Защитник

      Тони глянул на часы, затем положил телефон в карман, вытер лицо рукой и посмотрел на Брюса, который работал в другом конце лаборатории. Прошло уже двадцать минут с тех пор, как он оставил Питера делать домашнее задание, что, по его мнению, было не лучшей затеей, но Тони не хотел показаться чрезмерно заботливым родителем. Родитель. Он был родителем ребенка. Иногда эта мысль поражала Тони до глубины души, и он чувствовал, как колотится его сердце и дрожат руки. Он был ответственен за Питера. Теперь это был его ребенок. Ребенок, что прыгнул под пули, спасая Локи. Локи! А Тони стоял возле окровавленного Питера на коленях, а затем долгие часы сидел у его кровати, пока тот ворочался в своем беспокойном сне. Его ребенок пострадал. Конечно, сейчас ему было немного лучше, но все же, израненный и измученный, Питер являл собой невеселую картинку.       Тони хотел проверить его еще раз, но он обещал Питеру, что даст ему по крайней мере час, чтобы поработать над домашним заданием, так что отвлекать его сейчас было бессмысленно. Социальная работница следила за ними весьма бдительно и постоянно запрашивала информацию о состоянии Питера после того, как тот был подстрелен в прямом эфире вскоре после подписания бумаг об опекунстве.       Что Тони действительно хотел сделать, так это вытащить Питера из города на пару дней, чтобы дать прессе угомониться, а затем, возможно, навестить стрелявшего в пацана журналиста. Однако на плечах Тони висела ситуация с асгардцами, да и Питеру нужно было вернуться в школу как можно скорей. Конечно, Тони не возражал бы против пляжного отпуска или домашнего обучения, но Питер хотел быть ближе к своим друзьям, и, насколько Тони мог судить, любил ходить в школу.       Брюс изучал образец крови Питера в другом конце лаборатории, пытаясь найти какое-нибудь обезболивающее, которое смогло бы побороть его метаболизм. Организм Питера отлично реагировал на антибиотики, что давало Брюсу некоторое направление исследований. И все же на душе Тони было неспокойно. Он искал все возможное о ДНК Питера, а мысли то и дело уносились к скорому прибытию Т’Чаллы и убывающим в Ваканду асгардцам. Вдобавок Пеппер хотела, чтобы он собрал еще одну пресс-конференцию — сообщить всем, что Питер в порядке, и обозначить его позицию по поводу Локи. На деле же все, что Тони действительно хотел сделать — это оставаться рядом с Питером и держать общественность как можно дальше от него. Он попросил Пеппер поговорить с прессой и сделать заявление о Питере, а также потребовать конфиденциальности.       — Пятница, как поживает Питер? — спросил Тони, сдаваясь. Он не мог перестать проверять Питера и не вспоминать, как он выглядел в те страшные минуты после выстрела. Тони не мог перестать видеть, как рука Питера сжимает руку Тора и как он изо всех сил старается не закричать. Брюс, услышав слова Тони, даже не обернулся, и Тони был ему благодарен.       — Питер в настоящее время работает над домашним заданием, параллельно набирая сообщение в смартфоне. Мне проверить его содержание?       — Нет, — покачал Тони головой, увидев поднятую бровь Брюса. Он никогда бы так не поступил… ну, если, конечно, дело не было бы первостепенной срочности. — Просто дай мне знать, если что-нибудь случится, — что угодно. Тони пришлось побороть желание прояснить ситуацию. Если мальчик встанет с постели. Если он заснет. Если температура снова подскочит, и ему станет нехорошо.       — Ему действительно стало намного лучше, — произнес Брюс, взглянув на Тони, который кивнул в ответ. Брюс свернул свои наработки и подошел ближе к Тони, не глядя на окружавшие их экраны. — Температура почти спала, он много отдыхает и пьет. Он в полном порядке, а инфекция побеждена. Домашнее задание его не убьет, — Брюс на мгновение замолчал, и Тони почувствовал на себе его взгляд, — ты замечательный отец, Тони.       Он удивленно моргнул и повернулся к Брюсу:       — Что?       — Я имею в виду, я знал, что ты был хорошим парнем, едва только тебя встретил. Все на том чертовом воздушном корабле обходили меня стороной, понимаешь? Крались на цыпочках, будто я мог взорваться в любую секунду. Я их не сильно осуждал, конечно, но ты… — Брюс усмехнулся и ткнул карандашом в сторону Тони, — ты подошел прямо ко мне, заговорил о моей работе… ткнул меня чем-то острым, — он слегка улыбнулся, — этот ребенок от тебя без ума. И с ним все будет в порядке. Ему уже лучше. И у него есть ты. Никто не обвинит тебя в излишнем беспокойстве. В конце концов, он же твой ребенок. Так что не притворяйся передо мной и проверяй его столько, сколько сочтешь нужным. А анализы и все остальное я беру на себя. Он действительно особенный, и чует мое сердце, ты многого в его истории не договариваешь, — Брюс успокаивающе выставил вперед руки, когда Тони начал было протестовать, — все нормально, правда. Питер меня не знает, и я пойму, если пока он мне не особо доверяет. Надеюсь, однажды мы станем ближе, — он пожал плечами, — в любом случае, ты хороший отец, и Питеру повезло, что ты у него есть.       Тони хотел выдавить что-нибудь язвительное… Что-то, что снимет напряжение и поможет ему справиться с теми добрыми словами Брюса, а также с той ямой, что угрожающе быстро росла в его животе. Тони не особо привык к комплиментам. Ну, не к подобным уж точно. Обычно все восхищались его изобретениями, его костюмами и прочим, и принимать похвалу подобного рода было легко и просто. В случае же с Брюсом это было нечто личное. Простое и искреннее. И Тони не знал, как себя вести в таких ситуациях.       — Да, но… — Тони замолчал, возвращаясь к своей работе и уставившись на один из экранов. Брюс рассмеялся, похлопал Тони по плечу и направился к своему рабочему месту.       Телефон Тони зазвонил примерно через полчаса работы, и он вытащил его, нахмурившись в замешательстве, увидев черный дисплей. Спустя секунду он вспомнил о другом телефоне, вытащил из заднего кармана старинную раскладушку и с минуту пристально смотрел на имя, прежде чем принять вызов.       — Ты же знаешь, что можешь просто позвонить мне на обычный телефон, раз уж вы теперь не скрываетесь. Нет ни малейших причин использовать этот устаревший кусок мусора, — ответил Тони, вытирая глаза рукой и выходя в коридор, не желая беспокоить Брюса, пока тот пытался работать.       — Мы видели новости… Он в порядке? — спросил Стив с неподдельной тревогой в голосе, и Тони проглотил какую-то эмоцию, которую не хотел называть. Со Стивом и остальными дела сейчас обстояли лучше, но он не был уверен, что готов был делиться с ними подробностями своей личной жизни, как минимум, потому, что понятия не имел, как реагировать на очередное предательство.       — И тебе привет.       — Почему ты никогда не рассказывал нам, что у тебя есть сын, Тони?       Это застало Тони врасплох, и с минуту он таращился на пустую стену, размышляя над ответом.       — Что?       — Нат сказала, что говорила с тобой, и ты назвал его своим ребенком.       Пожалуй, это заявление было не так уж и далеко от истины. Питер был его ребенком во всех смыслах этого слова. Тони планировал его усыновить, но для начала стоило обсудить это с пацаном. Войдя в лифт, Тони решил, что Стиву вовсе не нужны такие подробности.       — Все сложно, — сказал он ему.       — С ним все в порядке?       — Брюс не спускает с него глаз. Пуля не задела ничего жизненно важного. Сейчас он отдыхает.       — Он принял пулю за Локи, — это был не совсем вопрос, но Тони почувствовал острую необходимость защитить Питера. Входя в гостиную, он оглянулся вокруг, убеждаясь, что она пуста, и упал на диван.       — Да. Судя по всему, они спелись, — Тони вздохнул, даже не зная, как это объяснить. — Локи пока не причинил нам никаких проблем, — Тони вынужден был признать, что для него это тоже было сюрпризом, но Локи вел себя донельзя нетипично. Никаких интриг, манипуляций и убийств.       — Твой сын спелся с Локи?..       Тони пожал плечами, хотя Стив и не мог его видеть.       — Вроде того.       — Я не понимаю, как он вообще увидел человека с пистолетом, — голос Стива звучал почти подозрительно, и Тони почувствовал, что начинает защищаться. Заставив свой голос оставаться ровным, он глубоко вздохнул.       — Не знаю. Наверно, он разглядел красную точку. У меня не было возможности спросить его об этом. После того, как врачи извлекли пулю, у него поднялась температура. С тех пор он в постели.       Стив поколебался:       — Он действительно в порядке? — спросил он тихо и серьезно.       — Скоро поправится.       Стив вздохнул на том конце.       — Сколько ему лет?       — Пятнадцать, — последовала долгая пауза, и Тони провел рукой по лицу, — у нас здесь лучшие врачи. О нем заботится Брюс. С Питером все будет в порядке, — Тони не был до конца уверен, кого пытается убедить — себя или Стива.       — Как долго… я хочу сказать, вы с ним…       — Около года, — оборвал его Тони, предположив, что именно к этому Кэп и вел свой неуклюжий вопрос, — может, чуть больше.       — Ты хочешь сказать, что знал его раньше?       — Я встретил его как раз перед тем, как команда распалась, — бросил Тони, слишком измученный, чтобы чувствовать себя занозой в заднице, давя на больную мозоль. Конечно, команда распалась, потому что Капитан Америка и его сумасшедший дружок-убийца оставили его помирать в Сибири, но его ребенка только что подстрелили, так что сил на перебранки объективно не было.       — Ты позволишь нам с ним встретиться?       — Если он пожелает, конечно.       Тони не сомневался, что момент их встречи был неминуем, да и Паука команде представить было нужно. Однако Тони не был уверен, как отнесется к этой затее Питер. Он довольно серьезно воспринимал концепцию тайной личности, и Тони не мог его за это винить.       — Что скажешь, если мы приедем на базу на следующей неделе? Или в башню, если ты будешь там.       Тони на мгновение помедлил с ответом. Как бы отнесся к этому Питер? Для начала нужно было обсудить это с ним.       — Как думаешь, Стив, мы можем отложить этот разговор до следующей недели? — произнес Тони наконец, — у меня сейчас полный дом асгардцев, раненый ребенок и Локи под боком.       — Конечно. Я просто… Мы все видели новости и были обеспокоены. Пеппер в порядке? Полковник Роудс?       — Да, здоровы, как огурчики. Стрелок задел лишь пацана.       — Прости за беспокойство, Тони. Я перезвоню на следующей неделе, и мы договоримся о встрече.       — Будем считать это свиданием.       И с этими словами Тони сунул телефон обратно в карман, подняв глаза, когда Брюс показался из лифта. Его друг присоединился к нему на диване, скрестив руки на груди. Они видели это в новостях. Стив сказал, что они беспокоятся о Питере. Пожалуй, это имело смысл. Лично Мстители с пацаном знакомы не были, но у парня была привычка влюблять в себя всех в радиусе ста метров. Его обожали буквально все вокруг, и Тони был уверен, что команда не станет исключением. Однако где-то в глубине души он все еще беспокоился. Мог ли он им доверять? А если что-нибудь случится? Что, если они раскроют тайну личности Питера, и он пострадает? Некстати вспомнилась Сибирь и бывший друг, неистово опускающий щит ему на грудь. Как Тони мог доверить этим людям своего ребенка? Хотя, зная Питера, он не был уверен, что у него есть выбор.       Направляясь обратно в лабораторию, Тони положил телефон в карман, надеясь, что сможет избавиться от него до того славного момента, когда кто-нибудь застукает его за использованием подобного старья. Брюс делал какие-то пометки в блокноте, лежавшем перед ним на столе. На экране перед ним вился гигантский поток букв и цифр, которые Тони не мог разобрать с другого конца комнаты. Вернувшись к своему рабочему месту, он некоторое время смотрел на экраны перед собой, бесцельно прокручивая данные, а затем Брюс заговорил.       — Не хочешь проверить, как он там? — поинтересовался он, — заказать ужин и посмотреть фильм? Он переживет пару часов на диване.       Тони тут же согласился, нисколько не беспокоясь о том, что подумает о нем Брюс. Он доверял Брюсу почти как себе или Питеру.       — Пятница, закажи что-нибудь китайское. Мне как обычно, а Питу по его предпочтениям. Также позаботься об ужине для наших гостей.       Сделав это, Тони повернулся к Брюсу, который уже складывал свой блокнот и укладывал что-то в медицинский чемоданчик.       — Я его проверю. Хочу убедиться, что регенерация работает, как надо.       — Спасибо тебе, дружище, — пробормотал Тони.       Они вошли в лифт и вместе направились наверх. На кухне они обнаружили лишь Роуди.       — Я только что заказал китайскую еду. Мы собираемся позвать Пита и глянуть фильм в гостиной.       — Идеально. Теперь моя очередь выбирать фильм. Готовься к классике, — усмехнулся он.       — Питер точно заснет.       Роуди хмыкнул, но уже через несколько секунд посерьезнел.       — Как он там?       — Он слишком много спит. Видимо, это нормально. Суперисцеление и все такое, — Роуди кивнул, — звонил Стив. Кажется, он видел, как моего ребенка подстрелили в прямом эфире.       — Мы встретимся с ними в ближайшее время?       — Я попросил его перезвонить на следующей неделе.       — Звучит неплохо. Иди к пацану, — Роуди похлопал его по плечу, вошел в гостиную и сел на диван. — Пятница, подготовь мой плейлист классических фильмов.       Закатив глаза и фыркнув, Тони вместе с Брюсом отправился в комнату Питера. Они были уже почти на месте, когда их окликнул Тор, спешащий к ним по коридору.       — Что происходит, Златовласка? — осторожно поинтересовался Тони, которому совсем не понравилось озабоченное выражение лица асгардца.       — Я ищу своего брата. Вы его не встречали?       — В последнее время нет… — Брюс взглянул на Тони.       — Он был жутко зол на человека, стрелявшего в Питера. Я беспокоюсь, что будет, если он его разыщет.       Как бы Тони ни хотелось, чтобы Локи прикончил ублюдка, он вполне отдавал себе отчет в последствиях данного поступка.       — Пятница, где притаился наш чудесный волшебник страны Оз?       — Локи сейчас в комнате Питера, — сообщила ему Пятница, и Тони почувствовал, как у него перехватило дыхание, а сердце екнуло. Он повернулся и встретился с обеспокоенным взглядом Брюса.       Тони, сохраняя остатки самообладания, почти бегом бросился по коридору, протиснувшись мимо Брюса и Тора, рывком распахнул дверь и застыл, когда Брюс и Тор подоспели к нему сзади. Локи сидел у кровати Питера. Его рука лежала на лбу мальчика, и он едва удостоил их и взглядом. На этот раз он не читал очередной роман. Вместо этого Локи положил длинные пальцы на волосы пацана, умиротворенный и расслабленный. Спокойный. Будто и не было на его совести десятков убитых людей.       — Локи? — чуть неуверенно позвал Тор. Кажется, Локи не причинил вреда его ребенку, да и Питер вообще-то спас ему жизнь, что заставило Тони усомниться в злодейских намерениях асгардца. Тем не менее, было довольно неприятно видеть зеленое свечение, струящееся с его руки возле лица Питера. Когда Тор заговорил, мальчик даже не пошевелился, и сердце Тони сжалось от беспокойства. Питер обычно спал очень чутко. Зычный голос Тора всегда заставлял его подскакивать на месте. Тем не менее, Тони просто стоял там, отчаянно пытаясь придумать происходящему объяснение. Питер спас Локи жизнь. Даже для бога коварства отвечать на подобное злодейством было бы чересчур. — Что ты здесь делаешь?       — Ребенок болен и должен был спать. Я помог ему заснуть, — сообщил им Локи, и Тор сделал шаг в комнату, сопровождаемый Брюсом, который тут же взял Питера за запястье, проверяя пульс, а затем положил руку ему на лоб, кивнув Локи, который отошел в сторону.       — Кажется, он просто спит, — Тони вошел в комнату до конца и на секунду взглянул на мальчика. Это был его сын. Его сын, который получил пулю за Локи и в настоящее время крепко спал под властью странной зеленой магии, витавшей в комнате. Тони так сильно любил этого ребенка, что, несмотря на убежденность, что ему ничего в данный момент не угрожало, не мог отогнать беспокойство. Когда Локи усыпил Питера в первый раз, Тони был в ужасе. Теперь он лишь немного волновался.       — Ты можешь его разбудить? Ему нужно поесть, — спросил он Локи, стараясь говорить спокойно. Раз Питер бросился ради Локи под пули, тот ему явно нравился, а это означало, что он должен был дать асгардцу хотя бы шанс. Локи невозмутимо убрал руку, и Тони присел рядом с Питером на кровать, наблюдая, как исчезает зеленый туман. — Привет, дружок. Пора вставать, — пробормотал он, хватая Питера за руку. Остальные молчали, отойдя от кровати и давая им немного пространства. — Питер? — мальчик пробормотал что-то невразумительное, тихо вздохнул и повернул голову. Рука, которую держал Тони, слегка сжалась. — Пит?       — Папа?       Все в комнате, кажется, затаили дыхание, да и время словно бы замерло, но Тони этого даже и не заметил. Зрачки Питера были легкого зеленоватого оттенка, но вот он моргнул, и глаза снова стали привычными шоколадными. Кажется, Тони только что услышал, как мальчик называл его папой. Его сердце отчаянно билось, а по телу разливалось приятное и незнакомое доселе тепло. Питер назвал его папой. Конечно, он был измучен и едва ли осознавал, что говорит. Бодрствуя, он упрямо мучил его этим «мистером Старком», хотя список взрослых, которых он называл по имени, определенно рос. Но сам факт услышанного Тони сегодня говорил о том, что подсознательно Питер воспринимал его в качестве своего родителя, даже если и не говорил об этом вслух. Тони заметил, что Брюс слегка улыбается, глядя себе под ноги, но не стал обращать на это внимание и просто сжал руку Питера.       — Привет, приятель. Ты хорошо себя чувствуешь? — спросил он, почти удивляясь тому, каким мягким был его собственный голос.       — Магия, — пробормотал Питер, снова закрыв глаза, — это так здорово.       — Он проснется сам через несколько минут, — просто сказал Локи, вставая. Он на мгновение поколебался, а затем повернулся к Тони, — он спас мне жизнь, Старк. Я не причиню ему вреда, — и самое безумное, что Тони ему поверил. — Брат. Беннер, — кивнул Локи двум другим мужчинам, выходя за дверь и скрываясь из виду.       Тор с Брюсом тактично последовали его примеру, оставив Тони наедине с его ребенком, и в течение нескольких минут он терпеливо ждал, когда мальчик проснется. Наконец его веки затрепетали снова, и он распахнул глаза.       — Мистер Старк? — позвал он, потирая глаза кулаками в совершенно малышачьей манере. Тони усмехнулся.       — Здравствуй, Паучок, — Тони отпустил руку мальчика, взъерошив ему волосы и убрав часть их с глаз, — как ты себя чувствуешь?       — Я в порядке… — Питер пару раз моргнул, затем огляделся, будто вспоминая, где находится, — а где же Локи?       Тони задался вопросом, когда у него хватит смелости и решимости велеть парню называть его по имени и никак иначе.       — Он только что ушел, — сказал он ему.       — Он снова усыпил меня магией, мистер Старк! — Питер сел, приподнявшись на подушках. Он все еще выглядел усталым, но уже сидел и говорил, и Тони не мог не выдохнуть от облегчения. — Он положил руку мне на голову, а потом все позеленело, и я заснул! Разве это не круто?!       — Да, малыш. Это довольно круто, — усмехнулся Тони.       — Как думаете, он сможет научить меня магии?       Мог ли Локи научить Питера пользоваться магией? Возможно. Позволит ли Тони когда-нибудь этому самоотверженному, склонному сломя голову нестись навстречу опасности ребенку учиться магии в дополнение к тем способностям, которыми он уже обладал? Нет. Никогда и ни за что. По крайней мере, до восемнадцати лет. Или двадцати. А может быть, и тридцати.       — Не знаю, Пит. У тебя уже есть твои паучьи способности. Тебе действительно нужно больше? — Питер помедлил на мгновение, явно собираясь сказать «да», но затем передумал, а Тони искренне понадеялся, что пацан забудет об этой затее.       — Не уверен, — Питер взглянул на свой телефон, лежавший на ночном столике, — я переписывался с Недом, — признался он.       — Хорошо. Как он там поживает? — поинтересовался Тони, радуясь тому, что Питер поддерживает контакт со своим другом.       — С ним все в порядке, но он был очень обеспокоен. Наверное, видел все по телевизору.       В голову Тони снова полезли Мстители, и он подумал, не стоит ли ему сказать Питеру, что они тоже о нем беспокоились.       — Скорее всего, — сказал он ему, решив отложить разговор о Мстителях на потом. Питер выглядел довольно уставшим, несмотря на вызванный магией сон. Тони сомневался, был ли тот готов к дискуссии о беглецах, его секретной личности и официальном статусе сына Тони. — Как насчет того, чтобы перекусить? Я заказал китайскую еду. Не хочешь переместиться в гостиную? Роуди там выбирает фильм. Уверен, нам предстоит увидеть нечто черно-белое и донельзя скучное, но ты хоть проветришься.        