Куда там Бонду с Манипенни

      Неделей позже мисс Хейл ("зови меня Лора, пожалуйста"), постучав в дверь, вошла в кабинет. Стайлз придирчиво просматривал материалы будущего номера журнала, прикрепляя стикеры с Бэтменом к некоторым страницам и помечая неправильно написанные имена собственные и ошибки в пунктуации.       — Хотя редакторы обычно вылавливают большинство ляпов, иногда какие-то мелочи просачиваются через корректуру, — пояснил парень, лихорадочно щёлкая кнопкой своей любимой ручки под настороженно-заинтересованным взглядом Хейла. — После пары номеров это войдёт в привычку, станет второй натурой.       Когда всё было закончено, Дерек с хмурым видом потрогал один из стикеров. Конкретно этот взгляд Стайлз мысленно внёс в каталог под названием "недовольное любопытство".       — Почему Бэтмен?       — Чтобы вы знали, какие замечания сделал я. Бэтмен такой же крутой и полезный, как мои пометки.       Дерек посмотрел на него — на этот раз мина с постоянно опущенными уголками рта выглядела менее суровой, даже слегка довольной. Лора, с удовольствием наблюдавшая за учебным процессом, кашлянула.       — Многому научились? — спросила она, переводя взгляд с одного на другого. Хейл выпрямился, будто только что её заметил, а Стайлз продемонстрировал папку с бумагами.       — Бьёмся над редактурой. Хорошо, что мистер Хейл настолько подкован в грамматике, — с улыбкой сказал он. — Я учился с людьми, которые не отличали восклицательный знак от точки с запятой.       Лора усмехнулась, глядя на брата:       — Так и должно быть, он же получил степень по английскому в Брауне.       По лицу Хейла промелькнула неловкость, когда Стайлз удивленно уставился на него:       — Вот блин, а я разговариваю с вами как с восьмиклассником.       Эта информация определённо отсутствовала в статьях "Кто с кем встречается", из которых в основном и состояло присутствие Хейла в сети. Уже первая страница ссылок навеяла тоску ("Блейк Лайвли? Вы это серьёзно?"), и Стилински не удосужился погуглить его образование, что не отменяло того факта, что ему до́ смерти хотелось узнать, есть ли у Дерека подружка (чтобы он смог начать ненавидеть эту цыпу ещё до того, как встретится с ней).       — Помощь мне всё ещё нужна, — невозмутимо пробормотал под нос Дерек, поёрзав на стуле. — Не мог бы оставить нас на пару минут? — Быстрый взгляд не оставлял сомнений, кому предназначается просьба. Стайлз подхватился, неуклюже сгребая свои вещи, и даже извинился, проходя мимо Лоры.       — Придётся купить Эрике корзинку с фруктами, — она проводила его улыбкой и тем раздражающе осведомлённым взглядом, с которым рождаются все женщины. — Ты подарок, не перестающий радовать.       Стайлз даже не покраснел, покидая кабинет.

