Глава 6: растёт только тоска(ч.1)
24 марта 2020 г., 12:57
...
(День 47 — Мина время от времени пишет в своём дневнике.)...
Чон-и 💞 (8:03 AM) Доброе утро Момо!!! Чон-и 💞 (8:04 AM) Как прошла танцевальная практика вчера вечером?🍑🍑🍑 (8:07 AM) доброе утро чон! :))) 🍑🍑🍑 (8:08 AM) немного устала но было весело!!!
Чон-и 💞 (8:08 AM) Рада слышать 👌 Чон-и 💞 (8:09 AM) Кст у меня есть немного свободного времени сегодня и я уже типа внизу твоего дома...? 👉👈🍑🍑🍑 (8:10 AM) Правда? ;)))
Чон-и 💞 (8:11 AM) Я купила пару пирожных с той пекарни что тебе нравится?🍑🍑🍑 (8:12 AM) я позвоню тебе 🍑🍑🍑 (8:14 AM) о, а чон? 🍑🍑🍑 (8:14 AM) тебе не нужно что-то покупать мне просто чтобы провести со мной время 😊
Чон-и 💞 (8:15 AM) Я знаю, но я хочу 🤗🍑🍑🍑 (8:16 AM) 💖
...
(День 62 — Мина меньше слушает песни)...
🌈 Чжиглипафф 🌈 (6:03 PM) Привет, я в Сеуле на следующие несколько дней для встречи с клиентом. Ты у себя?Мой Партнёр ✨ (6:07 PM) да!!! 😁😁😁 Мой Партнёр ✨ (6:07 PM) ты пишешь как моя мама чжихё-чан! 😂😂😂😂 это так смешно поч ты всегда такая формальная со мнооооой???
🌈 Чжиглипафф 🌈 (6:09 PM) А ты пишешь, словно 14-ти летняя девочка в твиттере. Кроме того, я всегда так пишу. Ты это уже знаешь ха ха ха.Мой Партнёр ✨ (6:09 PM) может я и есть 14-ти летняя девочка в твиттере!!! 😂😂😏😏
🌈 Чжиглипафф 🌈 (6:11 PM) КАК ТЫ ПЕЧАТАЕШЬ ТАК БЫСТРО?Мой Партнёр ✨ (6:11 PM) у меня быстрые пальцы мб хочешь увидеть их в действии??? 😉😉😉😉😉😉😉
🌈 Чжиглипафф 🌈 (6:12 PM) 👀👀👀Мой Партнёр ✨ (6:12 PM) момо сегодня вечером у Чон хочешь прийти? 💓💓💓
🌈 Чжиглипафф 🌈 (6:15 PM) Уже в пути!...
(День 83 — Мина уже не плачет так часто, как раньше.)…
БРО 👊 (7:12 PM) ДАХЁНИИИИИИИИИИИИ 👋 БРО 👊 (7:13 PM) Как прошло твоё свидание???Братец от Другой Матери 🤟 (7:16 PM) я думаю что умру 😭😭
БРО 👊 (7:17 PM) ЧО ПОЧЕМУБратец от Другой Матери 🤟 (7:18 PM) я предложила ей переехать ко мне БРО типа втф кто вообще говорит это на третьем свидании??? 😭
БРО 👊 (7:20 PM) цзыюй только что сказала что мы походу на тебя подействовали ору но БРО ВТФ? БРО 👊 (7:22 PM) как она отреагировала??? погодь ты всё ещё у неё?? Она подумала, что ты слишком быстро развиваешь события?? Омг мне нужны подробности 😫 БРО 👊 (7:30 PM) [У вас три пропущенных звонка] БРО 👊 (8:01 PM) БРО….. Ты умерла от смущения? БРО 👊 (8:05 PM) ДАХЁН ЕСЛИ ТЫ НЕ ОТВЕТИШЬ СЕЙЧАС ЖЕ Я ЗВОНЮ В СПЕЦНАЗ ГАХЁН УКРАЛА ТЕБЯ ИЛИ ЧО БРО 👊 (8:06 PM) [caveman Spongebob meme.jpg.]Братец от Другой Матери 🤟 (8:06 PM) БРО Братец от Другой Матери 🤟 (8:06 PM) ОНА ТОЛЬКО ЧТО ПОЦЕЛОВАЛА МЕНЯ Братец от Другой Матери 🤟 (8:06 PM) ЭТО НАШ ПЕРВЫЙ ПОЦЕЛУЙ!!!!!
БРО 👊 (8:07 PM) БРО я люблю тебя всем своим сердцем но втф ты творишь ваще?? ПЕРЕСТАНЬ ПИСАТЬ МНЕ И ВЕРНИСЬ К СВОЕЙ ДЕВУШКЕ!!! ДУБЧЕНГ ПОМНИШЬ?? МАГНИТ ДЛЯ ЖЕНЩИН!!! 💪 БРО 👊 (8:10 PM) ок цзыюй попросила обещать никогда не использовать эту фразу больше.......
(День 90 — Однако Мина не перестаёт думать о ней.)…
ТА ДОЧЬ МАМИНОЙ ПОДРУГИ 💁 (12:24 PM) Ты слышала что-нибудь о Наён в последнее время?
Милашка Ю 🤢 (12:27 PM) видела её на прошлой неделе а что?ТА ДОЧЬ МАМИНОЙ ПОДРУГИ 💁 (12:29 PM) Я беспокоюсь. Она не была в порядке с тех пор как узнала, что Мина вернулась в Японию.
Милашка Ю 🤢 (12:30 PM) знаю. мы обычно встречаемся у бара, но в последнее время она не приходит 🙁ТА ДОЧЬ МАМИНОЙ ПОДРУГИ 💁 (12:32 PM) думаешь она с кем-нибудь видится?
Милашка Ю 🤢 (12:33 PM) вряд ли. Мина была другой думаю нужно время чтобы она прошла через этоТА ДОЧЬ МАМИНОЙ ПОДРУГИ 💁 (12:36 PM) После того, что случилось с Дженни, я не удивлена. В конце концов, это было ужасное расставание. ТА ДОЧЬ МАМИНОЙ ПОДРУГИ 💁 (12:38 PM) Я просто хотела бы помочь им.
Милашка Ю 🤢 (12:39 PM) думаю это то что наён должна исправить самаТА ДОЧЬ МАМИНОЙ ПОДРУГИ 💁 (12:43 PM) Почему она не понимает, что тоже заслуживает счастья?
Милашка Ю 🤢 (12:45 PM) вот что случается когда даришь любовь тому кто этого не хочет Милашка Ю 🤢 (12:46 PM) ты думаешь что все такие же...
(День 100 — Мина не думает, что может прекратить.)...
Сон Чуи 🐶 (3:25 PM) Как прошёл первый сеанс, онни?
Им Набонгс (5:03 PM) привет только что закончился Им Набонгс (5:04 PM) всё прошло хорошо лучше чем я ожидала Им Набонгс (5:05 PM) спс что посоветовала Доктор Манобак. она выглядит неплохой 👍Сон Чуи 🐶 (5:09 PM) Это меньшее, что я могу сделать 😊 Сон Чуи 🐶 (5:10 PM) Пожалуйста, не стесняйся устанавливать со мной контакт, когда хочешь поговорить. Хорошо? 😅
Им Набонгс (5:15 PM) кнш цзыюй спасибо большое за это Им Набонгс (5:16 PM) ченг повезло что у неё есть ты 🦁💜🐶...
(День 107 — прошло три с половиной месяца, а Мина всё ещё скучает по Наён.)...
