Until Death Calls My Name

Дни, проведенные в замке после ухода армии, были более спокойными. На вкус Мэг, они был слишком спокоен. Она поймала себя на том, что ей почти хочется, чтобы возник какой-нибудь кризис, чтобы она могла занять этим свой ум. Вместо этого она могла только смотреть на горизонт, в ту сторону, где назревала буря, и ждать, когда она пройдет или начнется раз и навсегда. Не помогло и то, что ее дочь стала такой тяжелой, что Мэг едва могла двигаться. Ее спина болела всякий раз, когда она пыталась встать, а подниматься и спускаться по лестнице было теперь почти невозможно. Поэтому Руби принесла ей еду и разбавленное вино в ее покои и рассказала о ежедневных событиях в замке. - - Джилл ведет переговоры с некоторыми жрецами Ангелии. Они хотят построить церковь в городе и рассказать людям о своей религии Единого Бога. - О нет, это неприемлемо, - сказала Мэг, качая головой. - Это вызовет гнев простых людей, если они подумают, что пытаются помешать им уважать старые обычаи. Возможно, мне придется написать ему туда и сказать, чтобы он прекратил это прямо сейчас. - А моя королева уверена, что так будет лучше всего? - спросила Руби, склонив голову набок. Мэг знала, что это означает, что она, вероятно, собирается сказать ей, что ей нужно сделать, но, задавая вопрос, Руби давала ей иллюзию, что у нее есть выбор в этом вопросе. - Поскольку мы теперь союзники Ангелии, вполне вероятно, что к нам прибудет много путешественников из их королевства. Им тоже понадобится место для поклонения. Мэг стиснула зубы. Как обычно, провидеца привел более чем веский довод. - А зачем им вообще нужно целое здание, чтобы поклоняться своему богу? - спросила она со стоном. - Почему они могут поклоняться ему в лесу или на берегу, как мы? И ты думаешь, что наши боги будут счастливы от этого? - Наши боги не так ревнивы, как их, - заметила Руби. - Пока вы устанавливаете закон, что новая религия не имеет права искоренять старую, возможно, мы сможем заставить их обоих сосуществовать некоторое время. - На какое-то время? - повторила Мэг, приподняв бровь. - Мир меняется, моя Королева. Медленно, но верно, - сказала Руби. Ее лицо помрачнело, и она добавила: - скоро нашим богам не будет места в этом мире. - Чушь. Наши боги столь же постоянны, как сияние отца Солнца и фазы Матери Луны, - отрезала Мэг. - Пока дуют ветры и волны океана бьются о наши скалы, а люди рождаются и умирают, никто не забудет поклоняться им. Молчание Руби действовало на нервы. Мэг не хотела спрашивать, на какую ветвящуюся тропу она смотрит в этот самый момент. - Очень хорошо. Если вы скажете, что нам нужно найти жилье для Ангелии, мы это сделаем, - сказала Мэг. - Но им придется сделать и для нас кое-какие удобства. Все оказалось не так просто, как она думала. Но опять же, казалось, что ничего не было в те дни. - Нет, нет, мне очень жаль, - сказал Габриэль, качая головой, когда Мэг сказала ему, чего она хочет от него в обмен на разрешение священникам построить свой молитвенный дом. - Это просто не сделано, сестра, мне очень жаль. Если ты хочешь, чтобы твой ребенок и Кастиэль сели на мой трон, тебе придется родить мальчика. Внутренности Мэг скрутило от этого утверждения. Не только потому, что Кастиэль предупредил ее, что это будет точный ответ его брата, но и потому, что это может быть даже невозможно. Иногда по ночам, лежа в одиночестве на своей пустой кровати, она испытывала искушение найти Руби и спросить, действительно ли она избавилась от флакона, как просила ее сделать. И если теперь, когда Кастиэль был далеко, не было никакой возможности использовать его магию. Она снова и снова думала о той последней ночи, которую они провели вместе, об их словах и жестах. Кастиэль сказал ей, что любит ее. Она умоляла его вернуться. Неужели она сказала ему, что любит его? Иногда она была уверена, что это так, а иногда ей так отчаянно хотелось в это поверить, что она могла обманывать себя. Но