Куда там Бонду с Манипенни

      Была суббота, долгожданный выходной. Лидия с Дэнни и Айзеком пригласили Стайлза на кофе. Он позвал Эрику, так как до сих пор не поблагодарил её за свою новую работу (а не потому, что она пилила его по телефону за то, что они не виделись больше месяца). Они подсаживались за столик к остальным, когда Стайлз услышал, как прозвучало знакомое имя.       — Что вообще за дела с этим Джексоном? — он вмешался в разговор с гораздо большей заинтересованностью, чем следовало. Всё, что ему удалось разнюхать до этого: Уиттмор — личный помощник Питера Хейла, в студенчестве недолго работал манекенщиком — и больше ничего.       Лидия ухмыльнулась, прикрываясь чашкой, и бросила на Дэнни заговорщицкий взгляд. Айзек тоже усмехнулся:       — Слегка запал, Стайлз?       Не успел Стилински возмутиться, как получил шлепок от Эрики:       — Так и знала, что ты кого-то встретил, засранец!       Айзек замер, не донеся чашку до рта:       — Постой, я же пошутил... Тебе что, нравятся парни?       — О да! Он с ними целуется и... так далее, — поддразнила Эрика сарказмом, с которым Стайлз не справился бы, не носи он ярлыка "засранец". — Я была свидетелем того, как это произошло в первый раз.       Стилински содрогнулся, вспомнив свой первый поход в гей-бар в колледже. Эрика с Эллисон затащили его туда вскоре после каминг-аута, причём с ними увязался и Скотт, считавший своим долгом каждые десять минут напоминать: "Чувак, ты мой лучший друг. Меня устраивает всё, что делает тебя счастливым!"       — Я как в воду глядел, — промурлыкал Дэнни, беся́ своим самодовольством.       — Ты самый ужасный гей на земле, — заметила Лидия, с деланным испугом рассматривая Стайлзову серую лыжную шапочку, рубашку в синюю клетку, джинсы и потрёпанные кроссовки. Было немного обидно, потому что сегодня он даже не надел очки а-ля Дрю Кэри. По выходным Стайлз выгуливал контактные линзы.       — Здо́рово, Лидия, расскажи всем, что ты на самом деле обо мне думаешь, — проворчал он.       — Я охотней послушаю тебя, — встряла Эрика и снова хлопнула его по плечу. — Ты же знаешь, я хоть и почти помолвлена, но продолжаю переживать за тебя. Ты должен рассказывать, если знакомишься с кем-то и он тебе нравится.       Стилински обречённо вскинул руки.       — Не нравится! Он полный мудила. — Стайлз повернулся к остальным: — Джексон, не послушав меня, ломился в кабинет Дерека как к себе домой. А он же просто ассистент, правда? Откуда он такой наглости набрался?       — Вероятно, это привилегия бывшего бойфренда, — просветил Дэнни, и у Стайлза отвисла челюсть.       — Он и... Дерек? — Все пугающе синхронно закивали, внимательно наблюдая за реакцией парня, в сознании которого происходили тектонические сдвиги. — Но... он же не гей. Если верить репутации, о которой я слышал, он спит с каждой "моделью недели".       Казалось, вращение земли под ногами начало тормозить, когда Стайлз припомнил каждую фривольную, на грани пристойности, фразу, которую он говорил Хейлу, будучи уверен, что тот натурал. Он бы не стал открыто флиртовать, если бы... О боже.       Губы Лидии растянулись в коварной усмешке, и информация не заставила себя ждать:       — На самом деле, его репутация касается всего, что шевелится, но давайте не будем строго судить того, кого здесь нет. Если объект симпатичный, Дерек Хейл им заинтересуется.       Стайлз вот нисколечко не почувствовал ни малейшего укола ревности из-за того, что он оказался единственным ассистентом, к которому Дерек до сих пор не начал подбивать клинья. Особенно теперь, когда узнал, что Хейла привлекают не только женщины. Не почувствовал, и всё.       — Так он что, би?       — Как ты не заметил? Стайлз, ты самый безнадёжный журналист в мире, — подколола Эрика.       — Так ты знала?       — Ну да. А кто, по-твоему, подсадил Эллисон на TMZ?       — Ничего себе.       — Мы к нему несправедливы, — вставил Дэнни, этот король сплетен. — Дерека ни с кем не видели с тех пор, как они с Джексоном расстались. И до Джексона никого не было. Похоже, Хейл пытался запрыгнуть в поезд моногамности, но тот сбил его на полном ходу.       — Бедня-я-яжка, — пропела Лидия. — Я бы предложила себя в качестве утешения, но это показалось бы до ужаса странным...       Стайлз удивлённо посмотрел на неё, и Айзек пояснил:       — Лидия и Джексон раньше встречались.       — Лет сто назад, когда Уиттмор ещё думал, что он натурал. Думаю, после меня ни одна женщина не оправдывает надежд, — небрежно добавила Мартин, водя средним пальцем по ободку чашки. Стайлз не́хотя признал про себя, что её непомерное эго в какой-то мере подкупает.       — Так что всё-таки случилось? У Дерека, я имею в виду, — спросил Стилински, чувствуя лёгкие угрызения совести за то, что сплетничает о своём, надо сказать, вполне нормальном шефе.       Но удержаться было выше его сил. Стайлз только что обнаружил, что объект его многочисленных (читай: всех) последних развратных фантазий не так уж недоступен, как считалось раньше. ("Нет, это плохие мысли. Он твой работодатель, гарант занятости и источник доходов. Человек, благодаря которому Скотту не придётся искать нового соседа по квартире, а тебе — идти на улицу учиться сооружать спальное место из промокших картонных коробок. Правильно, думай о Скотте.")       — Я не совсем уверен, — пожал плечами Дэнни, — но были слухи, что на той самой скандальной секс-записи, которой якобы не существует, во второй главной роли выступал Джексон. Хотя никаких доказательств не было. Бронсону Хейлу пригрозили сливом информации, и он заплатил шантажистам, чтобы ничего не вышло на явь. Это объясняет, почему Питер остался в дураках в вопросе наследства.       — Потому что он имел к этому какое-то отношение? — спросила Эрика, не в силах оторвать глаз от рассказчика.       — Что за злобный урод, — процедил Стайлз, сверля взглядом поверхность стола.       — Джексон ничего не делает без ведома Питера. Но как я уже говорил, всё это сплошные предположения, никаких подтверждённых источников.       — Вот такой ты журналист, — съязвила Лидия, толкая его локтем.       — Я обзорный редактор, — ответил Дэнни, морща лоб.       — Без разницы. Перестань прятаться за юридической хренью, если знаешь, что это больше, чем слухи. Ты и твоя маленькая голубая фабрика сплетен всё видите и слышите.       — В любом случае я не могу ничего комментировать, — улыбнулся он.

* * * * * * *

      Когда остальные ушли, Стайлз с Эрикой взяли ещё по чашке кофе, чтобы не спеша поболтать. Последнее время вся жизнь Стилински крутилась вокруг Дерека. Впервые в жизни он пропустил вечеринку на Хэллоуин, но, честно говоря, у него не было возможности даже заметить этого. Всё своё время он тратил на то, чтобы Хейл вовремя приходил на совещания и появлялся на нужных ужинах с руководством. Стайлз приносил ланч, забирал вещи из химчистки и отвечал на восхитительные паникёрские звонки посреди ночи накануне сдачи номера, когда босс начинал сходить с ума, думая, что нечаянно стёр макет до его отправки в печать. (Не стёр, конечно, и Стайлз, еле сдерживая смех, объяснял, почему это в принципе невозможно.)       Между ними установилась необычная доверительность, даже несмотря на то, что добрых семьдесят процентов времени Дерек выступал в роли Оскара Ворчуна. Время от времени Стилински позволял себе сморозить какую-нибудь глупость ради малюсенькой улыбки на лице шефа, каждую из которых словно клещами приходилось вытаскивать. Они всё лучше узнавали друг друга, по крайней мере в профессиональном плане, и от Стайлза не неускользнуло, что его номер заменил номер Лоры на первой кнопке быстрого набора в телефоне Хейла.       — Итак, мы собираемся поговорить о той неземной любви, что ты питаешь к своему боссу? — закинула удочку Эрика, демон во плоти. Возникший, казалось, из ниоткуда вопрос прозвучал особо садистски, так как Стайлз как раз набрал полный рот горячего, как Мордор, кофе. Он с трудом проглотил жидкое адское пламя и уставился на подругу враз заслезившимися глазами.       — То есть? — прохрипел он, только чтобы наткнуться на довольную улыбку.       — Не пытайся увильнуть от темы. Я никогда не видела, чтобы ты так беспокоился о ком-то, кого знаешь меньше полугода. Давай, колись, что у вас происходит.       — Ничего, — вылупил глаза Стайлз. — От слова "совсем". Я веду себя профессионально, к твоему сведению.       — Значит, ты сохнешь по нему молча, — вздохнула девушка. — Как всегда, разумный подход к новым отношениям.       — Я не сохну! — выпалил тот, понимая, что это же Эрика и никто, кроме Скотта, не знает его лучше. — Ладно, возможно, Дерек самый сексуальный объект, в мечтах о котором я имел удовольствие проливать слёзы, и он не такой мудак, как казался вначале, — но на этом всё. Лёгкая влюблённость, ничего больше.       — Не считая того факта, что ты только что узнал, что ему нравятся парни.       Стилински попытался изобразить невинного младенца:       — Признаю́, это было несколько неожиданно...       — Ага, ещё секунда — и ты бы запрыгал от радости.       — Но это ничего не меняет, он мой начальник, а я до смешного, до скрежета зубовного не его поля ягода.       Эрика посмотрела на него с сочувствием. Стайлз ненавидел этот взгляд, напоминавший о втором курсе колледжа, когда она сообщила ему, что его Дэвид был замечен под ручку со своим ассистентом.       — Малыш, никто не слишком хорош для тебя. Поверь, если бы я не была с Бойдом...       — Ни за что...       — ...а ты любил девушек...       — Даже не начинай.       — Я бы...       — Эрика, перестань. Мы практически как родственники, ты не должна даже заикаться о сексе между нами. Никогда, — Стайлз преувеличенно содрогнулся.       Девушка рассмеялась — миссия по отвлечению от грустных мыслей с блеском выполнена:       — Да знаю я, ты же мой бедный маленький братик.       — И почему мы вообще дружим? В тебе нет ни капли деликатности по отношению ко мне.       — Бедный младший братишка, который втрескался в своего до невозможности горячего шефа.       Стайлз как-то обмяк и жалобно посмотрел на неё:       — Он такой красивый, что иногда мне хочется сожрать собственную рожу. Или как минимум разрыдаться, глядя на него.       Эрика придвинулась вплотную и упёрлась лбом ему в шею, тихонько хихикая:       — Знаю, малыш. Обещаю, ты переживёшь это. Через месяц сойдёшься с кем-нибудь, и я опять стану вопить, что не рассказал мне.       — А если не переживу? — продолжал сокрушаться Стайлз, убирая её волосы, попавшие ему в рот. — Он каждый день у меня перед глазами. Я теряю концентрацию, когда он начинает говорить. Пытаюсь делать пометки, но не могу сосредоточиться из-за этой дурацкой идеальной щетины, дурацких ненормальных глаз и дурацких же губ, которые будто орут: "Стилински, пожалуйста, укуси нас сейчас же!"       — Я вижу почему — заметила Эрика, и он кивнул, тоскливо вздыхая. — Нет, Стайлз, ты не понял. Я вижу прямо сейчас. Это же он стоит там у стойки?       Перестав дышать, парень проследил за её взглядом, чтобы лишний раз убедиться: судьба — жестокая, коварная злодейка.       Естественно, это был Дерек, ожидавший заказ, одетый в спортивные штаны и простую майку без рукавов, облегавшую торс самым преступным образом. Бицепсы, представляя которые Стайлз неоднократно ласкал себя, были выставлены на всеобщее обозрение и оказались ещё красивей, чем рисовало его жалкое воображение. Штаны сидели так низко, что Стилински отчётливо видел неотразимую дорожку волос, убегающую за пояс. Всё, что он мог сделать, это постараться не задохнуться. Хейл был вспотевшим, словно только что бегал, и неожиданно желание Стайлза тут же расплакаться вступило в непримиримый конфликт с процессами, возникшими чуть ниже пряжки со «Мстителями» на ремне.       — О мой боже! — он съёжился и повернулся к подруге: — Он знает, что я здесь? Он видел меня? — Стайлз изо всех сил старался не оборачиваться, чтобы не натыкаться на самую порнографическую картинку, которую ему довелось увидеть, причём бесплатно. — Не жди от меня связных речей на эту тему, — промямлил он, получая в ответ совершенно беспощадную улыбку.       — Ага, он пялился на нас, пока не заметил, что я смотрю на него. Вы оба такие скрытные, — засмеялась Эрика, поцеловала друга в лоб и натянула ему шапку на глаза. Когда Стайлз вернул её на место, Дерек смотрел прямо на него нечитаемым взглядом. Ничего не поделаешь, Стилински пришлось помахать рукой и выдать нервную улыбку, которая, кажется, вернула Хейла в реальность. Он взял со стойки кофе, испепелил Эрику странным взглядом, кивнул Стайлзу и направился к выходу.       — Чё-ё-ёрт, — пробормотала Эрика, когда дверь за ним закрылась. — Ты уверял, что этот парниша не из твоей лиги, но поверь, я всегда распознаю ревнивый взгляд, если вижу его. — Стайлз наконец оторвался от выхода и уставился на неё, нахмурившись. — У меня лицо не расплавилось?       — "Парниша"? О чём ты? — спросил он, явно озадаченный.       — Да ладно, коню понятно, что он запал на тебя.       — Дерек всегда так выглядит. Однажды я показал ему видео котика с цилиндром на голове, так он даже в лице не изменился, — раздражённо сказал Стайлз. — Хотя согласен, сегодня это выглядело немного хуже, чем обычно. — Он задумчиво посмотрел на дверь. — Поверь мне как человеку, проводящему с ним по девять часов в день, скорее всего он просто разозлился, что у меня есть друзья вне работы, — сделал он вывод. — Хейлу на удивление не хватает чужого внимания.       Стайлз знал это, потому что ему сказал Айзек, а тот знал, потому что они с Лорой общались скорее как лучшие друзья, чем как начальник и подчинённый. Сперва Стилински тешил себя надеждой стать Дереку лучшим другом, но очень скоро рассудил, что лучшие друзья не фантазируют о взаимных минетах.       Эрика покачала головой, изобразила улыбку "ох-дорогой-как-мне-жаль", которая так здорово получалась поголовно у всех женщин в жизни Стайлза, и снова натянула ему шапку на глаза.

* * * * * * *

      В понедельник, после целого уикенда, проведённого в размышлениях над тем, что там померещилось Эрике, Стайлз получил свои ответы, когда Дерек, бегавший от него весь день, отменил очередное компьютерное занятие из-за, как он сообщил в довольно грубоватой форме, свидания.       Свидания. Вот так он запал на Стилински, держи карман шире. Ну и ладно.       Стайлз решил не опускаться до слежки с целью выяснить, парень это или девушка, потому что такой путь ведёт прямиком в дурку. Вместо этого он провёл вечер, по доброй воле играя роль третьего лишнего в компании Скотта и Эллисон, пришедшей к ним на кино 80-х под пиццу. Всю первую часть «Назад в будущее» Стайлз упорно убеждал их, что у него всё в порядке.       В четверг он сидел за рабочим столом, проводя остаток перерыва за перепиской с Эллисон о приближающемся дне рождения Скотта и посмеиваясь над перспективой затащить того на шоу трансвеститов, когда перед ним возникла тень. Это, конечно, Хейл, а вместе с ним и его свирепый взгляд.       — Ты разве не должен, не знаю там, разбирать файлы и тому подобное? — спросил Дерек, источая сарказм. Он был таким с начала недели, может, из-за свидания, может, нет, и Стайлза уж точно не интересовало, кто к чертям собачьим вообще ходит на свидания по понедельникам.        Он бросил взгляд на часы в углу монитора, делая вид, что не замечает, что его босс мрачнее тучи:       — У меня ещё пять минут. Только закончу письмо Эллисон.       — Мы платим тебе не за переписку с твоей девушкой, Стилински, — прозвучал скрежет зубов. Хейл, кажется, перестал называть его по имени тоже с понедельника. Стайлз точно не помнил, он такими мелочами не заморачивался. — Мне нужно, чтобы ты поднял прошлогоднее интервью с «Kings of Leon».       — Уже у тебя на столе, Дерек, — хмуро проворчал Стилински, глядя на него. ("Чёрт, у него глаза какие-то двухцветные, или даже трёхцветные. Проклятье, перестань влюблённо пялиться на них. Ты идиот, он же твой начальник.") — А... ты сказал "с твоей девушкой"?       Дерек отвёл взгляд.       — Я подумал, та девушка в кафе... — начал было он, но тут же сердито запыхтел: — Не имеет значения, мне нужно работать.       Стайлз прищурился, соображая.       — Ты принял Эрику за Эллисон и решил, что она моя девушка? — Он покрутил пальцем, собирая кусочки пазла. Хейл двинулся к себе, но тут за его спиной грянул смех, заставивший замереть на месте и оглянуться через плечо.       — Чувак, Эрика мне практически как сестра, а Эллисон до омерзения влюблена в моего сводного брата. Э-э... что ещё? Я гей. Думал, ты знаешь.       Шок — только так можно описать выражение на лице Дерека, прежде чем его сменило напускное безразличие.       — Твоя личная жизнь меня не волнует, Стайлз, — выдавил он. — И твои пять минут кончились.