— Это первый раз, — говорит Наён д-ру Манобан, устремив взгляд на свои розовые ногти, — когда я обращаюсь к кому-то, кто не мой близкий друг. Д-р Манобан ей улыбается. — Как ты к этому относишься? Наён, на самом деле, не знает, как к этому относиться. Когда Цзыюй первый раз начала разговор о терапевте, она была категорически против этого. Почему она должна платить кому-то совершенно случайному, чтобы избавиться от чувств ненависти к себе и бесполезности? Даже после того как Цзыюй послала ей множество статей о преимуществах общения с кем-то, кто ничего о тебе не знает, Наён понадобилось много времени, чтобы наконец согласиться. И то только потому, что Цзыюй пригрозила заплатить за сеанс независимо от того, согласна она или нет. Наён не настолько глупа, чтобы позволить деньгам уйти впустую, особенно если каждый сеанс — огромная часть её собственной зарплаты. Вот почему она на втором сеансе терапии. Первый сеанс, в основном, был знакомством друг с другом. О Дженни и Мине пока ничего не говорилось. Д-р Лалиса Манобан, по-видимому, хорошо известный терапевт, которого Наён никогда бы не узнала, так как раньше ей никогда не был нужен терапевт. Может быть, это одна из немногих причин, почему она, по-видимому, нуждается в нём сейчас. Часть её думает о том, будут ли, на самом деле, работать разговоры с ней и поможет ли ей это двигаться дальше, как сказала Цзыюй. — Я не знаю, — честно говорит она, потому что есть маленькая вещь, которая называется говорить правду, которую Наён делала недавно. Она ещё раз осматривает комнату, глядя на мягкие жёлтые обои (они должны вызывать чувство счастья) и минималистичный дизайн (он должен очищать разум пациента). На стенах висит несколько сертификатов, которые очень способствуют подтверждению авторитета терапевта. Д-р Манобан выглядит молодо, но, по-видимому, выпустилась с несколькими заметными достижениями. Конечно — Цзыюй знает только лучших. — Это вполне приемлемо, — мягко говорит д-р Манобан, — но я надеюсь, что смогу чем-то тебе помочь. — Вам бы следовало, — ворчит Наён, ухмыляясь, — эти сеансы стоят дорого. Терапевт решает не комментировать. Они сидят лицом друг к другу за небольшим журнальным столиком, разделяющим их. Д-р Манобан предложила диван, чтобы Наён легла и могла чувствовать себя комфортно, но Наён категорически отказалась. Она даже не знает, хочет ли она быть здесь сейчас. — Почему бы нам не начать с этого вопроса — почему ты здесь сейчас? — спрашивает терапевт. — Потому что моя подруга грозилась заплатить за это независимо от того, приду я или нет, — ворчит Наён, потирая затылок. — Похоже, она хорошая подруга. Наён думает о Цзыюй и кивает. — Да, — соглашается она. — У меня много хороших друзей, но в последнее время я обращалась к ней, потому что она ещё не знает меня так хорошо. Д-р Манобан наклоняет голову вбок. — Другим было бы комфортней связываться с теми друзьями, что знают их лучше, — мягко говорит она, но Наён чувствует напряжение в этих словах. — Есть ли причина, по которой этот человек единственный, с кем ты разговаривала? Наён вздыхает. У неё начинает болеть голова. Она чувствует, что разговор с терапевтом будет похож на разговор со стеной. Может, это то, что ей нужно? Поговорить со стеной? Поговорить с собой? Чего она вообще планирует достичь с помощью этого всего? Она обещала Цзыюй, что постарается изо всех сил на сеансах терапии. — Может, — неуверенно начинает она, — это потому что она не знает, через что я прошла. Она знает недостаточно, чтобы... осудить меня. Понимаете о чём я? Д-р Манобан кивает. Наён считает, что терапевты должны кивать независимо от того, знают они или нет, о чём ты на самом деле говоришь. Может, это часть их работы. — Разве это не то, чем технически является терапевт? — спрашивает доктор, широко ей улыбаясь, — Кто-то, кто не знает, через что ты прошла? Человек, что не знает достаточно, чтобы осудить? Наён щурится. — Ага. — Просто наблюдение, — Д-р Манобан кладёт свой блокнот — тот, в котором она должна делать заметки о психологическом состоянии Наён, и радушно разводит руками. — Думай обо мне, как о губке. Я не осужу, я не дам совета, и никто не узнает, что здесь было. Это твоё безопасное место. Наён знает. В конце концов, это то, что должны делать терапевты — предлагать безопасное место, когда в твоей жизни его не осталось. Она также знает, что всегда может обратиться к своим друзьям, но они так счастливы в своих отношениях, что она не хочет портить настроение. Кроме того, чем больше она слушает, как Чонён и Чжихё рассказывают о Сане и Момо, тем больше она хочет узнать о Мине... и она знает, что не имеет права спрашивать о Мине. — Это глупо, — бормочет Наён, скрещивая руки на груди. — Я здесь по глупой причине. — Почему ты думаешь, что она глупая? Наён игнорирует растущее раздражение в груди. Терапевты должны повторять твои слова в вопросительной форме? Опять — вероятно это их работа. Она смотрит на свои ногти, ковыряя кожу. — Меня бросили, вот и всё. — Всё? — Ну всё запутанней, — неохотно говорит Наён, думая о фальшивых свиданиях, весенних свадьбах и поцелуях между двумя влюбленными людьми, которые боялись сказать это вслух, — но я думаю, что так и должно быть, да? Раз я тут. Д-р Манобан серьёзно кивает. — Расставания сложно подвергнуть анализу, — говорит она. Наён думает о Дженни. Её слова эхом раздаются в ушах: ты была достаточно хороша для меня. Прошло три месяца после свадьбы — с тех пор как Дженни вернулась в её мысли, с тех пор как она сломала стены, что так отчаянно строила Наён, с тех пор как она просила о прекращении отношений, которые она, в первую очередь, разрушила. Наён закусывает нижнюю губу до крови. — Это глупо, — снова бормочет она, качая головой, — люди переживают что-то похуже, чем я. — Почему ты так говоришь? — Потому что это правда, — чуть не сплюнула Наён, разозлившись, — я имею в виду — вы, наверное, слушали солдат имеющих дело с ПТСР, да? Или жён, которых абьюзировали, или детей, над которыми издевались? Какого чёрта я здесь? Когда всё, через что я прошла, — обычное расставание с кем-то, кто осознал, что не хочет меня под конец дня? Она может чувствовать слёзы на глазах. Прошло больше года с тех пор, как они с Дженни расстались. Острая боль сменилась ощущением как от тупого удара, но только потому, что её заменила новая. Она думает о заплаканном лице Мины, когда они в последний раз видели друг друга, думает о дрожащем голосе Мины, когда она сказала, что любит её, думает о губах Мины, прижатых к её собственным, отчаянно пытающихся поделиться своими чувствами, которые невозможно передать словами. — Это правда, что некоторые переживают что-то похуже, — медленно говорит д-р Манобан, застигая Наён врасплох, — но это не значит, что твои чувства недопустимы. Ты не можешь сравнивать пулевое или ножевое ранение и сказать, что от одного больнее, чем от другого. Наён позволяет словам перевариться. — Тебе позволено чувствовать то, что ты чувствуешь, Наён, — говорит ей д-р Манобан, ободряюще улыбаясь, — и если ты не можешь понять, что ты чувствуешь, то я здесь для этого. В конце концов, может терапия не так уж и плоха.…
(День 114— — Есть планы на сегодня? — онии-сан спрашивает Мину, когда она спускается по лестнице из своей комнаты, всё ещё одетая в пижаму и держащая в руке своего плюшевого пингвина. Думать о Наён, мрачно думает она, как и всегда. — Думаю, я посмотрю фильм, — вместо этого отвечает она.)…
— Как ты себя чувствовала, когда Дженни отказала тебе в первый раз? Третий сеанс. Наён продолжает смотреть на свои ногти. На этот раз они фиолетовые. — Как дерьмо, — грубо отвечает она, не желая видеть жалость в глазах терапевта. — Это как? — Словно... — Наён отталкивает желание преуменьшить свои чувства. Она всегда это делала — притворялась, что это её не ранит, игнорировала агонию в груди, смеялась над болью. Подавить свои чувства значит продлить неизбежное, д-р Манобан сказал ей это прошлый раз, когда она была здесь. Наён нужно открыться. Она должна загладить вину перед собой. Если она это сделает, тогда, может... может, она снова встретится с Миной? — Словно что? — Словно я была недостаточно хороша, — шепчет Наён, быстро подняв глаза. В глазах терапевта нет осуждения, только ободрение и понимание. Это заставляет чувствовать себя ещё хуже. — В первый раз, когда я пригласила её погулять, она просто рассмеялась и сказала мне стараться лучше. Была огромная очередь из тех, кто хотел встречаться с ней... я была просто одной из них. Д-р Манобан кивает. — Что тебя отличает от остальных? Вопрос заставляет её задуматься. Она никогда не думала об этом. Она всегда считала, что причина, по которой Дженни согласилась быть её девушкой спустя два года, заключалась в том, что она никогда не переставала гоняться за ней. Все парни и девушки просто... сдавались. У Дженни всегда были высокие стандарты — это стало ещё яснее в её выборе партнёра. — Я не знаю, — отвечает Наён, поджимая губы. — Может, потому что я была настойчива? — Возможно, — напевает д-р Манобан. — Может, она увидела в тебе что-то, чего не было в других. — Например? — Терпение, — терапевт улыбается ей. — В конце концов, всё хорошее приходит к тем, кто этого ждёт.…
