Защитник

      — Тони?       Он вздохнул, неохотно убирая телефон в карман и сжимая пальцами переносицу. Больше всего на свете хотелось послать всех к чёртовой бабушке и сесть уже в самолет. Да, все эти встречи были критически важны. И да, Тони все еще работал на Stark Industries, так что его периодическое появление на подобного рода мероприятиях было совершенно необходимым, но… Питер потерял свою тетю всего несколько месяцев назад и все еще по этому поводу убивался, а тут еще и ее День рождения с этим идиотским ранением… Складывалось такое ощущение, что суперспособностью этого пацана была не огромная сила, а умение постоянно наживать себе на задницу неприятности. Конечно, Тони вполне отдавал себе отчёт в том, что утверждать подобное было бы несправедливо, и Питер делал все возможное, чтобы себя беречь, но…       Тони все еще был чертовски напряжен.       — Эй… — Пеппер положила руки ему на плечи, мягко сжимая, — в чем дело?       — Да так, ничего особенного. Наш ребенок только что получил легкое ранение ножом, — Тони пожалел о своих словах, едва только они сорвались с его губ. Пеппер резко побледнела и схватила его за локоть, будто пытаясь удержаться, и Тони покачал головой, — с ним все в порядке, просто царапина. Брюс бы не стал об этом лгать.       Правда ведь?       — И что это вообще значит? — воскликнула Пеппер, протягивая руку к телефону, словно уже собираясь звонить на другой конец света, в Америку.       — Он патрулировал и получил травму. Но, вроде бы, обошлось.       Пеппер бросила на него быстрый взгляд.       — Но ты упомянул «легкое ранение ножом».       — Это его слова, а не мои! И, если уж на то пошло, слова капитана Холта, — Пеппер приподняла бровь, — «Бруклин Девять-Девять». Пацан просто одержим этим сериалом, — честно говоря, Тони и сам был от него без ума, но счел, что упоминать об этом сейчас было бы неуместно.       И с этого момента стрелка часов поползла совсем уж по-черепашьи. Тони принялся бесцельно глазеть в окно, задаваясь вопросом, сможет ли пережить прыжок. Конференц-зал располагался на третьем этаже, так что существовала немалая вероятность поломать ноги. Интересно, что ему будет от Пеппер за побег? Больше всего на свете Тони жаждал вернуться домой. Туда, где все говорили по-английски и туда, где находился его ребенок. Всё было бы по-другому, надумай Питер поехать с ними. Мальчику бы понравился Гонконг. Он мог бы найти себе в городе занятие по душе, и это был бы для него самый настоящий отпуск, в котором он так нуждался.       Все больше и больше Тони думал, что ему следовало заставить Питера поехать. Но Пеппер не раз напоминала, что это нормально — позволить Питеру самому принимать решения. Его жизнь за последние месяцы превратилась в сущий хаос. Он жил теперь с новыми людьми и пытался быть супергероем, не говоря уже о необходимости посещать параллельно школу. Так что Тони пришлось согласиться с Пеппер, как ни противна была мысль, что его ребенок пострадал, а он был черт знает где.       Роуди постоянно присылал ему отчёты, полные самых горячих новостей — начиная с того, что Питер ел на завтрак, и заканчивая его активным времяпрепровождением с командой. Днем ранее Роуди позвонил и весьма неуверенно сообщил Тони, что с ним связались из школы Питера — тот, видимо, просто сбежал с занятий. И да, Тони предпочел бы, чтобы Питер не покидал школу без весомой на то причины, но день был непростой. Что действительно обеспокоило Тони, так это выключенный телефон. Будто пацан не знал, как все они перепугаются!       Но винить его Тони практически не мог. Корил он скорей себя, потому что изнутри его грызло чувство, что Питера он подвел. Он должен был быть рядом и сам обнаружить его на кладбище, обнять за плечи и все такое… Однако Локи сделал это за него, за что ему была огромная благодарность. (Тони не был уверен, не испытывал ли он по этому поводу некоторой ревности).       