может, в воскресенье? Я спрошу мистера Старка.       — Ладно. Просто… как думаешь, ты можешь сделать мне фотку? С Тором?       Питер фыркнул.       — Я постараюсь, — пообещал он. Питер вообще-то не был уверен, как отнесется к этому асгардец, но, возможно, не будет возражать. На самом деле он казался очень милым.       — Скоро перезвонишь?       — Да. Буду держать тебя в курсе событий. Ты можешь сказать ЭмДжей, что я не вернусь до следующего понедельника?       — Скажи ей сам. Так она лучше отреагирует, — вздохнул Нед.       — Думаешь, она рассердится?       — Ну… Она все поймет.       Питер не был уверен, что его друг стопроцентно искренен, но все равно поблагодарил его и повесил трубку, а затем открыл сообщение для ЭмДжей. К его удивлению, все прошло весьма мирно и даже без жертв. Положив телефон на тумбочку, он посмотрел на потолок.       — Эй, Пятница?       — Да, Питер?       — А где сейчас мистер Старк?       — Они с мисс Поттс в своих апартаментах. Может, мне его позвать?       Питер почувствовал, что краснеет, и покачал головой, широко раскрыв глаза:       — Что? Нет, не делай этого! — он провел рукой по волосам, — а где доктор Беннер?       — Доктор Беннер в лаборатории вместе с Тором. Быть может, вы хотите знать, где находится кто-нибудь еще?       Питер заколебался.       — Локи?       — Локи в своей спальне.       — Благодарю, — пробормотал Питер, садясь и свешивая ноги с кровати, — эй, Пятница?       — Да, Питер?       Он глубоко вздохнул, стиснув руки на коленях.       — Э… ты не знаешь, где мои вещи? В смысле, из моей квартиры?       — Знаю. Ваши вещи находятся через три двери слева от вашей. Мистер Старк, мисс Поттс и вы — единственные люди на базе, имеющие доступ в это помещение. Может быть, вы хотите, чтобы я позвала мистера Старка?       — Нет, не беспокой его. Спасибо, Пятница. Мне просто интересно.       И несколько минут Питер просто сидел на кровати, заламывая руки. Затем он встал, вышел из своей комнаты и направился к двери, о которой рассказывала Пятница. Положив руку на дверную ручку, Питер долго колебался, оглядывая пустой холл. Он почти не слышал остальных обитателей базы — двери спален были звуконепроницаемыми, за что он был безмерно благодарен. Конечно, при должной концентрации возможно было уловить отголоски разговоров даже из лаборатории, но сейчас это не имело смысла.       Питеру потребовалось несколько минут, чтобы наконец повернуть ручку, толкнуть дверь и войти внутрь.       — Пятница, можешь включить свет?       — Конечно, Питер.       Она сделала, как было сказано, и мягкое свечение озарило ряд картонных коробок, аккуратно выставленных вдоль задней стены. На боку каждой красовалась небрежная надпись маркером: «Гостиная», «Кухня», «Ванная комната». Интересно, что такого у них было в ванной, что ребята мистера Старка решили это забрать? «Комната Питера». Он решил начать с самого простого — достать что-нибудь из своих старых вещей. С его именем было коробок шесть, и Питеру стало любопытно, что же в них. Он уже двинулся было к стене, но вдруг замер на месте.       «Комната Мэй». Питер застыл, чувствуя, как отчаянно сжимается его горло. Мэй. Ее вещи. Он даже не осознавал, что движется, пока не поднял коробку сверху, опустил ее на пол и сорвал крышку. Когда он глянул вниз на коробку, полную одежды, его руки задрожали от липкого страха, сковавшего тело. Вещи пахли Мэй, и это сводило с ума. Ее духи, ее мыло, ее шампунь. Протянув дрожащие руки, Питер медленно вытащил из коробки потертый кашемировый свитер, поднес его к лицу и вдохнул.       Его ноги подкосились, и он здорово приложился коленями о землю. Сжимая ткань в кулаках, Питер опустил голову и свернулся калачиком на холодном полу, почувствовав, как жгучие слезы орошают мягкую ткань. Мэй. Это всё была Мэй. Он держал в руках свитер, который она всегда надевала после работы, усаживаясь с ним на диван смотреть очередной сериал. Но Мэй уже не было на этом свете. Она была мертва. Пьяный водитель врезался в их машину, и Мэй не стало. Питер до крови прикусил губу, пытаясь сдержать отчаянные всхлипы, которые уже грозили прорваться наружу. Он не мог взять себя в руки, не мог вдохнуть полной грудью. Боль разрывала его на части.       