(— Вот ваш напиток, — говорит официант, поставив ароматное мороженое со вкусом орео на стол напротив блокнота Мины. — Спасибо за ожидание. Мина вежливо ему улыбается и делает глоток. Это новое кафе только что открылось на их улице, что заставило её выйти из дома в первый раз. Это часть её списка, пока она ещё в Японии. Побывать в новых местах. Попробовать новую еду. Выпить что-то, не смешанное с кофе, с нужным количеством сахара, сливок и ванили. Она снова надевает наушники и смотрит на блокнот, заканчивая то, что писала ранее, до того как подошёл официант. 'День 124— Ты не выходишь у меня из головы, И я не могу не думать о тебе, Если бы я могла начать всё сначала, Я знаю, я бы вернулась к тебе.')…
— Когда между тобой и Дженни начались проблемы? Наён закрывает глаза. Она думает о месяцах, предшествовавших их возможному распаду, думает об их ссорах, происходивших всё чаще, и тишине, становившейся всё громче. Она думает о Дженни, которая целовала её просто для того, чтобы заткнуть, думает о том, как ногти впиваются в её кожу, причиняя боль, думает о пустом месте на кровати каждый раз, как она просыпается. — После нашей годовщины, — тихо отвечает она. — Что случилось? — Я не знаю, — Наён прижимает ладони к глазам. — Всё просто... изменилось. — Был ли кто-то ещё? — Да, — Наён качает головой. — Но Джису не была причиной... она была следствием, вы же понимаете, о чём я? Типа Дженни не изменяла мне или что-то ещё. Она просто... устала, я думаю, — голос Дженни звучит в ушах Наён — когда между нами начались проблемы, я не хотела это исправлять. Я хотела убежать. Я отказалась от нас. — Она сдалась. — Как ты думаешь, ты была виновата? — Да, — это не вопрос — Наён чувствовала себя так с тех пор, как Дженни начала отгораживаться от неё. — Почему ты так думаешь? — Потому что это правда, — выплёвывает Наён, сжимая руки в кулаки и глубоко вздыхая, — Мне не следовало быть такой приставучей или ревнивой и неразумной... Я не должна была делать то, что заставляло её чувствовать себя перегруженной. Я не должна была давать ей причины для ухода от меня. — Но ты не знаешь, каковы причины, я полагаю? Наён смотрит на терапевта, склонив голову вбок. — Что вы имеете в виду? Д-р Манобан поджимает губы и наклоняется вперёд. — Звучит так, словно ты даже не знаешь, что сделала, чтобы заставить её уйти, — осторожно говорит она, словно она старается не допустить, чтобы у Наён случится срыв посередине её кабинета — это будет не в первый раз. — Я... — Наён не знает, что сказать. — Может мне следует начать давать тебе домашнее задание? — с готовностью предлагает Д-р Манобан, записав в своём блокноте. — Я хочу, чтобы ты перечислила все возможные причины, по которым Дженни могла порвать с тобой. Это поможет прояснить некоторые вещи. — Какие? Д-р Манобан улыбается. — Увидишь.…
(— Мина-тяяяяяяян, — говорит Сана по видеозвонку таким голосом, словно сейчас заплачет, — мы скучаем по тебе! Мина смеётся, кладя подбородок на колени, наблюдая за Саной и Момо на экране своего ноутбука. Сейчас восемь часов вечера. Рэй лежит рядом с ней на кровати и крепко спит. — Я тоже скучала по вам, ребята, — говорит она, потирая ноги. — Когда ты вернёшься? — скулит Момо, дуясь. — Я ещё не уверена. — Хорошо! — заговорила Сана с дерзкой улыбкой на губах. Мина в замешательстве. Разве они не хотят, чтобы она вернулась? Должно быть боль была написана на её лице, потому что Момо быстро шлёпает Сану по затылку и говорит ругательским тоном: — Не пугай Митанг так! Сана скулит, потирая голову. — Прости, прости, — говорит она, — я хотела, чтобы это было сюрпризом! — Подожди, что за сюрприз? Момо и Сана переглядываются, ухмыляясь. — Мы возвращаемся домой через месяц, — говорит первая, — всего на несколько дней — мы хотели снова увидеть тебя! Что-то внутри Мины полностью разрушается. Она сидит там, пребывая в полном восторге от двух своих друзей, и её глаза внезапно наполняются слезами. Она поспешно вытирает их, надеясь, что связь достаточно плохая, чтобы исказить влажность на её щеках. Но Момо и Сана видят её насквозь, как и всегда, и Мина понимает, насколько сильно она скучала по ним. — Митанг, — с любовью говорит Момо, — не плачь — ты должна быть счастлива! — Я счастлива, — говорит Мина, улыбаясь. — Не могу дождаться момента встречи, когда смогу обнять тебя, и поцеловать, и сжать твои милые маленькие щёчки! — восклицает Сана, подпрыгивая вверх и вниз на крошечном видеоэкране. — Прошло слишком много времени с тех пор, как мы втроём гуляли! Момо становится слишком скучной на мой вкус— — Закончи это предложение, и я больше никогда не поделюсь с тобой своей едой, — предупреждает Момо, размахивая пакетом с мармеладными мишками, который она держит в одной руке. Мина смеётся, когда видит удручённое выражение лица Саны. Момо показывает ей язык. Это напоминает ей о перерывах на обед, которые они проводили в старшей школы, и они обе постоянно спорили, а потом мирились через несколько секунд. Несмотря на то что прошло так много лет и Мина снова переехала в другую страну, находясь теперь вдали от своих двух лучших друзей, это согревает её душу тем, что хотя бы некоторые вещи никогда не меняются.)…
Стук в дверь квартиры Наён. Она останавливает фильм, который смотрела по телевизору, и встаёт, чтобы впустить того, кто бы это ни был. Она заказала пиццу? Уверена, что нет. Она заказала посылку? Нет, половина её зарплаты уходит на сеансы терапии. Она заглянула в глазок и была приятно удивлена, обнаружив Чонён с другой стороны, всё ещё одетую в форму. Должно быть, она пришла прямо из больницы. — Почему ты не предупредила, что придёшь? — спрашивает Наён, как только пропускает лучшую подругу. — Я могла бы заказать нам еду. Чонён сдерживает зевок. — Всё в порядке, — говорит она, — я поела до того, как моя смена закончилась. — Что-то случилось? — в последний раз Наён видела Чонён две недели назад — когда они обе вышли выпить. Примерно в то же время, когда она начала видеться с д-ром Манобан. Медсестра пожимает плечами, кладя свою сумку на кухонную стойку. Она морщит нос из-за того, что Наён случайно забыла выбросить несколько пакетов рамёна и обёртки от шоколада. В любом случае, она не проводит большую часть времени дома, кушая. Тем не менее Наён косо смотрит на Чонён, когда складывает весь мусор в его законное место — мусорное ведро. — Ничего особенного, — отвечает Чонён, садясь за кухонную стойку. — Я просто хотела тебя проведать. — Мне сложно в это поверить. — Это убило бы тебя, если бы ты приняла тот факт, что я забочусь о тебе? — серьёзно говорит Чонён, ухмыльнувшись, когда Наён просто показала ей средний палец. — Я уже давно приняла этот факт, — говорит она, — но это не значит, что мне это нравится. — Ты добрячка — Мина так сказала, — Чонён останавливается, осознавая, что она только что сказала, и Наён чувствует, как её сердце сжалось. — Ох, дерьмо, прости, я не хотела— — Всё в порядке, — говорит Наён, отмахиваясь от извинений. — Ты можешь говорить о ней. Я не против. — В последний раз, когда ты это говорила, ты заперлась в спальне на два дня, и мне пришлось вытаскивать тебя оттуда с помощью Дахён— — Не напоминай. Это был один из худших разрывов Наён. Это произошло через несколько дней после того, как она узнала, что Мина уехала в Японию (именно Чжихё спросила Сану), когда Чонён случайно вспомнила, как Мина говорила о Фортнайт, и спросила, не хочет ли Наён присоединиться к ней и Чеён, когда они играют. Это было совершенно неумышленно. Просто её лучшая подруга хочет, чтобы она поиграла с ними. Но напоминание о Мине сразу после получения свежей и суровой реальности того, что её не было в Сеуле, было пощёчиной. Наён не могла злиться на Чонён за это — она просто пыталась помочь. Даже спустя почти четыре месяца всё ещё больно. — Как ты? — нерешительно спрашивает Чонён. Наён думает об этом. — Нормально. — Набонгс... Наён вздыхает, размышляя о том, чему её научили сеансы терапии. Подавлять то, что ты чувствуешь, означает продлевать неизбежное. — Хорошо, ладно, — бормочет она, садясь рядом с лучшей подругой. — Я всё ещё чувствую себя довольно дерьмово. — Как и