бледный рассвет не позволял ей лгать самой себе. Она не произнесла этих слов, но была уверена, что он должен был их знать. Должно быть, так оно и было. Он должен быть сейчас на поле боя, идти вперед, несмотря на дождь и трудности, зная, что она любит его. Даже если бы у нее не хватило смелости произнести эти слова, как у него. Потому что она знала, что потеряет его. А если бы она призналась вслух, что любит его, то все стало бы в сто раз сложнее. Но она не могла думать о прошлом. Она должна была сосредоточиться на будущем - для себя и для Селены. Она с энтузиазмом наблюдала, как Габриэль пьет мед, и попробовала другую тактику. - Почему ваши жрецы отказывают женщинам в их прекрасном месте рядом с вами? - спросила она. - Почему они нас ненавидят? - Они не ненавидят тебя, - ответил Габриэль, пожимая плечами. - Они просто убеждены, что ты - корень всех грехов. Что, по-моему, является большим недостатком воображения с их стороны. Я был вполне способен грешить все эти годы без помощи женщины. Должно быть, к тому времени он был уже наполовину пьян. Мэг обнаружила, обедая с ним почти каждый вечер, что добродушие короля Ангелии - всего лишь маска, которую он носит, чтобы скрыть свое отчаяние. Габриэль был вполне способен шутить и сохранять бодрость духа даже перед лицом их трудного положения. Но чем больше алкоголя он наливал в свою чашу, тем мрачнее становилось его настроение и тем более принужденным становился его смех. Было ясно, что он не желает иметь ничего общего с обязанностями правителя и что он скучает по своей возлюбленной так же сильно, как Мег по Кастиэлю. Ей было легко сопереживать ему, даже когда использование его королевства приводило ее в такую ярость. - При должном образовании она могла бы стать королевой не хуже любого мужчины в вашем королевстве, - заметила Мэг, но Габриэль продолжал качать головой. - Возможно. Если она наполовину так же умна, как ты, и наполовину так же добра, как Кастиэль, тогда, конечно, она будет достойна править Демонией. Но народ Ангелии никогда не согласится на это... Он прервал себя и сделал еще один глоток из своей чаши. Мэг сердито посмотрела на него, раздраженная его намеком. - А что? - убеждала она его. - Женщина? Или Демонийка? Должна ли я напоминать тебе, брат, что именно в этом и была вся цель этой верности? Чтобы стереть различия между твоим народом и моим? - Да, но ты игнорируешь тот факт, что эти различия будет не так легко стереть, как нам с тобой хотелось бы, - сказал Габриэль, пожимая плечами. Он потянулся за банкой, но Мэг вырвала ее у него из рук. - О, да ладно тебе... - Ты совершенно прав. Это будет нелегко, но в тысячу раз труднее, если ты откажешься подавать пример, - сказала Мэг. - Если простые люди увидят, что ты отвергаешь свою племянницу из-за того, что она наполовину Демонийка, то они тоже поверят, что от них этого ждут. Ты же их король. Они смотрят на тебя снизу вверх. - Ты слишком много времени проводишь с Кастиэлем, - пожаловался Габриэль. - Ты даже говоришь, как он. ‘Ты же король, Габриэль, и должен вести себя соответственно." Ну, если я ношу корону, это еще не значит, что я король. Это просто означает, что я дурак, который оказался следующим в очереди. Он выхватил кувшин из рук Мэг и снова наполнил свою чашу. Она молча наблюдала за ним, в ее жилах кипела ярость. - Единственная вещь, которая более жалка, чем твоя жалость к себе, -это твоя апатия, - сказала она ему, не заботясь о том, можно ли считать ее слова оскорбительными или нет. - У тебя есть хоть капля власти, комфортная жизнь, о которой большинство ваших людей даже не могло мечтать, и все, что ты делаешь, это жалуешься на то, как тяжело заботиться об их борьбе. Ты мне противен, и, может быть, это и хорошо, что моя дочь не станет твоей наследницей. Может быть, если бы она изучила обычаи Ангелии, то стала бы такой же эгоистичной и некомпетентной правительницей, как и ты. - Это несправедливо! - Габриэль начал