* * * * * * *

      Стайлз проработал уже месяц, когда случилась первая стычка с неким типом, который беспардонно потребовал доступа в кабинет. Им оказался блондин с чертовски модельной (в который раз!) внешностью, да ещё со скулами, способными составить конкуренцию Айзеку. Стилински думал, что подобная театральщина бывает только в кино и на ТВ — но вторженец был настроен решительно.       Стайлз остановил его на полпути к кабинету, так как никаких встреч у Хейла на ближайшие сорок минут не значилось, к тому же раньше он этого парня не видел. За последние недели Стилински освоился с этой процедурой; к его собственному удивлению, у него получалось всё лучше. Даже Лидия больше не разговаривала с ним так, будто в компанию его притащили прямо с улицы в рамках благотворительной акции. Для неё было явным шоком снова увидеть Стайлза на следующий день после их первой встречи, но с тех пор он успел привыкнуть к её добродушной критике. Мартин так и не стала фанаткой его стиля в одежде (Стилински не из тех, кто соблюдает дресс-код), как и его причёски, кричащей: "Эй, я пришла просто расслабиться, поэтому буду торчать во все стороны, надеясь, что одна из них правильная!". Также она ясно давала понять, что считает его очки в толстой оправе дурацкими. ("Хватит ходить в образе ботана, Шелдон. Посети наш отдел моды.") Стайлз по-прежнему выделялся белой вороной на фоне статных, безупречно одетых "ворон", но в общем и целом считал, что работа ассистентом/репетитором Дерека Хейла не так далеко отстаёт от сферы привычных ему навыков, как он посчитал вначале. (Помимо факта, что около сорока процентов рабочего времени он мысленно представлял своего босса голым.)       — Сэр, можно узнать ваше имя, если вы не против?       Мистер Идеальные Скулы посмотрел на него так, будто само присутствие Стилински оскорбляло его.       — Джексон Уиттмор. А ты, блин, кто такой? — он уже открывал дверь кабинета.       — Я ассистент мистера Хейла, — ответил Стайлз, вставая из-за стола, чтобы пресечь дальнейшие передвижения наглеца, — а вам не назначено.       Уиттмор с весёлым изумлением окинул взглядом фигуру парня, затем оглянулся назад, в кабинет, где Хейл уже поднимался со своего места.       — Значит так, лапуля, — процедил он. — Урок номер один: я не нуждаюсь в грёбаном назначении встреч.       Стайлз глянул на Хейла, ожидая подтверждения, но тот молча вперился в визитёра, стиснув зубы.       — Простите, сэр, не могу его остановить.       Хейл перевёл взгляд на помощника, слегка смягчился и покачал головой:       — Всё в порядке, Стайлз. Джексон больше сюда не придёт, так что нет нужды его запоминать.       Уиттмор ухмыльнулся, совершенно не обидевшись:       — Ох, дорогой, ты меня без ножа режешь.       Стайлз никак не мог въехать, какого чёрта этому "ассистенту" (а он являлся таковым, если верить бэйджу на шнурке) сходит с рук такая манера разговора. Зато он понял, что не узна́ет, в чём тут дело, если будет просто стоять как столб и глазеть.       — Мне вызвать охрану? — обратился он к Хейлу, но тот помотал головой.       — Просто дай нам минуту, — сказал он, и Стайлз впервые распознал ту самую, из первого дня, настороженную интонацию. Он даже не заметил, когда она исчезла, пока не услышал её вновь.       — Конечно. Я буду неподалёку, — предостерегающе произнёс Стилински, выходя из кабинета.       — Вау, прямо сторожевая собачка, — услышал он издёвку Уиттмора, закрывая дверь.       Минули две минуты полной тишины, и Стайлз направился в комнату отдыха. Кажется, наступил момент обратиться к перечно-мятно-шоколадному рецепту, который он хранил специально для Эллисон, когда наступали её ежемесячные "ненавижу-весь-мир" дни.       Вернувшись, он уловил гул голосов на повышенных тонах, затем в приёмную вылетел Джексон. Заметив Стайлза, он тут же натянул маску безразличия, задрав бровь:       — Ещё увидимся, Скуби-Ду.       Когда Стилински постучал, Дерек позволил войти усталым "да". Выглядел он совершенно измученным.       — Я принёс кофе, — объявил Стайлз, демонстрируя кружку в одной руке, а в другой сжимая планшет.       Повисла неловкая тишина, которая бывает, когда что-то неприятное рассосалось само собой. Стилински понимал, что они не на том уровне профессиональных отношений, когда уместно задавать личные вопросы. Маловероятно, что Хейл из тех начальников, кто позволяет себе фамильярничать с подчинёнными, и не важно, что этот подчинённый сам мечтал, чтоб с ним пофамильярничали... Стайлз кашлянул и с энтузиазмом перешёл к делу.       — Через двадцать минут обсуждение бюджета с Финстоком, это на двадцать шестом этаже. Затем Дэлер хотел, чтобы вы поучаствовали в фотосессии на обложку с Райаном Гос... бог ты мой!... с Райаном Гослингом? — он закашлялся и поставил кофе перед Хейлом. — ... Итак, о чём это я... Да, это в 14:30. Ваша сестра собиралась зайти поговорить около четырёх, а когда она уйдёт, я думал, мы могли бы позаниматься «Фотошопом». Что скажете?       Не услышав ответа, Стайлз поднял голову от планшета и увидел, что Хейл рассеянно кивает, изучая кружку. Что за хрень?       — Мистер Хейл? Всё в порядке?       Вопрос, кажется, прервал его мысли, он вскинул голову, моргая:       — Зачем ты принёс мне кофе?       Стайлз изумлённо уставился на него, раскрыв рот. Чего-чего, а такой реакции он точно не ожидал.       — Ну, не похоже, что с этим парнем, Уиттмором, было так уж весело, вот я и подумал... — Стилински пожал плечами: — Моя мачеха, Мелисса, говорит, что мало есть на свете того, чего шоколад не вылечит.       Брови Хейла слегка дрогнули, и он посмотрел в кружку унылым взглядом пнутого щенка. Затем сделал глоток и (о боже!) почти улыбнулся.       — Вкусно, — прокомментировал он, встречаясь взглядом с помощником. Тот всё никак не мог вычислить, какого цвета у шефа глаза, но решил, что подбираться ближе, чтобы изучить этот вопрос, будет равнозначно увольнению. — Спасибо, Стайлз.       — Не за что, мистер Хейл. — Парень не смог удержаться от ответной улыбки. — Минут через десять я принесу материалы, необходимые для встречи, — добавил он, направляясь к двери.       — Дерек, — произнёс Хейл, прежде, чем она закрылась.       Стайлз споткнулся, разворачиваясь назад:       — Не понял.       — Я говорю, Дерек. Мистером Хейлом был мой... — он осёкся. По лицу мелькнуло выражение боли, но он быстро с ним справился: — Зови меня просто Дерек, окей?       — Конечно, Дерек, — расцвёл Стайлз.       Позже Стилински поймёт, что полностью обречённым стал в тот момент, когда увидел "Улыбку Дерека Хейла".