должно быть, — при оскорблённом вздохе Наён Чонён закатывает глаза. — Ты знаешь, что я говорю это с любовью и заботой. — Ты знаешь, что не можешь говорить это каждый раз, когда ты ранишь мои чувства. — Хорошо, хорошо, блин, — Чонён пинает ногой Наён. — Я знаю, что тебе всё ещё больно, и мне жаль, но мы не можем отрицать, что ты правда поступила дерьмово. Это одна из тех вещей, которую Наён любит и ненавидит в Чонён. Она присматривает за тобой, но в то же время не постесняется тебя ударить. С Чжихё всегда есть понимание, что всё в конце концов сработает. С Дахён ты не можешь не быть позитивной в конечном итоге. Но Чонён не оптимист. Она реалист, и она прямо тебе это скажет. Часть Наён хотела бы, чтобы вместо неё была Чжихё. — Знаю, — говорит она Чонён, громко вздыхая. — Я просто... Я не знаю, что делать дальше. Чонён поджимает губы. — Если бы я была Миной, — медленно и осторожно начинает она, — я бы не простила тебя сразу... — Есть ли у меня вообще право просить прощения? — бормочет Наён. — Подумай об этом, Чон. Она была влюблена в меня целый год, и я попросила её фейково со мной встречаться— — Расслабься немного, — говорит ей лучшая подруга. — Ты даже не знала, что у неё были чувства. — Часть меня знала, — Наён думает о том, как Мина нервничала каждый раз, когда она делала что-то провокационное, например, целовала её в щёку, бесстыдно флиртовала с ней и держала её за руку, когда никто не видел. — Я чувствовала, — хрипло добавляет она. Чонён вздыхает. — Хорошо, ладно, попросить Мину фейково встречаться с тобой — явно не один из твоих лучших планов, — она стучит пальцами по кухонной стойке, напевая себе под нос. — Но как ты и сказала, Мина знала, на что идёт. Я бы предпочла быть с тобой так, чем не быть с тобой вообще. Наён закрывает глаза. Прошли месяцы, но она всё ещё просыпается посреди ночи, думая о лице Мины, когда она оставила её в ту ночь. Чистая боль в её глазах — этого достаточно, чтобы пробить дыру в сердце Наён. — Вы обе знали, на что идёте, — тихо говорит Чонён, протягивая руку и сжимая её, — так что думай об этом, как о возмездии. Вы обе очень сильно друг друга ранили, но вы также можете простить друг друга позже, если вы, ребята, этого захотите. Тишина. Наён закрывает глаза. Она думает о другой вещи, которую сказала ей д-р Манобан во время их сессий, о той, что остававалась с ней на протяжении следующих дней. Прощение начинает с себя.…
(Мина встречает кролика, когда идёт в зоомагазин, чтобы купить лакомства для Рэя. Она останавливается на полпути к кассе, её взгляд устремлён на клетку среднего размера. В ней прыгают три кролика альбиноса. Ком в горле растёт, когда самый маленький из них стоит на задних лапках и нюхает воздух, его два передних зуба выглядывают наружу. — Заинтересованы? — спрашивает кассир, мягко ей улыбаясь. — Ох, — Мина качает головой. Она не может дышать. — На самом деле, кролики не моё. — Жаль, — мужчина принимает её оплату и затем показывает на клетку позади него. — Большинство людей думает, что следить за кроликами легко, но это не так, поскольку им требуется больше заботы и внимания. Порой их бывает сложно любить, но в конце концов они того стоят. Мина не отвечает.)…
— Ты сделала домашнее задание? Наён хмурится, вытаскивая тетрадь из сумки. — Похоже, я вернулась в старшую школу, — говорит она д-ру Манобан. Она постепенно начинает привыкать к терапевту, хоть и бывают моменты, когда она просто хочет рвать на себе волосы большую часть времени. В конце концов, у терапевта есть привычка повторять всё, что говорит Наён, в вопросительной форме. — Ты чувствуешь себя так, словно ты вернулась в старшую школу? — спрашивает д-р Манобан и ухмыляется, когда Наён бросает на неё взгляд. — Я просто шучу, Наён-щи. Наён передает тетрадь своему терапевту, который берёт её в руки. — Спасибо, что сделала домашнюю работу, — говорит доктор, криво улыбаясь. — Ну, вы сказали, что это поможет прояснить некоторые вещи, — ворчит Наён, скрещивая руки. — Поможет. Давай начнём, — глаза д-ра Манобан проходят по тому, что записала Наён. Они встречаются раз в неделю, поэтому у Наён было семь дней на то, чтобы составить список. Он короткий, и это её бесит, потому что она знает, что это ещё не всё. Она никогда не была тем человеком, который записывал свои чувства, предпочитая игнорировать их или притворяться, что у неё их вообще нет. Но, следуя инструкциям терапевта, Наён осознала, насколько сильно ей нужно было это выпустить. — Я не должна была просить её переехать ко мне, — д-р Манобан смотрит на неё, поднимая брови. — Дженни думала, что слишком рано, — объясняет Наён. — Как долго вы были вместе, ребята? — Год и шесть месяцев. — Кажется, это уже довольно подходящее время, — комментирует д-р Манобан, — тем более вы уже знали друг друга ранее. Большинство людей согласятся со мной. Наён ничего не говорит, смотря на свои ногти. Чёрные на этот раз. Терапевт молчит ещё несколько секунд, прежде чем продолжить: — Я не должна была так ревновать, когда люди продолжали флиртовать с ней. Ты думаешь ревность — это плохо? — Для неё — да. — Почему ты думаешь, что это было плохо для неё? Наён вздыхает в отчаянии, потирая переносицу. — Я не знаю, — честно отвечает она. — Может, у меня не было права... — Но ты была её девушкой. Наён патетически кивает, думая о всех драках и спорах, которые возникали только потому, что Дженни никогда не останавливала всех тех людей, что флиртовали с ней. Чем больше Наён думает об этом, тем больше она понимает, насколько дерьмово на самом деле это было. Потому что Дженни знала, как легко она начинала ревновать и всегда отчитывала её за это. Это всегда заставляло чувствовать себя маленькой, словно её чувства ко всему этому не имели значения. — Я должна была придавать большее значение знакам, — продолжает д-р Манобан. — О каких знаках идёт речь? Сжав губы, Наён откидывается на спинку стула. — Ну, знаете... — говорит она и потом понимает, что терапевт на самом деле не знает, так что она пытается вспомнить. — Признаки того, что она отталкивала, отстранялась или я ей надоедала. Д-р Манобан кивает. — Вы перестали разговаривать, когда всё стало плохо? Наён думает о сексе и пожимает плечами. — Если вы считаете интим за разговор... — Не считаю. — Тогда да, — Наён с трудом сглатывает ком в горле. — Мы перестали разговаривать. Д-р Манобан продолжает читать её список вслух. В основном это просто Наён, желающая, чтобы она не сделала этого во время спора, или желающая, чтобы она сделала это, когда Дженни начала отстраняться. В основном, она просто записывала свои сожаления о своих отношениях с бывшей. Она чувствует себя глупо, когда слышит эти записи. — Вы сказали, что это прояснит вещи, — напоминает Наён своему терапевту, как только список закончился, и повисла напряжённая, неловкая тишине. — Это прояснило, — отвечает д-р Манобан, возвращаясь к её тетради. — Ну, по крайней мере, для меня. — О чём вы? — Ты наказываешь себя, Наён-щи, — тихо говорит ей её терапевт, задумчиво потирая подбородок. — Ты думаешь, что виновата в том, что твои отношения разрушились. — Это правда, — шепчет Наён, — если бы я не отдала ей всё... она бы не испугалась. Она бы не ушла. — Человек, что боится любви — это человек, который не готов к ней, — небрежно говорит д-р Манобан, и слова проникают в сердце Наён. Они резонируют с ней. — Из того что я увидела или услышала от тебя, я могу сказать только одну вещь, в которой я абсолютно уверена. Наён выпрямляется, готовая к любым словам, что будут брошены ей. — Что? — В тебе много любви, которую ты можешь дать, — говорит её терапевт с самым мягким взглядом в глазах, и дыхание Наён учащается, — только ты дала её не тому человеку.…
(День 155— Мина в своей комнате смотрит на экран ноутбука. После того как она проиграла в Лиге Легенд в третий раз подряд, она не знает, что делать. Она раньше никогда не играла так плохо. Даже её тимейты начали думать, что она нуб. А Мюи Мина не нуб. В конце концов, у неё ранг Мастера. Она думает о кроликах, которых видела на прошлой неделе, и качает головой. Слёзы жгут глаза. Она всегда знала, что чувствительная, но она не думала, что будет настолько эмоциональна из-за группы милых, очаровательных млекопитающих, что напоминают ей о— — Серьёзно, Мина? — бормочет она, прерывая свои мысли и вытаскивая тетрадь из ящика, — Это низко даже для тебя. Прошло пять месяцев, и она всё ещё не может провести и дня, не думая о Наён. В конце концов я буду в порядке, пишет она на страницах, пытаясь убедить себя в том, что это правда,Хотя, возможно, уйдёт сотня бессонных ночей, Чтобы исчезли все воспоминания о тебе Но сейчас я не вижу ничего сквозь слёзы.)
