Топ один рок-команда Бикона

      Как только Эгрер завидел лифт в конце коридора, им сразу овладело страшное предчувствие. Он и раньше слегка мандражировал, но именно сейчас, когда до директора рукой подать, колени затряслись сильнее обычного. В голове раз за разом крутились одни и те же мысли, доводя чуть ли не до психоза:       "Я серьёзно пойду против сильнейшего человека в мире? А что мне делать, если он откажет? Его решение наверняка очень взвешенное, скорее всего я просто этого не понимаю"       За спиной стояли Вайсс и Нора, одним своим присутствием подгоняя верховного председателя ордена Подседельщиков. Он не мог показать слабость в такой важный момент, особенно перед Вайсс, которая только и ждёт удобного случая для переворота. Поэтому, набравшись решимости, Эгрер начал медленно переставлять ноги.       Алое солнце, окрасившее коридор в вечерние цвета, только больше нагоняло жути. Длинные тени от арочных оконных проёмов поделили дорогу на пять частей, каждую из которых Эгрер преодолевал со всё большим чувством тревоги.       - Вы не волнуйтесь, – сказал он остальным, – директор наверняка очень понимающий человек. Что он нам сделает?       - Мы и не волнуемся. – Недоумённо заметила Нора.       - Вот и правильно, ведь переживать не о чём. В смысле, что такого страшного в небольшом разговоре, верно?       - Верно. – Кивнула Вайсс с точно таким же недоумённым лицом. – Директор Озпин взрослый и умный человек, я уверена, что ему хватит мудрости признать свои ошибки.       - Вот-вот, о чём я и говорю! Я рад что вы это понимаете! Всё будет хорошо, так что вам не нужно так сильно бояться.       - Да мы... А-а, ты сам что ли испугался? – вдруг дошло до Норы.       - Что? Не-е-ет. – Протянул Эгрер, махнув рукой. – Я ведь только что сказал, что поводов для страха нет. Ты вообще чем меня слушала?       Путь оказался преодолён. Перед ними во всей красе встали металлические двери лифта, на гладкой поверхности которой мутно отражалась глупая улыбка Эгрера и переглядывающиеся Вайсс с Норой. Вот он - Рубикон. И они его перейдут, если нажмут на жёлтую кнопку сбоку. Она не вызывала сам лифт, но позволяла связаться с директором, который и решал, стоит ли проблема пришедшего ученика его внимания.       Верховный председатель начал гипнотизировать её взглядом, но кнопка не желала нажиматься сама собой. Тогда Эгрер, подгоняемой нетерпеливыми взглядами сзади, всё-таки решился.       - Слушаю? – через секунду из динамиков раздался тихий голос директора.       Вот он - Рубикон на Рубиконе. Если сказать, что это просто ошибка, шалость или дурацкий пранк, то можно будет повернуть назад. Но тогда Эгрер утратит всякое уважение в ордене и точно потеряет свой пост. С другой стороны, стоит ли какое-то эфемерное "уважение" тех проблем, которое сулит противостояние с самим, мать его, директором Бикона? В конце концов Эгрер не десятилетка, чтобы понтоваться перед сверстниками, а почти взрослая сформировавшаяся личность! Вдруг ему в бок воткнулся острый локоток.       - Скажи что-нибудь. – Прошипела Вайсс.       - Я думаю. – Огрызнулся он в том же тоне, после чего прокашлялся. – Здраствуйте, д-директор, это Эгрер Пелени. Я бы хотел обсудить с вами назначение лидеров в команды Джунипер, Маджести и Рубин.       - Хм... – заинтересованно произнёс голос на том конце. – У вас претензии или вопросы?       - Э-э-э... – Эгрер обернулся и посмотрел на остальных. Вайсс показала один палец, в то время как Нора два. – Да.       - Хорошо. – Двери лифта отворились и Эгрер рефлекторно сделал шаг назад. – Прошу, заходите.       Стоит войти внутрь и всё, дороги назад не будет. Вот он - Рубикон на Рубиконе в Рубиконе. Ещё не поздно просто развернуться и уйти. Он ведь и правда может так поступить, никаких преград нет, просто надо взять ноги в руки и назад.       Вся жизнь пронеслась перед глазами: детство в приюте, старые друзья, первые аккорды на Малышке, приёмные отец и мать, первый выход за стены Мистраля, путешествие по миру, ограбления, подставы, шпионаж, взрывной побег от гнёта Торчвика, встреча с Илльмондом, Йортом, Маджентой, их совместная жизнь, работа в клубе Джуниора, драка с пьяницей-охотником, драка с блондинкой-охотницей, полёт на инициацию на верёвке, сама инициация и драка со смертоловом...       А если так подумать, то жизнь Эгрера была полна событий и интересных приключений, не жаль после такого и умереть. Так что он бесстрашно сделал шаг вперёд, вошёл в кабинку лифта и уверенно улыбнулся Вайсс с Норой. Двери закрылись и всего через десять секунд отворились уже на вершине башни.       И за это же время вся его храбрость вдруг куда-то улетучилась. Теперь пути назад точно нет. Вот вообще. В голове крутилась мысль "Как я на это согласился? Я реально пойду против сильнейшего человека в мире?"       Сильнейший человек в мире сидел за письменным столом, мешая ложкой кофе. Сейчас он был как никогда похож на доброго дедушку: всё те же очки, всё тот же старомодный костюм, небольшая улыбка. Если не смотреть на молодое лицо, ему и правда можно было бы дать лет под шестьдесят, если не больше. И этот же человек без каких-либо затруднений в одиночку может истребить средних размеров орду Гримм...       - Здравствуйте, мистер Пелени.       - Д-да, здравствуйте директор... – Только сейчас он понял, что не знает его фамилии. Может у него её вообще нет? Все, и ученики, и учителя, и даже СМИ, зовут директора просто по имени. – ...директор Озпин.       "Тик-так, тик-так"       Шестерёнки под стеклянным полом тихо пощёлкивали и тикали - механизм крутил огромные часы снаружи. Эгрер переминался с ноги на ногу, до сих пор стоя в кабинке лифта и не смея зайти дальше без приглашения. Хотя, раз его впустили в сам лифт, можно ли считать это приглашением? Он не знал, но предпочитал не рисковать.       - Садитесь. – Озпин указал рукой на стул перед своим рабочим столом. Эгрер, наконец, вошёл внутрь, теребя рукав пиджака и дважды споткнувшись по пути на ровном месте.       - Спасибо.       - Итак, мистер Пелени, я внимательно вас слушаю.       "Проклятье, с чего мне начать?!"       - Видите ли, не все довольны своими лидерами... – Эгрер вздрогнул и поспешил сгладить углы. – Ну, не то, чтобы очень, хотя некоторые очень недовольны, но не то, чтобы слишком.       - Да. – Кивнул директор.       "Боги, что я несу? Надо взять себя в руки! Соберись, тряпка!"       Когда Эгрер начинал паниковать, отец всегда давал ему оплеуху. Это работало безотказно, после такой терапии он и в секретный военный объект Атласа лез без истерик и за штурвал впервые увиденного самолёта садился. Но вот так взять и ударить себя прямо на глазах директора... А вдруг он подумает, что Эгрер спятил? А вдруг он его исключит?       - Н-ну и мы составили список того, что... эм, нас не совсем устраивает. – Эгрер показал лист бумаги с написанными там требованиями и претензиями. – Не то, чтобы очень, ну вы помните. Я-я пришёл это обсудить.       - Вы хотите оспорить моё решение, я прав? – Каким голосом это было сказано... спокойным, рассудительным, заинтересованным, немного осуждающим и даже слегка ободряющим. Одно можно было сказать точно - Озпину вся эта ситуация кажется очень забавной.       - Да... – Отмер Эгрер. – Если позволите...       "Чёрт, зачем я спрашиваю у него разрешение? И что мне делать, если он откажет? Уйти? Начать спорить? Уж лучше бы я сюда Вайсс отправил"       - Что-ж, готов выслушать вашу позицию. – Директор поставил кофе на стол и сложил руки в замок, спрятав за ними улыбку. Свет закатного солнца отразился от его очков, создав потустороннее сияние и ареол загадочности вокруг Озпина.       "Почему у меня такое чувство, будто он практиковал этот жест долгие годы?"       - Эм, сейчас. – Эгрер потряс головой, сбрасывая наваждение, и посмотрел на свою бумажку. Ему показалось, что она ничтожна в своей важности и никак ему не поможет, но всё равно заставил себя зачитать все написанные там пункты.       - Вот оно как. – Резюмировал Озпин. – Вам не кажется, что вы слишком спешите с выводами? Прошёл всего лишь один день с начала вашей учёбы.       - Насчёт остальных не берусь судить, но моей команде точно нужен другой лидер. – Аккуратно заметил Эгрер.       - Например вы, мистер Пелени? – он пытался его смутить, заставить думать о себе, как о тщеславном эгоисте. Но Эгрер не повёлся.       - Да. Они уже привыкли слушать мои команды, даже держа в голове, что "за главную" у нас Маджента. Я учился управлять этим паноптикумом долгое время, знаете ли.       - Понятно. – Кивнул директор, начав вещать всепроникающим голосом. – Вам кажется назначение мисс Тоти на этот пост личным оскорблением, словно ваши лидерские качества после всего пережитого не прошли оценки. Должно быть вы чувствуете обиду.       - И это тоже. – Эгрер не стал спорить с очевидным. – Но Маджента действительно не годится на эту роль. Она... ну, знаете, мы относимся к ней, как к щеночку. – Озпин заинтересованно поднял бровь. – Щеночек он ведь милый, хотя иногда гадит на ковёр и носится по комнате в три часа ночи. Последнее, кстати, и вправду пару раз было с Мадж. Мы её любим, но никогда не будем воспринимать всерьёз. Понимаете?       - Наработка авторитета не происходит так быстро. Свой вес в группе вы тоже заработали не сразу.       - Да, и это стоило многих нервов. – Эгрер держал в голове, что перед ним сидит грёбанный волшебник, который смог уболтать даже Йорта. Все его слова априори являются либо ловушкой, либо провокацией, либо какой-то хитростью. С ним надо держать ухо востро!       - И всё же я считаю ваши требования слишком поспешными. Вам не кажется, что делать такие выводы в первые же сутки неправильно? Дайте шанс вашим лидерам, уверяю, они ещё покажут себя.       - А вам не кажется, что если в первые же сутки трое студентов пишут против своих лидеров петицию, – Эгрер помахал своей бумажкой, сам поражаясь собственной дерзости, – то это что-то значит?       - Это значит только то, что вы торопитесь с выводами. – Уже в который раз повторил Озпин, сохраняя былое спокойствие.       - То есть вы отказываетесь принять наши требования? – Директор кивнул и откинулся на спинке кресла. В его руках снова оказалась кружка с дымящимся кофе. – Тогда хотя бы скажите, почему вы назначили именно таких лидеров? Вы же чём-то руководствовались при выборе? Ну там, детальный психологический портрет составляли, может быть.       Директор спрятал улыбку в кружке и Эгрера передёрнуло от поднявшего голову страшного предчувствия, которое за это время уже почти исчезло.       - Для начала я попрошу вас подписать соглашение о неразглашении.