* * * * * * *

— Я бы решился на самые ужасные развратные штучки ради этой глазури, — простонал Стайлз.       Он сидел на своём столе, уместив ноги на стул. То ли рождество наступало раньше времени, то ли ещё какая хрень, но Лидия только что поставила перед ним полкоробки капкейков. Как оказалось, присылать кому-то в «Альфу» выпечку — это такой способ выказать свою признательность. Сандра (наверняка с брезгливостью на лице) попросила Лидию избавиться от сладостей, и та... Той не пришлось уносить их далеко.       Стайлз дожёвывал второй кекс, такой вкусный, что парень, кажется, немного возбудился.       — Решился бы на самые грязные, сомнительные с точки зрения морали вещи, — развивал он тему, — которые запрещены в двадцати семи штатах.       — О боже, ты будто только что обнаружил, как приятно трогать себя, — фыркнула Лидия, глядя на кекс в его руке.       — Завидуешь? — Стайлз оценивающе посмотрел на неё.       — Не смеши меня, я на диете, — она резко смахнула за плечо копну волос. — Толстей сколько хочешь, мне всё равно.       Стилински прикинулся возмущённым.       — Толстеть? — Когда девушка с вызовом кивнула, он демонстративно повертелся перед ней. — Да будет тебе известно, что это прекрасное тело — дар самой матушки-природы. И действительно, почему бы мне не сидеть и не наслаждаться вкусняшками, упиваясь фактом, что ты себе этого позволить не можешь.       Лидия уже почти выходила за дверь, когда Стайлз закончил спич и вернулся к уничтожению кулинарного шедевра. Закрыв глаза, он нарочно громко, чтоб она услышала, застонал.       — О-о-о, как хорошо, — произнёс он с набитым ртом. — Это лучше, чем секс.       — Надеюсь, что нет.       Естественно, Дерек выбрал именно этот момент, чтобы вернуться с трёхчасовой встречи. Он тихо стоял в дверях и взглядом оценивал представшую перед ним картину: Стилински с распахнутыми глазами, замерший, как удав, с открытым ртом, с последним кусочком, так и не донесённым до рта.       — Какого... — Стайлз попытался спрятать неловкость за маской недовольства. Всё-таки на рабочем месте следует выглядеть по-деловому.       — Ты сказал, что это лучше, чем... — Хейл осёкся, мотнув головой. Второй раз за неделю они заговорили не о работе. — Неважно. Откуда они взялись?       — Сандра из отдела моды получила от... — Стайлз закрыл коробку и взглянул на карточку, прикреплённую снаружи: — От Адама Левина? Ни себе чего, — его лицо вытянулось. — Теперь уже не хочется, чтобы они были такими вкусными.       — Что, не фанат? — осведомился Хейл, делая вид, что ему почти неинтересно.       — Предпочитаю, чтобы вся группа находилась в центре внимания, а не один придурок, скачущий впереди.       Дерек кивнул, пряча непроизвольную улыбку:       — Не знал, что ты такой музыкальный критик.       — Это моё призвание. Хочешь верь, хочешь нет, не секретарскую карьеру я планировал, когда пахал ради диплома, убиваясь к каждому сроку сдачи работ.       Хейл задумчиво смотрел, как Стайлз сортирует оставшиеся кексы по вкусу и цвету глазури, и с любопытством наблюдал, как концентрация успокаивает парня, избавляя от остатков смущения. Тот выбрал один кекс и протянул Дереку.       — Что? — ошарашенно спросил тот, глядя на угощение так, словно оно сейчас взорвётся у него перед носом.       — Помнится, я обещал откармливать тебя. Ведущая роль в этом деле отводится кексикам.       — Не сто́ит, — Хейл покачал головой.       — Всего один, с глазурью. — Стайлз с показным удовольствием понюхал лакомство. — Пахнет, как сладкий маслянистый крэк.        Он поскрёб голубую завитушку, засунул палец в рот и вытащил с громким чпоком.       — Сладкий Вилли Вонка, — проворковал Стилински и набрал ещё, краем глаза наблюдая, как Дерек не отрываясь, напряжённо следит за пальцем, исчезающем между губ. Попался, голубчик. — Ты же хочешь попробовать.       Дерек сглотнул и промолчал. Стайлз поиграл бровями:       — Разве нет?       Хейл посмотрел ему в глаза, моргнул дважды, трижды и взял из коробки, стоящей у парня на коленях, кекс с ванильным кремом.       — Ладно, уговорил, — проворчал он и направился в кабинет.       Когда вечером Дерек уходил, попрощавшись до завтра, Стайлз не смог сдержать торжествующей улыбки, заметив остатки жёлтой глазури на верхней губе шефа.