…
Шестой сеанс. Наён смотрит на свои красноватые ногти. Всё её тело напряжено. Она знает, что будет, но она не уверена, может ли она с этим справиться. Её сердце беспорядочно бьётся в груди. Когда она закрывает глаза, ей слышится голос Мины: Почему ты так боишься полюбить меня в ответ? Она не хочет вспоминать ответ. — Мы говорили о твоей бывшей, — говорит её терапевт, просматривая записи, — и мы установили, что есть ещё некоторые проблемы, которые необходимо решить. Ты думаешь, что виновата в том, что вы расстались, даже спустя год. Я ошибаюсь? Наён скрипит зубами и качает головой. — Нет. — Ты отказывалась говорить о своих чувствах в течение этого годичного периода даже своим друзьям, — продолжает терапевт, и каждое слово ощущается как удар в сердце Наён, — поэтому, когда ты снова увидела Дженни на свадьбе своей подруги с девушкой из-за которой она тебя бросила, всё вернулось. — Да. — Ты подавляешь свои эмоции, и теперь ты страдаешь от этого. Наён закрывает глаза и кивает. — Да. Тишина. Она душит. Наён сжимает руки в кулаки, ногти впиваются в её ладони. Когда она открывает глаза и смотрит на д-ра Манобан, она видит, как та мягко смотрит на неё. Наён знает, что будет дальше, и, возможно, она готова к этому. Возможно, теперь она может говорить об этом. Может, это будет не так больно, как раньше— — Думаю, пришло время поговорить о Мине. Ох. Она ошиблась. Это всё ещё больно.…
(Мине нужно время, чтобы осознать, что её брат стоит у дверей, скрестив руки и внимательно наблюдая за ней. Вскоре она увидит Сану и Момо, и волнение заставило её оцепенеть и не реагировать всё остальное. Поворачиваясь в своём кресле, она чуть не падает, когда большая фигура Кая блокирует вход. — Онии-сан! — визжит она, прикладывая руку к груди от шока. — Что такое? — спрашивает Кай, улыбаясь. — Я должна спрашивать тебя об этом, — ворчит она. — Что ты здесь делаешь? — Разве мне не разрешено присматривать за моей любимой сестрёнкой? Мина показывает ему язык. — Я твоя единственная сестра. — Именно. Они смотрят друг на друга ещё несколько секунд. Кай скрестил руки на груди с непроницаемым выражением лица. Они всегда были близки, но это не значит, что Мина знает, как читать мысли брата. Раньше это её никогда не беспокоило, но сейчас она чувствует, что случится что-то плохое. — Ты дома уже пять месяцев, — наконец говорит Кай, расепляя руки. — Ты планируешь вернуться туда? Мина хмурится, ей не нравится, куда он клонит. — Ты выгоняешь меня из нашего дома? — Нет, идиотка, — он смотрит на свои ноги, размышляя. — Я здесь, чтобы предложить тебе работу. — Где? Он поднимает глаза и встречает её взглядом. — В Америке.)…
Горло Наён болит, когда она пьёт уже четвёртый напиток за ночь. Её сеанс с д-ром Манобан прошёл не очень хорошо. При упоминании Мины её сердце прогнулось, а живот опустился. Она не могла перестать плакать. Разговора с профессионалом о Дженни было достаточно, чтобы сломать её стены, но когда дело дошло до Мины, всё просто рухнуло. Не говорить о Мине — единственное, что держало её. И теперь ожидается разговор о ней и на следующем сеансе. Наён нужен ещё один напиток....
