Вырви мое чёрное сердце

Все шло «по плану». Мы все же успели доехать до дома, но родители, видимо, были на кухне. Горел свет. Черт, они уже проснулись. Так и не выходя из фургона я лишь скатилась по сиденью, пытаясь что-то придумать. Гейб это заметил. — Никогда из дома не сбегала? Твоя комната на втором этаже? Давай я как-нибудь тебя подниму? И тут я вспомнила. — Лестница! — Резко повернулась к Гейбу — У нас в сарае есть лестница! Надеюсь папа ее не выкинул еще… Гейб, ты можешь припарковать фургон чуть дальше? И помочь мне дотащить лестницу до моего окна… Тот без единого вопроса отъехал подальше от моего дома и после помог мне. Мы старались быть намного тише, но я вовремя оступилась прямо над окном кухни, где, по голосу стояли мама с папой и о чем-то, смеясь, говорили, пока на заднем фоне играли песни в стиле 90х. Музыка из радио стало тише. — Ты слышала, дорогая? — Наверное это коты. Не волнуйся, милый. — Изабель еще не проснулась? Ей же скоро в школу. — Да, я пожалуй пойду проверю ее. Гейб и я машинально посмотрели друг на друга с удивлением, в перемешку с моим страхом. Как можно быстрее донесли эту чертову лестницу, я быстро вскарабкалась наверх немного скользя и к удивлению не упав. Не успела закрыть за собой окно, как мама уже постучалась и зашла. — Иза, ты уже проснулась! Скорее собирайся, опоздаешь в школу. Отец тебя отвезет — Да не стоит. — - Он хочет довести тебя. Ты же знаешь, как он любит ездить вместе — Мягкая улыбка смягчила меня и я улыбнулась в ответ. — Хорошо мам, буду готова через полчаса. Когда она вышла, я тут же повернулась к окну и шепотом произнесла, свисая в окне. — Гейб, прости, ты не мог бы убрать лестницу в кусты? Ее не заметят. И я еду с папой. Так что не уверена, что ему все это понравится. — Понял тебя. До встречи в школе, ангел. Я улыбнулась ему и помахав на прощание, начала собираться. Гейба даже не было слышно, пока он убирал ее. Во мне что-то щелкнуло. «Он продает наркотики», «Этот Уотсон никогда не приходит на занятия»,"Как-то раз он избил парня в столовой при всех из-за того, что тот не дал ему сок», «Знала сколько у него было девушек? Больше двадцати! И это только за прошлый месяц!», «Говорят его отец сидит в тюрьме, этот стремится к тому же» Сплетни про Гейба от друзей и остальных учеников школы возвращались в мою голову как по волшебству. Я посмотрела в зеркало, отложив тушь для ресниц. Так нельзя. Он никогда не поменяется, а я ему наверное нужна лишь на один раз. Поэтому он так и торопится. Не хочу, чтобы у меня были отношения с токсичным парнем. Встаю со стула и начинаю быстро одеваться. Скажу ему, что не стоит больше общаться и не стану давать ему надежду. Да, так будет лучше… Пока мы с папой ехали в школу, он то и дело спрашивал меня о школе, разговоре с Роном и все в таком духе. — Иза, насчет Уотсона. Как идут успехи в продвижении твоего «задания»? — Он сделал серьезное лицо. Я совсем забыла, что должна следить за ним! Черт! И как теперь поступить?! — Изабель, ты меня слышишь? — Да, все с этим пока не очень идет. Но… У него есть байк и лучший друг, с которым они близки. И…Мне кажется… Что он не такой плохой как ты думаешь. Ему правда дорог этот друг, поэтому я думаю, что он не просто так стал диллером… Может что-то с его близким человеком? — А как зовут его лучшего друга? — Видимо все мои остальные слова он даже не слушал. — Я… Не помню. Мы толком не виделись. Только на вечеринке, и то они потом уехали… Папа ничего не ответил и до школы мы ехали в угнетающей тишине. Когда я вышла, обняла его и побежала к своим друзьям. Не успела я дойти до Норы, как меня развернули, дернув за плечо. — Прошла мимо меня так и не поздоровавшись. — Я резко метнула взгляд к уезжающей машины отца. Ему что-то сообщали по рации и он не смотрел сюда. Пронесло — Дурной знак. — Не трогай меня — Убрала его руку как можно мягче, но словами ему сделала больнее — Пожалуйста… — Это было слишком резко, и просьбой не исправить. — Вот как? Играешь в недотрогу? Чувствую взгляд друзей на нас, как и головы других людей, которые следят за нашим диалогом будто мы лабораторные крысы под экспериментом. — Нет. — Я заговорила намного тише, чтобы слышал только он — Я думаю нам не стоит… Больше так делать. У нас ничего не выйдет, понимаешь? — Я подняла на него глаза. В его взгляде читалось столько боли, а затем отвращения. — Серьезно? Так ты слушаешь лишь то, что говорят твои подружки? — Он кивнул в сторону моих друзей. Отвращение в его глазах сменилось гневом — Тебе просто плевать. Ты не знаешь какой я с тобой и… Тебе плевать. Напиши, когда перестанешь слушать других и доверишься себе. — Гейб, прости! — Проглотив тяжелый ком в горле, я еле успела взять его за рукав кожаной куртки, но он одернул ее — Я имела ввиду, что… — Черт. Мои мысли метаются от того, что же я чувствую и просьбы папы. Ужасные обстоятельства. Но Гейб не остановился. Я не успевала за его действиями. Мое тело обмякло и я видела лишь резко развернувшегося Уотсона на байке, уезжающего с парковки. — Иза? Ты в порядке? — Нора приобняла меня за плечо. — Кажется я только что сделала его хуже. Я ужасна. — А что ты сделала? Вы ведь ничего не делали. Он всего лишь подкатывал к тебе, как и к другим девушкам. Все же хорошо? Как и к другим. Точно. Он со всеми такой. Я не первая, я не последняя. Со временем ему будет плевать кто я и он вообще перестанет меня замечать, как не замечал раньше.