Сватання

Октябрь ступала по вытоптанной лошадьми и повозками дороге. Как и сказал мужчина, что дал указания, как добраться до села Хотив, Юнги потребовалось одиннадцать дней. Время начало приближаться к послеобеденному, когда на виду появился первый белый дом с соломенной крышей и небольшая доска с надписью «Хóтiв». Парень быстро подошёл к хозяйке дома, что выносила совок с пылью и поинтересовался, где находится дом Кимов. Та удивилась, но дорогу сказала. Юнги ударил лошадь сильнее и та пошла рысью. Видимо слухи разлетаются быстрее ветра, так как когда парень был в более густонаселённом месте, люди начали делать что-то во дворе, чтобы глянуть, кто это к ним приехал. Мин не обращал на них внимания, а лишь достал медальон и вновь посмотрел на Чимина. Его сердце затрепетало от осознания того, что альфа скоро его увидит. Когда лошадь подъезжала к чему-то похожему, что описывала женщина, начался небольшой забор, а потом ветер принёс знакомые цитрусовые нотки, от которых Юнги чуть не умер, там, в седле. Лошадь мягко ступала по земле и вот, когда Мин моргнул, перед ним, в метрах десяти, показался Чимин, что мило беседовал с каким-то парнем. Альфа остановил коня и начал наблюдать издалека за прекрасным омегой. Он, как будто стал ярче: блондиныстые волосы теперь даже немного вились, а не свисали ровно, кожа, что потеряла свой блеск и красоту в стенах института, вновь стала медовой, и казалось, если прикоснуться к ней, она будет мягкой, как шёлк, а не тонкой, как рисовая бумага. На лице Чимина наконец-то вновь появились небольшие щёчки, которые украшал лёгкий румянец. Юнги скользил взглядом ниже, по тонкой манящей шее, по хрупким плечам в белой строчке и по... Животу? Две руки Чимина придерживали небольшой живот, что виднелся через рубаху. Сердце Юнги остановилось, он посмотрел на рядом стоящего парня и понял, что это альфа, и не какой-то мимо проходящий, а который смотрит на его омегу, как на то, что уже имеет. Парень убрал блондинистый волос, что мешал Паку хорошо видеть, тот на секунду скривился, как будто ему больно, но вскоре улыбка вновь появилась на его лице. У альфы сердце кровью обливалось, а в груди настолько щемило, что Юнги сейчас готов был немного вскрикнуть от боли. «Всё-таки я опоздал», — гулко пронеслось в голове у Юнги, а потом этот самый животик пошевелился, и нет не так, как малыши на последнем месяце, а как какое-то животное в мешке. И правда, через мгновение возле шеи омеги появился трёхцветный котик, что сначала понюхал, а потом лизнул Чимина. И можно было выдохнуть более спокойно, только вот парень рядом не давал спокойствия альфе. Октябрь почему-то пошла вперёд. Они в принципе сработались, если не считать одного выкида из седла. Лошадь как будто чувствовала, что у них одна цель. На звук фырчания и топота голову повернул Чимин и ужаснулся. Интересно чего больше: Юнги или того, что творилось у него на лице. А ведь у него разбита губа и немного рассечена бровь и даже не от падения, а от двух разбойников, что попытались его ограбить. (У них это не вышло) Лошадь резво подошла к омеге, фыркая. Она ткнулась своей белой мордой к лицу Чимина. — Октябрь? — шёпотом, неверяще спросил Пак. Юнги недовольно скользнул взглядом по другому альфе и спешился. — Чімін, ти знаєш цього хлопця? — альфа стал за спиной омеги и положил свои руки ему на талию. Юнги в этот момент был готов вырвать их, но вместо этого сильнее сжал руку за спиной. [— Чимин, ты знаешь этого парня? ] — Я-я, — Пак открывал и закрывал рот, но когда увидел, что Юнги был готов ответить, поспешил опередить его. — Так! Ми домовились з Те, що приїде служник і менi привезуть мого коня, — Мин застыл в ступоре. Как Чимин так хорошо разговаривает на украинском, а во вторых, какой «служник»? [— Да! Мы договорились с Тэ, что приедет наложник и мне привезут моего коня. ] Юнги нахмурил брови, он сжал кулаки, пытаясь не ударить парня, который поцеловал Пака в волосы и ушёл, что-то