(— Митанг! Мина оборачивается и почти сбивается с ног, когда Сана выбегает из ниоткуда, чтобы поглотить её объятиями. Руки обвивают её тело, словно одеяло, приветствующее её дома, и Мина смеётся, её сердце согревается. Она обнимает в ответ, прижимая нос к шее Саны, и с таким же энтузиазмом сжимает спину. — Я так рада вас видеть, — говорит Мина, замечая, как Момо идёт по углу улицы, ослепительно улыбаясь двум своим друзьям. — Никогда больше не уходи так! — говорит Сана таким тоном, словно собирается заплакать. — Мы только-только воссоединились на свадьбе! Клянусь Богом — если ты уйдёшь ещё раз— Мина думает о предложении своего брата, и её сердце замирает. Момо подходит к своим подругам и сразу же раскрывает руки для Мины, которая сразу падает в них как в старые добрые времена. Сана, видимо решив, что ей не уделяется достаточно внимания, присоединяется. — Привет, — говорит им Мина, сдерживая слёзы. — Я скучала по вам, ребята. — Мы тоже, — Момо гладит её по голове, посмеиваясь. — Хорошо быть дома. Мина знает, что она говорит не только о Японии.)…
— Расскажи мне о Мине. Седьмой сеанс. Седьмой раз, когда Наён в этом офисе, седьмой раз она смотрит на свои ногти (голубоватые, как океан), седьмой раз, когда она позволяет кому-то, кого она едва знает, видеть сквозь свои щели. Она обещала себе, что пройдёт этот сеанс — в конце концов, она так много прошла. Но теперь, когда она столкнулась с простой задачей — поговорить о Мюи Мине — кажется, словно земля ушла из-под её ног. — Мина мой... — начинает она, горло сжимается. — Мина была моим ангелом хранителем. — Что ты подразмеваешь, говоря, что она была твоим ангелом хранителем? — Мы встретились более года назад, — отвечает Наён, думая о поездке в лифте, которую они разделили, — это было немного позже того, как я и Дженни расстались. Я просто пыталась справиться со своей работой, но... она упростила всё. — Как она всё упростила? Наён настолько погружена в свои воспоминания, что не раздражается от того, что д-р Манобан перефразирует её высказывания в вопросы. — Она помогла мне, — продолжает Наён, пальцы сжимаются в кулак, ногти глубоко вонзаются в кожу, — она была там, когда у меня были проблемы с работой. Она всегда присматривала за мной. Она присоединялась ко мне на обеде и слушала, как я разглагольствую о каком-то телешоу, которое я смотрела в тот день. — Она кажется хорошей подругой. Сухой смех сравается с губ Наён. — Она была влюблена в меня, — шепчет она.…
(— Как дела? — спрашивает Момо, как только официант уходит с их заказами. Они сидят в маленьком кафе, которое они часто посещали в старшей школе. Сана и Момо сидят рядом друг с другом, и этой картины достаточно, чтобы у Мины было дежавю. Мина не может понять в чём дело, но её друзья выглядят счастливей сейчас. Она часто это видит, даже когда они смотрят друг на друга на видеоэкранах. Что-то случилось в Сеуле, о чём Мина не в курсе? — Я в порядке, — отвечает Мина, выдавливая улыбку. — Как всегда. Что на счёт вас, ребята? Момо и Сана обмениваются понимающими взглядами. — Лучше не бывало! — щебечет Сана. — Также, — добавляет Момо. — Ох, — Мина не может не чувствовать себя немного не на своём месте. Обе её подруги кажутся такими счастливыми, что она немного завидует. — Я рада слышать это. Не в первый раз, она задумывается, был ли отъезд из Южной Коре правильным выбором.)…
— Почему ты попросила Мину притворятся твоей девушкой? — спрашивает д-р Манобан спокойным и неосуждающим голосом. Наён представляет, как сидит посреди океана на маленьком плоту. Под поверхностью находится мир, который она так отчаянно желала увидеть — мир, о котором она слышала только слухи. Может быть, это Атлантида, может, даже рай. Всё, что она знает, это то, что если она отпустит вёсла и погрузится в воду, перестав быть в зоне безопасности своего плота, то найдёт там Мину. Она представляет, что снимает обувь. — Потому что я не хотела, чтобы Дженни думала, что я всё ещё не отошла от нашего расставания. Она представляет, как глубоко вдыхает воздух. — Но почему именно Мина? Она представляет, как опускает пальцы ног и скользит в глубину. — Потому что я знала, что она не откажет, — тихо отвечает Наён, закрывая глаза и позволяя воспоминаниям о Мине захлестнуть её. Если она тонет, то пусть будет так.…
(Узнав про их работу и семьи, Мина наконец понимает, почему обе её подруги расцветают. Это проявляется в форме улыбки Саны каждый раз, когда она получает текст, или в хихиканьи в голосе Момо, когда она отвечает на звонок. Мине не нужно много времени, чтобы понять, что её лучшие подруги влюблены, но они не хотят, чтобы она чувствовала себя некомфортно из-за этого. — Ребята, — говорит она, когда видит, как не так осторожно Сана проверяет свой телефон пятый раз, — всё в порядке — вам не нужно ходить вокруг яичной скорлупы — вокруг меня, когда дело доходит до Чжихё и Чонён. Момо морщится. — Прости, Минари, — говорит она, тихо вздохнув. — Просто мы не хотели напоминать тебе о... — Всё в порядке, — пробормотала Мина, отмахиваясь от их заботы, — я в порядке. Сана щурится, поджимая губы. — Она с тобой как-нибудь связывалась? Мина качает головой. — Нет, — отвечает она, звуки застревают в горле. Она не знает, должна ли она чувствовать разочарование или облегчение от этого факта.)…
— Почему ты думала, что она не откажет? — спрашивает д-р Манобан мягким и нежным голосом. Она чем-то напоминает Наён о Мине, и этой мысли достаточно, чтобы заставить её вспомнить правду, какой бы болезненной она ни была. — Думаю, небольшая часть меня знала, — Наён открывает глаза и выдыхает. Она откидывается на спинку стула, потирая руки, потому что они, кажется, внезапно похолодели. — Я видела, что она делает всё это для меня, и подсознательно воспользовалась этим. Д-р Манобан хмыкает. — Подсознание и сознание трудные темы для обсуждения. — Вы понимаете, о чём я. Терапевт улыбается, жестом показывая ей продолжить. Наён ковыряет кожу вокруг своих ногтей. — Мне не следовало просить её притворяться, что она встречается со мной, — бормочет она, — это вызвало только больше проблем, и я всё равно выглядела жалкой и слабой перед Дженни, — она делает паузу, вспоминая разговор на пляже и слыша голос Дженни в голове. Ты была достаточно хороша. Тогда почему она не чувствует себя так же до сих пор? — Думаю, — осторожно говорит д-р Манобан, — Мина знала, на что подписывается. Я не говорю это, чтобы освободить тебя от вины и сожаления, но я говорю, что ты не сделала это нарочно, Наён-щи. Но Наён уже качает головой. Она знает, что терапевт только пытается дать ей объективную точку зрения относительно всей ситуации. Но Наён также знает, что ничего не будет достаточно, чтобы изменить реальность того, что она сделала в конце концов — разбила сердце Мины самым худшим образом. С тех пор как Мина уехала в Японию, Наён на самом деле не говорила о ней. Каждый раз, как Чонён и другие её подруги пытались, она всегда закрывалась. Так было лучше — было легче притворяться, что оставленное позади не жжёт, что ей не было больно, когда она наконец собиралась протянуть руку, что она не чувствовала себя глупо, ожидая за пределами пустой квартиры Мины более трёх часов. Всё было в порядке — она была в порядке. Она знает, что нет. Впервые за пять месяцев Наён наконец открывается. — Она сказала мне, что любит меня, — она задыхается, зажмурив глаза, из них текут слёзы, — а я сказала, что не чувствую того же.…
