Бойся: они всё видят

***

Вздыхаю. Я снова в трансе. Меня грубо кидают на кровать и я наблюдая за тем, как извивается ткань моей одежды от сопротивления с воздухом. Я смотрю на режиссёров. В моменты вылетов из реальности, могу всё детально рассмотреть и насладиться видом. Вновь вздыхаю. Вижу. Да, это тот самый актёр, который вечно прётся «ко мне» на поразвлечься. Ему уже скидку делают. Вот мудак. Думает, что если он регулярно со мной трахается на камеру, то это значит, что ему должны скидку делать? Тупо. Он улыбается. Я могу видеть, как мои белоснежные волосы в розоватых пятнах «плывут», словно под ветром. Да, всё-таки, они красивы и напоминают мне те шторы. Блять, ну и странные у меня ассоциации. Всем понятно уже, что было дальше. Один, второй, третий…четвёртый, пятый, шестой. И так ещё три часа томной работы. Вы думаете, что быть порнозвездой так легко? Наивные. Вы думаете, что быть порнозвёздами — это круто? Ошибаетесь. Всё совсем не так радужно, как об этом думается и стереотипиться. Всё совсем иначе. Ну, для меня. Наигрывать оргазм, наслаждение, боль, страх, «невинность», стервозность… и при этом ни разу не быть собой. Мне тут запрещенно быть собой. И всегда было запрещенно. Раньше я получал удовольствие и блаженство от этой работы: всё же, было приятно чувствовать какое-то…внимание, что ли. А теперь? А теперь меня почти что каждый бесцеремонно трахает, словно резиновую игрушку для снятия стресса. Я не люблю, когда ко мне так неуважительно относятся. Я не подкожная шлюха, знайте же. Может, я и проститутка, но мои услуги не зря столь дорого стоят. Вы что, думали, мол, раз звезда — будет недорого? Ха, обломитесь. Люблю свою работу лишь за то, что платят хорошо, и не более. Ну, а ещё потому, что тут есть и нормальные. Вэлант к ним не относится. К сожалению. Ладно, не об этом сейчас. Заебался я о себе думать. И вот, обещанный перерыв. Наконец-то. Я снова одет и снова сижу на стуле в компании родных продюсеров, постановщиков, режиссёров и сценаристов. Я ядовито улыбаюсь, отпивая кофе и слушаю историю одного из них. Снова рассказывает свои смешные ситуации из прошлой жизни. Знал бы хоть кто-то, как же меня тошнит при одной мысли о предыдущей жизни — мне бы тут жить стало в миллиарды легче. Я вообще рад, что сдох, хоть и самой тупой смертью. Меня тошнит. Хочется рыгать. Нет. Я молча улыбаюсь, попиваю кофе и продолжаю внимательно слушать, наигрывая интерес. Грешный Люцифер, поведай мне, какого хуя все так яро вспоминают прошлую жизнь, хотя и подохли, как последние бешенные псы? Блять. Да раз они все такие несчастные тут, то почему сотрудничают со мной, а не просто гниют в своих дешёвых однушках? Так… Энджи, успокойся. Эти друзья не стоят твоих нервах. Я продолжаю делать вид, что всё отлично. Снова надпиваю кофе. Привздыхаю. Снова чувство реальности отлетает. Я смотрю на рядом сидящего со мной режиссёра. Да, он тоже смотрит на меня. Вдруг я замечаю, как он кивком головы указывает мне на Вэла и на выход. Вэл… он снова просто стоит со своими куртизанками и мурлычет, общаясь с ними. Да, в этом состоянии я бы мог прямо сейчас взять и съебаться, ибо я безумно, блять, заебался в этой ебанатриеблядчёвке… но стоит ли? Меня ж потом Вэлантино оттрахает по полной. В буквальном смысле. И я не про то, что он снова на меня наорёт, хотя это тоже. — Энджел! Словно из-под воды меня окликают и я прихожу в себя. Ой, да это ж тот самый режиссёр. Я улыбаюсь и кратко говорю, что, мол, всё нормально: просто задумался; а после снова перевожу взгляд на заветную дверь. Да, я съебусь. Вэлантино переживёт. Он меня сегодня разочаровал, так что Его разочарую Я. Он заслужил. Я залпом допиваю своё эспрессо, потом поспешно кладу чашку на подставку, а её уже на подоконник. Я быстро поднимаюсь со стула, поправляя двумя руками свой пиджак и пушок, а другой парой судорожно поправляю свою причёску. Меня замечают. — Я отойду, — начал я — на секунду буквально. — добавил я, находясь на полпути к выходу. Да, мне похуй, что Вэл смотрит. Перебьётся. Я чувствую, как же мне тяжело двигаться и заметно замедляюсь, замечая, что снова всё плавное и тормозное. На этот раз, краем ока я замечаю презрительный и ненавистный взгляд босса. Да, ты явно не доволен, мой дорогой, но мне похуй. Я устал. Мне похуй, что ты уже всё понял. Может я и бегаю медленней тебя, но я ловче, так что может доставать свой автомат и за мною гнаться: знаю же, что всего лишь пугаешь. Ухом даже не поверну и буду идти дальше. Всё, я устал. Остальные идут нахуй. И всё сугубо из-за того, что я устал и уже хочу просто пасть с головой в наркоту. Всё, отстаньте. Чувство транса, тебя это тоже касается. Покинь меня. Уйди. Я хочу как можно быстрее уйти отсюда. Я хочу как можно быстрее пробраться к себе. Вздыхаю. Снова реальность. Я поспешно выхожу из комнаты отдыха, а после и из самого здания. Я чувствую жопой, что завтра мне наступит пиздец, поэтому времени не теряю. Блять, а мне-то уже страшно. А. Стоп. Мне всё равно придётся под вечер придти. Блять. Ну вот за что мне всё это? Мне уже страшно, хотя я на миг лишь представил, что со мной может сделать Вэл. Боже, ну и зачем я решил взять и свалить? З, а ч е м??? Смысл? А, да, точно. Его нет. И никогда не было. Каждый ищет смысл для себя, и лишь для себя… Так что доказать что-либо невозможно. Я снова иду по переулку, закуривая сигарету. Я останавливаюсь, опираюсь спиной о стенку очередного тихого переулка и смотрю на сигарету. Вдыхаю. Выдыхаю дым. Так сладко и приятно пахнет… Он так элегантно летает, потихоньку ипаряется, и ТАК приятно пахнет! Могу лишь с героином сравнить, больно уж пьянею от такого чудесного аромата. Смесь вишни и малины… ммм, аж есть захотелось, хоть я и ненавижу ягоды. И вот, я дома. Я падаю на свою кровать трупом, издавая тихий, но блаженный и искренний стон усталого актёра, что после тяжкой смены пришёл домой и впадает в столь приятный и страстный плен отдыха.