***

      Из лифта Эгрер вышел шокированным и подавленным. Будто сами боги пришли к нему и запретили играть на гитаре или отец вдруг стал воспитателем в детском саду. Он шёл по пустому коридору с широко открытыми глазами, дёргающимися жвалками и дрожащими руками. Даже начинающий психолог смог бы идентифицировать высочайшую степень шока и начинающееся расстройство личности, вызванное разрывом всех возможных шаблонов.       Эгрер старался выкинуть из головы последние пятнадцать минут своей жизни, но только сильнее бредил незажившие на его рассудке раны.       - Это Колесо команд, мистер Пелени. – Озпин показал на непонятную мешанину стальных колец, напоминающую скорее планетарий с пятьюдесятью небесными телами. Самые крупные кольца пересекали экватор и полюса едва видной в центре конструкции сферы.       - Я-я-ясно. – Протянул Эгрер. В подвале Бикона вообще было много всяких странных вещей. Например статуя золотого лемура, фигурка какого-то супер-героя из комиксов, который издаёт хрюк при нажатии, тридцать три левых сапога одного цвета и скелет кошки. Подумать только, здесь реально кто-то сдох...       Весь этот хлам был раскидан по углам огромного помещения, которое напоминало скорее ангар, а не подвал. В противоположной от лифта стене тусклым белым светом сияла какая-то капсула. Она была слишком далеко и разглядеть её было довольно трудно.       - А там что?       - Ничего интересного, не обращайте внимание. Давайте я лучше продемонстрирую вам работу Колеса команд.       Эгрер помотал головой и дал себе пощёчину. Помнится, он считал директора нормальным хотя бы относительно и что в этой нормальности он черпает свои силы.       Он никогда так не ошибался.       Озпин ненормален даже по охотничьим меркам! Он просто умело шифруется! Никогда нельзя судить человека по первому впечатлению или внешности, этому учат с самых пелёнок. Но почему-то эту мудрость обычно используют, когда речь идёт об уродливых или странных людях. Про солидно выглядящих мужчин говорят другое и только хорошее.       - Пс! Верховный председатель! – донеслось откуда-то сбоку. Эгрер выглянул в окно и увидел в кустах Нору с Вайсс. Последняя что-то еле слышно ворчала и пыталась вырваться из хватки рядовой, но тщетно, не та весовая категория.       - Вы чего там делаете?       - Ждём вашего прибытия, верховный председатель! – отрапортовала Нора с парой чёрных полос на щеках. На её рыжей голове красовался венок из палочек и листьев.       - Так, давайте для начала условимся, что вне заседаний ордена мы называем друг друга по именам. Не стоит вести себя подозрительно.       - Так точно, Эг!       - Дура. – прошипела Вайсс. – Под подозрительно он имеет ввиду и дальше сидеть в кустах. Зачем ты вообще меня сюда затащила?! Могли бы просто у выхода подождать.       - Так точно, Вайсс! – они вышли из кустов и наследница начала с остервенением вычёсывать из своих платиновых волос листья и веточки. Она была очень чистоплотной, скорее даже стерильной, а вот Нора о подобном совсем не заботилась. – Как всё прошло?       - Директор отказался принять наши требования.       - Значит война. – Сама себе кивнула Валькирия.       - Боже упаси, никакой войны! – запаниковал Эгрер. От одной мысли, что ему предстоит войти в прямую конфронтацию с кем-то навроде Озпина, бросало в дрожь. – Мы будем действовать аккуратно, мы ведь тайный орден, не забыла?       - А-а-а, точно. – Она шлёпнула себя по лбу. – Всё время из головы вылетает. Значит, мы будем устраивать теракты и всякие акты запугивания?       - Нет, – отрезала Вайсс, – даже не думай об этом, слышишь? Мы не какие-то там террористы вроде Белого клыка, мы способны на нормальный диалог.       - Согласен, нам в этой академии ещё четыре года учиться. Я бы не хотел, чтобы она взлетела на воздух до моего выпуска. – Нора начала ворчать что-то о душнилах и о том, что никто не понимает её шуток.       - Директор рассказал, на основании чего назначил лидеров? – спросила Вайсс, заставив Эгрера вновь пережить тот кошмар.       - Давайте я лучше продемонстрирую вам работу Колеса команд. Предположим, мы хотим подобрать новое название для вашей команды. Для этого нам нужны наклейки со словами, где первая буква будет первой буквой имени члена команды. Глинда здесь ещё не убралась, поэтому тут остались старые варианты. – Озпин достал из пиджака ручку и вычеркнул слова "Молоко" "Йод" "Энтропия" и "Институт". Кольца с ними перекрывали друг друга в некоторых местах и Эгрер с ужасом осознал, что видит слово "Модэнсти" в котором легко угадывалось "Маджести". Рассудок стал помаленьку утекать из головы...       - Постойте! Вы же обещали рассказать как выбираете лидеров, а не название команд. – Это, конечно, революционное открытие, никто не знал, что названия придумываются таким странным образом, но он тут для другого.       - Видите ли, это взаимосвязанные вещи, я всё сейчас объясню. Готово. – Директор убрал ручку, над зачёркнутыми словами теперь красовались слегка небрежные "Йога" "Молодец" "Избежание" и "Эго". Он взялся за одно из десятков колец невероятно запутанного механизма и легко то толкнул.       Планетарий завертелся, кольца время от времени с гулким звоном стукались и отскакивали, в других случаях они проходили насквозь друг друга благодаря разрезам в некоторых местах. Какое-то время царил первобытный хаос. Как этот механизм вообще может так крутиться было непонятно, он же должен развалиться!       Подобную штуку можно было бы сделать на компьютере, и не пришлось бы прятать её от студентов в подвале. Но помня, что Озпин обожает всякие механизмы и старину, можно сделать вывод - он не особо разбирается в современной технике.       Через минуту всё остановилось, кольца с наклейками, перекрывая друг друга, сформировали "Эгзбецгам"       - Как видите, не всегда получается с первой попытки. Хотя и из данного набора букв можно узнать "Эксгибиционизм".       - Ясно. – Пробормотал Эгрер, потеряв дар речи. – А... кто... кто этот?       - Лидер? Вы. Ведь ваша буква первая.       - То есть, если бы я был лидером, то мою команду называли бы Эксгибиционизм?!       - С вашим именем очень трудно придумать название. – Директор это ни подтвердил, ни опроверг, что вводило в уныние ещё сильней. – А одно из главных требований для названия команды это созвучность с именем лидера. Согласитесь ведь, как прекрасно звучат: Кардинал - Кардин, Рубин - Руби, Маджести - Маджента, Кофе - Коко. С командой Джунипер вышло неловко, но мы можем просто представить, что Жон это Джон. С его именем тоже довольно трудно придумать название.       "Придумать?! Да это полный рандом, ты вообще не думаешь!" В мыслях кричал Эгрер, однако он не позволял своим настоящим чувствам проникнуть в голос.       - Директор, Я... я не знаю, плакать мне или носиться кругами... – слишком много впечатлений, слишком много стресса, он чувствовал, как сходит с ума. – То есть, как кольца повернутся тот и будет лидером?       - Верно. – Совершенно спокойно ответил Озпин. Он отпил из кружки и показал на механизм. – До моего изобретения преподавательский состав мог мучаться над этим вопросом целыми сутками. Некоторые команды получали имя через неделю после начала учебного года, но теперь это вопрос пары мотков Колеса команд.       Эгрер схватился за голову и прикусил губу. Если бы не аура, у него во рту сейчас оказался бы шматок собственного мяса. Боль помогла выбраться из пучин воспоминаний и вернуться в реальный мир.       - Директор рассказал, но потребовал подписать договор о неразглашении. – Он достал из кармана брюк свою копию документа, которую тут же выхватила Вайсс. Она быстро пробежалась по нему глазами.       - Хммм... – Наследница многомиллиардной компании ненадолго задумалась и, кажется, поняла, как можно обойти закон. В конце концов, она была бы плохой наследницей, если бы не знала, как играет крупный бизнес. – Что ты скажешь о погоде?       - Эм... Хорошая погода. – Но отец Эгрера не был миллиардером, поэтому он не понял её странные акценты.       - То есть тебя всё устраивает? – с нажимом спросила она.       - Ну... да? – Он неуверенно почесал затылок. – Тёплый ветерок, солнце не печёт.       - Нет, ты меня не понял, что ты скажешь о погоде? Ты долго был в кабинете директора, что ты теперь скажешь о погоде?       - А-а-а. – До Эгрера дошёл потаённый смысл её слов. Он заговорщики подмигнул. – Всё очень ужасно, ветер такой хаос в волосах устроил. А ещё не знаешь, когда дождь пойдёт, а когда солнце вернёт себе главенство. Ненавижу прогнозы погоды, у них там сущий рандом, который они выставляют как взвешенное мнение экспертов.       - Бред какой-то... Неужели всё настолько плохо? – Вайсс была в шоке.       - Как я и сказал, ненавижу прогнозы погоды, а их главный тот ещё чудик на самом деле.       - Мне кажется я одна чего-то не понимаю. – Нора растерянно смотрела то на верховного председателя, то на его зама.       - Предлагаю обсудить это потом, уже поздно.

***

      - И где ты шлялся? – Спросил Йорт, когда Эгрер вернулся в комнату.       - Ты мне не жена, чтобы на эту тему мозги грызть. – Он осмотрелся и присвистнул. – А вы неплохо тут без меня обустроились. Всё веселье пропустил.       Огромный телевизор напротив двери сразу привлёк внимание. Левая его половина стояла на вбитых в стену брусьях, а правая на подоконнике, закрывая одно из двух окон. Шпаклёвка немного осыпалась, но кто-то постарался скрыть это наклейками с изображениями супергероев. Под телевизором была кровать, и нетрудно догадаться чья: торчащие из под неё гантели, само расположение и восседающий на ней Йорт, неслабо намекают.       Вдоль стены, слева от двери, расположился письменный стол со стулом и их музыкальные инструменты: гитары Эгрера и Илльмонда, синтезатор, а так же коробка с барабанной установкой, на которой стояла ваза с цветами. Скорее всего её туда поставил сам Йорт, больше некому. Что бы он и позволил другому человеку прикоснуться к его сокровищу? Этот барабан у него на втором месте по ценности после телевизора.       Уголок Мадженты выглядел как уголок Мадженты - она уже успела покрасить стену в непередаваемую мешанину цветов, клеймив её словом "МАДЖЕСТИ". Правда, надпись терялась на фоне всех цветов радуги, но если один раз приглядеться, то больше не развидеть.       Илльмонда и его вещи засунули в противоположный Мадженте угол и от одного вида тамошнего беспорядка руки чесались навести уборку. Горе-художник совсем не заботился о чистоте, он просто скинул всю одежду на спинку кровати, обувь оставил у двери, а стены небрежно заклеил анимешными плакатами с полуголыми девушками.       Для человека с тяжелейшей стадией перфекционизма, такой беспорядок ненормален. Хотя, возможно, что этот срач для него прекрасное творческое пространство и каждый его элемент имеет чётко выверенную позицию для создания "идеально-неидельного порядка-беспорядка". Или что-то типа того, Эгрер не особо горел желанием лезть в его извращённую голову.       А в центре, между местами Йорта и Мадженты, расположилась пустая заправленная кровать, зажатая со всех сторон тем, что не влезло к другим. Это было место их неофициального вожака.       - Тесновато тут. – Резюмировал он. – Может поставим кровати друг на друга и~       - НЕТ! – хором ответила стая. Видимо, ярусные кровати у них уже в печёнках сидят.       - Тогда предлагайте свои идеи. Потому что я не собираюсь спать, заваленный вашим хламом.       - Ты опоздал на делёжку территории и теперь чё-то требуешь? – Йорт сложил руки на груди.       - Вы или засунете этот бардак куда-нибудь к себе, либо я его выброшу в окно. – Угроза прошла мимо их ушей и никого не напугала. Они не верят, что он правда так поступит? Значит они недооценивают его любовь к порядку.       - Чё ты раскомандовался? Если не забыл, у нас Мадж за главную.       - Точно! – девушка подскочила. – Я же лидерка!       - Правильно лид-ер. – Поправил раздражённый Эгрер. Он, значит, потом и кровью зарабатывал себе авторитет и право всеми командовать, а директор её ради созвучности имён выбрал! Несправедливо.       - Но я же девоч-ка, значит лидер-ка. – Бороться с её логикой так же бессмысленно как писать по бумаге молоком.       - Да без разницы, просто прикажи им освободить тут место. Я ведь правда это всё выкину.       - Нет. – Маджента встала на кровать для большей значимости своих слов. Она тыкнула в Эгрера пальцем и нетерпящим возражения голосом сказала. – Я приказываю тебе ничего не выкидывать!       - С чего бы мне тебя слушать? – возразил он, сделав шаг вперёд.       - Ой, кто напетушился.       - Завались, Йорт.       - Мой приказ это мой приказ! – Маджента уже не выглядела настолько уверенной. – Ничего не выкидывай, это же наши вещи.       - Ну так если они ваши, то раскидайте их на ваших частях комнаты. А пока они на моей - это мои вещи. Что хочу с ними - то и делаю! – Эгрер взял коробку с какими-то железками и угрожающе двинулся к незакрытому телевизором окну.       - Стой-стой! – Маджента встала на пути. – Это запасные запчасти Цветной радуги, тебе нельзя их выбрасывать! Я запрещаю!       - Мадж, обязанность лидера не просто приказывать всё, что в голову взбредёт, а ещё относиться к каждому с достоинством. Вспомни, как я обустроил вам жизнь в той однушке: у Йорта было достаточно места для занятия спортом, если Илль ложился спать днём, то я одёргивал вас, когда вы вели себя шумно, а ты, Мадж, творила всё, что хотела, и мы даже слова поперёк тебе не говорили. Никто не был обделён. Или я не прав?! – Эгрер осмотрел каждого в комнате. – И вот как вы мне отплатили.       - Да чего ты из-за мусора так завёлся? – спросил Йорт, не выглядивший ни на грамм пристыженным, в отличии от других.       - Мусор лишь стал последней каплей. У меня и до этого были вопросы к решению Озпина, но только сейчас я понял, что он точно ошибся.       - Ты думаешь, я плохой лидер?.. – подавленно спросила Маджента.       - Я думаю, что у тебя не тот характер, чтобы командовать. – Смягчился Эгрер. Он не хотел слишком на неё давить. – Не считай, будто я тебя возненавидел из-за того, что ты заняла моё место, просто каждый из нас хорош в чём-то своём. У нас уже есть определённые роли в команде и перестановка только сделает хуже. Ты наш маскот, но точно не лидер.       - И ты даже не дашь мне шанса?       - Мадж, это не новый сорт мороженного, который можно просто попробовать, а большая ответственность.       - Я поняла. – Маджента кивнула, так и не подняв головы. Осторожно, словно боясь разозлить Эгрера ещё сильнее, она взяла из его рук коробку. – Давайте разберём наши вещи, ребята.       Все молча принялись выполнять её указание, Эгреру удалось не только добиться своего, но и пристыдить их. Вот только он не чувствовал радости от того, что справедливость восторжествовала и что он был прав. Спать они ложились в полной тишине. Такой себе первый день в Биконе получился...       "Трынь-трыньк"       Ах да, сегодня же должны были снова позвонить Мэлакайт. На этот раз хотя бы не в час ночи и то хорошо. Спрятавшись под одеялом, Эгрер разложил свиток и выкрутил звук на минимум. Сейчас он не был настроен на праздные разговоры, но всё-равно натянул на лицо улыбку и принял вызов.