(— Я знаю, что ты не хочешь говорить об этом, — нерешительно начинает разговор Сана. Мина всегда удивляется, когда Сана становится серьёзной. Не то чтобы это случается так часто, но розоволосая редко не улыбается. В конце концов, нет Саны, нет жизни. — Тогда не надо, — монотонно говорит Мина, хоть её сердце быстро бьётся в груди. Она не хочет говорит о Наён, но в то же время ей не терпится узнать, как она. Пять месяцев без контакта обязательно сделают это с человеком. Это сравнимо с мотыльком, привлекаемым пламя и не осознающим опасности. Мина чувствует себя как мотылёк, что странно признавать. Она не хочет обжечься. Не снова. Момо смотрит на Сану. — Не дави на неё, — говорит она, — если она не хочет говорить, то не дави. — Моморин, Митанг... — Сана выглядит разочарованной, потирая переносицу. — Не говорить о вещах это то, что в итоге ранит людей. Мина знает. Она не говорила об этом последние пять месяцев. Сана и Момо уже много раз пытались заставить её открыться. Даже её старший брат время от времени замечал её мрачное настроении. Но Мина провела последние несколько лет в Южной Корее с опущенной головой и невинной сердцем, защищённым неопытностью. Наён была первым риском, на который она решилась, и она потеряла её. Она не хочет вспоминать об этом. Но затем Сана протягивает правую руку и сплетает её с левой рукой Мины. Через мгновение Момо вздыхает и делает то же самое. Мина резко смотрит вверх, сердце ушло в пятки, когда две её лучший подруги смотрят на неё не с жалостью, а с пониманием. — Мы знаем, что это больно, — шепчет Сана, ободряюще ей улыбаясь, — и поэтому мы здесь для тебя, чтобы было не так больно. Мина не могла бы попросить более прекрасных друзей— Потому что они уже сидят перед ней.)…
Д-р Манобан давно ничего не говорит. Это приводит Наён в бешенство, поэтому она заполняет тишину, высказывая свои мысли вслух. Это странное чувство — выпустить всё наружу, но в то же время, это помогает снять напряжение с её плечь. Груз упал. — Небольшая часть меня ожидала этого, — начинает она, сглатывая ком в горле, — но большая часть меня никогда не думала, что она скажет это прямо. Проще закрывать глаза на чувства других, особенно когда ты даже не можешь разобраться в собственных. Д-р Манобан кивает, но продолжает молчать. Наён думает, что она знает, что делает. Она ничего не говорит, так что Наён вынуждена раскрыться. Это хорошая техника. — В прошлом году было много вещей, о которых я сожалею, — шепчет она так тихо, что её психолог должен наклониться вперёд, просто чтобы услышать её слова, — я жалею, что не слушала своих друзей о своей бывшей, я жалею, что прыгнула в отношения, хоть они были ненастоящими, хоть я не отошла от свох старых отношений, и я жалею, что ранила Мину к-к-когда всё, что она когда-либо делала, это любила меня, даже когда я не могла любить себя. Тишина. Наён слышит, как громко бьётся её сердце. Она вытирает глаза, шмыгая. Д-р Манобан протягивает ей коробку салфеток, удобно расположенную рядом с ней. Наён благодарно улыбается, берёт их и вытирает щёки. — Но, — продолжает она, улыбка становится горькой, — то, о чём я жалею больше всего, это то, что я не сказала ей, что я любила её. Я просто... Я просто не хотела, чтобы меня снова ранили. Поэтому я ранила её. Её психолог хмыкает. Они сидят в комфортной тишине следующие несколько минут. Наён нужно время, чтобы успокоиться, и когда она наконец это делает, д-р Манобан прочищает горло и разглаживает свой брючный костюм. Пришло время снова погрузиться в эмоции Наён, разобраться в некоторых ситуациях её жизни и рассмотреть их в новом свете. Это то, что они делали в течение последних нескольких сеансов. Д-р Манобан всегда знает, что сказать, чтобы воссоздать весь образ мышления Наён. Но в этот раз она не делает этого. Вместо этого она задумчиво смотрит на Наён. — Мина делает тебя счастливой? — Да, — без колебаний. Только правда. — Мина хотела, чтобы ты попробовала снова? — Да. — Если бы она была здесь сейчас, ты бы сказала ей то же что и мне? Наён мучительно сглатывает. — Да, — говорит она после минутной паузы. Будет больно, но она сделает это в одно мгновение. — Я бы сказала. Д-р Манобан кивает, видимо довольная. Она записывает несколько вещей в свой блокнот, позволяя тишине снова взять верх. Глаза Наён болят от слёз, но она всё равно прищуривается, пытаясь прочитать то, что записал её терапевт. Когда доктор понимает, что она делает, она смеётся и убирает блокнот. — Скажи мне кое-что, Наён-щи, — говорит она. — Хорошо? Терапевт складывает руки на коленях и смотрит на Наён с пустым выражением лица. — Что тебе нужно, чтобы понять, что некоторые люди стоят того, чтобы из-за них страдать?…
(— Ты всё ещё любишь её? Сердце Мины замирает, когда она слышит вопрос Момо. Она сопротивляется желанию вытащить руку из-под Саны. Такое ощущение, словно в горле у неё острые, болезненные иглы, затрудняющие дыхание. Она всегда может солгать и сказать, что она уже двигается дальше. Она знает, что её друзья отпустят ситуацию. Они всегда придерживались этого пути. Но, опять же, Наён оставила на ней след. Словно татуировка, которую, как ты думал, будешь лелеять вечно, но потом начал сожалеть. Словно фильм, который ты можешь смотреть снова и снова, и всё равно в конечном итоге будешь плакать, когда достигаешь конечных титров. Словно книга, которую ты читал сотню раз, надеясь, что что-то изменилось, хоть ты и знаешь, что это не так. Если Мина переедет в Америку и найдёт какую-нибудь девушку, которую полюбит, она знает, что это не сравнится с тем, что она чувствует к Наён. Она, может быть, даже будет счастливой в будущем. В конце концов, она может даже забыть о Наён, но это ничего не изменит. Наён всегда будет в её мыслях. В конце концов, она никогда и не покидала их. — Да.)…
Наён покидает кабинет д-р Манобан спустя пятнадцать минут, не зная, что чувствует. С одной стороны, она рада, что наконец выпустила некоторые вещи, но в то же время она чувствует, что более тяжёлый груз заменил тот, который она только что выпустила. Она подходит к своему мазерати почти в оцепенении и сидит в водительском кресле в течение следующего получаса. Что тебе нужно, чтобы понять, что некоторые люди стоят того, чтобы из-за них страдать? Она знает, что Мина стоит этого. Она знает, что Мина заслуживает мира. Она знает, что не заслуживает её. Растроенная своими самоуничижительными мыслями и бесконечной рутиной ненависти к себе Наён бьёт кулаками по рулю. В свою очередь, бардачок внезапно открывается, и выпадает что-то тяжёлое. Она вздыхает, потирая всё ещё заплаканные глаза, и смотрит, что это было. Её сердце замирает. Это руководство — то, которое она в шутку сделала за одну ночь, чтобы Мина узнала её поближе. Когда её пальцы обвивают папку, взгляд ловит слова, напечатанные на первой странице: Справочник Им Наён: Всё, Что Тебе Нужно Знать О Горячей Девушке Южной Кореи. Безмолвный смех срывается с её губ, когда она вспоминает реакцию Мины на него: это что-то вроде ускоренного курса? Она просматривает страницы и вспоминает, как Мина всё это воспринимала, даже задавала вопросы, чтобы углубиться в её жизнь. Часть Наён надеялась, что младшая взяла его с собой в Японию или даже просто оставила в своей квартире. По крайней мере, тогда у неё всегда было бы напоминание о Наён. К сожалению, это не так. Она пытается не позволить этому повлиять на неё. Она собирается убрать руководство, когда кое-что замечает. Почерк Мины. Наён останавливается. У неё перехватывает дыхание. Она откидывается на своё сидение, кладёт папку на колени и начинает с самого начала. В соответствии с несколькими фактами, которые она написала о себе, Мина добавила свои собственные мысли о них в сочетании с кучей милых нарисованных смайликов. Наён больно, когда она представляет, как Мина запоминает всё, что она