было протестовать, но Мэг больше не хотела его слушать. Она встала и открыла рот, чтобы отпустить его... ... резкая сильная боль прошла по ее спине. Как будто кто-то ударил ее в сердце и провел лезвием по позвоночнику. Страх затопил ее разум, страх, что это будет предчувствие, что битва началась и она только что пережила последнюю секунду жизни своего мужа. Потом она поняла, что между ног у нее появилась влага, и ее охватил совсем другой страх. - Нет, - пробормотала она, положив руки на живот. - Нет, еще слишком рано. Селена, у тебя еще есть целая луна... - Что же это такое? - спросил Габриэль, вставая и слегка покачиваясь на ногах. - Что случилось? Мэг посмотрела на него, когда очередная волна боли пронзила ее, и Габриэль побледнел, внезапно протрезвев. - Вот дерьмо, - пробормотал он. Он подбежал к ней и схватил за руку. - Черт, черт, черт. Что же мне делать? - Помоги мне добраться до кровати, - попросила Мэг. - И позови Руби и Тессу. - Руби и Тесса. Да, - пробормотал Габриэль, помогая ей сесть на матрас. - Окей. Я приведу их... ты уверена, что хочешь, чтобы я оставил тебя в одиночестве? - Просто приведи их сюда! Габриэль выбежал из комнаты, и только оставшись одна, Мэг позволила себе вскрикнуть от боли. Она попыталась вдохнуть и выдохнуть, как советовала Тесса, но легкие горели, а одежда липла к коже, влажная от пота, отчего ей казалось, что она задыхается. - О, мать Луна, защити нас, - взмолилась она, хотя ночь была темна от туч и она не могла видеть лица своей богини. - Защити нас обоих, пожалуйста. Защити мою дочь. Руби ворвалась в комнату, ее длинный темный плащ развевался позади нее. В волосах у нее торчали сосновые иголки, одежда была заляпана грязью, а когда она опустилась на колени рядом с Мэг, в ноздри королевы ударил запах влажной земли. Должно быть, она отсутствовала, совершая какие-то таинственные ритуалы, в которых даже Мэг не разрешалось участвовать. Может быть, у нее было какое-то видение, если она вернулась так быстро. И когда она положила руки на щеки Мэг и посмотрела на нее сверху вниз, Мэг увидела в ее лице нечто такое, что испугало ее больше, чем любое предчувствие. Она увидела замешательство и даже немного страха. - Этого не должно было случиться. Еще слишком рано, - пробормотала Руби. - Мне очень жаль, Моя королева. Я не знаю... - Если твои слова не помогут мне, тогда вообще ничего не говори! - огрызнулась Мэг. Последнее, что ей сейчас было нужно, несмотря на страх и боль, - это чтобы ее провидец колебался. - Приведи ко мне Тессу и начинай готовиться к приему своей принцессы! Дверь открылась еще раз, и Тесса и Кейси вошли внутрь, сопровождаемые очень взволнованным Габриэлем, который почти пошатнулся, когда вошел внутрь. - Как давно прошла последняя волна боли? - спросила Тесса, немедленно подходя к кровати и хватая Мэг за запястье, чтобы проверить ее пульс. - Я не считала, - раздраженно призналась Мэг. Неужели она действительно ожидала, что она обратит внимание на такие вещи? - Мне нужно будет поднять твое платье, моя Королева, - объявила Тесса. Она оглянулась через плечо и, казалось, удивилась, увидев, что Габриэль все еще был там, выглядя смущенным и слегка испуганным. - Уберите его отсюда. Мне понадобится горячая вода и кое-какие тряпки. Кейси почти вытолкнула Габриэля из комнаты, и Руби последовала за ними, чтобы найти то, что спросила Тесса. Целительница снова обратила свое внимание на Мэг и положила руку ей на лицо. В отличие от Руби, она казалась странно спокойной. - Иногда случается, что роды происходят на несколько недель раньше. Иногда даже луны раньше, - сказала она Мэг. - Тебе нечего бояться. И с тобой, и с принцессой все будет в порядке. - Не давай обещаний, которые не сможешь сдержать, Тесса из Жнецов, - сказала Мэг. Она прекрасно понимала, что ее глаза, должно быть, потемнели, потому что целительница сглотнула и сменила тон: - Я сделаю все, что в моих силах. И в это Мэг могла поверить.

