Топ один рок-команда Бикона

      Эгрер очень любит чистоту. А как её не любить, когда почти всю жизнь провёл в грязи? Так же он, несомненно, является редким чистоплюем, даже похлеще Вайсс. А как им не быть, когда тебя воспитал самый чистоплотный человек на планете? И разумеется Эгрер заставлял свою стаю делать уборку каждые два дня, иначе пыльца Мадженты покроет каждый квадратный миллиметр их комнаты (хотя все понимали, что это всего лишь удобный повод). Раньше он мог просто приказать этим заняться, но с утерей статуса лидера, ему приходилось ныть до тех пор, пока они не сдавались.       Так вот - даже при всём вышеперечисленном, Эгрер никогда не заставлял остальных убираться в выходные. При всей его привередливости, даже если руки чешутся, он никогда так не поступал. Потому-что свято чтил эти два дня в неделе и право заниматься в это время тем, что хочется.       Администрация Бикона с таким не запаривалась, поэтому их заставили мыть коридоры в утро воскресенья. Нет, он всё понимал, это наказание, но так поступить мог только Гримм! В выходные! Работа! Работа в выходные! Ни один нормальный человек до такого бы не додумался. И уж тем более не стал бы ещё надзирателя отправлять.       Завхоз Филл Чаклер - самый вредный человек на свете. Это просто Джуниор в квадрате, помноженный на сумму сестёр Мэлакайт, возведённый в степень Торчвиком, и ещё Вайсс на добавку. Дед, разменявший вот уже сотню лет, был убеждённым монархистом, фашистом, нацистом, консерватором, женоненавистником, расистом, гомофобом и, казалось, собрал в себе все возможные недостатки человечества.       Он с ходу обозвал Эгрера с Илльмондом ускоглазыми макаками, Йорт удостоился звания чёрной жопы (несмотря на то, что весь его вакуоский загар почти полностью испарился), а Мадженту он просто назвал тупой бабой.       Если бы не тот факт, что Чаклера к ним приставила Гудвич, то каждый мужчина команды Маджести ударил бы его по лицу. Их не остановило бы даже то, что у старика закрыта аура и он мог бы с лёгкостью после такого умереть.       На самом деле очень удивительно, что он до сих пор жив с таким-то гадким характером. Ведь даже врождённое обаяние Мадженты не смогло поспорить с врождённой вредностью Чаклера. Ни её заставляющая улыбнуться неуклюжесть, ни детская наивность, ни даже милая внешность не были способны растопить столь чёрное прогнившее сердце.       Первым делом старик выставил счёт за ущерб, нанесённый быкоглаву и окну общежития, и эта сумма составила почти половину всех денег в Фонде стаи. После он лично проследил, чтобы улыбающаяся Маджента подписала несколько бумаг, а едва сдерживающий слёзы Эгрер провёл карточкой по терминалу.       Может они и не пользовались деньгами из Фонда стаи, но чувство финансовой безопасности приятно грело душу бывшему воришке. А теперь, случись что непредвиденное, и их возможности будут вдвое меньше, чем могли бы быть.       Это произошло всего несколько часов назад, но по ощущениям мимо них протекли целые годы. Выматывающая работа по уборке коридоров без каких-либо перерывов и даже обеда изрядно притупила ощущение времени. Притупила настолько, что неприятные минуты растягивались в часы, а краткие периоды передышки, когда Чаклер смотрел в другую сторону, уменьшались до наносекунды.       Завхоз с полной самоотдачей принял на себя роль надзирателя и получал от этого сказочное удовольствие. Он без умолку твердил какие они бесполезные куски мусора и что способны только на черновую работу. При этом сам он сидел на складном стульчике и самое трудное что делал - это поднимал руку с платочком, чтобы вытереть вспотевшее от непрестанного ора лицо.       - Резвей, резвей! – требовал Чаклер, когда кто-то отвлекался, чтобы, например, почесаться. Пока он рядом даже в другую сторону от рабочего места не посмотреть, он сразу начинал ворчать. – Жаль, в Биконе нет подземелья, иначе я бы вас подвесил за большие пальцы над углями...       Самое страшное, что он реально этого хочет. Эгрер даже не представлял, что нужно было пережить, чтобы стать настолько конченным садистом. Чаклер постоянно говорил, как круто было бы вернуть "настоящие" наказание, а не эти бессмысленные отработки, как он бы с огнём в глазах протирал кандалы и смазывал механизмы пыточных аппаратов... Псих. Конченный псих, место которому во второсортном фильме ужасов, а не в школе охотников.       Эгрер собрал в совок комья пыли вперемешку с каким-то гравием и бросил в мусорный мешок. Тем временем Маджента проводила по углам потолка длинной палкой с пушистым помпоном на конце и собирала паутину. Что-то посыпалось сверху на пол и, пока Чаклер не начал на неё орать, Эгрер быстро убрал грязь в мешок.       Больше всего досталось именно Мадженте. Завхоз постоянно твердил, что женщины должны стоять у плиты и рожать, что охотницей ей никогда не стать, что у неё в генах написано быть слабей мужчин и с особенным наслаждением он проехался по тому факту, что она лидер команды. Давление было очень сильно, и остальная стая даже не сговариваясь начала специально косячить, лишь бы Чаклер хоть иногда переключался на них.       - Пойду воду поменяю. – Сказал Илльмонд, поднимая ведро. Йорт на секунду замер, не зная что ему делать со своей грязной тряпкой, и получил за это строжайший выговор.       - Дитятко, работа не ждёт, резвей, резвей! Отожрал себе мяса, а про мозги совсем забыл.       Йорт сделал вид, что не замечает немощного старика, который в его табеле о силе находится между кактусом и золотой рыбкой. Причём кактус занимает место повыше, ведь он может уколоться. Но от Чаклера так просто не отделаться, он принял грозный вид и даже встал со стульчика.       - У тебя со слухом проблемы, малыш? Тряпку в зубы, а ноги в руки, подоконники сами себя не протрут.       - Она грязная. – Заметил Йорт, сохраняя хладнокровие. – Я сделаю только хуже.       - А что-ж ты раньше-то её не ополоснул? Тряпка что-ль виновата? Или ведро? – С каждым словом Чаклер выбешивал горячего вакуоского парня всё сильней, но тот понимал своё положение и стоически терпел, пока не вернулся Илльмонд. Старик отстал и сел на место, протерев тряпочкой лицо. Он очень сильно устал. – Меня окружают болваны. При царе-батюшке вас бы повесили за безделье...       В коридор кто-то завернул, но завидев Филла Чаклера, сразу пошёл искать окольные пути. Людей в академии было мало и даже ясно отчего - сейчас ведь воскресенье. Несмотря на все красоты и достопримечательности Бикона, школа всегда остаётся школой: воплощением нудных уроков, сложной домашней работы и типичных школьных проблем по типу неразделённой любви и доставучих хулиганов. Поэтому почти все улетают отдыхать в Вейл, подальше от неприятных воспоминаний.       Вдруг у Эгрера зазвенела напоминалка на свитке. Он коварно улыбнулся, после чего обратился к надзирателю.       - Мистер Чаклер, у нас сегодня встреча с мисс Гудвич, дадите нам небольшой отгул? – вообще встреча только у Мадженты, но ему-то откуда это знать? Глядишь, всех отпустит.       - Ты думаешь, вы такие особенные, что она будет разбираться с вами в свой законный выходной? По воскресеньям не только вы отдыхаете, бездельники.       - Эг, ты тупой? – спросил Йорт риторически. – Когда она говорила завтра, то имела ввиду понедельник.       