говорит ей, и потом идёт домой, чтобы записать всё это в справочник. Наён написала: "Мой день рождения 22 сентября", а Мина написала: "Она выберет Сквитла в качестве своего покемона-стартера". Наён написала: "Мой любимый фильм — Вечное Сияние Чистого Разума", а Мина добавила: "Её любимый Мститель — Железный Человек. Хороший выбор👍". Наён написала: "Я попала в автомобильную аварию много лет назад. Моя левая нога слабее правой", а Мина написала: "Она планировала носить брекеты, когда была ребёнком. Я рада, что она этого не сделала. Она выглядит красивой такой, какая она есть 🥰". О каждой детали, которую давала Наён, Мина записывала больше. Я дружу с Чонён и Чжихё с детского сада. Она издевается над ними, но очевидно, что она очень скучает по ним. Моё идеальное количество детей — три. Один мальчик и две девочки. Самый надёжный способ проникнуть в сердце Им Наён — через детей. Она ЛЮБИТ детей. Если она встретит кого-нибудь на улице, то попросит маму позволить подержать их. Я боюсь фейерверков. Она не умеет плавать. Может, мне научить её? Я бы хотела быть с кем-то, кто хорош в технологиях, поскольку я не очень хороша в них. ...Наён-и, я выпускница IT 😭😭😭 Я не верю в родтственные души, но я верю, что у всех нас есть кто-то, кто ждёт нас там. Я здесь. Я всегда была здесь. Маленькие признания, что Наён не замечала, лежали прямо перед ней. У неё не осталось слёз, но её сердце болит и тоскует по девушке, которая любила её каждой клеткой своего тела, и она отказалась от этого всего только потому что боялась. Как только она заканчивает читать, что Мина добавила в папку, она продолжает сидеть на парковке. Такое ощущение, что завеса была снята с глаз. Она находит это забавным, что большинство осознаний, меняющих её жизнь, происходят в пределах машины. Поворачивая ключ в замке зажигания, она приходит к решению.…
(— В любом случае, это не имеет значения, — говорит Мина после того, как она только что призналась, что всё ещё испытывает чувства к девушке, которая разбила её сердце. Она дарит Момо и Сане свою лучшую поддельную улыбку, хоть ей и больно, и играет с оставшейся частью своего шоколадного торта. Аппетит пропал. Вес их взглядов душит. — Что ты подразумеваешь под "не имеет значения"? — давит Сана, сжимая руки Мины в своих. — Конечно, это важно — это то, что ты чувствуешь, в конце концов. — Она не любит меня, окей? — Мина почти срывается, её голос дрожит. — Я просто идиотка, которая не может оправиться от боли. Жалко, правда? — Нет, — настаивает Момо, — ты любила кого-то, кто не любит тебя в ответ. Это не уходит просто так по щелчку пальцев. Иногда у нас нет иного выбора, кроме как терпеть. Конечно Мина это знает. Она терпела боль последние несколько месяцев. Она слабо смеётся. — Иногда, — говорит она, поднимая взгляд, — я бы хотела сделать это. — Митанг... — глаза Саны сияют. Мина отводит взгляд. — Ты не можешь ускорить процесс заживления, — говорит ей Момо. — Да, — горечь в голосе Мины ощущается, словно яд на языке. — Я не могу прекратить чувствовать это, но есть кое-что ещё, что я могу сделать. — И что же? — спрашивает Момо с неким вызовом в голосе. Мина встречает её взгляд в лоб, челюсть сжата. — Переехать в Америку.)…
Мой Партнёр ✨ (9:01 PM) Привееееет я дома!!! 🥰
🌈 Чжиглипафф 🌈 (9:03 PM) Это хорошо! Я рада, что ты в порядке. Как Мина?Мой Партнёр ✨ (9:04 PM) не очень 😭😭😭 Мой Партнёр ✨ (9:05 PM) её брат предложил ей работу в америке Мой Партнёр ✨ (9:05 PM) и она приняла предложение!!!!!! 😱😱😱😱😱
🌈 Чжиглипафф 🌈 (9:06 PM) Постой, ЧТО? 🌈 Чжиглипафф 🌈 (9:07 PM) 😱😱😱Мой Партнёр ✨ (9:08 PM) она думает что это поможет ей отойти от наён Мой Партнёр ✨ (9:09 PM) она всё ещё не отошла 😭 Мой Партнёр ✨ (9:09 PM) мина всегда думает что убегать от проблем лучшее решение 😭😭 Мой Партнёр ✨ (9:10 PM) это уже третий раз когда она переезжает!!!! Мой Партнёр ✨ (9:10 PM) всё из-за того что девушка которую она любит не любил её в ответ…
🌈 Чжиглипафф 🌈 (9:12 PM) Санаa…. Наён просила не говорить тебе это, но… 🌈 Чжиглипафф 🌈 (9:14 PM) Наён ЛЮБИТ Мину. 🌈 Чжиглипафф 🌈 (9:15 PM) Она просто боялась снова разбить своё сердце.Мой Партнёр ✨ (9:16 PM) [Мой Партнёр ✨ звонит]
…
НЕТ САНЫ НЕТ ЖИЗНИ 💋 (7:05 AM) доброе утро момо-тян!!! 😅 НЕТ САНЫ НЕТ ЖИЗНИ 💋 (7:05 AM) я знаю что мы договорились вернуться в корею вместе но планы поменялись 😅😅 НЕТ САНЫ НЕТ ЖИЗНИ 💋 (7:06 AM) я заказала билет прошлой ночью и я улетаю сейчас!!! хехехехехе НЕТ САНЫ НЕТ ЖИЗНИ 💋 (7:06 AM) есть кое-кто с кем я должна поговорить ✊✊✊ НЕТ САНЫ НЕТ ЖИЗНИ 💋 (8:35 AM) я сажусь в самолёт!!! увидимся дома 👋👋 НЕТ САНЫ НЕТ ЖИЗНИ 💋 (8:35 AM) Ещё!!! Пж продолжай уговаривать мину оставаться в азии!!!!! :<<< НЕТ САНЫ НЕТ ЖИЗНИ 💋 (8:36 AM) мы не можем снова потерять еёМогури 💃💃💃 (11:12 AM) Сана??? Втф я только проснулась?? Могури 💃💃💃 (11:15 AM) [У вас семь пропущенных звонков]
…
Моя Жена 👩 ❤ ️ 👩 (12:42 PM) Хей, детка. Прости, что прерываю на работе, но не могла бы ты дать мне домашний адрес Наён?
Ченги 💞 (12:44 PM) я начинаю думать, что наён тебе нравится больше чем я….Моя Жена 👩 ❤ ️ 👩 (12:45 PM) Не ревнуй 😇 Ты знаешь, что я твоя, да? Моя Жена 👩 ❤ ️ 👩 (12:46 PM) Но это срочно, и Сане он очень нужен.
Ченги 💞 (12:47 PM) Сана? почему ей нужен адрес наён? она не может взять его у чжихё?Моя Жена 👩 ❤ ️ 👩 (12:48 PM) Очевидно, она не хочет, чтобы Чжихё знала. Моя Жена 👩 ❤ ️ 👩 (12:50 PM) Думаю, они поссорились прошлой ночью?
Ченги 💞 (12:51 PM) вопрос Ченги 💞 (12:51 PM) насколько страшна сана в гневе?Моя Жена 👩 ❤ ️ 👩 (12:52 PM) Страшнее меня.
Ченги 💞 (12:53 PM) [Местоположение отправлено.] Ченги 💞 (12:54 PM) Думаю, я знаю, что она собирается делать с наён 👁️👄👁️ Ченги 💞 (12:54 PM) Так что я приготовлю похороны для моей бабули, а теперь хихи скоро вернусьМоя Жена 👩 ❤ ️ 👩 (12:55 PM) Детка, нет.
…
ТА ДОЧЬ МАМИНОЙ ПОДРУГИ 💁 (1:31 PM) Ну… Возможно я сделала что-то, что не должна была, прошлой ночью.
Милашка Ю 🤢 (1:40 PM) О нет… если ТЫ думаешь, что это плохо, то это определённо плохо 😬ТА ДОЧЬ МАМИНОЙ ПОДРУГИ 💁 (1:41 PM) Возможно я сказала Сане о чувствах Наён к Мине. ТА ДОЧЬ МАМИНОЙ ПОДРУГИ 💁 (1:42 PM) И Сана, возможно, а может и нет, на пути к дому Наён прямо сейчас. ТА ДОЧЬ МАМИНОЙ ПОДРУГИ 💁 (1:43 PM) Ну, это по словам Чеён, в любом случае.
Милашка Ю 🤢 (1:47 PM) подожди… разве сана не была вчера в японии???ТА ДОЧЬ МАМИНОЙ ПОДРУГИ 💁 (1:49 PM) она прилетела сегодня утром.
Милашка Ю 🤢 (1:51 PM) твою мать удачи набонгс press f to pay respects 🙏 Милашка Ю 🤢 (1:51 PM) А ещё твоя девушка пиздецки пугающая чхихё-яТА ДОЧЬ МАМИНОЙ ПОДРУГИ 💁 (1:52 PM) Не знаю, должна я быть напугана или возбуждена 🤷
Милашка Ю 🤢 (1:53 PM) окей слишком много подробностей 🖕🖕🖕…
Братец от Другой Матери 🤘 (2:04 PM) чжихё только что позвонила мне Братец от Другой Матери 🤘 (2:05 PM) неужели ты только что дала адрес наён бешенной минатозаки сане……? 😱😱
БРО 👊 (2:06 PM) БРО я только женилась БРО 👊 (2:07 PM) я не смогу заботиться о цзыюй если умру так что лучше наён чем я ору 😜Братец от Другой Матери 🤘 (2:09 PM) блин ченг Братец от Другой Матери 🤘 (2:10 PM) ты толкнула её под автобус Братец от Другой Матери 🤘 (2:10 PM) теперь мы (потому чжихё считает дубченг единым юнитом) должны за это расплатиться
БРО 👊 (2:12 PM) [surprised Pikachu meme.jpg] БРО 👊 (2:14 PM) что нам теперь делать…..Братец от Другой Матери 🤘 (2:15 PM) выгляни в окно
БРО 👊 (2:17 PM) почему ты и чжихё ждёте снаружи моего офиса… БРО 👊 (2:19 PM) и КАК вы блин втянули мою жену (иих жену!!! 😍😍😍) в весь этот план??Братец от Другой Матери 🤘 (2:21 PM) садись лузер Братец от Другой Матери 🤘 (2:22 PM) мы едем в сеул
БРО 👊 (2:23 PM) [ah shit here we go again GTA meme.jpg.]…
