Пташки

      Наконец выпал пушистый снег. Дороги заледенели, слякоть стремительно покрылась плотным слоем узорчатых хлопьев, как бы застенчиво скрывая свою неказистость белой пеленой. Черные кружочки от потушенных сигарет росли с геометрической прогрессией, однако окурки беспорядочно плавали в остатках кофе из бумажного стаканчика. Нервозность у каждого проявляется по-разному. Кто-то перебирает кольца трясущимися пальцами, кто-то ходит из стороны в сторону, кто-то выкуривает полпачки за раз. Ожидание медленно, будто наслаждаясь, прожигает мозг. Биолог должен был прибыть уже десять минут назад. После похода в кино мы время от времени выбирались на прогулки, но только, когда стемнеет, словно опасаясь повторения истории с фотографией. Или так обстоятельства складывались. Темнеет рано, приходя в школу путь освещают лишь фонарные столбы, уходя из школы уже ярко сверкают звёзды.       Вскакивая от малейшего шороха, судорожно листая ленту социальных сетей, отчаянно пытаясь согреть руки зажигалкой, выдыхая густые облака пара, смешанного с дымом, тревога накрывала с головой. Вдруг с ним что-то случилось? Вдруг он встретил другую? Вдруг забыл о запланированной встрече в пустующем парке? Миллиард сообщений, остающихся непрочитанными, с силой давил на сознание. Однако вернуться домой, в тепло, и мысли нет. Я готова ждать его сколько угодно, час, день, месяц. Лёгкая симпатия теперь больше похожа на одержимость. Когда его нет рядом, мир теряет краски, дышать тяжелее, звуки приглушаются. Если раньше Юстин был пищевой добавкой, теперь больше смахивает на героин. Такой особенный, личный сорт героина. Тогда без препода можно было спокойно прожить, он лишь улучшал качество жизни. Сейчас же необходим, как воздух.       - Алло, Катя? Я не смогу сегодня прийти, завал с бумагами. Прости, что не предупредил раньше, думал, что успею, - голос как обычно уставший и, судя по паузам между словами, он немного выпил. В такие моменты мне жалко, что он не какой-нибудь офисный планктон. Отработал положенное и вперёд с песней восвояси.       - Конечно, ничего страшного, не перенапрягайся, - как бы скрыть дрожь в голосе, то ли от холода, то ли от досады? На зимних каникулах мы нечасто виделись, а с началом второго семестра Юстина завалили работой пуще прежнего. Закрыть стакан с окурками, покрепче затянуть шарф, всеми фибрами души заставить себя не плакать, ибо на улице и так холодрыга.       Где-то в глубине парка в снег впечатались два «ангелочка», оставленные нами пару дней назад. Хотя, наверняка, их уже замело. Грустная улыбка повисла на лице. Вот бы наши отношения также не замело рутиной. Юстин яро отстаивает идею исчезновения культуры переписок. Только живое общение. Пожелания спокойной ночи и доброго утра ему кажутся абсолютно бессмысленными и пустыми, не говоря уже о «разговорах» на всевозможные темы до самого рассвета. Совершенно незаметно это передалось и мне. Переписываться с подругами стало скучно, смешные картинки отныне видятся глупыми, звонки по видеосвязи длятся не больше минуты. Больше нет той тонны тем, на которые можно побеседовать, лишь рядовые фразы и обсуждение учёбы. Биолог умудрился затмить всех, впитать в себя всё, что необходимо.