***

В ночь перед битвой царило странное спокойствие. В ту ночь не было ни костров, ни пения, только тихие разговоры. Некоторые Ангелийцы даже дошли до того, что стали бить копытами своих лошадей. Вся союзная армия должна была быть скрыта под покровом темноты на случай, если Левиафаны окажутся поблизости. Эта стратегия не сработает, если они не будут учитывать элемент неожиданности. Кроули и его монстры должны были поверить, что они преследовали Абаддона и Каина до самой долины, чтобы сделать последний отчаянный шаг, не ожидая помощи. А когда придет Кроули, Ангелийцы нападут на их арьергард, поймав их в ловушку, как клещи паука поймали жука. Это был простой, но блестящий план, но он не сработает, если Кастиэль и его команда добровольцев не выполнят свою миссию. Так много вещей висело на волоске без какого-либо плана, чтобы вернуться назад, и это заставляло Джо чувствовать себя неловко. В тот вечер у нее было много причин для беспокойства. - Ваша преданность достойна похвалы, Леди Харвелл, - сказал ей сэр Каин чуть раньше, когда они остановились перекусить. - Похоже, вам очень понравился наш новый король. Джо надеялась, что она не покраснела. Она продолжала снимать шкуру с оленя, на которого охотилась, чтобы начать отрезать несколько кусков для себя, прежде чем забрать остальные обратно в лагерь, чтобы поделиться ими с ополченцами. Это была их последняя теплая трапеза, потому что они знали, что им нужно быть невидимыми, как только наступит ночь. - Он умный, сострадательный человек, - ответила Джо, когда стало ясно, что рыцарь все еще ждет от нее ответа. - Я рада служить рядом с ним, и да, он пользуется моей преданностью и восхищением. А что в этом плохого, сэр? - Вовсе нет, - ответил Каин. - Он выдержал долгую паузу, прежде чем добавил: - и совершенно ясно, что он тебе доверяет. Иначе зачем бы он все время держал тебя так близко? В этот момент Джо встала. Ее руки были покрыты кровью и запекшейся кровью, и она все еще сжимала свой охотничий нож. Она знала славу сэра Каина и то, что он великий рыцарь, так что даже обезоруженный он, вероятно, был достойным противником. Но она всегда царила в своем темпераменте, как много раз советовала ей мать. Возможно, сэр Каин не намекал на то, что она думала, что он намекает, и она выдаст себя такой бурной реакцией. - Я много раз доказывала ему свою полезность, и он ценит мои способности. Да, я горжусь тем, что король доверяет мне, потому что я сделал все возможное, чтобы заслужить его, и я продолжу делать это завтра, когда мы выйдем на поле битвы. Каин вытащил один из своих локонов, задумчивый и тихий. - И ты тоже можешь в нее упасть. Так что, возможно, сегодня у тебя последний шанс сказать ему об этом, - прокомментировал он. - О том, как сильно ты... восхищаешься им. Джо снова покраснела, потому что это определенно звучало так, как будто он знал, что она чувствовала немного больше, чем восхищение. Он знал, почему она держалась так близко к королю и почему всегда была так счастлива предоставить ему свои услуги. Она подумала, что это не так уж очевидно. Но было ясно, что она ошибается. - Это совершенно неуместно, сэр, и я надеюсь, что вы никогда больше не скажете мне ничего подобного. - Простите меня, если я обидел вас, Миледи, - ответил сэр Каин, опуская глаза. Он выглядел раскаявшимся, и Джо надеялась, что на этом их разговор закончится, но затем он продолжил: - Я просто хотел сказать, что ты очень молодая и красивая девушка. Это невозможно для любого человека, не заметить. И король был далеко от своей жены, которая была в самом разгаре беременности, когда он оставил ее... - А какое это имеет отношение к делу? - спросила она, на волосок от того, чтобы окончательно потерять терпение от намеков и шепота Каина. - А король тебе ничего не говорил? - Нет, конечно же, нет. Он никогда бы не доверился мне так, как доверяет тебе. Но вы должны помнить, что его брак с нашей королевой был делом удобства. Теперь война подходит к концу, и на подходе наследник, ну... я даже сомневаюсь, что они теперь делят постель. - Ты рыцарь или старая сплетница? - спросила Джо, выгнув бровь в его сторону. Но она ничего не могла поделать с трепетом в груди. Как будто Каин излагал ей все то, что она подозревала о браке Мэг и Кастиэля, но что она никогда не осмелится сказать вслух, опасаясь, что не уважает своих правителей. - Я просто говорю, что мы