Как скажет папочка-Стив

       Пацану Рамлоу сильно досталось. Физически тот был уже в полном порядке, а вот морально… Когда Баки был в больнице последний раз, то уловил, что запах Брока изменился. Раньше Брок для Баки благоухал жевательной резинкой и ассоциировался с неприятными детскими каверзами, теперь же от мальчика пахло дымом костра и свежеспиленным деревом. Столь резкая смена запаха ничего хорошего значить не могла. И пусть Брок вел себя тихо, только на Стива смотрел как на персональное божество, сошедшее в мир смертных, но Баки был уверен, что все их проблемы еще впереди. Отец Брока — Анжело Рамлоу — был полицейским и их со Стивом другом. Жену тот потерял, когда Броку было четыре года. Пацан рос борзым, а Баки так вообще считал, что он вырастет бедовым, но свое мнение насчет воспитания чужих детей держал при себе. У них со Стивом все еще не было детей, хотя поженились они, едва достигнув совершеннолетия. Сначала им нужно было отучиться, потом «встать на ноги», и как-то так получилось, что к сорока годам они все еще не обзавелись ребенком. А теперь вот у них появился Брок. — Проходи, Брок, — после возни с ключами послышался голос Стива. — Теперь это твой дом. Баки вышел к ним и невольно улыбнулся. Стив будто светился изнутри, он всегда хорошо ладил с детьми и даже с ершистым Броком находил общий язык. Тем более что тому нравились комиксы про Капитана Америка, которые рисовал Стив. — Добро пожаловать домой, Брок, — Баки забрал у Стива коробку с вещами из больницы и пакеты. — Здрась-те, — настороженно глядя на него, протянул пацан. Аура Брока лишь на миг выдала беспокойство и тоску, но все так стремительно улеглось, что Баки мог бы подумать, будто ему примерещилось. В прошлом читать Брока было легко, теперь же ничто не выдавало смятения, и это был еще более тревожный знак, нежели изменившийся запах. Не мог ребенок, только потерявший единственного родителя и впервые оказавшийся в чужом доме, чтобы навсегда поселиться там с чужими людьми, совершенно не переживать и быть столь аномально спокойным. — Идем, покажу твою комнату, — позвал Баки. Он открыл дверь в гостевую спальню на втором этаже, прошел первым и сложил на кровать вещи Брока. — Располагайся. Обед будет через час, я позову тебя, когда все будет готово. Если все дома, мы со Стивом стараемся есть вместе, — пояснил Баки. — Понял, — отозвался Брок. Задерживаться и смущать пацана Баки не стал. Броку нужно было привыкнуть к переменам в жизни. — Ну как он? — с беспокойством встретил его на кухне Стив. — Все будет хорошо, — Баки поцеловал Стива и успокаивающе погладил по спине. — Дай ему немного времени. — Он такой тихий, что оторопь берет. И аура… словно и не движется вовсе — это так не похоже на Брока, что я не знаю, что и думать, — Стив замолк, уткнувшись Баки в плечо, и часто задышал, силясь успокоиться. — Все наладится. Вот освоится он, и ты еще замучаешься в школу ходить из-за его выходок. Никаких родственников у Брока не осталось. Стив, который примерно в этом же возрасте остался сиротой, сильно переживал из-за пацана. Вопроса о том, возьмут ли они на воспитание Брока, не стояло. Даже если бы у Баки были какие-то возражения, то при взгляде на не находящего себе места от беспокойства любимого, они бы выветрились немедленно. Оставлять Брока один на один с миром, повернувшимся к тому вдруг не самой приятной своей стороной, они не станут — это было понятно с самого начала. После получасовой возни у плиты Баки позвал Стива и Брока за стол и поставил перед каждым тарелку со стейком, а миску с салатом на середину стола, вспомнив о том, что Брок не любил овощи. — Вы готовите по очереди? — спросил вдруг Брок, который, к удивлению Баки, без уговоров и капризов положил в свою тарелку салат. — В основном готовлю я, — сказал Баки. Стив от его слов залился краской и виновато заерзал на стуле. Согласно общественному мнению, место омеги было у плиты