Bruises and Broken Glass

Сердце Бакуго замирает. Он даже не подумал об этом. - Она... - неуверенно начинает он. Он не хочет причинять вред Деку, но он не может лгать ему. - С тех пор она попала в довольно дерьмовое положение. Ну, знаешь. - он не знает, что еще сказать по этому поводу. Каждый раз, когда он видел ее-что случалось редко, она выглядела так, словно едва держалась на ногах. Он все время думал о том, чтобы проверить ее, но он никогда не чувствовал, что это правильно. Деку со вздохом опускает голову на руки. - Я ... я догадался. Она поправится, я знаю, - говорит он, и в его голосе нет обычной убежденности. - По крайней мере, это лучше, чем иметь дело с тем, кем я являюсь сейчас. Когда все закончится, не говори ей обо мне, ладно? Я не хочу, чтобы ей пришлось потерять меня дважды. Бакуго хочет сказать Деку, что он не оставит его, что они все уладят вместе. Но он знает, как это пройдет. Он просто кивает. - Я ей ничего не скажу. - Спасибо, - бормочет Деку. Он выпрямляется и расправляет плечи, заставляя вести себя как обычно. - Если ты думаешь, что она справится, мы можем послать к ней твоих родителей. Назовите это мерой безопасности на случай, если я решу пойти за ними или что-то в этом роде. Бакуго тоже так считает. Это интересное предложение. Его родители будут в безопасности, мама Деку получит компанию и поддержку, в которой она, вероятно, нуждается. Предполагая, что его родители могут оказать такую поддержку, учитывая обстоятельства. - Да, я так думаю. Я могу ... я могу навещать ее время от времени, если ты хочешь. - Это было бы замечательно. Я уверен, что она будет рада тебя видеть. Она ... я никогда не говорил ей о ... о тебе. О нас. Кем мы были раньше. - Это звучит почти как намек Деку на то, что они были в отношениях, пока он не добавляет: - У нее нет причин ненавидеть тебя. - он неловко потирает руки. - Уже поздно. Тебе нужно сделать домашнее задание. Я...я пойду спать. - он ковыляет в свою комнату, ужин все еще наполовину приготовлен на плите. Бакуго сухо смеется. Так что она не знает, что предполагаемая смерть ее сына это частично его вина. В любом случае, он рад иметь что-то, что он может сделать для Деку, как только закончится год. Он идет к плите и заканчивает ужин для себя, как он думает. Он испытывал множество противоречивых эмоций он просто опасался Деку. Но Бакуго заботится о Деку. Но он злится на Деку. Но он любит Деку. Вот что это такое. Он любит Деку. - Блять, - бормочет он вслух, сжимая руками сковородку. - Блять. Он заставляет себя делать все как обычно, обедать, делать уроки, убираться на кухне. В конце концов, мягкий звук просачивается в его мозг. Самый не знакомый звук, который он слышал с тех пор, как приехал сюда. Деку плачет. Бакуго идет в его комнату, не думая, как будто его тело действует само по себе. Мягкий скрип двери заглушает звук на мгновение, прежде чем он становится громче. Деку свернулся калачиком в постели, окруженный гнездом из подушек и одеял, и рыдает навзрыд. Он отвернулся от двери и никак не отреагировал на появление Бакуго. Он стоит у кровати Деку, застыв на месте, не зная, что делать. Он не ожидал, что зайдет так далеко. Дверь Деку обычно заперта. У него сдавило горло. Когда это Деку было на столько плохо, чтобы он плакал? Если подумать, ему это никогда не нравилось. Это всегда было душераздирающе. Наконец, он подтягивается и кладет руку на плечо Деку. Деку пищит и отскакивает к дальней стороне кровати так быстро, что на мгновение оглушает Бакуго. Он мог бы найти это забавным, если бы все это не было в таком удручающем контексте. Глаза Деку широко раскрыты, дикие и испуганные, что Бакуго видел их такими постыдно часто раньше. - Чего ты хочешь? - рявкает Деку, его голос хриплый и дрожащий. - Тебе не следует быть здесь. Бакуго свободно держит руки по бокам, держа ладони повернутыми в сторону от Деку. - Понятия не имею. Я слышал, как ты плакал. - это не слишком хорошее объяснение, даже для него самого. На этот раз он сдерживается, чтобы не подойти к Деку. Он понятия не имеет, что произойдет, если он снова попадет в его пространство, и сломанная челюсть вызовет много осложнений. Деку свирепо смотрит, но не набрасывается. По крайней мере, физически. - Знаешь, что меня в тебе бесит? - спрашивает он. - Я ожидал, что у меня все еще будет высокий моральный уровень. Конечно, я похитил тебя, но ты сделал со мной столько ужасного дерьма, что это даже не выходит наружу. Но нет, ты просто должен был пойти и поправиться, стать хорошим человеком и все такое, и теперь я не могу тебя ненавидеть по-настоящему, и это меня бесит. Я хотел ненавидеть тебя. Все было бы намного проще, но нет. - он смеется немного истеричным смехом. - Я все еще слишком сильно влюблен в тебя, и это чертовски бесит. Это не то, как Бакуго ожидал, что все это пойдет. Он не знает, чего ожидал, но это не то. - Я думал, что мораль это не то, что тебя волнует, раз уж ты так упорно хочешь быть злодеем. - он делает шаг вперед и останавливается, когда Деку напрягается. - Такое чувство, что ты даже не знаешь, кем должен быть. Это не должно быть так сложно. - следующие слова вырываются из его горла против его воли. Он знает, что не должен их произносить, не должен их чувствовать, но