* * * * * * *

      Прошло шесть недель, прежде чем Хейл впервые по делу поинтересовался мнением Стайлза. Срок сдачи в печать первого номера с именем Дерека во главе редакционного списка наступал через три дня. И хотя Дэлер представил дело так, будто оказывает любезность, оставляя за Хейлом выбор одной из шестидесяти семи фотографий на обложку, у того вот-вот должен быть начаться приступ паники. И не только из-за этого: ноябрьский номер всегда был особым — традиция, начатая ещё самим Бронсоном Хейлом. Слишком большое давление, чтобы справиться новичку.       И началось: нескончаемые просмотры, много, даже слишком (Стайлз не думал, что такое возможно, но так оно и было), лиц Райана Гослинга и лихорадочные клики с макета на макет.       — Дерек, Дэлер должен был сузить выбор, — проворчал Стилински, напоминая себе, что разминание плеч босса можно считать сексуальным домогательством. В данный момент он должен был заказывать столик для какого-то делового ужина Харриса и остальных юристов, но Хейл выглядел так, будто готов в любую секунду разрыдаться злыми мачо-слезами. Та часть Стайлза, которая постоянно сводила его отца с ума, когда он спасал брошенных котят и притаскивал домой случайных потерявшихся щенков, испытывала серьёзные перегрузки. — Они тебя проверяют. Это своего рода посвящение в должность, но какое-то убогое. Отправь всё назад, пусть сам выбирает.       — И пусть мой первый номер выглядит как дерьмо? — пробурчал Дерек, отозвавшись впервые за последние шестнадцать фотографий. Что там плечи, даже голос звучал напряжённо. — Ни за что. Сам выберу.       Стайлз вздохнул, взъерошил волосы и отложил планшет:       — Ладно, оставь в покое мышку.       Хейл едва замечал его присутствие, яростно щёлкая по макетам и забывая моргать.       — Послушай, либо ты позволишь помочь себе, либо я ухожу и оставляю здесь твою задницу медленно лишаться зрения. "Ослепленный Гослингом". Клёво звучит.       Дерек бросил быстрый взгляд на Стайлза, прочёл на его лице: "Я не шучу", — и, вздохнув, отодвинулся от стола. Стилински повернул монитор к себе и забрал мышку.       — Итак, ты уже читал интервью, так? — спросил он. Дерек кивнул, часто моргая одним глазом, наводя резкость на окружающий, отличный от экранного, мир. — Как бы ты определил его тональность? Оно серьёзное, откровенное или забавное, юморное?       — Пожалуй, личное. Смешное и искреннее. Его новый фильм — инди-комедия, — ответил Хейл. Стайлз незаметно улыбнулся. Естественно, он тоже прочитал интервью — чисто чтобы убедиться, что после редактуры текст готов к печати. И Дерек был прав.       Стайлз выбрал все фотографии, где Гослинг выглядел слишком серьёзным и удалил их:       — Вот так. Теперь, на чём оно сфокусировано? Ориентировано ли на моду, или упор сделан на кинокарьеру, или больше раскрывает его как личность?       — Немного о карьере... — поразмыслив, начал Хейл. Стайлз ждал, так как знал главную причину, по которой Райан согласился на интервью: Рэйчел умаслила его агента, пообещав включить вопросы о благотворительном фонде Гослинга. В конце концов, номер выходит в месяц с Днём благодарения. — Но там больше личного, о его филантропии.       — Значит, если не о моде... — развивал мысль Стайлз, — так ли уж нужен на обложке снимок в «Армани» в полный рост?       — Нет, — Дерек помотал головой, — выбираем лицо крупным планом. — Стайлз стёр около тридцати фигур (аж сердце кровью облилось). Когда Хейл взглянул на экран, его брови улетели ввысь. — Всего двадцать пять штук?       — Метод исключения, — гордо улыбнулся Стилински. — Это несложно, когда точно знаешь, что хочешь отразить обложкой. Мы ещё не раз будем печатать материалы о нём, так что другие классные фотки не пропадут.       Дерек кивнул и с вновь вспыхнувшим интересом вернул себе мышку.       — Думаю, раз уж это "благодаренческий" выпуск, серый костюм с оранжево-коричневым галстуком будет вполне... подходящим, — задумчиво сказал он, глянул на Стайлза и получил согласный кивок. Осталось всего двенадцать фотографий, и Хейл, прищурившись, рассматривал их. — Какую цитату мы ставим на обложку?       — Э-э... — Стайлз ткнул пальцем в свой планшет, открывая файл, и зачитал: — Вопрос: "Какую предпочитаете активность на свежем воздухе?", ответ: "Я записался на восхождение на К2, а потом меня стошнило на инструктора..."       Теперь на экране осталось три макета, все в равной степени годные и в равной степени прекрасные. И каждый подходил в равной степени..       — Хм-м, — промычал Дерек, пристально изучая их. — Может быть любой из них. Тебе какой больше нравится?       — Мне? — пискнул Стайлз голосом предпубертатного подростка и зашёлся кашлем. — Ну... — Он наклонился через плечо Хейла и покраснел, краем глаза наткнувшись на чёртову ямочку на щеке. После минуты размышлений и попыток не замечать чёрных густых ресниц, хлопающих прямо у его лица, Стилински выбрал номер три.       — Вот этот, — указал он, выпрямляясь. — Самый хулиганистый. Он тут выглядит таким доступным, своим парнем, с которым можно пойти на пиво. Мы же тоже стараемся быть доступными, так?       Дерек на секунду задумался, затем стёр две другие фотографии, оставив выбранную Стайлзом.       — Вот наша обложка, — объявил он.

* * * * * * *

      Когда первый официальный номер Дерека вернулся из типографии, довольная улыбка не сходила с его лица весь день.       — Это так круто, чувак! Не знаю, смогу ли привыкнуть к тому, что вижу своё имя в списке редакции. — Стайлз захлёбывался от избытка чувств, пролистывая страницы.       Хейл молча смотрел на него, потом неловко протянул руку и сжал его плечо.       — Спасибо за помощь, Стайлз, — сказал он, пряча глаза. — Без тебя я бы облажался по полной, так что... спасибо.       — Ой да брось, это не только моя заслуга. Ты выбирал цвет и логотип обложки, когда дизайнеры спросили твоего мнения, — поддразнил Стайлз, заслужив в ответ ухмылку, выглядевшую весьма небезопасно. — Это называется работа в команде. Возможно, в следующий раз я разрешу тебе предложить пару идей.       Дерек закатил глаза и повернулся, чтобы уйти:       — Научись принимать комплименты, иначе этот был последним.       Стайлз едва дождался, пока закроется дверь, прежде чем совершил победный пируэт на стуле.