***

Перейдёмте-ка к другим, а. Вздыхает. Продолжает ядовито улыбаться, а после поспешно поправляет шляпу, издав довольный звук. Откусывает кусочек от алого яблока, от блаженства закрывая очи. Ах, как же вкусно это насыщенное яблоко. Слегка разжёвывает, смакуя сок. Какой же чудесный вкус Умеренно сладостный, в то же время отдаётся приятной и лёгкой кислотой, чуть пощипывая и щекоча язык да щёки. Люцифер лишь шире усмехается, вновь расплющивая свои очи и чуть отстраняя своё лико от надкусанного яблока. — Ты уже проснулась, любимая? Как себя чувствуешь? — с некой заботой любопытствует Лю, глядя на Лилит, что судорожно расчёсывается, идя к столу. Она выглядит такой бодрой, чтуь улыбается. Да, она прекрасна даже без макияжа, хоть и отказывается это признавать. Демонесса присаживается за стол возле мужа и поправляет укладку, расчёсывая прядь волос, а после отвечает, — Доброе, Лю. Всё отлично. А ты? — улыбается, после всё же убирает в сторону расчёску и брежно берёт в руки вилку, не отрывая взгляда от любимого. — Тоже. — кратко отвечает архангел, а после приподнимается, дабы налить Лилит чаю. — Кстати! — внезапно начинает, наливая чай — Любимая, слышала новости? Сир Пентиус вновь пытается захватить часть ПентограмСити. Смешно, не так ли? — и смотрит на жену. Та лишь усмехается, прикрывая глаза, как вдруг становится ядовитой, — Да, слышала, дорогой. Ты считаешь всё это смешным и ничтожным, в то время, как это вообще не смешно и твои территории делит твой же народ. — и фыркает, в ответ на что получает смех в лицо, — Дорогая, никто не делит мои территории! Мой же народ не может захватить мои земли, как бы они не старались. — улыбается в ответ Лю, надпивая чашку фруктового чая. — Ты делаешь вид, словно тебе не безразлично, Лиль, но ты ничего не делаешь, дабы доказать, что тебе не безразлично.