Эгрер прекрасно это понимал и сейчас просто выбивал им небольшую передышку. Он попытался передать свой гениальный план незаметными жестами лицевых мышц и глубоким взглядом, но ничего не добился. Тогда Эгрер вздохнул и стал действовать более прямолинейно.       - А вдруг она оговорилась? Тогда ведь час ночи был или около того. Лучше перебдеть, мисс Гудвич же сказала, что никакие отговорки не примет! Мистер Чаклер, вы же понимаете, что если встреча сегодня и вы нас задержите, то её гнев в первую очередь падёт на вас?       Дед проникся и задумался. Пусть он тоже страшилка академии, но он всего-лишь на втором месте по уровню грозности.       - Я сам к ней схожу и спрошу. – Наконец ответил старик. – Вам кто-то разрешал останавливаться?! Резвее, резвее! Чтобы когда я вернулся, этот коридор блистал!       - Конечно-конечно. – Эгрер натянуто улыбнулся. – Всё будет в лучшем виде!       Стоило Чаклеру удалиться, как стая побросала мётлы, швабры, тряпки и прочее.       - Как я устал... – Илльмонд упал на колени, после чего медленно прилёг на мокрый пол, – я посплю пять минуточек...       - Мои руки, – стонал Эгрер, – Боги, мои руки!       - Пф, слабаки. – Ответил им всем Йорт. – Мы всего семь часов пыль метём, а вы уже сдохли.       - Всего? – эхом повторил Эгрер. – Всего?! Мы почти весь день на это убили! Выходной день! Озпин просто монстр, как он мог отдать нас на растерзание этому мерзкому старикану.       Одна только Маджента продолжала работать дальше, с невероятной решимостью выходя на границы своих возможностей. По её лицу катились капли пота, а поднятые вверх руки дрожали, но она продолжала собирать паутину. К тому же она бормотала под нос что-то бессвязное, удалось понять только несколько слов: "лидер" "пример" "должна"       После вчерашнего разгрома она была сама не своя. Маджента основательно задумалась о том, что услышала из уст мисс Гудвич о лидерстве и уснула только под утро. Она вела себя тихо и была до ненормальности нормальна. Казалось, если просто предложить ей передать свой лидерский пост кому-нибудь другому, то она с радостью так и поступит. Эгрер мог бы воспользоваться этой возможностью, но не посмел, он просто не смог. На душе стало мерзко от одной только мысли воспользоваться её подавленным состоянием.       Он хотел, чтобы Маджента сама поняла всю ответственность, лежащую на плечах лидера. Чтобы она испугалась того, как это трудно, и побежала к директору, где попросила бы вместо неё сделать лидером Эгрера. Именно что осознанно, а не от наплыва эмоций. И все будут рады: Маджента избавится от давящих на неё обязательств, а Эгрер займёт подобающее ему место.       А если бы он воспользовался этим шансом, то она бы не скоро вышла из меланхолии, полная мыслей "а что, если..."       Так что Эгрер не грустил по упущенной возможности, он верил, что более лучшие варианты будут ждать его в будущем. Тогда довольны будут все.       "Интересно, если бы Вайсс была в такой же ситуации с Руби, что бы она сделала?"       - Эй, Мадж, отдохни, раз этот хрен свалил. – Сказал Йорт, садясь на недавно протёртый подоконник.       - Не могу, я должна подавать вам пример. А ещё - не ругайся.       - Ты просто доведёшь себя до обморока, такой пример хочешь нам дать? – Маджента на секунду остановилась, но только на секунду. Не говоря больше ни слова, она просто продолжила работать. – Не изводи себя, это выглядит тупо.       - Я хочу быть хорошим лидером. Чтобы вы были рады.       - Мы будем рады, если ты перестанешь строить из себя супермена. – Сказал Эгрер. – Ты уже почти падаешь, передохни.       Так и не дождавшись слов поддержки, Маджента сдалась и по стенке сползла на пол, начав разминать затёкшие руки. Илльмонд бы непременно сказал пару слов в защиту её выбора, но сейчас он спал без задних ног. Все они отдыхали, набираясь сил для следующего рывка, который наверняка будет в сто раз тяжелее всего, что они уже пережили. Чаклер точно впадёт в бешенство, когда вернётся сюда и увидит коридор ровно в том же состоянии, что и раньше.       - Хей, перваши! – раздался знакомый голос, заставивший стаю глубоко вздохнуть.       - Шляпа, сюда скоро завхоз вернётся, шёл бы отсюда. – Сказал Эгрер, пока Йорт чесал кулаки и шептал матерные проклятья.       - Пуля, я всё слышу. – Шляпа стукнул по краюшку шляпы, на секунду показав свои глаза. – А насчёт завхоза не переживай, он будет ещё долго оттираться.       - Что ты с ним сделал? – спросила Маджента, причём не с осуждением, а с какой-то надеждой. Видимо, даже её можно достать до такой степени, что она будет желать обидчику всего плохого.       - Небольшая традиция Бикона: видишь Чаклера - угарни над Чаклером. Как подрастёте, тоже сможете поучаствовать в захватывающем шоу "облей старика ведром клея и не попадись". – Кажется Эгрер начал понимать, почему завхоз такой на голову отбитый и без открытой ауры. С такими приколами кто-то с менее крепкой психикой уже давно бы попал в жёлтый дом в смирительной рубашке. – Не смотри на меня так, Тарзан, этот тип полностью заслужил такое к нему отношение. По нему не скажешь, но Чаклер сам тот ещё пранкер, обожающий чёрный юмор. Однажды он наловил пауков и сунул их в портфель к невинному парню с арахнофобией. Ко мне.       - Боишься паучков? – язвительно спросил Йорт.       - Да я тогда чуть не обосрался. – Легко признался старшак. – Так, чего я к вам пришёл? А, точно! О вашем подвиге уже все говорят, вы почти обогнали по крутости мой первый месяц в Биконе. Почти.       - Какой ещё подвиг? – осторожно спросил Эгрер.       - Избиение Дубины с его командой, крушение окон в общаге и вишенка на торте - угон быкоглава посреди ночи! Я не зря назвал тебя Тарзаном, пацан, любовь к летающей технике у тебя в крови.       - Мы избили только одного Кардина. – Поправил Йорт.       - И окно разбили тоже одно. – Дополнила Маджента.       - Да? Но моя версия звучит круче, так что именно она теперь истина. В последнее время сплетен в Биконе маловато, так что это болото надо двигать! Ну... я сказал всё, что хотел. Давайте.       - Эгрер Пелени! – в коридор вдруг завернула Вайсс, но, завидев Шляпу, сразу остановилась. – Ты!       - Я! – он развёл руки в стороны. – Как поживает ваше высочество, мисс Снежка? – Эгрер прыснул в кулак, это прозвище он запомнит навечно.       - Для тебя я мисс Шни! Хоть ещё раз назовёшь меня подобным образом и у тебя начнутся проблемы.       - Да будет так, Снежка. Шляпа никогда не бежит от вызовов. – С достоинством ответил он, после чего просто вышел в окно, оставив разозлённую Вайсс за спиной.       Она сразу же перевела всё своё внимание на Эгрера и тому захотелось спрятаться, лишь бы не выслушивать её нотации. А то, что нотации будут, сомнений не вызывало, не погоду же она пришла обсудить?       - Эгрер Пелени. – Судя по голосу генеральный секретарь очень недовольна. Уперев руки в бока Вайсс начала ворчать. – Потрудись объяснить, по какой такой причине ты угнал быкоглав и почему об этом говорит вся академия?! Ты оттеняешь всю нашу организацию. Опять!       - Ой не души, а. Нам и так от Гудвич досталось.       - А я всё-таки подушу. Ты хоть представляешь какой урон получила репутация профсоюза? Хотя бы раз в жизни включи голову и сложи два и два - нас теперь считают откровенными маргиналами! Какие у тебя оправдания?       - Ну, это лучше, чем если бы нас считали ручными питомцами директора. – Она его остроты совсем не оценила. – А вообще, если вкратце - я угнал быкоглав, чтобы вернуть Озпинога в естественные места обитания.       