никогда не знаем, кто может быть в списке бога смерти, - Каин пожал плечами. - Я видел много сражений, потерял много хороших друзей и был ранен так, что, как мне казалось, это наверняка означало мою гибель. Поверь мне: завтра ты не захочешь нести с собой свои сожаления. Они будут давить на тебя всем своим весом. Тогда он оставил ее наедине с ее добычей, но с тех пор его слова не выходили у Джо из головы. Потому что в них было слишком много смысла. Король был очень вежлив и корректен, всегда серьезен и хмурился. Возможно, это было следствием тяжелой работы, которую он выполнял перед собой, но учитывая, как часто Лорд Винчестер шутил о том, что Кастиэлю нужно "расслабиться", возможно, это было просто его обычное поведение. Он и братья Винчестеры были старыми друзьями, так что в их обращении чувствовалась особая фамильярность. Для аристократа не было ничего необычного в том, чтобы иметь любовницу, особенно если их брак был лишен любви, как это часто случалось. Она знала, что они были у короля Азазела до и после смерти его королевы. Принц Том переспал с одной из ее близких подруг, Памелой, и пообещал отвезти ее в замок, прежде чем его убьют в бою. Из этого следовало, что если бы король всегда был так серьезен и незнаком с использованием демонии, как он, то он не знал бы, как просить женщину стать его любовницей. И возможно, сэр Каин был прав в своем предположении, что он все это время был ближе к Джо, потому что в его роли был какой-то интерес. Или, может быть, это было ее собственным желанием, потому что она все еще хотела быть ближе к своему королю. Однако в одном сэр Каин был, несомненно, прав: эта ночь была ее последним шансом узнать правду. Она закончила свой ужин и подождала, пока остальные ополченцы уснут. Она знала, что лишь немногие из них будут спать этой ночью. Она была в полном сознании и нервничала, ее руки дрожали, а ноги почти шатались, когда она покинула остальных и неторопливо вошла в королевский шатер. Внутри было светло, но ткань его "стен" была настолько толстой, что это не имело значения. Кастиэль, Каин и Винчестеры склонились над картой, возможно, в сотый раз просматривая план сражения. - С божьей помощью мы встретимся здесь, - сказал Дин, указывая на точку на карте. -Мы принесем голову Кроули в подарок королеве Мэг, - ответил Кейн слишком спокойным тоном для того, что он говорил. - Она с удовольствием повесит его на зубчатой стене для следующего дурака, который вздумает украсть корону для себя. Кастиэль бросил на него молчаливый взгляд, но ничего не сказал. - Джо... Леди Харвелл, - позвал он, увидев ее. - Тебе что-нибудь нужно? Джо снова чуть не покраснела. Ей очень не хотелось делать это в присутствии трех других мужчин, но сейчас она не собиралась отступать. - Я не хотела прерывать вас, мой Король, - сказала она, быстро поклонившись. - Я бы хотела попросить у вас аудиенции. - Да, конечно. Все, что тебе нужно сказать... - Наедине,- резко добавила Джо. Братья обменялись взглядами и пожали плечами, но все же свернули карту и повернулись, чтобы быстро обнять Кастиэля. Вряд ли они увидятся до окончания битвы, так что это было единственное молчаливое прощание, которым они могли обменяться. Они ушли, сопровождаемые Каином, который бросил на нее быстрый взгляд, а затем нарочно развязал тетиву, удерживавшую дверь шатра открытой, и позволил ей упасть. Так что теперь Джо и король были совершенно одни и изолированы от посторонних глаз. Возможно, она не была в безопасности от любопытных ушей, но Джо не могла заставить себя беспокоиться об этом. Если она собирается стать королевской супругой, ей нужно научиться справляться с презрением и сплетнями. У нее была достаточно толстая кожа для этого. А если она умрет на следующий день, тогда это уже не будет иметь никакого значения. - А что тебе было нужно? - спросил Кастиэль, наклонив голову, как будто ему было любопытно. Джо увидела кувшин с вином на маленьком столике сбоку и подошла к нему, чтобы разлить вино по чашам. Она отпила глоток из своего бокала, чтобы успокоить нервы, а потом передала другой Кастиэлю. Король взял его и с доброй улыбкой произнес тост вместе с ней. - Завтра мы будем вместе проливать кровь, - сказала она. - Или, может быть, это будет наша кровь, которая будет пролита. - Да, - ответил Кастиэль. - Ты волнуешься об этом? Я знаю, что это ваш самый первый бой, но я верю, что вы отлично