ему говоря. Когда он скрылся из видимости, Чимин враз стал злым. — Что ты тут делаешь? — змеёй прошипел омега. — Приехал за тобой, — Мин дёрнулся, ведь бровь резко заболела и из-за этого ему пришлось расслабить мышцы лица. Чимин быстро осмотрел лицо напротив подмечая ранения, скользя взглядом ниже, на кулаки и на одежду. Чим ухмыльнулся, ведь на Юнги не баснословно дорогие вещи, а самые обычные. Но признаться честно, и в них он выглядел хорошо. — Я никуда не поеду. По крайней мере, с тобой точно, — Мин тяжело выдохнул. — Сегодня или завтра я точно обратно не поеду, но через неделю уже могу, поэтому ты подумай, м- — Нет, Юнги. Я не поеду с тобой ни завтра, ни послезавтра, ни через неделю, ни через месяц, — во взгляде омеги читалась полная уверенность и такая же злость. Тут, где нет всей этой аристократии, Пак наконец мог разговаривать и вести себя с Юнги иначе. Мин хотел было искривить губу, но та тоже сильно заболела и пришлось вновь просто вдыхать воздух. — Тогда, раз я приехал на обмен лошадьми, будь добр, верни мне Вавилона, — и вновь холодный, безэмоциональный взгляд. Чимину лишь на секунду стало не по себе, но потом он собрался и поднял взгляд на альфу. — Конечно, если только он за тобой пойдёт, — юноша поднял нос и повёл Октябрь к амбару. Из-за дома вышли двое мужчин среднего возраста, они с удивлением и вопросом посмотрели на Чимина, который вёл лошадь и Юнги, который легонько поклонился, понимая, что это родители Тэхёна. Вавилон оказался возле амбара на лужайке и ел свежую зелёную траву. При виде него Юнги позволил себе улыбнуться. — Вавилон. Смотри, кто пришёл, — Мин подошёл поближе. Заслышав знакомый голос, конь поднял голову, мгновение помедлив, он радостно запрыгал к хозяину. — Мой хороший мальчик. Я так по тебе скучал, — альфа гладил большую морду, мощную шею и мускулистую грудь. Конь радостно фыркал и ржал. — Пойдёшь со мной? Конь радостно фыркнул, если такое возможно и ещё сильнее начал кивать головой. Когда Юнги повернулся, Чимина уже не было видно, как и Октябрь. На земле лежали его вещи и седло. — Куда мне хоть можно пойти переночевать? — крикнул парень, надеясь на ответ. — Пойди к Чонам, может они тебя и примут. Направо и прямо, — Чимин даже не показался из амбара. Альфа тяжело вздохнул и закрепил всё на Вавилоне. Уже возле калитки конь начал нервно перебирать ногами. — Вавилон, увидишь ты ещё Чимина, не переживай, — Юнги почувствовал укол ревности, ведь даже его конь, которого он взрастил, любит Пака больше чем его. Возле ворот дома, во дворе которого рос могучий дуб, сидел старик и пыхтел трубкой. Завидев незнакомого альфу, он принялся за ним наблюдать. — А это вы господин Чон? — пан Хван удивлённо выгнул бровь. — Ну я. — А вы не могли бы мне разрешить пожить у вас некоторое время? — мужчина знал этого коня, а вот парнишу нет и это сбивало с толку. — Заходь, коль прийшов. Тебе все одно ніяка інша хата не візьме до себе, — Юнги тоже это понимал. [— Заходи, коль пришёл. Тебя всё равно никакой другой дом к себе не возьмёт. ] Немного познакомившись с хозяевами, уже настало время ужина. — Так чого ти до нас приїхав? — спросила пани Чон. [— Так почему ты к нам приехал? ] — Приехал за Чимином, мэм, — хозяева дома напряглись. — Навіщо? [— Зачем? ] — Он мой истинный, но я вёл себя с ним неподобающее, поэтому он и оказался тут. Но теперь я хочу это исправить, — Чоны переглянулись, а потом посмотрели на Юнги. Выглядели они, как будто приведение увидели. — Что-то не так? — Да ось Чімін сказав, що істиний його помер, тому він і приїхав сюди, щоб забути його, — теперь время Мина удивляться. Неужели он был настолько ужасен, что его истинному лучше считать, что он мёртв. — Він того і почав зустрічатися з Бомгю. [— Да вот Чимин сказал, что его истинный умер, поэтому он и уехал сюда, чтобы забыть его, — Он поэтому и начал встречаться с Бомгю] А Юнги понял, насколько он оплошал и сколько ран Чимина ему придётся залечить.