Кто-то мягко коснулся его спины, и Питер дернулся от неожиданности в сторону. Сердце его подскочило к горлу, когда он увидел доктора Беннера, стоящего возле него на коленях с широко раскрытыми от испуга глазами. Питер должен был услышать его приход. Надо было догадаться, что в комнате он был не один. Где же было его чертово чутье?! Питер покачал головой, отдергивая руку, которую протягивал ему Брюс, и откинулся назад.       — Питер?       Вдыхать стало невообразимо тяжело. Питер даже не заметил, что перестал дышать вовсе. Он почти ничего не слышал. Весь мир будто бы отошел на второй план. Доктор Беннер испуганно шевелил губами, но Питер не мог разобрать слов.       — С ним все в порядке? — спросили издалека, словно бы из-под толщи воды, а затем кто-то опустился рядом с ним на колени, и твердая рука легла ему на плечо. Все нервы были натянуты до предела, и прикосновение причиняло почти физическую боль. Затем пелена резко спала, и мир вдруг заиграл всеми красками радуги. Все было настолько ярким, оглушительно звонким, что Питер подумал, что это его убьет. Ему захотелось убежать отсюда вон. Выпрыгнуть из окна или… надеть на голову свою маску, и пусть Карен заблокирует всех и всё. Но маска осталась в спальне, а он застрял в этой комнате с вещами своей погибшей тети и не мог дышать. Только бы они ушли!       — Уйдите, — выдохнул Питер, — пожалуйста, уйдите, — умолял он, рыдая на коленях, и чужие руки замерли в нерешительности, — уходите!       — Нам позвать кого-нибудь?       Питер не ответил, дрожа на полу и удивляясь, в какой момент всё вдруг стало таким оглушительным. Одежда начала царапать кожу, а некогда тусклый свет — лазером выжигать глаза. Почему все эти люди были такими громкими?..       — Убирайтесь отсюда! — Питер вовсе не хотел кричать на доктора Беннера и Тора, но он не мог этого вынести — всего этого света, голосов, их сердцебиений. А потом раздался еще один встревоженный голос:       — Питер? Брюс, что происходит?       — Я не знаю… Я проходил мимо и увидел его на полу.       Последовало короткое молчание, затем мистер Старк заговорил снова, почти шепотом:       — Окей. Брюс, можешь принести бутылку воды?       Питер зажал уши руками и снова завыл, пытаясь понять, что же, черт возьми, происходит. Слишком. Громко. Он не мог ни дышать, ни перестать плакать, а тело словно покромсали на куски. Последовали еще несколько секунд тишины, затем шаги и тихий щелчок закрывающейся двери. Кто-то пододвинулся, чтобы сесть рядом с ним, и прошептал:       — Пятница, погаси свет. Убери все звуки. Не впускай никого в эту комнату. Пусть Брюс оставит воду на полу снаружи, — Питер не слышал ответа Пятницы, но свет послушно погас, и внезапно наступила полная тишина, нарушаемая лишь его судорожными вздохами и дыханием его опекуна. — Можно мне прикоснуться к тебе, или будет еще хуже? — спросил Тони едва слышным шепотом.       — Не знаю, — Питер почти забыл о рыданиях, пока не предпринял попытку заговорить.       — Окей. Я попробую. Скажи, если захочешь, чтобы я остановился, — предельно осторожная, но твердая рука опустилась на его плечо, затем притянула к себе. Странно. Боли не последовало. — Что происходит? Ты знаешь?       — Обостренные чувства, — всхлипнул Питер, почти задыхаясь, — всё слишком яркое и громкое.       — Понятно, — рука погладила его по плечу, сохраняя твердый контакт. Это было совсем не больно. Питер опустил голову на плечо Тони и вздрогнул, все еще плача, когда тот прижал его к себе. — Все нормально. Я здесь, — кусочек ткани коснулся руки Питера. Он не мог вспомнить, в какой момент выронил свитер, — а это поможет? — Питер покачал головой с бешено колотящимся сердцем, — окей.       Свитер моментально исчез, и все, что он почувствовал, — это аромат мистера Старка. Лосьон после бритья и моторное масло. Этот запах успокаивал, и он повалился на бок, все еще плача, но уже не всхлипывая.        — Простите.       — Одно правило, малыш.       — Я не хотел вас беспокоить.       Питер подумал о Пеппер и вздрогнул. Если она пока еще не возненавидела его лютой ненавистью, то этот момент не за горами. Он постоянно нуждался в ее будущем муже и с завидной регулярностью портил им и без того редкие совместные вечера.       — Ты никогда меня не беспокоишь, Пит.       — Больно.       — Где? — голос его опекуна стал чуть более настойчивым.       — Везде. Грудь. Голова…       — Сделай несколько глубоких вдохов вместе со мной, малыш. Ну же.       Питер кивнул и безумно долго пытался сосредоточиться на дыхании. Каждая секунда казалась вечностью. Это чувство пришло к нему внезапно и никуда не делось. Он хотел еще раз извиниться, но знал, что скажет Тони, потому и не стал себя утруждать. Протянув руку, Питер протер глаза, с удивлением обнаружив, что слезы все еще капают ему на колени. Мистер Старк продолжал гладить его по спине, размеренно дыша и своим примером побуждая Питера делать то же самое. К тому времени, как Питеру это удалось, ему стало чуть лучше, но он даже не смог найти в себе сил поднять голову. Мистер Старк продолжал обнимать его за плечи, и Питер снова почувствовал себя в безопасности. Будто он тонул, но мистер Старк его спас.       — Я не хотел кричать на доктора Беннера и Тора, — пробормотал он, уткнувшись носом в шею Тони. Ему не разрешалось извиняться, но, возможно, он мог бы все объяснить.       — Пит, они же все понимают. Они просто волновались.       — Мне очень жаль. Я знаю, что не должен извиняться, но мне так жаль. Вы были с Пеппер, и…       — В этом нет твоей вины, — прервал его Тони, подвинувшись так, чтобы ему было удобнее сидеть у стены, и притянув Питера к себе. — Ничего подобного, слышишь? Я не сержусь на тебя. И Пеппер тоже. Она все понимает, как и Тор с Брюсом. Все нормально.       Эта простая фраза «все нормально» заставила Питера почувствовать себя лучше, и его грудь, кажется, чуть отпустило. Они посидели вместе еще несколько минут. Питер заново учился дышать, а Тони поддерживал твердый физический контакт, пока Питер не почувствовал, что ему не помешало бы объясниться.       — Нед сказал, что Мэй хотела бы, чтобы я был счастлив. Что она будет рада, если вы обо мне позаботитесь.       Мистер Старк заколебался, но потом тихо произнес:       — Это правда, Паучок. Она любила тебя больше всего на свете.       — И я просто… мне становилось лучше. По крайней мере, я так думал, — Питер умолк, не зная, как объяснить, но Тони его не торопил. — Я хотел взглянуть на наши вещи. Вспомнить ее без боли. Но от них пахло так же, как и от нее, — Питер замолчал, прикрыв глаза, и почувствовал, что его опекун кивнул.       — Когда-нибудь ты почувствуешь себя лучше, — произнес Тони, — но порой это будет чертовски больно. И это нормально, — рука поднялась, чтобы погладить Питера по волосам. Это мягкое давление убаюкивало, и он прикрыл глаза, глубоко вздохнул и крепче прижался к мистеру Старку. — Как твои чувства? Все еще тревожат?       — Уже лучше. Я не знаю, что случилось.       — Паника даже людям с нормальными чувствами дает немалую сенсорную перегрузку. Со мной такое случалось. Как ты себя чувствуешь?       — Устал. Не знаю, почему… — Питер почувствовал, как Тони кивнул.       — Тоже побочный панический эффект. Как думаешь, ты сможешь встать?       — Угу, — пробормотал Питер, позволив Тони поднять его на ноги, обнять за плечи и вывести из комнаты. Они добрались до спальни Питера, и он тут же рухнул на кровать. Тони исчез на мгновение и вернулся со стаканом воды, который тут же вложил в руку Питера. Он сделал большой глоток и, едва открыл глаза, как мистер Старк забрал стакан и поставил его на тумбочку. — Вы можете отключить будильник?       — Нет. Прости, малыш. Я не смогу помочь тебе, если не буду знать, что ты в этом нуждаешься.       — Я не хочу будить мисс Поттс.       — Пеппер не возражает. Я обещаю, — заверил Тони Питера, проводя другой рукой по волосам, когда тот опустил голову на подушку. — Я скажу Пятнице, чтобы она приглушила будильник, чтобы он ее не разбудил, окей? Но она правда не возражает.       — Это всех разбудит?       — Нет. Будильник срабатывает лишь в моей комнате, — пальцы снова прошлись по его волосам, — поспи, Паучок.       — Мне будут сниться кошмары, — запротестовал Питер, моргая от навалившейся на него усталости.       — Я буду рядом, если это случится.       Питер протянул руку и устало протер глаза, радуясь, что эти чертовы слезы прекратились.       — Спасибо.       — Всегда пожалуйста, Пит.

