Сестренка

      -Это обязательно? – раздраженно выдыхает Маринетт, но с места не сдвигается.       Марин что-то утверждающе булькает, не размыкая рта, на что брюнетка еще раз вздыхает. И как она только на это согласилась?       Очередной конкурс от Габриэллы Агрест с самого начала пошел не по плану. Во-первых, изделие. Если раньше это были аксессуары, то теперь требовалось предоставить на суд полноценное платье или костюм. Во-вторых, условия. Если раньше нужно было просто принести созданную вещь и ждать вердикта, то этот конкурс будет проходить в виде показа. То есть, помимо того, что участникам нужно будет шить само изделие, так теперь еще и предстоит искать модель, которая будет его демонстрировать. А это, скажу я вам, ох как не просто. Ведь красивое платье – это одно, а вот как покажет себя человек в этом платье – это уже совершенно другое.       Дюпен-Чэн думал было попросить Адриану, но быстро выкинул эту мысль из головы – она наверняка откажет, к тому же дочь одной из судей в виде модели одного из конкурсантов… Марин не по наслышке знал, каким может быть мир высокой моды, и влезать в эти дрязги раньше времени у него не было никакого желания.       Однако вопрос оставался открытым – кого пригласить в качестве модели?       Немного подумав, парень все же остановился на платье – женскую одежду шить было почему-то приятней, чем мужскую. Нет, на уровне эскизов все было нормально – и мужские, и женские наброски получались у него одиноково хорошо, с перевесом то в одну, то в другую сторону, соответственно вдохновению. Но когда дело доходило непосредственно до шитья…       То стежок не так получится, то ткань сомнется, то строчка уйдёт в сторону… в общем, одни сплошные головные боли. Не то, что с платьями или брючными костюмами. Порой доходило до абсурдного – раскройка самых обычных мужский брюк превращалась в катастрофу, в то время как такие же брюки, только уже на женское тело получались идеально. Марину оставалось только гадать, что послужило столь странному выверту логики.       Среди его знакомых было не так уж и много девушек – Адриана Агрест, Луна Куффен, Айвон Брюэль, Нина Ляиф, Кимберли Ли Тьен, Максима Канте, Натаниэль Кутцерберг, Марика Ансьель и Маринетт. Луну, Айвон и Нину можно сразу вычеркнуть – одновременно с показом у них запись новой песни, из-за чего уже жаловалась Адриана, Макс не видела ничего, дальше своих вычислений, а Марика не соответствовала модельным стандартам, да и была слишком замкнутой, для всего этого. Ким и Ната подошли бы, их внешние данные вполне соответствовали принятым нормам, да вот только Тьен не интересовало ничего, кроме плавания, споров и Аликса, а Ната была слишком зажатой и имела виды на самого Марина, что категорически ему не нравилось.       А вот Маринетт…       Девушка не имела модельных данных, но это был и не проффесиональный показ, на которых требовали только профессиональных моделей. Брюнетка была слишком нелюдимой, но парень был уверен, что это всего лишь маска. Дюпен-Чэн видел, что при желании его сестра может вжиться в любую роль, стоит ей того захотеть. Конечно оставались другие аспекты, которые так сразу и не выявишь, но внутренний голос твердил, что у них все получится. Осталось только уговорить сестру на эту авантюру.       ***       Когда брат изложил ей свою просьбу, Маринетт одарила его скептическим взглядом.       -Ты шутишь что ли? – недоверчиво переспросила тогда она.       -Нет, - проговорил уверенно Марин.       Брюнетка посмотрела на него знакомым изучающим взглядом, и продолжила:       -То есть ты просишь стать меня своей моделью для показа своего костюма на конкурсе Агрестов? – выгнула бровь она.       -Да, - уже не так уверенно отозвался ее названный брат.       Устало потерев глаза, Маринетт вернулась к своему блокноту.       -Найди кого-нибудь другого Рин. Я не могу.       ***       Ему пришлось повторить просьбу трижды, прежде чем она согласилась. Правда, с условием – над эскизом они будут работать вдвоем, и если он ей не понравиться, она не будет участвовать. Марин согласился не раздумывая, зная, что она сделает это, даже если это будет худшее платье из всех, которые она видела. Такой уж она человек – посторонние из нее слова не вытянут, а близким и не надо ничего говорить – она поймет вас без слов и сделает в лучшем виде. Порой Марину было обидно за сестру – кто как не она заслужил Камень Чудес? Кто как не она была достойна стать Чудесной? Почему же Мастер так поступил?       На вопросы о родном мире девушка всегда отвечала крайне неохотно, на тему героев и злодеев разговаривать отказывалась наотрез – Рин терялся в догадках, что могло послужить поводом для такой тщательно скрытой неприязни, учитывая то, что к здешним героям она относилась хоть и с опаской, но вполне нормально. Что же могло так настроить ее против них?       Хороший вопрос. Вот только ответа она давать не хочет.       Работа над эскизом шла полным ходом – они будто угадывали идеи друг друга, создавая именно то, что было нужно. Так, само платье было в пол, того оттенка темно-бордового цвета, которое смотрится благородно, а не пошло, с разрезом, идущим от середины бедра и квадратным, неглубоким вырезом декольте. Один рукав был длинным и закрывал ладонь до пальцев, тогда как от другого была только тоненькая лямка. Поверх ткани на рукавах и декольте было решено добавить ажурную черную вязь, чтобы разбавить однотонный наряд. На талии был черный кожаный пояс.       Марин уже представлял, как наряд будет сидеть на сестре и мысленно гордился тем, что все же уговорил ее. Совместная работа принесла ему массу удовольствия, позволяя увидеть Маринетт с совершенно новой стороны. Кто бы мог подумать, что она тоже любит шить? Раньше об этом разговор не шел, вот Марин и решил, что интересы у его другой версии отличаются от его. Как оказалось – не совсем.       Когда День Икс настал, Марина пробрал мандраж. Он не мог заснуть вечером, с трудом проснулся на утро (спасибо вылитому в лицо стакану воды от Мари), а его метания в попытке проверить все приготовления в трехсотых раз прекратились только тогда, когда на него рявкнула сестра (он был так потрясен, что молчал всю дорогу до колледжа).       У Алана очки сползли на нос, когда он услышал какими выражениями кроет задолбавшего ее парня тихая с виду девочка.       ***       Соперницы Маринетт не считали ее своей конкуренткой ровно до тех пор, пока та не вышла на сцену. Платье сидело на фигуре великолепно, движения были естественными, и не выглядели как кривляние на камеру, выражение лица было расслабленным, на губах застыла легкая улыбка, но в глазах горела сдерживаемая страсть.       Брюнетка не была похожа на штампированных моделей, с их широкими голливудскими улыбками, идеальными пропорциями и абсолютной пустотой в глазах. Маринетт горела изнутри так же, как горело ее платье, в каждом движении была грация человека, полностью познавшего свое тело, знающего, все слабые и сильные стороны своей личности. В ней не было ничего лишнего или вызывающего, платье было дополнением Дюпен-Чэн, а не наоборот, но взгляд от эффектной в своей естественности девушки было не отвести.       Не удивительно, что главный приз получила именно она.       ***       Глядя, как неуклюже пытается поддержать беседу с восторженными одноклассниками Маринетт, брюнет довольно улыбался.       Его сестра начала оттаивать.