***

Утром парень отвёл лошадей и коров с паном Хваном на поле, так как они договорились, что Юнги может жить у них сколько захочет, только будет помогать, поскольку они уже не молоды. Как сказала госпожа Джихи, сегодня очередь Юнги пасти овец, так как это обычное дело Чимина, но теперь они будут чередоваться. Ему было поручено спросить Пака что и как ему делать и отвести на обычное место выпаски овец. Омега был холоден и говорил только об обязанностях старшего, даже не поднимая на него взгляда. Когда животные были на месте, Чимин уже развернулся и собирался идти обратно в деревню, но его легонько схватили за запястье. — Чимин, давай поговорим нормально, — в ответ Пак злобно прошипел, что «нет», и вырвал запястье. — Тогда хоть объясни, зачем ты меня к мёртвым записал, — омега остановился, сжимая кулачки. — Знаешь, — парень повернулся к альфе, — как это приятно жить без постоянной боли, колких фраз, холодных взглядов, игнорирования. Как это отдавать свой первый поцелуй и свой первый раз человеку, в котором уверен, что он не сделает больно, — воздух застыл в лёгких Юнги. Парень не знал, идти бить лицо тому хахалю или ещё раз заехать себе. — Как это приятно идти и не думать, что твоя спина должна быть идеально ровной, подбородок только прямо и ходьба по одной линии. Как приятно не воровать и не голодать, даже когда есть стабильная крыша над головой. Как это не выплёвывать еду, потому что за то, сколько ты не съел — следует наказание, — послышался всхлип. Голова омеги была опущена и Мину так и хотелось подойти и утешить его, но ноги вросли в землю. Да и Чимин скорее всего не одобрит такое. — Знаешь, как приятно жить, зная, что ты можешь пойти, поехать или даже уехать, куда ты хочешь без чьего-то разрешения. Так вот — это приятно. Когда я был рядом с тобой я только и чувствовал, что по твоим меркам я достоин лишь целовать твои дорогие лаковые туфли и то, после этого я должен буду их хорошо протереть. Мне тут хорошо. Да, без истинного. Но порой они умирают и у людей всё равно есть шанс продолжать жить, — Чимин поднял дерзкий, полный боли и решимости взгляд. На щеках блестели слёзы и альфа ясно понял, что по лицу надо зарядить себе. Его хрупкий Чимин, историю которого он почти не знает, вот теперь снова начал жить, а тут и правда появился он... Юнги горько ухмыльнулся, отворачивая и опуская голову. Альфа сделал шаг назад, показывая этим, что да, если Чимину хорошо, то он не смеет нарушать его счастье. Снова. — Если хочешь, можешь приходить на свадьбу, — Чимин повернулся, чтобы пойти обратно. А Юнги сейчас показалось, что его сердце настолько сжалось от боли, что его уже и нет. Чтобы сейчас не показаться слабаком, альфа плотно сжал тонкие губы и прикрыл глаза. — Но всё же, тебе к этому моменту желательно лучше уехать, — омега повернул голову и пошёл обратно в дом. Когда шаги стихли, Юнги скатился спиной по стволу дерева, прикрывая руками лицо, разрешая сейчас побыть себе немного слабым. Чимин с ручьём слёз вбежал в дом, а потом и в свою комнату. Видеть Юнги было больно, слышать было невыносимо, а чувствовать его касания на себе — смертельно. Грубая кожа рук Бомгю царапала нежную и тонкую кожу Чимина, в то время как аристократическая и мягкая Юнги, касалась его как дорогой шёлк или пух птиц. В комнату тихо вошёл Намджун, он единственный знал, что истинный Чимина живой-живёхонький, только глупый очень, и чёрствый, как сухарь. — Кульбабка моя, що сталося? — альфа взял стул и сел прям рядом с Паком, начиная поглаживать его блондинистые волосы. [— Одуванчик мой, что случилось? ] — Помните, я г-говорил, что мой ис-стиный живой? — Чим на мгновение посмотрел в глаза Киму. — І це, як я розумію, Юнгі, — Намджун опустил уголки губ. Альфа был смышлёным, а ещё мог хранить