***

      - Соколова, почапали сегодня в кафе. Мы давно уже не собирались вне школы, да и поесть вкусно хочется, - Марина умеет удивлять своей манерой речью. Единственный человек, использующий слово «хряпнуть» в отношении воды, а также автор бесценной фразы «терпеть ненавижу». Не хочется ей отказывать, однако надежда провести время с учителем всё ещё пылает красным пламенем прямо в центре мозга.       - Катюш, соглашайся. Столько всего рассказать надо, - И Ольхова туда же. Запрещённый приём, использовать уменьшительно-ласкательный вариант моего имени разрешено лишь единицам. Чёрт, где сообразительность, когда она так нужна? Хочется увильнуть красиво, не задевая их, не чужие люди всё-таки.       - Девочки, хорошие мои, не могу я сегодня, - на удивление подделывать выражение лица и тон не потребовалось. Мне и правда жаль их разочаровывать. Не я выбираю правила игры, мои мысли, моё тело жаждет встречи лишь с одним человеком, но, где-то там, в глубине души, я понимаю, что подруги мне также важны, - Долгов по учёбе миллиард, если не больше. Да и других дел навалом. Давайте как-нибудь в следующий раз? Обещаю угостить вас в знак извинения.       - Подожди, подожди. Сможешь повторить? Я на диктофон запишу. И дату назначь, будь так добра, не хочу ждать полтора года до выпуска, - странно, редко Яна не в духе бывает. Обычно она искусно подбирает смягчающие слова, а сегодня так прямо выразила претензии. Не могу сказать, что они необоснованные, дамам определённо есть за что на меня обижаться.       - Соколова, мы серьёзно. Куда ты пропадаешь последнее время? Пташка решила покинуть родное гнездо, не уведомив сожителей? – Марина тоже злится. Надо бы с этим что-нибудь сделать, но так впадлу, честное слово. Не до них мне сейчас.       - Обещаю, что мы пообедаем все вместе, как в старые добрые, - не буду больше перед ними оправдываться и так уже по самые уши в лжи погрязла. На каждое предложение прогуляться или встретиться кормила завтраками, на любые вопросы о чём-то личном отшучивалась или вовсе молчала. Пусть мы и отдалились, они не заслуживают такого отношения. Потом это исправлю. Потом, - Звонок скоро, пойдём в класс.       Уроки тянутся со скоростью улитки. Нудная, абсолютно ненужная информация так и льётся с уст учителей и, оказывается, игнорировать её проще простого. На полях тетрадей появляется всё больше незамысловатых узоров. Когда же учёба стала такой тягостной? Пропал всякий интерес и даже красивый табель больше не является мотивацией. Как бы невзначай прохожу мимо кабинета биологии чуть ли не на каждой перемене, надеясь, молясь всем богам чтобы перехватить взгляд Юстина. Ни за что не поверю, что ответы на вопросы юродивых учениц ему важнее, меня. Я стала агрессивнее, требовательнее. Замечаю каждый выдох в его сторону, каждую пару глаз, устремлённую к любимому. Биолог стал моей обсессией, и я откажусь от любого врача, желающего помочь мне избавиться от неё.