справитесь в нем. Разительный контраст между этим утверждением и тем, как Дин Винчестер жаловался на то, что ему "приходится прикрывать ей спину", поразил Джо. Возможно, Кастиэль все-таки кое-что узнал о демонии. А может быть, он просто был лучше своего друга. -Я сомневаюсь не в своих способностях, - сказала она. - Но даже самые лучшие могут победить. Было бы самонадеянно думать иначе. Кастиэль молча кивнул и поднес чашу к губам, очевидно, все еще ожидая, когда она закончит свою мысль. Джо глубоко вздохнула и попыталась смягчить свой тон улыбкой, когда добавила: - И если завтра Бог смерти назовет мое имя, я умру девственницей. Кастиэль поперхнулся своим напитком и закашлялся на мгновение, прежде чем поднять на нее свои теперь уже слезящиеся глаза. - Я, эээ... Я... - он заикался, явно не находя слов. - Это было бы ужасно, правда? - прокомментировала она, все еще пытаясь улыбнуться, несмотря на то, что ее живот скрутило узлом. - Умереть, не познав прикосновения человека. -Ну, так оно и есть... Почему? Я не... - Мой отец хотел найти мне подходящего мужа, когда я достигла совершеннолетия два года назад, - продолжала Джо, делая шаг к нему. - Но потом Кроули убил его за то, что он отказался преклонить колено перед узурпатором. И что ж, с тех пор времена были неспокойными. - Я... Я понимаю это, - сказал Кастиэль, его грубый голос звучал еще глубже, когда он попытался прочистить горло. - Я уверен, что ты встретишь поклонника, который привлечет твое внимание, когда мы вернемся. Ты молода, ты очень красива. У тебя не будет проблем с поиском мужа. Если это и был комплимент, то уж точно странный. С другой стороны, возможно, он пытался сохранить все в порядке, говоря все те вещи, о которых она не хотела думать. - Вот видишь, в чем дело, мой Король. Джо сделала еще один шаг, и теперь они были так близко, что она чувствовала тепло, исходящее от его тела. - А что, если я вообще не вернусь? Кастиэль громко сглотнул, его Яблоко подпрыгнуло вверх и вниз. Джо приподнялась на цыпочки, слегка откинув голову назад, чтобы посмотреть на него снизу вверх, и выжидающе приоткрыла губы. - Джо... это крайне неуместно. - Ну, ты же король, - заметила Джо. - Ты можешь приказать мне уйти. Кастиэль ничего не ответил, его голубые глаза блестели, когда он смотрел на нее. Осмелев, Джо отставила чашу в сторону и обняла его за шею. Она стояла на кончиках пальцев ног, ее губы почти касались его губ... - Тогда иди. Пожалуйста. Джо замерла и отодвинулась, чтобы посмотреть на него. Он отвел взгляд, обе руки безвольно повисли на его плече. Было ясно, что он не хотел отталкивать ее, но и не отвечал ей. - Я... Я не понимаю, - пробормотала она. - А что тут понимать? - спросил Кастиэль. Он снова нахмурился, когда посмотрел на нее. - Я женат. На твоей королеве. Смущение и стыд поднялись на лице Джо, и в горле у нее встал комок. Она закрыла рот обеими руками, возможно, чтобы подавить крик. - Мне очень жаль, - сказал Кастиэль. - Я не знаю, что я сделал или сказал, чтобы заставить тебя думать, что это то, чего я хочу. Это определенно не входило в мои намерения, и я приношу извинения, если проявил к вам неуважение... - Неуважение ко мне? - повторила Джо, повысив голос, потому что теперь, помимо всего прочего, что она чувствовала, ей хотелось истерически расхохотаться. - А ты и не знал... Это я должен был извиняться перед тобой! - она закрыла глаза руками. - Мне так неловко. Он мягко схватил ее за руки и оттолкнул их. Джо хотелось продолжать смотреть на свои туфли (на самом деле она молилась богине земли, чтобы та открыла дыру под ее ногами и проглотила ее), но если она даже не могла встретиться лицом к лицу со своим королем, то как же она собиралась встретиться с Левиафаном утром? Хотя, подумала она, снова глядя ему в глаза, сейчас она предпочла бы сразиться в одиночку с чудовищами и убийцей своего отца, чем столкнуться с собственной глупостью. - Ты еще молода. Близость смерти заставляет нас делать глупости, - сказал он, давая ей гораздо больше свободы для оправдания своих действий, чем она на самом деле заслуживала. - Я не держу на тебя зла, Джо, и никому не скажу, о чем здесь шла речь. Я... я бы очень сожалел, если бы наша дружба пострадала из-за этого. - Конечно, нет, - сказала Джо, качая головой. - Нет, мне очень жаль. Наверное, так оно и было... На самом деле я так не думал... Я еще раз прошу прощения, мой Король. - Я уже смирился с этим, - сказал он с мягкой ухмылкой. Джо выдохнула. Она все еще хотела быть где угодно, только не здесь, но с облегчением поняла, что Кастиэль не стал думать о ней хуже из-за всего этого. - Спасибо, - пробормотала она. - Прекрасно. Давай даже не будем больше об этом говорить. Он отвернулся и залпом допил вино. Джо едва сдержала смех. Если ей и было стыдно, то она не могла даже представить, что он чувствовал. В конце концов, у нее не было супруга, которому она могла бы хранить верность. - Ты действительно любишь ее, не так ли?