А теперь Питер был ранен, и Тони был абсолютно не в силах ему помочь. В следующий раз он непременно настоит на том, чтобы взять Питера с собой, чего бы это ему ни стоило. Пеппер должна понять. В конце концов, она тоже позвонила Питеру через несколько часов после того, как Тони рассказал ей о случившемся, весьма обеспокоенная. Это был ее сын, точно так же, как он был сыном Тони, независимо от того, что там утверждали эти глупые бумажки.       Когда все встречи и переговоры наконец-таки подошли к концу, Тони практически бегом ринулся к самолету, заранее упаковав все свои вещи. Питеру он писать пока не стал, не желая его будить, однако уже считал часы и минуты до встречи. Да, пацану придется еще пережить экзамены, но после их ожидал самый невероятный на свете отпуск. И да, все еще неясно было, стоит ли Питеру принимать лекарства от депрессии, да еще и этот разговор об усыновлении… Короче, Тони просто жаждал увидеть своего ребенка.       Полет назад, по ощущениям, оказался куда более мучительным приключением. Пеппер в полете готовила омлеты, Тони — коктейли, совсем как дома, но чего-то не хватало, а точнее, кого-то, и они оба это знали. Конечно же, расставание должно было стать для Питера огромным стрессом, однако Тони и не подозревал, каково придется ему самому.       Когда самолет приземлился, было уже почти одиннадцать вечера. На дворе стояла пятница, почти суббота, и все, чего Тони в этот момент хотел, это принять душ и рухнуть в постель, хотя, конечно же, сначала Питер. Башня встретила их ни с чем не сравнимым ароматом родного дома, и Тони осознал, что скучал по ней больше, чем когда-либо, зная, что здесь жила его семья. Он думал, что остальные уже должны были спать, ну, или по крайней мере, находиться на своих этажах, так что услышать голос Брюса было неожиданно.       — Я пытался убедить его, что это не сработает, но он был настроен решительно. Мы даже поспорили на пятьдесят долларов, что, знаешь ли, было кругленькой суммой, учитывая, как мало нам тогда платили, — послышался знакомый смех Роуди и Питера, и Тони почувствовал, как уголки его собственных губ против воли приподнимаются вверх.       — Оно что, взорвалось? — уточнил Питер.       — Конечно же, взорвалось! Твой отец месяц ходил без бровей и на пятьдесят баксов беднее.       Питер снова рассмеялся, и Тони, завернув за угол, заметил Брюса и сидящих напротив Роуди и Питера. Его старый друг ухмыльнулся, положив руку Питеру на спину, и Тони с удовлетворением заметил, что, когда он сделал шаг вперед и кашлянул, хватка Роуди на мгновение стала защитной.       — Папа! — это слово, кажется, вылетело у Питера изо рта еще до того, как он успел его осознать, и Тони оказался в объятиях подростка, не моргнув и глазом. Правую руку Тони осторожно положил Питеру на неповрежденный бок, а левую — на волосы. Уровень лохматости пацана определённо подбирался к критической отметке. Возможно, стоило сводить его к парикмахеру.       — Ну здравствуй, приятель, — пробормотал Тони, прижимаясь губами к темной макушке своего ребенка, — скучал по мне? — Питер кивнул, не выказывая ни малейшего желания его отпускать, — я тоже. Как бок?       — Неплохо.       Тони, в притворном раздражении закатив глаза, ждал продолжения.       — Сегодня утром сняли швы. Так что жить будет, — ответил ему Брюс, прислонившись к барной стойке и с улыбкой за ними наблюдая.       Тони фыркнул, поглаживая Питера по спине, а затем отодвинулся, когда пришел черед обниматься Пеппер.       — Здравствуй, милый, — прошептала она, прижавшись щекой к его волосам.       В какой-то момент Брюс и Роуди тактично их покинули, и Тони почувствовал облегчение. Наконец-то он снова был в кругу своей семьи. В конце концов, разве не это можно было назвать истинным счастьем — нормальную домашнюю жизнь с невестой и сыном? Кстати, о невесте… стоило заняться планированием свадьбы и стать уже семьёй официально.       Он отогнал эту мысль, приобнимая Питера за плечи, когда тот отодвинулся от Пеппер.       — Я собираюсь принять душ и лечь. Не засиживайся допоздна, — улыбнулась Пеппер, убирая с лица Питера прядь волос, — может, завтра отвезешь его в парикмахерскую? — предложила, целуя Питера в щеку, а затем и Тони на прощанье. Тони с ног от усталости валился не меньше, но вместо того, чтобы направиться к себе, обнял Питера и быстро прижал к себе.       — Найдётся, что перекусить? Умираю с голоду.       Питер тут же вскочил на ноги, поспешно подошел к холодильнику и, вытащив три контейнера с китайской едой, водрузил их на стол.       — Курица карри, в кисло-сладком соусе и… — он открыл третью, принюхался и сморщил нос.       — Я возьму карри, ты — кисло-сладкую, а эту бедняжку мы выбросим, — решил Тони, выхватывая у Питера контейнер и бросая его в мусорное ведро. Улыбаясь своей очаровательно-беззаботной улыбкой, Питер отнес оставшиеся к микроволновке и сунул их внутрь, — как дела в школе?       — Нормально.       — Экзамены начнутся на следующей неделе, да? Ты готов?       — Думаю, да… — то, как Питер неловко замолчал, навело Тони на мысль, что нервничал пацан посильнее, чем показывал.       — Знаешь, несмотря ни на что, я тобой горжусь, — Питер замер перед микроволновкой, повернувшись лицом к Тони, — правда. Чертовски горжусь. У тебя был непростой семестр, но твои оценки стали лучше, да и к экзаменам ты вполне готов. Но я бы гордился тобой, даже будь ты распоследним неучем.       Питер чуть смущенно улыбнулся, потупившись.       — Спасибо, — сказано это было так тихо, что Тони едва расслышал, но все же встал рядом с мальчиком, обняв его за плечи, пока микроволновка разогревала еду, — я действительно по тебе скучал.       — Я тоже скучал, Паучок.       После ужина Тони взъерошил Питеру волосы, позволив руке задержаться чуть подольше.       — Завтра мы с Пеппер будем спать до упора. Увидимся утром.       Проснувшись на следующий день, Тони сразу подумал, как же хорошо было наконец оказаться в своей собственной постели. На этот раз Пеппер все еще лежала рядом. Он приобнял ее одной рукой, уткнулся носом в волосы и глубоко вздохнул. Вот бы остаться в кровати на весь день…       — Пятница, Питер уже на ногах?       — Да, босс. Питер в настоящее время бегает с капитаном Роджерсом.       Одна лишь мысль, что кто-то мог встать в несусветную рань, чтобы побегать, сделала Тони очень и очень больно.       — Я не удивлен.       Пеппер у него под боком засмеялась.       — Хочешь к ним присоединиться?       — Меньше всего на свете, — проворчал Тони, перекатываясь на другой бок и прижимаясь лбом к ее плечу.       Через час Пятница сообщила, что Питер со Стивом вернулись и оба направляются в свои комнаты, чтобы принять душ. Тони хотел было встать, чтобы приготовить завтрак, но Пеппер повернулась на другой бок, положила голову ему на грудь и снова заснула, так что волей-неволей пришлось остаться на месте. Воспользовавшись редким случаем еще немного поспать, Тони прикрыл глаза и задремал, пообещав себе, что вскоре встанет на ноги.       Следующее, что он почувствовал, был потрясающий аромат свежеиспеченных вафель. Распахнув глаза, Тони увидел, что Пеппер уже сидит, прислонившись к спинке кровати.       — Доброе утро, — поприветствовала она его, держа на коленях тарелку.       — Где ты это взяла?       — Питер принес, пока мы спали.       — Питер делал вафли? — переспросил Тони с удивлением. Пеппер указала на прикроватную тумбочку, где он обнаружил аналогичную тарелку вафель, обильно сдобренных сиропом.       — Питер со Стивом их купили, — поправила Пеппер.       — А почему мы завтракаем в постели? — задал Тони вполне резонный вопрос, хватая вилку.       — Потому что у нас замечательный ребенок?       Тони кивнул. И не поспоришь ведь.       — Эй, Тони! — неожиданно позвала Пеппер. Он что-то напевал, вытирая сироп с уголков рта, — почему бы нам не устроить свадьбу в нашем пляжном домике в конце месяца? Лишь небольшую церемонию. Пригласим Мстителей и поженимся на пляже. Что скажешь?       Тони убрал тарелку обратно на тумбочку, наклонился и поцеловал Пеппер в губы.       — Скажу, что женюсь на тебе хоть на краю света.