***

      - Соколова, останься после факультатива, пожалуйста, а вы можете идти, только не забудьте про эссе на тему пользы биотехнологий в области сельского хозяйства. Ближайший месяц мы отстранимся от анатомии и сосредоточимся на зоологии, позже на ботанике, - сегодня он не выглядит утомлённым. Приятная нега охватила тело, мне приятно видеть его в добром здравии и приподнятом настроении.       - Что-то случилось? Ты сегодня особенно светишься, - как только закрылась дверь класса, подскочила к учителю я.       - Ага, отпуск дали на следующую неделю. Наконец смогу отдохнуть от бумажной волокиты, - глупо улыбнувшись ответил он.       - У тебя же не так много работы раньше было. Какие-то проблемы? – вопрос чисто для приличия, хоть мне и интересно, чем он занят.       - Есть новости, но о них расскажу позже. Приходи ко мне в пятницу после школы, отпразднуем, - заговорщицки прошептал Юстин. Сердце кувыркнулось пару раз, разгоняя приятное тепло по туловищу. Слишком уж давно я не была у него дома.       В отличии от предыдущих дней, остаток недели пролетел незаметно. Нетерпение выражалось в каждом движении, даже при стуке в его дверь рука подрагивала. Творожный торт, так грубо приготовленный на фабрике, был нежно передан в руки хозяина квартиры. На кухне перегорела одна из лампочек, погружая комнату в полумрак. Излюбленная глуповатая кружка идеально ложится в руку, ранее ненавистный чёрный чай теперь лучше самого дорогого вина. Даже молчать в присутствии Юстина приятно. Та самая, крайне редкая, уютная тишина, нарушаемая лишь еле слышным жеванием ни капли не напрягает. Несмотря на желание проговорить с учителем всю оставшуюся жизнь, я соблюдаю негласное правило и бесшумно отпиваю кипяток.       - Знаешь, теперь без тебя квартира кажется невероятно пустой, - первым заговорил Юстин. По его лицу ясно, что он бросил фразу невзначай, однако для меня эти слова подобны нектару, концентрированной выжимки из самых сладких фруктов.       - Я скучала по этому месту. И по тебе скучала.       - Мы же в школе видимся.       - Этого не хватает, - палец задумчиво скользит по каёмке кружки. Не слишком ли такие выражения резки?       - Верю, но теперь нам придётся видеться ещё реже.       - Это твоя новость? Бросаешь меня? – прозвучало в форме шутки, а глубоко внутри зародилось семя паники. Чуяла же нутром, что что-то не так.       - Не знаю, честно. С тобой я становлюсь рассеянным, забываю простейшие вещи, - его прекрасное лицо склонилось над пустой тарелкой. Нет, нет, нет. Не смей говорить такие тяжёлые вещи так легко. Дыхание участилось. Держись, Соколова, даже если он тебя бросит, ты должна стоически пережить это. Во рту появляется предательский привкус горечи, голова разбухает, - На самом деле причина в том, что я собираюсь переезжать. Мне надоело нянчиться с братом, так что хочу уехать работать за границу. Последние несколько недель я искал подходящие вакансии и места для проживания. Сейчас вот подаю документы об увольнении.       - Почему… - вдох-выдох, успокойся, нельзя впадать в отчаяние, - Почему ты не сказал об этом раньше?       - Я не хотел расстраивать тебя. Хотел пробыть вместе как можно дольше. Пойми, Катя, ты мне дорога, но и моё будущее важно. Здесь я зачахну так и не сделав ничего стоящего, - учитель говорит складно, искренне, без привычного сарказма, отчего становится не по себе. Волнуется, что совершенно на него не похоже. С каждым его словом мир рушится на всё более мелкие кусочки.       - Почему ты сказал об этом так поздно? – способность думать катапультировалась, не удосужившись оставить последние поручения кораблю.       - Катя, попробуй успокоиться, пожалуйста. Так надо. Ты же знаешь, что из нас всё равно ничего бы не вышло. Всё забудется, ничего страшного не произойдёт. Мы просто мирно разойдёмся. Я благодарен тебе за время, проведённое вместе, но…       - Почему ты прощаешься? Почему ты отталкиваешь меня? Ты не завтра уезжаешь, мы ещё можем… можем… - странным решением было перебить его, так и не сложив слова, что хотелось высказать.       - Не можем. Нам лучше порвать сейчас, не оставляя ложных надежд, не мучая друг друга, - Юстин взъерошил волосы и шумно выдохнул, - Боже, я не думал, что это будет так сложно. Пожалуйста, Соколова, молю тебя, не устраивай сцену. Ты выше этого, будь умницей, прими моё решение.       - Это решение принял ты. Даже не посоветовался. Даже не намекнул. Почему я должна принимать твоё решение, если оно касается нас обоих? Из-за того, что ты старше? Из-за того, что я влюбилась как дура, а ты лишь развлекался? Ты не имеешь права так со мной поступать, - шёпот слишком стремительно перерос в крик. Туман перед глазами – слёзы вперемешку с налитой от злости кровью.       - Твою мать, Катя! Не веди себя как ребёнок. Я не виноват в том, что понравился тебе, я не виноват в том, что ты ко мне привязалась. Это всё твои мысли, твои чувства и, я за них никакой ответственности не несу. Зачем истерику закатывать? Мы ведь можем спокойно разойтись на хорошей ноте. Ты намеренно выставляешь меня мудаком? Так тебе проще?       - Ты прав, - ледяная маска оказалась на лице неожиданно даже для меня. Мороз пробежал по коже. Тошнотворная ситуация: меня не просто бросает любимый человек, так ещё и делает вид, будто всё, что было, лишь моя фантазия. Он не достоин моих чувств. Ни тогда, ни сейчас. И раз уж раньше я позволяла своим эмоциям выражаться, сегодня я этого не допущу. Больше не допущу, - Я была рада провести с тобой время. Ты как всегда прав, зря я поддалась иллюзиям, ничего путного из нас всё равно не вышло бы. Кто бы мог подумать, что я по уши втрескаюсь в такого как ты? Мне пора, спасибо за чай.       - Вот и славно, хорошо, что ты одумалась. Прощай, Соколова, надеюсь, ты скоро забудешь меня.       Не закрывая за собой дверь, я ровным шагом прошествовала прочь. Вниз по лестнице, за дом, через улицу. Больше нет смысла строить из себя снежную королеву, среди настоящего снега я слишком дешёвая подделка. Слёзы полились ручьём, капая в сугробы, кристаллизируясь чуть ли не мгновенно. Хочется кричать, бить посуду, но сил хватает лишь на объятия самой с собой. Тщетно пытаясь сглотнуть твёрдый ком в горле, закатывая глаза, лишь бы сдержать очередной поток слёз, я дошла до дома. Матери нет, значит можно спокойно напиться. Утопить горе в алкоголе, как в дешёвых мелодрамах. Верите или нет, но даже бутылку открыть сил нет. В голове всё максимально спутано, истребителями пролетают его фразы одна за одной, окончательно добивая истощённое сознание. Остаётся только заснуть и никогда не проснуться.

***

      Карамельный Винстон вызывает отвращение, курение само по себе теперь кажется противным. Всё напоминает о нём, даже стеклянные ёмкости сорокаградусного пойла. Я никогда больше не видела его, он испарился с началом новой недели. Очередной стервятник расправил крылья и улетел, оставляя лишь горькие воспоминания. Птицы гнилые, непостоянные, слишком свободолюбивые. Запереть их в клетку нельзя, подохнут в неволе, корчась от гнёта проволок. Однако поют птицы бесподобно, завораживая своей мелодичностью. И мелодия эта прекрасна, пока крик боли не начнёт проскальзывать между нот. Птенец будет вспоминать родное гнездо, задыхаясь выхлопами города, познавая истинную реальность.