- спросила она. - Королеву Мэг. - Да, - он улыбнулся, и черты его лица смягчились еще больше. - Не было и не будет никого, кроме нее, с того момента, как я увидел ее, и до тех пор, пока смерть не назовет мое имя. -Это выражение Демонийцев, - засмеялась Джо. - Возможно, я все-таки учусь быть частью твоего народа. Они еще немного постояли в молчании. Мне действительно больше нечего было сказать. - Я так и сделаю... а теперь оставь меня в покое, мой Король, - неловко сказала она. - Да, конечно. Увидимся утром, леди Харвелл. Джо вышла из палатки, отошла на несколько шагов и прислонилась к ближайшему дереву. Ее сердце все еще сильно билось в груди, а жар на лице не исчез. Но после нескольких минут мысленного пинка она кое-что поняла. Да, большая часть вины за то, что она вела себя так постыдно, лежала на ней. Но она никогда бы не осмелилась пойти дальше того, что было уместно, если бы кто-то не подтолкнул ее к этому. Еще какое-то время она лежала под звездами, полностью проснувшись. Она слышала вдалеке какие-то вздохи и ворчание, свидетельствующие о том, что некоторым другим солдатам повезло гораздо больше, чем ей. Через некоторое время в лагере воцарилась тишина, и наконец она смогла закрыть глаза. Кто-то потряс ее за плечо, как ей показалось, всего несколько мгновений спустя, но, должно быть, прошло уже несколько часов. На горизонте виднелся едва заметный намек на свет, и некоторые мужчины уже передавали друг другу чашки с вяленым мясом и водой, которые они собирались съесть на завтрак этим утром, все в полном молчании или долгих разговорах шепотом. Она взяла у Виктора немного воды и встала, чтобы размять руки и поискать свою лошадь. Как раз тот человек, которого она ожидала увидеть, тоже готовил свою лошадь. - Леди Харвелл, - приветствовал ее сэр Каин с улыбкой. - Ты хорошо провела ночь? - О, я почти не отдыхала, - сказала Джо, надеясь, что резкость ее слов дошла до него, несмотря на низкий уровень громкости. - Я провела ее, вспоминая, как выставила себя дураком перед тремя людьми. - Ну, тебе не стоит беспокоиться о моем мнении о тебе. А что касается Винчестеров... - Я выставила себя дураком перед моим королем, моим командиром и моим другом, - перебил его Джо. - И я думаю, что должен поблагодарить вас за это, сэр. Улыбка Каина исчезла. - Он... он отверг тебя? - Похоже, ты был разочарован таким исходом, - усмехнулась Джо. - Но да, он действительно это сделал. А теперь я спрашиваю вас, не выставили ли вы меня в качестве некоего испытания на верность нашему дорогому королю? Каин не ответил, но то, как напряглись его губы, говорило о том, что Джо попала в самую точку. - Ну что ж, сэр, тогда я очень надеюсь, что мы переживем этот день, - сказала она. - Чтобы мы могли из первых рук сказать Королеве Мэг, как сильно ее любит муж. Она закончила седлать свою лошадь и вскочила в седло, даже не взглянув на рыцаря. Она прошла мимо ополченцев Рединга, пока не оказалась во главе взводов вместе с Кастиэлем и Винчестерами. Как бы сильно она ни недолюбливала Лорда Дина, ей, по крайней мере, приходилось признать, что он был открыт и честен во всем. В тот день, например, он встретил ее шумным приветствием: - Добрый день, Миледи. Я бы предпочел увидеть солнце в свой последний день на земле, но, думаю, прекрасная погода вашей страны лишит меня этой милости. Джо посмотрела на горизонт. На Востоке, в направлении столицы, сгущались тучи. Возможно, им повезет, и океан поглотит бурю прежде, чем она достигнет суши, если боги ветра и моря будут на их стороне. Король тоже смотрел на восток, и Джо невольно подумала, не думает ли он о своей жене и еще не родившемся ребенке. Но он тут же покачал головой и посмотрел вперед. - Давайте двигаться, - приказал он шепотом, который, тем не менее, казалось, гремел над людьми. - Абаддон ждет нас.

