Издевка судьбы

Алиска рыдала так, будто кто-то умер. Она крепко держалась за меня ручками и я понятия не имела, как отцепить её от себя. Сердце и без того было не на месте, что я не уделяла ей должного количества времени, а сейчас и вовсе обливалось кровью.  — Иса, маленькая моя, — успокаивала и одновременно упрашивала малышку я, — пожалуйста, не плачь. Я не могу уйти, пока ты так рыдаешь. Иса, пожалуйста. Я сейчас тоже расплачусь.  — Ты уйде-е-ешь, — тянула на одной ноте она, пачкая мою блузку слезами. Я крепче прижала её к груди. Как хотелось бы возразить, но не могу.  — Так надо, — с трудом проговорила я. — Родная, пожалуйста. Я постараюсь прийти пораньше, пожалуйста, не плачь. Она заливалась такими горькими слезами, каких я не видела у неё никогда. У Алисы был тяжёлый период в жизни: она впервые осталась без отца. Думаю, мою потерю ей было бы пережить чуть легче, ведь я была с ней не с рождения. А Кирилл, хоть и не сразу занялся дочкой, но был с ней всегда, Иса видела его каждый день и в её жизни не было ничего более реального и надежного, чем папа. А теперь папы нет, так ещё и мама где-то пропадает целыми днями.  — Не уходи, пожалуйста, не уходи! — надрывалась Алиса. В это утро прозвучало слишком много слов «пожалуйста».  — Иса… Иса, побудь немного с Алиной. Обещаю, что сегодня я вернусь раньше и весь вечер мы проведём вдвоем. Иса смотрела на меня глазами, полных слез и шмыгала носом. Прости меня, моя маленькая девочка, прости за то, что ты не получаешь должное. Но я обязательно найду нашего папу и все вернётся на круги своя и мы снова будем счастливы. Обещаю.  — Алина! Алина! — закричала я, зовя няню, но она не откликалась. — Черт, да что же такое… Алина! Выходя из комнаты, я чувствовала, будто оставляю там кусок своего сердца. Удивительно, как от него ещё что-то осталось, ведь я давно поделила его между Кириллом и Алиской.  — Даша! — окликнула я девушку до того, как она успела выйти из дома с Мишей под руку. В последнее время они нередко исчезали куда-то вдвоем спозаранку и Дашу это совсем не радовало. Сдается мне, что и сам факт выхода с Мишей её в восторг не приводил.  — Заводи машину, я сейчас подойду, — спровадив мужа, она заметно подобрела. — Да? Что случилось?  — Ты не видела Алискину няню? Мне пора уходить, но не могу же я бросить её одну.  — Э… — замялась на мгновение Даша. — Алины в доме нет. Она ушла вчера вечером, после того, как уложила Ису спать и я не видела, чтобы няня приходила. Наверное, она придёт часа через два-три, к десяти-одиннадцати.  — Но у меня нет двух-трех часов! — воскликнула я, от расстройства хлопнув ладонью по стене. — Через полчаса у меня важное совещание по итогам моей управленческой деятельности, а я всё ещё дома! Куда мне деть Ису?  — Я бы с радостью посидела с ней, но Миша… В общем, не место детям там, куда мы едем. Прости. Рассерженно рыкнув и не удосужившись попрощаться с Дашей, я побежала обратно на второй этаж с криками:  — Иса! Иса, одевайся скорее! Ты едешь со мной! Увы, но действовать придётся по ситуации. У меня нет ни минуты, чтобы искать того, кто сможет посидеть с Алисой. Подобная спешка выбивала меня из колеи, но с тех самых пор, как Виктория Сергеевна усадила меня в кресло своего покойного мужа, я всегда куда-то спешила, что-то не успевала.  — Скорее, Иса, скорее, — подгоняла я девочку, помогая ей усесться в детское автомобильное кресло. С недавних пор я стала ездить на автомобиле Кирилла и, хоть фобия никуда не исчезла, мне приходилось бороться с ней. Водитель в особняке был, сменщик Кости. Но мы пользовались его услугами так редко, что почти забыли, как тот выглядит. Водила я, честно говоря, ужасно. Интересно, так было всегда или до комы я держала руль лучше? Сейчас я дергала коробку передач так, что Кирилл, увидь это, наверняка оторвал бы мне руки. Всю дорогу я молилась, чтобы не попасть в пробку, Иса не раскапризничалась, меня никто не подрезал и об избежание прочих дорожных катаклизмов. И, доехав весьма благополучно и имея в запасе ещё пять минут, я была готова разрыдаться от облегчения.  — Виталия Станиславовна… — начала было девушка на ресепшене, встретив меня и уже подсовывая под нос какие-то бумаги, но я грубовато прервала её:  — Потом, всё потом! Бежать к лифту на каблуках, да ещё и с Исой в руках наперевес — удовольствия мало, поэтому я могла позволить себе злиться. Но какое счастье, что, выйдя из кабины, я сразу же встретила Илью! На данный момент он был единственным, кто решал если не все, то многие мои проблемы.  — Илья! — выдохнув, воскликнула я. — Мне не с кем было оставить Алису. Кто сейчас свободен, кого я могу попросить присмотреть за ней на время совещания? В этот момент я очень жалела, что Иса не ходит в детский сад. Почему мы с Кириллом не обсудили этот вопрос, а сразу решили, что дочь пойдёт в школу, минуя сад?  — Как повезло, что жена увязалась сегодня за мной на работу, — с радостью оповестил меня зам, — вот и присмотрит за Алисой.  — Ей не будет тяжело? — усомнилась я, вспомнив, что жена Ильи беременна. — Алиса может быть очень непоседливой.  — Ничего, — отмахнулся он, — пусть привыкает. — Лиза! — позвал Илья девушку, заглянув, а свой кабинет. Лиза, едва услышав мужа, тут же улыбнулась и встала со стула, чтобы пойти ему навстречу. Пока она сидела, живота не было видно, но как только девушка распрямилась, стало ясно, что беременна она уже месяцев шесть, не меньше. Меня кольнула легкая зависть. Не так давно у меня была только одна проблема — забеременеть от Кирилла. А теперь эта проблема рухнула вниз списка и пробила дно, я не могла об этом даже думать.  — Это Алиса, — взяв малышку за ручку, Илья подвёл её к жене, — дочка нашей Виталии Станиславовны. Беречь, холить, лелеять. Боевая задача ясна? Лиза кивнула и тут же занялась ребёнком. Махнув дочке на прощание, я торопливо двинулась к своему кабинету, уже на ходу поправляя одежду и волосы.  — Добрый день, — отрывисто бросила я приветствие партнерам, скидывая с плеч пиджак и отдавая его Илье. В кабинете было жарко, поэтому я попросила секретаршу открыть окна, но на меня посмотрели так, будто это окно я потребовала выбить. Ещё не начав совещание, я с ходу поняла, что ни-че-го не изменилось с момента первой встречи с партнерами. Как бы усердно я не работала, как бы не старалась и какие компромиссы не искала, меня всё равно не воспринимали всерьёз. Мне не доверяли, меня не любили и желали выпнуть с этого места лишь по той причине, что я женщина. Женщина, посмевшая занять «мужскую» должность. О каком управлении компанией можно говорить, если до сих пор считали, что женщинам и за рулем-то не место? Совещание длилось всего полтора часа, а мне казалось, что дня. Меня раздражали эти насмешливые взгляды, этот снисходительный тон и прочая показуха на то, что я не достойна занимать место в руководящих органах. Следовало бы опасаться заговора, но я была спокойна — меня защищал контракт с Ромой. И в то же время этот контракт был моей бомбой: как только Астахов порвет его и я лишусь покровительственного партнерства, это даст сигнал остальным партнерам, что я беззащитна. А будь на моем месте Кирилл или другой мужчина, ему было бы всё равно. Он просто заключил бы контракт с другой компанией и успокоился. Потому что он — мужчина, он может дать отпор, на него не нападут. Я продолжала думать об этом даже тогда, когда совещание закончилось и я выпроводила из кабинета всех чужаков. Чувствовала себя выжатой, как лимон. Теперь я понимаю, почему человек чем выше по статусу, тем злее: он всегда уставший, всегда что-то не успевает, недосыпает, не хватает времени на семью, не уважают и ещё куча всяких НЕ. Хотя последнее, наверное, относилось лично ко мне.  — Илья, — позвала я зама, выглядевшего не менее взмыленно.  — Да? — тут же отозвался он и подскочил, чтобы помочь мне встать с кресла. На этих каблуках я и сидеть могла с трудом, а передвигаться — тем более, но Виктория Сергеевна вечно твердила о том, что мой имидж — это имидж компании. Поэтому я не могла позволить себе удобные кроссовки или хотя бы балетки.  — Вы в порядке? Вы так сильно побледнели, — забеспокоился Илья. Хороший парень, не только потрясающий специалист, но ещё и человечный. Надеюсь, Кирилл хорошо платил ему, он это заслуживает. Но я оклад Илье в любом случае подниму.  — Будешь тут в порядке, — бубнила я, — если все эти недоделанные миллионеры смотрят на тебя, как на дуру. Распинаешься тут перед ними полтора часа, чуть ли не с бубном пляшешь, а они только головами качают! И презентацию им, и графики, и отчеты, мол, ни одна копейка впрок не пошла, и докладные со стройобъектов, а нет! Усмехаются, типа давай, покажи, как ещё ты вылезешь из кожи! Да оно мне надо?! Месяц назад я и понятия не имела о том, с какой базы выгоднее кирпич для строительства покупать, а вчера вот скидку выторговала! Ей-Богу, стояла там как скандальная бабка на рынке, но мои усилия никто не ценит!  — Ну-ну, — приговорил Илья, накинув мне на плечи пиджак, — я ценю. Успокойтесь. Ещё немного усилий, ещё пару лет и, клянусь, вам позавидует сам Астахов.  — Боже упаси! Ещё пару лет я не протяну, ноги вытянутся вперёд! Ох… Думаю, мне пора забрать Алиску, она, наверное, совсем уже умотала Лизу.  — Что вы, Лиза любит детей. А они, как правило, любят её, она умеет найти к ним правильный подход.  — Хорошая она у тебя, — проговорила я, идя по коридору и проклиная его за то, что он такой длинный.  — Да, — выдохнул Илья так влюбленно и восхищенно, что Лизе позавидовала бы любая одинокая женщина, — замечательная. И как она обратила внимание на такого как я, ума не приложу. Мне с ней очень повезло. Я улыбнулась: только очень любящий человек может так говорить о своей половинке. Их ребёнок родится в огромной любви. Повернув за угол, я чуть было не столкнулась лбом с молодой особой, бегущей куда-то на всех парах. Сперва я хотела извиниться и идти дальше, но, поняв кого я встретила, передумала. Сделала пару шагов назад и, невзирая на боль в ступнях, быстрым шагом рванула назад.  — Виталия Станиславовна?! — недоуменно окликнул меня зам. — Куда же вы, мой кабинет в другой стороне!  — Я знаю! — крикнула я, но продолжала двигаться в противоположную сторону. Особа нагоняла меня, поэтому пришлось перейти на полубег. А затем и вовсе позорно побежать.  — Вита! Вита, стой! Вита, я увидела тебя! — кричала Юля. — Вита, давай поговорим! Разговаривать с ней я не хотела. Припоминая события свадьбы и того, как она пыталась прессовать меня в отеле после торжества, мне и видеть её было противно. Её появление не сулило ничего хорошего, это я уже усвоила.  — Вита! Вита, прошу! «Отвали от меня. Отвали! Иначе не постесняюсь и разговор перейдёт в рукоприкладство!» Из-за этой дуры пришлось сделать целый круг по офису. Вот, а я ещё Кириллу предъявляла, что он в зал ходит, а я нет. Пробежки от его бывшей, чем не фитнес? Конечно, я могла бы просто поставить её на место или послать громко, далеко и надолго. Смотря по ситуации. Но мне совсем не хотелось, чтобы все стали свидетелями ссоры и, возможно, драки бывшей и нынешней девушек Кирилла. Поэтому мне проще удрать. Но если бы я знала, кто выйдет нам навстречу… Когда я уже собиралась остановиться и наконец высказаться, что мне не интересна ни сама Юля, ни тем более разговоры с ней, нам навстречу вышли Лиза и Иса. Малышка подняла глаза от пола и… посмотрела прямо на Юлю, остановившуюся за моим плечом. Словами не передать, какой ужас меня охватил. Потому что Юля тоже смотрела в глаза моей Исе. Они изучали друг друга так внимательно, что на мгновение я поверила, что могу лишиться Исы. Время предательски замедлилось. Растерянно мотая головой, смотря то на Юлю, то на Алису, я замечала те детали, на которые никогда не обращала внимания ранее — так медленно проносились они мимо меня. Волосы медленно отпружинивали от плеч с очередным поворотом головы к Исе. Она нервно и, как мне показалось, чуть раздраженно комкала платок одной рукой, а другой крепко вцепилась в Лизу.  — Мама? — позвала она, заставив меня вздрогнуть. Юля же, на моё счастье, не пошевелилась, но прошептала:  — Так вот ты какая… Алиса Демидова…  — Мамочка, — чуть тверже произнесла Алиса и, подбежав, обняла меня за ноги. Я взяла её на руки и повернулась так, чтобы Иса не смотрела на Юлю. Не знаю, почему я так разволновалась, юридически у меня прав на Алису больше, чем у Юли. Я являлась её опекуном, в то время как Юля была ей никем.  — Мы поедем домой? — прошептала Алиса, целуя меня в щеку. Я прикрыла глаза, чтобы прожить этот момент в полной мере. Пусть малышка мало что поняла, но она снова выбрала своей матерью меня, а не ту женщину, что её родила.  — Поедем, моя хорошая, поедем. И всё время до сна мама будет только с тобой, обещаю. А на выходных мы поедем погулять куда-нибудь за город, хочешь? Вдвоём.  — Да. Я не могла надышаться ею. Я скучаю по времени с моей Исой, так скучаю… Юля кашлем напомнила о своем присутствии. Она с трудом сглотнула, когда я посмотрела на неё. В её глазах застыло что-то человечное, что-то, чего я не видела при нашей первой встрече. Девушка переводила взгляд то на меня, то на дочь.  — Я задержусь ещё на пару минут, ладно? — спросила я разрешения у Исы. — Давай мы позовем Илью и он проводит тебя до машины, подождете там.  — Я найду Илью, — пришла мне на помощь Лиза.  — Буду благодарна, — искренне произнесла я, — и… Лиза… На сегодня он может быть свободен. Девушка кивнула и увела Алису. Лишь после этого Юля заговорила, но её голос был полон равнодушия:  — Она так выросла… Такая красивая…  — Да, — подтвердила я, сцепив руки в замок, — красивая, на тебя похожа. Но сейчас она меняется и Кирилла в ней с каждым днём всё больше. А ещё Иса умная. И послушная. И вообще чудо, а не ребёнок. Но ты отказалась от неё сама. Зачем пришла?  — Можно подумать, Кирилл не пытался отказаться, — она воинственно сделала шаг вперёд.  — Фу! — рявкнула я и чуть не добавила «сидеть, место!». — Не подходи. Какое тебе до Кирилла дело? Он в Исе души не чает. Повторяю вопрос для глухих: зачем пришла?  — На Алису не претендую, не беспокойся. У меня есть своя жизнь и она в неё не вписывается.  — Не удивлена, но меня не интересует твоя жизнь.  — Заинтересует, — самоуверенно произнесла Юля и дернула меня за край пиджака. Я, не рассчитывая силу, шлепнула её по руке. Та с шипением отдернула её, на что я довольно хмыкнула.  — Заинтересует, — повторила она, — ведь от благоустройства зависит дальнейшая судьба твоего муженька. По телу словно прошёл короткий электрический разряд. Я пыталась не показывать эмоций, но участившееся дыхание выдало меня с головой.  — Это ведь правда, да? Ну, судя по тому, что ты стоишь здесь с важным видом, сжимаешь в кулаке ключи от кабинета Олега Евгеньевича и все зовут тебя по имени-отчеству. Я сжала ключ ещё сильнее, так, что на ладони проступили капельки крови. Она провоцирует меня, выводит. Не ведись, дура.  — Король умер, — насмешливо проговорила Юля, чуть откинув голову назад, — да здравствует королева! А что же принц? Похищен? Ммм, как жаль, — она показушно надула губы. Я ненавидела её в этот момент. Нет, я жестоко ошибалась, когда подумала, что в ней есть хоть капля человечности. Она ведь не Кириллу сейчас плохо делает, хотя, безусловно, хотела бы задеть его. Она изводит меня.  — У меня есть информация касательно его местоположения, — выдала Юля резко, как из автомата и стала наблюдать за моей реакцией. Которая, впрочем, не заставила себя ждать. Я так устала от провальных попыток поисков Кирилла, что уже отчаялась. Стоило мне понадеяться, как надежда разбивалась вдребезги, больно раня меня. Но сейчас она, дура, зажглась вновь. В глазах от напряжения помутнело. Я сделала шаг в сторону…  — Ай! Ай, ты что! — воскликнула Юля, подхватив меня под руки и не дав позорно рухнуть. — Ну-ка… — она провела меня чуть дальше по коридору, чтобы усадить на диван. А затем звучно заголосила: — Эй! Принесите кто-нибудь воды Виталии Станиславовне! Что ж у тебя нервы такие слабые, а? Какая ж из тебя руководительница? Я уже пришла в себя, секундное помутнение прошло.  — Если ты соврала, — прошипела я, махнув указательным пальцем, — я уничтожу тебя. Клянусь, что уничтожу, хоть я и против насилия. Но ради тебя нарушу свои принципы. Где Кирилл?! — я схватила её за ткань платья и тряхнула. — Где мой муж?! Отвечай!  — Но-но! — девушка отцепила мои руки и перекинула длинные волосы с плеч на спину. — Осторожно, а то я передумаю. И, кажется, я не совсем правильно выразилась. Я не знаю, где конкретно находится твой Кирилл. Твой, — прицокнула Юля, — а когда-то ведь был моим… Так вот. Но я знаю человека, который располагает подобной информацией. Уверена в этом на все сто!  — А если ты врешь? — покосилась я.  — Ну, милая моя, тебе остаётся только поверить мне, — Юля пожала плечами. — Ты ведь всё равно ничем не рискуешь, Вита. А так обретаешь шанс вернуть себе Кирилла.  — Что ты хочешь?  — А вот это правильный разговор! — она радостно хлопнула в ладоши. — У всего есть своя цена. Я хочу Руслана.  — Что? — я опешила и целых десять секунд молчала, не зная, что же ей на это ответить. — Он больше здесь не работает.  — Знаю. Иначе я бы сидела с ним, а не с тобой здесь.  — Но чем же я могу помочь тебе? Я понятия не имею, где он!  — А мне всё равно, Вита. Но, сдаётся мне, найти Руслана тебе будет легче, чем Кирилла. Но если ты хочешь продолжать безуспешно искать мужа — то пожалуйста! — Юля встала, собираясь уходить.  — Стой! — закричала я, вцепившись в неё. — Стой, я согласна! Она протянула мне ладонь, чтобы заключить договор. Я пожала её, но Юля не спешила отпускать мою руку.  — Ты бы не смогла отказать мне, — она мотнула головой, — и не только потому, что любишь Кирилла. Ты ведь любишь его?  — Какое это имеет значение?  — Никакого. Но твое поведение и взгляды красноречивее любых слов.  — Почему ты так уверена, что я пошла на это не только из-за чувств к Кириллу? Юля тяжело вздохнула, сжав мои пальцы. Ну же, давай. Моя душа перед тобой наизнанку, хоть я этого и не хотела. Дай и мне залезть в твою.  — Наши судьбы почти идентичны. Наши с тобой жизненные пути очень схожи и ты понимаешь это. Тебе нравился Руслан, но полюбила ты Кирилла. Мне нравился Кирилл, а полюбила я Руслана. И что? Смотри, нас силой развели с нашими любимыми. Один и тот же человек. Олег Евгеньевич. Я ждала его смерти, Вита, так ждала! Ждала тот день, когда его сердце замрет, а никто не заплачет. Она ошибалась. Есть человек, который будет держать траур по отцу. Даша… Моя бедная Даша. Сколько слез она пролила!  — Ты любишь Руслана? — прошептала я, сама в это не веря. Юля не ответила и, отпустив меня, отвернулась.  — Просто устрой нам встречу. Остальное — не твоя забота. Ты мне встречу, я тебе имя.  — Знаешь, — я поднялась, — ты в чем-то права, наши судьбы схожи. Но схожи так ничтожно, что эту похожесть только под лупой разглядывать. Ты сломала свою жизнь собственными руками и не попыталась её исправить, валя вину на других. А я пытаюсь собрать рассыпающуюся жизнь по кусочкам, но её безжалостно бьют вновь и вновь. Любимых потеряли. Только в этом мы и похожи. Потеря одна, Юля. А расплата — разная. *** Я сдержала свое обещание и всё время до дневного сна Алиски провела с ней. Но едва она уснула, я вновь собиралась покинуть дом. Сделать то, на что я не решалась все это время.  — Вита? — удивилась Виктория Сергеевна, увидев, что я ухожу. — Опять уезжаешь? Ты же сказала, что сегодня не вернёшься в офис.  — Я не туда.  — А куда? Я сглотнула, чувствуя, как глаза снова предают меня, наполняясь влагу.  — На кладбище… — дрожащим голосом произнесла я. — На могилу… К Косте… Я ведь ни разу не была… Виктория Сергеевна смотрела на меня с такой жалостью, что хотелось повеситься. Если эта женщина начинает кого-то жалеть — значит, дело совсем плохо.  — А знаешь что? Я поеду с тобой. Мне тоже есть кого навестить. Я немало удивилась. Кого же? Родители свекрови живы, а в то, что она будет оплакивать могилу мужа, я не верю. Но согласилась. Но я не знала, что после этой встречи посмотрю на Викторию Сергеевну другими глазами. Не знала, что проникнусь её трагедией и почти перестану считать жестокой. Не знала, что сердце будет так болеть за неё и не знала, что Виктория Сергеевна умеет плакать сильнее, чем она рыдала после пропажи Кирилла. Приехав на кладбище, я долго блуждала среди могил, никак не находя нужную. Была самонадеянной дурой, думала, что найти могилу брата несложное дело. А надо было спросить о местоположении у мамы. Внезапно Виктория Сергеевна замерла у одинокой могилки, находящейся отдельно ото всех. В могильную землю был воткнут крест, внизу стояла фотография, а к нему самому прибита табличка. «Демидов Станислав Евгеньевич» — прочла я и, посчитав на пальцах годы жизни, сглотнула горечь. Совсем молодым умер… Как мой Костя… До меня не сразу дошло, КТО именно там лежит. А когда дошло и в голову полезли страшные догадки, Виктория Сергеевна, игнорируя заросли, пробиралась к могиле. Я встала у оградки, чтобы не мешать, но в случае чего вовремя оказать помощь. Виктория Сергеевна медленно опустилась на колени и запустила пальцы в землю. Она зарывалась в неё, сминала и пропускала сквозь пальцы. Обычно непроницаемое лицо исказилось таким страданием, какое может испытывать далеко не каждый человек. По лицу женщины текли крупные круглые слезы, но она не вытирала их.  — Стас? — спросила она, подползая на коленях ближе к кресту и касаясь его пальцами слишком трепетно и осторожно. — Стас… Родной мой, ты ждал меня? Ты так долго ждал… Целых десять лет я не была у тебя. Но я пришла… Я пришла, я не забыла, — Виктория Сергеевна обняла крест и я почувствовала, что плачу вместе с ней. — Как я могу забыть? Нет, нет, нет. Ни за что на свете. Только не в этой жизни. Только не тебя. Ты незабвенен, — она рыдала так, что сердце рвалось на части. — Ты моя незабвенная любовь, моя добрая душа, жизнь моя. Мне так тяжело без тебя, Стас… Так тяжело! Так невыносимо! Поэтому я не приходила. Так мне было легче представлять, что ты живой и находишься где-то за океаном. Я думала, что если не буду приходить, то боль притупится, горе пройдёт. Но не проходит, Стас, всё так же болит! Каленым железом на сердце выжжено. Твоими братом и отцом! Они отняли у меня самое дорогое, что было в жизни. Отняли тебя, отняли моего сына. Отняли мою жизнь! У неё началась истерика. С трудом оторвав свекровь от креста, мне удалось отправить её в машину, ждать. Так я узнала, что у Олега Евгеньевича был старший брат. Узнала, как сильно любила его Виктория Сергеевна. *** Начался дождь, но меня не остановить. Перемешивая грязь ногами, я упорно бродила по кладбищу. Я найду Костину могилу. Я отдам ему дань уважения, я наревусь вдоволь и так же, как Виктория Сергеевна, обниму память о нем — крест. Я найду. Я должна. По кладбищу бродила не только я. Ещё одна страждущая душа также мокла под дождем и заглядывала за каждую оградку, разглядывая таблички. Я совсем не обращала внимания на этого человека, пока мы не столкнулись — так резко и неожиданно. Сумка медленно выскользнула из моих рук, из груди против воли вырвался вскрик. Душа перевернулась и почти выскочила (впору тут и хоронить), таким сильным было потрясение. Не выдержав, я отвернулась и разрыдалась. Потому что это неправда, он нереален. Это очередной мираж. Мне уже являлась иллюзия Кирилла. Я не могла найти. Не могла найти того, кого так долго ищу. Это ложь. Это жестокий разум играется с глупым и слабым сердцем. Вот сейчас повернусь — и он рассеется, как туман поутру, оставив меня наедине с болью. Оставив задыхаться и утопать в слезах, которые больше не было сил лить. Прости меня, моё сердце. Прости за то, что ты так сильно разбито. Измучено. Покалечено. Прости за то, что заставляю тебя биться то чаще, то реже. Прости, что ты не выдерживаешь такого темпа и готово остановиться. Прости.