Питер усмехнулся и кивнул.       — Да, звучит неплохо.       Тони протянул руку, помогая Питеру подняться на ноги, и вместе они направились в гостиную, где Тони усадил пацана на диван рядом с Роуди, а сам уселся по другую сторону от него, положив руку на спинку дивана. Питеру потребовалось всего мгновение, чтобы наклониться к нему и положить голову на плечо. Тони прижал его к себе, пока они ждали китайскую еду, а Роуди занялся фильмом.       Как и предсказывал Тони, Питер отрубился примерно в середине, и он старался не делать лишних движений, чтобы ненароком не разбудить. Парнишка уже прикончил всю свою кисло-сладкую курицу, заел ее рисом и запил какой-то странной газировкой, так что Тони не слишком волновался о его метаболизме. К тому же Брюс снова измерил его пульс и температуру и заверил Тони, что причин для беспокойства нет. Питер проспал остаток фильма, а Тони все это время стоически игнорировал понимающие улыбки Роуди. Когда фильм закончился, Тор, решивший к ним присоединиться, встал, нежно потрепал Питера по голове и удалился. Брюс ушел следом, заверив Тони, что Пятница даст ему знать, если Питеру потребуется помощь доктора.       — Пацану повезло, что у него есть это суперисцеление.       — Не то слово, — Тони дотронулся до головы Питера, пробежав пальцами по кудряшкам, и мальчик прижался к нему сильнее, почти уткнувшись лицом в плечо.       — Кстати, о суперштуковинах… — Роуди замолчал, останавливая фильм, — вы, ребята, еще не обсуждали его привычку надевать маску и помогать старушкам переходить улицу?       Тони усмехнулся, притягивая мальчика чуть ближе.       — Пока нет. На самом деле, еще не было возможности. Да и он об этом даже не заикнулся.       — И ты позволишь ему продолжить?       Тони уже давно об этом думал. Даже когда встретил пацана впервые и потащил его с собой в Германию, он чувствовал себя немного виноватым. Тем не менее, парень неплохо себя проявил, и Тони знал, что такая жизнь ему по душе. Едва ли был шанс остановить Питера от геройств, но следовало обозначить границы. Придумать какой-нибудь комендантский час, напичкать его датчиками сверх уже имеющихся…       — Да. Я лично построил его костюм. Не могу я теперь велеть ему остановиться?       — Питер замечательный ребенок, и он станет великим супергероем, когда подрастет, — Тони пришлось согласиться, хотя малыш уже был великим супергероем, — отнесешь его в постель или тебе нужна помощь?       — А что, возьмешь его на руки? — с усмешкой произнес Тони.       — Нет. Позвал бы Тора.       Тони покачал головой.       — Разберусь. Но все равно спасибо, — Роуди, кивнув, ушел, а Тони осторожно высвободился из объятий пацана. — Ладно, приятель. Пора тебе возвращаться в постель, — Питер что-то пробормотал, прижимаясь к Тони, и тот провел пальцами по его кудряшкам. — Пит? Да ладно тебе, ты довольно тяжелый. Неужели заставишь старика взвалить на себя эту ношу?       — Вы вовсе не старик, — пробормотал Питер, схватив Тони за рубашку, и Тони засмеялся, просовывая руку под ноги Питеру и пытаясь встать.       — А ты ведь тяжелее, чем кажешься, верно?       — Ммм… Который час? — поинтересовался мальчик, еще не совсем проснувшись, и свернулся вокруг Тони, как детеныш коалы.       — Сейчас около десяти, а это значит, что маленьким паучкам пора баиньки.       — Я вовсе не устал…       — Да, — усмехнулся Тони, — я вижу, — наклонившись, он опустил Питера на его кровать и вздохнул, когда тот его не отпустил, — Пит? Не отпустишь меня, да?       — Нет, — вздохнул тот.       Тони встал, выпрямляясь и пытаясь оторвать от себя пальцы Питера, но сверхъестественная сила мальчика не позволила.       Питер, сквозь сон, притянул его ближе, а Тони покачал головой, схватил одеяло с изножья кровати и положил голову на подушку.       — Хорошо. Ты победил, Паучок.       Мальчик ничего не ответил, просто свернулся калачиком у него под боком, положив голову на грудь Тони, и тот обнаружил, что совсем не трудно заснуть, когда твой ребенок так близко.