***

— Чарли, ты уверенна, что Аластор тебя не обманет? Ты серьёзно ему веришь? — до сих пор дивиться Вэгги, с негодованием глядя на Чарли. — Да… Я верю ему. — улыбается Шарлотта, кинув взгляд на Вэгги, при этом продолжая готовить тесто для яблочной шарлотки. — Мы это не раз обсуждали, Ви, и я уже сто раз сказала, что доверяю ему, и что он моя последняя надежда! Смирись уже с этим… Да… Я понимаю, он тебе не нравится, ты ему не доверяешь, но он моя последняя надежда! Понимаешь? Только Аластор может мне сейчас помочь. Мы…мы даже не пытались ему довериться! — Шарлотта обеспокоенно вздохнула, кладя в духовку протвинь уже с готовым тестом и яблоками, а после вновь посмотрела на свою телохранительницу, что сидела за столом. — Мы должны как-то попробовать улучшить состояние! Всё же… он уже успел помочь нам! У нас есть Ниффти, Хаск! Вот, вот хотя бы две причины, почему мы обязаны продолжать ему верить! — продолжает Чарли, садясь напротив Ви. Наследница Адского Престола нежно берёт запястья Вэгги и натягивает улыбку. Серокожая выглядит очень обеспокоенно и нервно, полностью покоряясь подруге и привздыхает, устало да томно на неё глядя. — Да… Я всё понимаю. Но чёрт, от Аластора можно что угодно ожидать. Может, он просто вливается тебе в доверие, дабы потом пырнуть тебе нож в спину. Секунда молчания. — Ахх, какого же ты низкого обо мне мнения, госпожа! — вдруг слышится голос Аластора, сопровждающийся радиопомехами. Мужчина привычно улыбается во всё лико и присаживается за стол. Реакцию Вэгги описывать излишне: у неё на лице был немой шок и возмущение, при виде того, что её подруга очень даже рада приходу этого оленя. Неужто ли он всё слышал? — А ведь обсуждать кого-то прямо у него за спиной очень неприлично! — мурлыкает клубничный сутенёр, а после поправляет свою бабочку, заставив микрофон испариться. — Промолчал бы ты, — злится Ви, — Алик, а то язык слишком длинный. Ой, а можно оторву? — улыбается, а после ловит на себе испуганно-удивлённый взгляд подруги. — Вэгги… — разочарованно начинает принцесса, нарезая всем троим по кусочку аромантной и аппетитной шарлотки. — Прошу… Успокойся… — уже с печалью да горечью добавила Магне, закусив свою нижнюю губу чуть ли не до крови. Да, ей было очень неприятно, что Ви себя так ведёт: могла бы и сдержаться. Да, Чарли понимает: у Ви неприязнь да недоверие к Аластору, но это уже переходит все рамки! Шарлотта довольно сильно разочаровалась в подруге и перевела уставший взгляд на Аластора. Тот лишь улыбнулся, а после поднялся из-за стола и подхватил свою тарелочку с кусочком шарлотки, мурлыча, — Спасибо, моя леди, за шарлотку и нет, не сторо извиняться за свою подругу! Ну, а я… А что я? Я пойду к себе. Не буду вам мешать, дамы! — лишь шире заулыбался Аластор, а после прям так и исчез. —…что это было??? — в лёгком шоке спросила Ви, глядя на место, где только что стоял Аластор. — Он просто взял…и ушёл?