***

Солнце поднималось из-за стены черных туч, поэтому оно почти не освещало комнату. Мэг едва могла заставить себя обратить на это внимание. Боль становилась все сильнее с каждым часом, и не имело значения, как сильно она вцепилась в кожаный пояс, который ей дал ковен, или как сильно сжала руки, держащие ее, это затуманивало ее разум каждый раз. Ее потные волосы упали на лоб, и все ее тело было влажным и безвольным, хотя Кейси и Лилит сделали все возможное, чтобы высушить ее тряпками и вылить свежую воду ей на голову. Тесса все время проверяла между ног, считала вполголоса между волнами боли и в отчаянии прищелкивала языком. Но за несколько часов до рассвета выражение ее лица становилось все более и более безмятежным, и к тому времени, когда наступил дождливый день, она осмелилась даже слегка улыбнуться. - Она идет, моя Королева, - сообщила она Мэг. - Я вижу ее голову. Сейчас самое время. Мэг понятия не имела, как ей это выдержать, но она вцепилась в руки Лилит и Кейси, и они медленно подтащили ее к краю кровати. Ее ноги дрожали и ослабли, когда она опустила их на холодный каменный пол, но сестры ковена держали ее за талию, чтобы она не упала. Она согнула колени и глубоко вздохнула, когда очередная волна пронзила ее. Ей казалось, что ее тело разрывается на части, и она кричала в пояс, пока ее легкие не опустели. - Мне нужно, чтобы ты подтолкнула ее, моя Королева, - проинструктировала Тесса, когда они с Руби опустились на колени перед ней с полотенцами и тряпками, готовыми для принцессы. - Раздвинь ноги еще шире и толкай вниз следующей волной. Мэг откинула голову назад, закрыла глаза и мысленно вознесла безмолвную молитву. В окне сверкнула молния. Следующий приглушенный крик королевы сопровождался раскатами грома.

***

Они еще не были на месте. Это была первая паническая мысль, которая пришла Джо в голову. Труба, сигнал Абаддон, пронзила воздух, но они не были на месте. Если бы у них было еще мгновение, всего лишь доля секунды, они бы достигли того места, где должны были быть, но сигнал пришел слишком рано, а затем повторился во второй раз с настойчивым отчаянием. - Скорее! - Кастиэль проинструктировал своих двух десятков добровольцев и уперся пятками в бока своего жеребца, чтобы показать пример. И даже когда она хлестнула свою лошадь, чтобы идти вперед, Джо не могла не оглянуться через плечо. И Сэм, и Дин Винчестер подняли свои мечи в воздух. - Будь благословенна Ангелия!- они кричали вдалеке. Вся армия и та часть ополчения, которая не сопровождала их, бросились вниз по склону горы. Стук копыт их лошадей по камням разносился в воздухе вместе с их боевыми криками. Теперь Кроули и Левиафаны наверняка увидят их приближение. Они потеряли элемент неожиданности. Но, может быть, это и хорошо. Противник мог подумать, что все подкрепление идет на них с той стороны ущелья, и не потрудился бы посмотреть вверх и найти их. У них еще есть шанс осуществить планы Кастиэля. По крайней мере, она очень на это надеялась. Кастиэль и Каин остановили своих лошадей, и она тоже. Она уже собиралась спросить, почему они остановились, когда ответ стал ясен как день. Кто-то позади нее испустил ругательство, а другой человек пробормотал: "Господи, защити нас". Дикий вой и безумный, грубый рев едва человеческих глоток достигал их ушей. С другой стороны долины враг хлынул в количестве большем, чем они думали, подобно черному подводному течению, готовому накрыть их землю и утопить в крови.