Твой хороший мальчик

Феликс с Чанбином провожают Минхо до дома. На вопрос Ли оба тактично промолчали, решая никак не затрагивать эту тему, по крайней мере не сейчас точно. Они практически не разговаривали по дороге обратно — всем троим стало как-то неловко, не по себе. Феликс что-то спрашивал у друга о его самочувствии, на что Минхо отвечал, что все в порядке, даже голова болеть перестала, хотя сегодня утром слегка пульсировала в висках. Чанбин же, пока тащил на себе сумку блондина, то уходил глубоко в себя, а когда возвращался, то странно смотрел по сторонам, то подолгу смотрел сначала на Минхо, потом на Феликса и снова о чем-то усиленно думал. Парни поднимаются по ступенькам и останавливаются у совершенно обычной двери квартиры Минхо. Ли внимательно осматривает свой пошарпанный, но довольно ухоженный подъезд, останавливая свой взгляд на двери напротив. Он не помнит, но вроде как соседей у него никогда не было. Что-то неприятное, тревожное поселяется в душе парня, но он решает не говорить ничего Феликсу с Чанбином — они и так переволновались за него на всю оставшуюся жизнь, им хватит. — Не хочешь пока пожить у меня? — спрашивает Феликс, замечая, как Минхо мнется возле двери, озираясь словно котенок. — А? — удивляется блондин. — Разве… разве вы не живете вместе? — он указывает пальцем сначала на друга, потом на Чанбина. Бин удивляется не меньше, чем сам парень. — Ты вроде говорил, что… — Нет, — сразу же перебивает его Феликс, — пока нет, — Минхо понимающе кивает головой, пока Чанбин неотрывно смотрит на своего парня, но тот старательно делает вид, что не замечает этого убийственного взгляда, хотя прекрасно видит боковым зрением, что у старшего явно появилось очень много вопросов по этому поводу. — Все нормально, я думаю, мне лучше жить в своей квартире, — Минхо легко смеется, — в более знакомой обстановке, так сказать, — Феликс согласно кивает, улыбаясь парню в ответ. Уже через каких-то жалких несколько минут они расходятся. Чанбин отдает Минхо в руки сумку с его вещами, хмыкая, когда тот просит прощения за то, что она такая тяжелая. «Мне не трудно», — пожимает плечами старший и напоследок, уже уходя, просит Минхо питаться нормальной едой хотя бы несколько месяцев, добавляя, что если тот будет есть что попало, то он натравит на него Феликса. Ли наигранно пугается и обещает, что будет выполнять просьбу Со. Минхо разбирает вещи, половину из которых сразу же кидает в стирку, другую половину раскладывает обратно по своим местам, бросая пустую сумку внутрь шкафа с висящей одеждой, зная, что может с совершенно спокойной совестью забыть про ее существование на ближайшие лет десять, ну или пока она действительно не понадобится, что, скорее, никогда не случится. Ли настраивает свет, делая его более тусклым, и переодевается в домашнюю одежду. Тело слегка ноет, но это ничего — врач в больнице сказал, что такое может быть в течение нескольких дней, пока мышцы блондина не привыкнут к активной жизни парня. Блондин шаркает ногами в длинных клетчатых штанах по полу, не зная, чем себя занять. Он поел в больнице, а Со с Ликсом уже ушли — будет странно, если Минхо вдруг позвонит им и попросит прийти обратно, у них наверняка полно своих дел. В квартире слишком тихо, телевизор включать не особо хочется, а музыка сейчас для Ли звучит слишком резко и противно, чтобы слушать ту, поэтому он даже не пытается. Минхо думает о том, что было бы неплохо завести какое-нибудь домашнее животное. Чтобы его хоть кто-то любил и ждал дома. Становится как-то грустно. Ли вздыхает и подходит к зеркалу, осматривая себя с головы до ног. Кажется, он сильно похудел за эти дни, вон даже ключицы стали как-то острее, чем раньше, да и волосы отросли. Минхо поправляет прядь, пытаясь убрать ее за ухо. Не получается, но он думает, что если оставит их еще на некоторое время, то они отрастут до того состояния, когда он сможет убирать их за уши. Минхо решает, что нужно подстричься как можно быстрее, пока на его голове не образовался блондинистый пушистый куст. Он осматривает свою голову и думает, что, возможно, стоит вернуть свой естественный цвет волос. Или же вообще покраситься в какой-нибудь другой, например в серый. Корни уже сильно отросли, что в принципе выглядит не так уж и страшно, но вот подкрашиваться в блондина парень как-то не горит особым желанием. Пока Минхо всерьез раздумывал, какой цвет волос ему выбрать, в дверь несколько раз постучали. Минхо дернулся, но тут в голову пришла мысль, что это, возможно, Феликс — Ли часто заявляется к другу когда ему заблагорассудится, так что блондину пришлось свыкнуться и привыкнуть к этому со временем, — поэтому он не задумываясь открывает дверь, натыкаясь на смутно знакомое лицо. — Привет, — парень перед ним явно был в линзах, его глаза были карамельными и будто бы искусственными. Хотя он и был одет в синий большой свитер, мягким он никак не выглядел вот совсем, даже наоборот. Губы напротив расплываются в полуулыбке, но Ли это совсем не успокаивает, даже наоборот становится как-то неспокойно. — Мы знакомы? — спрашивает Минхо, пытаясь скрыть свою нервозность. — Конечно, — парень перед ним подмигивает, а Ли всего аж перетряхивает от этого жеста. — Я Хенджин. Минхо отшатывается назад, дергая дверь, но Хенджин крепко держит ее рукой, не давая и малейшего шанса скрыться. — Что ты… — Поговорить хочу, — Хван хищно прищуривается, прикусывая нижнюю губу. Минхо сглатывает, чем, видимо, раззадоривает парня еще сильнее. Хван дергает дверь, в один шаг врываясь в чужое личное пространство. Дверь громко хлопает, издавая протяжный скрип, что тянется еще несколько секунд по пустой лестничной площадке. Минхо прижимается к стене, до боли вытягиваясь весь, и старается не дышать, когда светлые безжизненные глаза оказываются непозволительно близко, а сам Хенджин угрожающе нависает над беззащитным Ли, мерзко хмыкая, легким движением поднимая лицо Минхо за подбородок двумя пальцами, — если угадаешь, о чем именно, будет не так больно.