секреты, поэтому о своей тайне Чимин рассказал именно ему. Нет, дядя Сокджин тоже хороший, но он легко может нечаянно взболтнуть лишнего в разговоре. [— И это, как я понимаю, Юнги] — Да, — прошептал омега. Джун тяжело выдохнул и пересел на кровать, укладывая голову омеги себе на бёдра. — Он сказал, что приехал за мной. — А ти відповів, щоб... [— А ты ответил, чтобы... ] — Чтобы он приходил на мою свадьбу, но потом сказал, чтобы к этому времени ему лучше уехать, — Намджун тяжко выдохнул и прикрыл глаза. — Він все ще твій істиний, і він все ще людина. Йому від цих слів боляче. [— Он всё ещё твой истинный, и он всё ещё человек. Ему от этих слов больно. ] — Он не человек, он козёл, — за это омега получил щелчок по носу. Да, Юнги и правда не похож на козла, он грубый и бесчувственный, но всё ещё не козёл. — Так не честно, вы его бейте, это он глыба льда, которая не умеет любить, — Чимин подтянул коленки ещё ближе к груди. — Не кохав би, не приїхав би за тобою. І не писав би листа. [— Не любил бы, не приехал бы за тобой. И не писал бы письма. ] — Приехал он за конём своим любимым, а письмо, наверное, написал после пыток от его бабушки, — Намджун покачал головой. — Ось побачиш, як він на тебе дивитиметься. Природа і доля не помиляються. Можливо, за цей місяць він зрозумів більше, ніж за ті роки, що він був із тобою. Я не кажу тобі одразу ж стрибати йому на шию і пробачати всі його помилки, просто зараз будь уважніше, — Джун легонько улыбнулся, убирая прядку волос. [— Вот увидишь, как он на тебя будет смотреть. Природа и судьба не ошибаются. Возможно, за этот месяц он понял больше, чем за те годы, что он был рядом с тобой. Я не говорю тебе сейчас же прыгать ему на шею и прощать все ошибки, просто сейчас будь внимательней. ] В первый раз Чимин заметил такой «взгляд», когда он разговаривал с Бомгю. Юнги в это время шёл, чтобы вбить килок для коровы. В тот момент, когда альфа заметил Чимина он глубоко вдохнул и прикрыл глаза, отворачивая голову, ведь он пообещал, что не будет лезть в чужое счастье. Пара о чём-то ворковала, и Мин пытался заглушить их разговоры ударами кувалды по железу, но сердце всё равно болезненно сжималось, осознавая, что вот, твой истинный в руках другого альфы... Юнги изголодался по виду омеги, поэтому позволил себе ещё раз, лишь одним глазком глянуть на это чудо, но лучше бы он этого не делал, ведь буквально в нескольких метрах от него его омегу прижимают к себе за талию и целуют. Юнги резко отвернул голову, горько улыбаясь. Да улыбаясь, чтобы сейчас перед Чимином и этим Бомгю не дать слабину. Он попал не по килку, а по земле, роняя кувалду. На глухой удар парочка повернулась и увидела спину альфы, что запрокинул голову к небу, держа руки в кулаках на талии. — Ти не так робиш, — Бомгю подошёл к килку и взял кувалду, а на лице Мина начали играть желваки, ведь всё он умеет, а вот кто-то плохо знает, что при людях такое делать не стоит. [— Ты не так делаешь. ] Чимин стоял и смотрел, он немного боялся, ведь и Бом не прочь начать драку, да и Юнги сейчас так смотрит на него, что точно в голове не ласковые слова на счёт этого альфы пролетают. Мин случайно посмотрел на омегу, но так же быстро отвёл взгляд, выхватывая из рук альфы кувалду. У парня чисто физически не получается смотреть на своего истинного, ведь каждая такая секунда отдаётся нестерпимой болью в груди. «Видимо, мне и правда стоит поскорее вернуться обратно домой. »