* * * * * * *

      — Не представляю, где ты раздобыл картошку фри, здесь её нет в радиусе четырёх кварталов, — заметил Дерек, наблюдая, как Стайлз запихивает в рот очередную жменю.       Они остались в офисе одними из последних, почти всё освещение было погашено. Хейлу нужно было проштудировать кучу материалов к завтрашнему совещанию по бюджету, и он попросил Стайлза помочь. Тот почти ничего не понимал в финансах, сметах и рекламных поступлениях, но мог служить моральной поддержкой, второй парой глаз и всё такое. То, что ему просто хотелось подольше побыть с Дереком, здесь совершенно ни при чём.       — Ты не поверишь, но вот это... — Стайлз постучал по своему носу, — лучше любого бладхаунда, когда дело касается ароматной золотистой манны небесной.       Хейл был настроен скептически:       — В ней пищевой ценности, как в шнурках от ботинок. Как ты умудряешься есть такое и при этом не выглядеть, как те люди в варианте "до" из рекламы «Проактива» и «Слим Фаста».       — Ого, Дерек, — парень хитро ухмыльнулся. — Не знал, что ты зацениваешь мою соблазнительную стройную фигуру, — подначил он, заставив мужчину смутиться. — Знаешь, это попахивает харассментом. Хочешь сказать, что я выгляжу, как горячая штучка?       Хейл сконфуженно уставился в свои бухгалтерские таблицы.       — Я имел в виду... — начал он, а когда Стайлз рассмеялся, одарил его убийственным взглядом и передёрнул плечом.       — Вот, попробуй, — чувствуя себя немного виноватым, Стилински протянул пакет и потряс перед носом Дерека. Оторвавшись от монитора, тот недоверчиво взглянул на него.       — На что это похоже? — спросил он, осторожно беря ломтик и принюхиваясь.       Стайлз с ужасом следил, как Хейл осматривает его со всех сторон и бросает обратно в пакет.       — Ты же не пытаешься сказать, что никогда не ел картофель фри, — буквально прохрипел парень.       — Я не ел фастфуда лет с четырнадцати. И не думал, что ещё когда-нибудь попробую.       — Ты... что? Как ты живёшь вообще?       Без сомненья, Стилински был в курсе, что существуют нормальные продукты и приготовить их можно без погружения в горячее подсолнечное масло, — чёрт, да он сам прекрасно готовил, — но даже его отец, приговорённый к строгой бесхолестериновой диете, время от времени норовил сжульничать и съесть что-нибудь вредное.       — Я не пил латте около шести лет, пока ты мне его не приготовил, — признался Дерек, пожимая плечами. Лицо Стайлза просто излучало ужас. — Я начал работать моделью ещё в старшей школе, и в моём агентстве все были свихнуты на телесном жире и мышечном тонусе.       Стилински аж разнервничался, пытаясь представить себе такую жизнь. И не мог — это слишком расстраивало. Конечно, возможность постоянно трахаться и наличие тела, как у одного из трёхсот спартанцев, должно было помогать, но всё-таки...       — Возьми кусочек, — грустно сказал Стайлз и в ответ на растерянный взгляд сунул Дереку в руки пакет. — Я не могу просто сидеть и позволять не чужому мне человеку проживать свою жизнь без картошки фри. Кем я буду после этого, если не помогу нуждающемуся? Поглощение большого количества восхитительной нездоровой пищи предполагает большую ответственность, — серьёзно добавил он.       — Стайлз, я не нуждающийся... Тебе когда-нибудь говорили, что ты склонен драматизировать?       — Всё время говорят, — запросто ответил парень. — Моя жизнь — это постоянный шквал преувеличений, так что бери уже эту чёртову картошку, пока у меня нервный срыв не случился.       Дерек устало посмотрел на него исподлобья, но вытянул ломтик и засунул в рот. Стилински с жадным интересом наблюдал, как тот начал жевать, проникаясь вкусом. На лице Хейла по очереди проявлялись осторожность, удивление, любопытство, пока всё это не превратилось в намёк на неподдельное удовольствие. Проглотив и облизав губы (боже правый!), он улыбнулся и потянулся ещё за кусочком:       — Вкусно.       — Чувак, считай, до этого ты не жил, —ответил Стайлз. — Я собираюсь раскормить тебя до безобразия.