и в постели альфы. Стив же всегда ратовал за равенство всех людей. Впрочем, готовить он не умел вовсе не из-за своего ослиного упрямства, а потому что сначала ему стряпала мама, потом Стив жил в их семье, пока они вдвоем не смогли снимать жилье и быть вместе. Баки же научился готовить, помогая матери с тремя младшими сестрами. — Я могу сделать яичницу! — выпалил Стив, видимо, чтобы как-то реабилитироваться в глазах Брока. — Я буду помогать по кухне. Ну, там посуду помыть или на стол накрыть. Думаю, и сготовить что-то несложное у меня вполне получится, — вызвался Брок. — Не собираюсь сидеть у вас на шее. Не маленький уже, и руки у меня откуда надо растут. — Ты вовсе не обязан, Брок, — Стив от слов Брока покраснел еще больше. — Нет уж. Раз я буду тут жить, то сразу оговорим условия проживания. Не бывает привилегий без обязанностей. Домашние дела поровну. К тому же я пока что не работаю и долго еще не буду. Школа, одежда, еда — это траты. Сомневаюсь, что отец… Что у меня есть собственные сбережения. Но просто так принимать все это от вас я отказываюсь. — Как скажешь, Брок, — постарался успокоить пацана Баки, у которого был огромный опыт общения с упрямым, как баран, Стивом. — Но, Баки!.. — возмутился было Стив. — Я тебе не безмозглая малявка, Роджерс. Мужчина должен уметь все, отвечать за себя, а не перекладывать свои заботы на других, — отрезал Брок. От такого напора Стив притих. — А еще мужчине не зазорно поделиться своими проблемами с близкими и попросить о помощи. Не обязательно все переживать в одиночку, — заметил Баки. — Буду иметь в виду, — буркнул Брок. Давить на подростка было бы совершенно дурацким решением. У Баки на глазах выросли три сестры, и не дай бог было принудить к чему-то хоть одну из них в этом возрасте; взрыв негодования и слепой ярости мог привести к весьма неожиданным и печальным последствиям.

* * *

Брок на удивление быстро приспосабливался. Пока Баки был занят с сетью своих автосервисов, а Стив увлеченно творил, забыв обо всем на свете, пацан взвалил на себя практически все домашние дела. Готовил Брок отменно и не только «простые блюда»; особую любовь тот питал к итальянской кухне, сказывалось, видимо, влияние отца. Перевод в новую школу прошел тихо. Баки понятия не имел, как Брок учился раньше, Анжело, бывало, жаловался, что пацан был разгильдяем и прогульщиком, но про оценки не упоминал. Теперь же проблем с учебой у Брока не было, его не нужно было заставлять делать уроки, Брок сам занимался, получал оценки, которые, к слову, были вполне неплохими. Судя по тому, что наивысшие баллы были у Брока за физкультуру, уроки самообороны, географию, математику и обществоведение — эти уроки он особенно уважал и любил. Несмотря на все опасения Баки, в школу Брока их со Стивом пока что не вызывали. Впрочем, ссадины, как и запах крови, на Броке порой присутствовали, но Баки удалось успокоить Стива и убедить не наседать с выяснениями и не давить пока на пацана. Броку нужно было время, чтобы освоиться и привыкнуть к новому окружению, убедиться, что хотя бы дома до него никто не будет докапываться, что его принимают таким, какой он есть: ершистым, упрямым, очень серьезным ребенком с собственными мыслями и убеждениями. Брок как-то особенно трогательно тянулся к Стиву, искал его одобрения и похвалы, с тревогой и волнением заглядывал в глаза, старался лишний раз не беспокоить, трепетно охранял покой и дотошно вникал в работу над комиксом. — Не представляю, как быть дальше. Все хорошо. Капитан Америка стал символом, он побеждает злодеев и в целом практически выиграл войну. Комикс не очень популярен потому, что события происходят в прошлом и никому это уже не интересно, — услышал как-то Баки, как Стив, расположившийся со скетчбуком в гостиной, жалуется Броку, который там же смотрел спортивный канал. — Ты же уже знаешь главную проблему. Просто сделай так, чтобы Кэп попал в наше время. Будет