***

Когда Юнги шёл обратно от почтальона, которому вручил письмо бабуле, он услышал весьма интересный разговор. — Ну як там Чімін? — это был незнакомый для Юнги голос. [— Ну и как там Чимин? ] — Здається, все нормально, але після приїзду того москаля, він став трішки дивним, — а это точно был голос Бомгю. [— Кажется, всё нормально, но после приезда того москаля, он стал немного странным. ] — Ну хто знає тих омег, може цей химерник нагадав йому про минуле життя. Доречі про омег, як там у вас з речами любовними? У нього скоро еструс, чи ви і без нього, — после этого послышался гадкий смех и Юнги хотел было выйти и набить рожи этим парням, но ещё не время. [— Ну кто знает этих омег, может этот чудик напомнил ему о прошлой жизни. Кстати о птичках, как там у вас с делами любовными? У него скоро течка или вы и без неё. ] — Ох ні, цей омега особливий. Був в нього еструс, так нікого не пускали, бо йому щось дуже боляче було, — тон Бомгю был совсем не ласковый или сочувствующий, а наоборот неверящий и презирающий. — Напевно в ньому просто давно члену нормального не було, ось він і скиглив, — после этого снова послышался ужасный смех, как у гиен что наконец могут порвать свою добычу на куски. — Але ми так спланували, щоб його еструс був після нашого весілля, і ось тоді він буде скиглити із-за іншої причини. І я, нарешті, зможу отримати бажане. [— Ох нет, этот омега особенный. Была у него течка, так никого не пускали, потому что ему что-то слишком больно было, — ... — Наверное в нём просто давно члена нормального не было, вот он и скулил, — ... — Но мы так спланировали, чтобы его течка была как раз после свадьбы, и вот тогда скулить он будет по другой причине. Ну и я, наконец, смогу достичь желаемого. ] — Весілля? Твоя мати таки дозволила тобі виходити заміж за Чіміна? — Юнги нахмурил брови и с этого момента принялся слушать повнимательней. Бомгю недовольно вздохнул. [— Свадьба? Твоя мама таки разрешила тебе выходить замуж за Чимина? ] — Ні, але це не ії справа. Їй би помічника, якого вона не бачить в ньому, але я вважаю, що як тільки він опиниться в моїх хаті, запрацює, як бджілочка. [— Нет, но это не её дело. Ей бы помощника, которого она не видит в нём, но я думаю, что как только он окажется в моём доме, заработает, как пчёлка. ] «Вот он шанс», — если Юнги хочет, чтобы Чимин был счастлив, то он точно не позволит ему быть с этим псевдоальфой. От Чонов Мин узнал, где находится дом Бомгю, поэтому поспешил туда, пока в него не пришёл парень. Юнги и хотел бы быть вежливым, но он только несколько раз постучал по калитке, спросив: «Можно войти?» — и зашёл без разрешения. — Здравствуйте, — Мин поклонился, увидев хозяйку этого дома. — Доброго вечера. Ти той самий москаль, чого прийшов? — женщина вытерала руки об рушнык. Кажется, она только с огорода. [— Добрый вечер. Ты тот самый москаль, чего пожаловал? ] — Я бы хотел поговорить с вами на счёт вашего сына и Чимина, — женщина остановилась и повернулась, видимо ей тоже была интересна эта тема. — Мне, как и вам, не нравится то, что Бомгю собирается выходить замуж за Чимина. Не знаете, как этого можно не допустить. — Знала би я — зробила це. Да мій синок — дуб-дерево, не розуміє, що Чімін не його пара ні в якому разі, — женщина покачала головой. [— Знала бы я — сделала бы. Да мой сынок — дуб-дерево, не понимает, что Чимин не его пара ни в каком случае. ] — Ну, может, есть хоть какой-то шанс не допустить свадьбы? — с надеждой спросил Юнги, даже скрещивая пальцы. — Тільки якщо Чімін йому відмовить у весіллі. Тоді його більше чіпати не будуть, — Мин глубоко вдохнул. Вот он — шанс. Будет сложно переубедить омегу, что и Бомгю не прекрасен, но как это сделать человеку, которого попросили не появляется на глазах? [— Только если Чимин откажет ему в свадьбе. Тогда трогать его больше не будут. ] Юнги поблагодарил женщину и вышел из двора. Сделав несколько шагов в сторону своего временного жилья, какое-то неприятное волнение образовалось в животе. С каждым шагом оно росло, и появлялось чувство, что что-то не так, как будто больно... «Чимин!»