***

      Когда Питер проснулся, было еще темно. Моргая и давая глазам привыкнуть, он перекатился на другой бок, уставившись на свои плотно задернутые занавески.       — Эй, Пятница? — пробормотал он, сглотнув и поморщившись от неприятного привкуса во рту.       — Да, Питер? — спросила она, как всегда мягко, но тише обычного.       — Сколько сейчас времени?       — Сейчас 5:30 утра. Вы проспали почти 7 часов. Детям вашего возраста рекомендуется 8-9 часов.       — Да. Спасибо, Пятница, — Питер вытер глаза, потянулся и сел, оглядывая свою спальню. Да, теперь это была его спальня. Питер тут же отбросил эту мысль. Он уже достаточно рыдал прошлой ночью. Он все еще слишком устал, чтобы даже думать об очередном нервном срыве. Выбравшись из постели и решив, что больше не сможет заснуть, Питер почистил зубы и снова наполнил стакан водой, проглотив все залпом, а затем провел рукой по волосам, — неужели все еще спят?       — Босс и мисс Поттс всё еще спят, так же как и доктор Беннер с Тором, — сказала ему Пятница.       — Благодарю, — Питер зевнул, проверил телефон, чтобы убедиться, что Нед не звонил, и отправился на кухню за едой. После вчерашней пиццы у него во рту и маковой росинки не было, так что теперь просто умирал с голоду. С паучьим метаболизмом шутки были плохи.       Питер был несколько удивлен, обнаружив, что в гостиной горел свет, а Локи сидел в том же кресле, что и накануне утром, все еще листая роман. На секунду Питер задумался, что же такое он читает, но угол обзора не позволял разглядеть обложку. Спустя секунду асгардец поднял глаза, изогнул бровь и коротко кивнул Питеру.       — Доброе утро, — поприветствовал его Питер, засунув руки в карманы спортивных брюк.       — Доброе, — отозвался асгардец, судя по голосу, не желая вступать в разговор. Питер решил на этом остановиться, прошел на кухню и порылся в морозилке, чтобы найти коробку вафель. Морозильник мистера Старка был доверху заполнен коробками с едой, педантично разложенными по видам, габаритам и сроку годности, и вафли найти было проще простого. Совсем не походило на холодильник Мэй. У них всё было традиционно свалено в кучу. Среди овощей и пакетов молока можно было обнаружить полугодовую просрочку, недопитые пачки сока и многое другое. Питер послал эту мысль куда подальше и выудил из морозилки коробку вафель. Несколько штук он тут же забросил в тостер. Затем, вспомнив правила приличия, заглянул в гостиную.       — Эм… мистер Локи? — пробормотал он и услышал, как асгардец чуть раздраженно вздохнул.       — Что?       — Может, хотите вафель?       Локи поднял глаза от книги, встретился взглядом с Питером и на минуту задумался:       — Да. Благодарю.        Питер уставился на него широко раскрытыми глазами, потом кивнул:       — Э… конечно, — Локи тут же утратил к нему всякий интерес и снова уткнулся в книгу. Питер выждал с минуту, пока вафли пулей выскочат из тостера, и, морщась от жара в пальцах, бросил их на тарелку, а сверху полил сиропом. Неся тарелку, он помедлил перед креслом Локи, затем поставил их на кофейный столик, — вот.       Локи встретился с ним взглядом и, кажется, заглянул в самую душу. Питер задумался, в состоянии ли он читать чужие мысли. Может, для этого необходим был тактильный контакт? Он же усыпил его однажды! Тор сказал, что Локи был ледяным великаном. Какого же рода магию он мог творить? Питер хотел было спросить, но не стал, потому что вопрос мог показаться обидным. Он вспомнил, что король Т’Чалла упоминал о протестах…Люди думали, что Локи следует покарать за его преступления. Сожалел ли Локи о том, что натворил? Тор, вроде, доверял ему.       — Спасибо, Питер, — сказал асгардец, слегка улыбнувшись.       — О, да, конечно, мистер Локи, сэр… — Питер нервно провел рукой по волосам, хотел уже спросить, но передумал, повернулся и направился обратно на кухню, чтобы сделать вафли и себе.       Покончив с едой, Питер осознал, что все еще был голоден, но еще больше его переполняла энергия. Питер так давно не был Человеком-Пауком. Он не кружил по городу и не боролся с преступностью. Но он прекрасно отдавал себе отчет в том, что бдительная Пятница тут же поднимет тревогу. Кроме того, он был слишком далеко от города. А вот когда они переедут в башню… Питер отогнал эту мысль прочь, направляясь к лифту и оставляя Локи с его чтением.       — Эй, Пятница? Могу я попасть в тренировочный зал?       — Конечно, Питер.       Если он не мог избавиться от лишней энергии, будучи Человеком-Пауком, можно было и по старинке.