не может остановиться. - Я тоже тебя люблю. Деку вытирает глаза тыльной стороной ладони. - Не обманывай себя. Ты же герой. Я убиваю, потому что это весело. Ты можешь найти счастье в другом месте. Где-то, где нет меня. Ты только навредишь себе, если будешь продолжать пытаться приблизиться ко мне. Счастливый конец не наступит, если ты не найдешь в себе силы ненавидеть меня, как следовало бы. Бакуго качает головой. - Ненависть к тебе ничего мне не даст. То, что я чувствую к тебе, не имеет ни малейшего значения. Черт, я бы тоже хотел тебя ненавидеть. Но ты не просто какой-то долбаный маньяк. Ты все еще ты, что бы ты ни делал, чтобы доказать, что ты дерьмовый человек. Ты все еще мой друг. - это правда, когда Деку ведет себя так, как он вел себя, когда они были моложе, но это правда, когда Деку тоже ведет себя как злодей. Несмотря ни на что, он всегда Деку. Кроме того, быть героем и останавливать преступников не может быть так просто, чтобы никогда не было гражданских лиц, мешающих и умирающих. В его голове все кажется таким простым. - Прекрати, - умоляет Деку, возвращая Бакуго в реальность. - Останови это. Просто ... просто остановись. Перестань говорить мне, что я хороший человек. Перестань притворяться, что меня можно спасти. Я не хочу им быть. Я просто хочу, чтобы это закончилось. - он свернулся калачиком на кровати, прижав руки к ушам, словно хочет стереть все, что скажет Бакуго. - Ты...ты все усложняешь. Я не хочу умирать, если знаю, что ты будешь плакать из за этого. Я должен был просто сказать тебе в лицо, что тебе все равно, но тебе не все равно, тебе совсем не все равно, и ты будешь оплакивать меня, и ты не сможешь это скрыть, и мама узнает, и ... - он замолкает, снова всхлипывая. - Ненавидь меня, Каччан. Пожалуйста. Я не хочу причинять тебе боль. Бакуго смотрит, смотрит и смотрит, как Деку ломается. Значит ли это, что он планировал умереть? Неужели ему просто все равно, если он это сделает? В любом случае, от одной мысли об этом у него щиплет глаза. Деку, вероятно, прав; он не смог бы скрыть свой траур. Он не мог сделать этого в первый раз, пока не понял, что влюблен в него. До того, как у него появился шанс спасти его. Он чувствует себя беспомощным, бесполезным. Он все еще не может заставить себя пошевелиться. Есть только три слова, которые он может выдавить из себя. - Я не могу. Следующее, что он осознает, это то, что он ударился о землю так сильно, что у него застучали зубы. Деку лежит на нем сверху, одной рукой обхватив его за горло, а коленом прижав к груди. Так что они снова вернулись к этому. Бакуго не сопротивляется, сосредотачивается на неглубоких вдохах. Деку нависает над ним, ярость пылает в его наполненных слезами глазах. - Я похитил тебя и держал в заложниках, чтобы помучить. Я душил тебя часами. Я подложил бомбу в дом твоих родителей. Я бил тебя снова и снова, чтобы доказать, что могу. Сердце Бакуго колотится в груди. Легкие у него горят, а в глазах сверкают яркие точки. Он не знает, что сказать, чтобы Деку перестал причинять ему боль. Он не знает, что сказать, чтобы Деку перестал причинять себе боль. Он хотел бы что-то сделать или сказать сейчас, чтобы исправить это, сделать так, чтобы беспорядок, который он создал, исчез, но единственное, что у него есть, - это правда. - Ты хотел дать мне то, что я заслужил за то, как я обращался с тобой, - парирует Бакуго. - Ты назвал меня своим другом, поцеловал, сказал, что любишь. Ты позволил мне сделать что-то, чтобы помочь уничтожить Всех-За-Одного. Слезы Деку беспрепятственно капают на лицо Бакуго, его рука сжимает чужое горло. - Что нужно сделать, чтобы ты возненавидел меня, Каччан? Ты всегда ненавидел меня раньше. Ты меняешь свою мелодию, чтобы досадить мне? Это все? - он в бешенстве, в отчаянии, в ужасе. - Почему ты не хочешь ненавидеть меня? Бакуго становится тревожно компетентным в разговоре, будучи задушенным, но все еще становится все труднее и труднее говорить, чем дольше он удерживается. - Н-нет. Я ... мне стало лучше, потому что я думал ... я думал, что ты захочешь этого. - его слова странно свистят, когда он выталкивает их из своего горла. - Я думал, ты был бы счастлив, если бы... если бы я мог сказать тебе ... сказать, что мне лучше. Я ... я никогда не ненавидел тебя. Это было с-сложнее, чем ... чем это. Деку кричит в отчаянии, но он встает, отступает в угол, обхватив голову руками, в то время как Бакуго задыхается. - Я не могу ... я не могу прогнать тебя, - кричит Деку. - Я слишком слаб. Тебе будет еще больнее, если ты будешь заботиться обо мне. Я пытаюсь помочь тебе. Я пытаюсь защитить тебя. Просто ненавидь меня. Это все, о чем я прошу. Ненавидь меня, ненавидь меня, ненавидь меня, ненавидь меня, - повторяет он снова и снова, грудь его вздымается от рыданий. Бакуго отчаянно хочет заткнуть Деку. Он не хочет этого слышать. Лучше бы он вообще не приходил, не пытался с ним заговорить. Что он может просто ненавидеть Деку, и они могут продолжать в том же духе. Но он не может, он молчит, он тоже ничего не может обещать. Он не может делать то, что Деку хочет чтобы он сделал. Он выходит из комнаты, пока еще может, надеясь, что завтра будет кнопка сброса, и они смогут забыть, что это произошло. Он так и не заснул.