бороться с пришельцами, злыми гениями, мутантами, магами и так по мелочи, с террористами и другими преступниками, — отозвался Брок. — В нашем времени? — встрепенулся Стив. — Но как?.. — Как-как? Как лягушка, которая переживает зиму во льду. Придумай что-нибудь. — Спасибо, Брок! Ты очень мне помог, — вскочил с дивана Стив и помчался в комнату, отведенную под студию. Стив говорил, что Брок часто подсказывал ему, как быть с комиксом, когда сам он заходил в тупик. — Брок, очень хорошо понимает персонажей, будто знает каждого героя. Может спрогнозировать их взаимодействие и то, как те будут действовать. Это… удивительно! — Стив был просто в восторге от того, что кто-то настолько проникся его работой. Однако кое-чего Стив не заметил. С того момента, как Брок стал «подсказывать», история о Капитане Америка больше не была такой бескомпромиссно поделенной на черное и белое, проблематика комикса расширилась и обросла непростыми вопросами, сложным выбором героев. Все уже не было так просто и однозначно «правильно», как любил сам Стив. Баки полагал, что в отношении Брока к Стиву сказывалось то, что своей матери Брок почти не помнил, и Стив как-то компенсировал отсутствие в его жизни второго родителя. В то же время сам Баки стать «отцом» вместо Анжело не мог, потому что это место в сердце Брока было уже занято, он мог рассчитывать только на то, чтобы стать пацану другом, тем, на кого всегда можно положиться. Лезть с нравоучениями к Броку Баки точно не стал бы, такого отношения подросток сто процентов не оценил бы. — Роджерс, Барнс, идите ужинать! Все готово, — позвал Брок через двадцать минут после того, как Баки вернулся домой. — Я все хотел спросить, почему ты зовешь нас по фамилиям до замужества, — спросил Брока Стив, накалывая макароны с кусочками мяса на вилку. — А как надо? — деланно удивился Брок. — Лучше по имени, — вмешался Баки. — Стив и Баки, если можно. — Других вариантов нет? — насупился Брок. — Зови, как тебе больше нравится, — заволновался Стив. Попытка договориться в этом направлении провалилась. Брок был упертым, как Стив, еще и умело пользовался тем, что все еще оставался ребенком, да к тому же сиротой, и они ему во всем потворствовали. Баки считал, что волноваться не о чем. Брок просто нуждался в ком-то близком — человеке, за которого смог бы зацепиться в холодной и ставшей вдруг страшной и чужой, после смерти единственного родителя, реальности. Не было ничего удивительно, что он подсознательно «разделял» Стива и Баки, чтобы Стив мог быть ближе именно к нему, Броку. Ревновать к ребенку было глупо. Хотя порой Баки ощущал острое желание схватить Стива за руку и потянуть на себя, уводя от Брока. Отрезвляла воображаемая картина того, как они с Броком, словно плюшевого медведя, перетягивают Стива. Нет уж. Сейчас Брок особенно нуждался в Стиве, и было бы жестоко соперничать с ним за внимание любимого. Баки в конечном итоге был старше, мог мыслить рационально и обладал огромным запасом терпения. Это сейчас, когда все в жизни Брока перевернулось с ног на голову, Стив оказался для пацана едва ли не самым важным, его опорой и константой в зыбкой и неустойчивой реальности. Однако пройдет время, у Брока появятся друзья, любимый человек, и он забудет о том, как отчаянно цеплялся за Стива и боролся за его внимание с Баки. Нужно было просто выждать немного, потерпеть, когда кризис минует и все наладится. Жизнь всегда брала свое и расставляла по местам. Уговорить себя было не так и сложно, тем более, что у них со Стивом оставались еще ночи. С появлением в их жизни Брока времени наедине осталось совсем мало, и Баки ценил каждое мгновение, когда мог прижаться к разгоряченному Стиву, подающемуся навстречу, каждому поцелую и откровенному прикосновению. Они были парой уже очень давно, почти всю жизнь, и будь у Баки шанс выбирать, он бы выбрал именно такую жизнь: быть всегда вместе со Стивом, до самого конца.