Правда возымела ещё более разрушительный эффект, чем придуманная на ходу отмазка. Вайсс взмахнула руками, словно услышала уже надоевшую байку Норы, которая с каждым пересказом становится всё нелепее, и даже по привычке хотела проигнорировать "информационный шум". Но всё-таки вспомнила, что перед ней сидит не она.       - Опять ты про своего осьминога! Сколько раз повторять, что я не поверю в эту чушь?       - Ребята, подтвердите. – Эгрер повернулся к своим, но встретил в ответ только холодное молчание. И ладно Илльмонд, он спит, но остальные-то! – Чего молчите?       - Иди нахер. – Грубо ответил Йорт. – Не втягивай меня в ваши разборки.       - Мадж, а ты чего? – она неловко отвернулась и начала теребить свои разноцветные волосы. – Эй, про твоего ненаглядного речь идёт!       - Видимо, никто не желает поддерживать твой бред. – Язвительно заметила генеральный секретарь, сложив руки на груди. Она только сильнее убедилась в том, что никакого Озпинога не существует.       Было невыносимо смотреть на Вайсс снизу вверх, поэтому он поднялся на ноги и всё стало наоборот. Она не могла похвастаться высоким ростом и теперь была вынуждена слегка задрать голову. Удовлетворившись своим мнимым превосходством, Эгрер начал оправдываться:       - Это всё правда, что бы ты не думала. Просто запомни, что если в деле замешана Мадж, то любая логика бесполезна и даже мешает. – Поделился он мудростью, но неблагодарная продолжала смотреть на него как на больного.       - Да ты что? Повторяю свой вопрос - ради чего ты решил угнать быкоглав?       - Я уже сказал. – Вайсс начала выжидающе постукивать ногой по полу. – Ладно! Я его угнал, чтобы покататься, довольна?       - Так и думала.       Даже когда Эгрер врёт в подобной манере, он не в силах сдержать лицевые мышцы. Но Вайсс не так хорошо его знала, чтобы понять к чему вдруг появилась эта глупая улыбка на его лице. Впервые в жизни он не был рад, что его ложь не раскусили.       - И что, нет никаких сомнений, что я соврал на отвяжись, просто чтобы ты отстала?       - С чего бы? – Эгрер устало приложил ладонь к лицу.       Кажется, Вайсс не интересовала правда, она сама пришла к какому-то выводу и ей просто хотелось убедиться в собственных мыслях и услышать "признание". Ему было обидно, что она настолько низкого мнения о нём, будто Эгрер правда решился бы на угон быкоглава ради чего-то столь глупого. Вполне в характере Вайсс, почти все окружающие для неё как раз где-то на уровне плинтуса.       - В средние века был закон, что полученное под пытками признание в преступлении недействительно. – Проникновенно начал он. – Знаешь почему?       - Знаю. А теперь я пойду, я услышала всё, что хотела. – И с этими словами она просто пошла прочь, громко стуча каблуками.       - Эй, я не закончил! Ничего ты не знаешь, иначе бы так не ушла! – бросил он ей вдогонку, но ответа не поступило, Вайсс просто его игнорировала. Цокнув, Эгрер снова сел на пол. – Вот ведь стерва...       Он перевёл недовольный взгляд на стаю. В час нужды они от него отвернулись и он собирался их за это строго отругать. Что они за команда такая, если не заступаются друг за друга? А вот он всегда готов отдать за своих друзей последнее! Сегодняшняя ночь тому яркое и неоспоримое подтверждение.       Йорта ругать бессмысленно, он всегда был себе на уме и его принципы просто-напросто запрещают помогать окружающим, как и принимать от них любую помощь. До Илльмонда тоже не докопаться, он спит, вот и остаётся только предавшая его Маджента.       - Почему ты молчала? Что за подстава?       - Вайсс похожа на мисс Гудвич, я испугалась говорить про Озпинога. Вдруг накричит? Мисс Гудвич бы накричала.       - Мда... и не поспоришь ведь. – Вздохнул Эгрер, чья злоба мигом испарилась от этого весомого аргумента.       Чаклер так и не вернулся, поэтому Эгрер решил заняться делом. Но не уборкой, конечно же не ей. Он достал из пиджака свою записную книжку и открыл её на закладке-карандаше, где вкривь и вкось стояли хаотично разбросанные рифмованные строчки, пересекающие поля и иногда даже друг друга. Они были написаны сегодняшней ночью, не в силах победить внезапную бессонницу, что видно из ленивого размашистого почерка.       Задача придумать гимн для профсоюза захватила его целиком, и всепоглощающий творческий порыв не отпускал до сих пор. Если бы не чёртова уборка, он бы сейчас валялся в кровати и задумчиво грыз кончик карандаша, даже не утруждая себя завтраком. Но эта передышка была полезна.       Сейчас, рассматривая рифмы с более трезвой головой, Эгрер без сожалений зачеркнул большую часть написанного. Эти строки были плохо срифмованы, не подходили по смыслу или просто были лишними. Генеральный секретарь не давала каких-либо сроков, так что торопиться и делать всё сикось-накось просто "чтобы было" он не хотел. А хотел он создать шедевр музыкального искусства. И на это потребуется время.       Эгрер ещё ни разу до этого не писал собственных песен, поэтому прекрасно понимал, что первый блин скорее всего выйдет комом. Он даже не знал как поступить лучше: сначала написать слова, а уже потом музыку или всё-таки наоборот? Но это его не смущало, он был готов печь столько блинов, сколько потребуется, пока не получится совершенный идеал. Магнум опус будущего всемирно известного творца и исполнителя.       Но на крайний случай можно обратиться за помощью к Вайсс, как к более опытному человеку в этой сфере. Она точно не откажет, и даже не из-за того, что от его результатов зависит репутация профсоюза, а значит и её собственная. Просто она всегда готова помочь своим. Без язвительных комментариев, смешков и самодовольной улыбки. В конце концов, даже она может иметь некоторые положительные качества, если знать, как с ней общаться. Нет абсолютно плохих людей.       Но это только на крайний случай. Гордость просто не выдержит такого унижения.       Без завхоза этот коридор вскоре ожил, по нему то и дело ходили редкие ученики и даже один раз прошёл сам директор. Видя бездельников, он только цокнул языком, но ничего не сказал. Илльмонд продолжал спать на полу, Йорт смотреть в окно, а Эгрер писать в книжку. Только одна лишь Маджента услышала стук трости Озпина и подорвалась с места, сделав вид, будто работает. Но как только он ушёл, девушка сразу вернулась к прерванному занятию - подсчёту пылинок.       - Эй, малышня. – К ним через окно запрыгнул какой-то взрослый мужик, показавшийся Эгреру смутно знакомым. От него разило алкоголем, как от бомжа в запое, да и выглядел он помятым: недельная щетина, взъерошенные волосы, порванный красный плащ. – Я тут чутка заплутал, общага же тут где-то, да? А то я забыл...       - Дядь, а ты кто вообще, чтобы тут шататься? – слегка грубовато ответил Эгрер, сделав шаг назад и помахав рукой у лица. Такое вмешательство в творческий процесс он прощать не собирался.       - Кроу.       - Ага, очень информативно.       - Эг, ты чё, забыл? – вдруг спросил Йорт. – Это тот самый пьяница, который разнёс Джуниору клуб. Бранвен который.       - Точно! – вдруг подскочила Маджента, тыкнув пальцев в его сторону. – Я тебя осуждаю, нельзя громить клубы добрым людям!       - Б-бр-бранвен?! – заикнулся Эгрер, после чего глубоко поклонился. Мужик аж сделал шаг назад от неожиданности, поскользнулся на мокром полу и едва не выпал из окна. – Прошу прощения за неподобающее поведение! Пожалуйста, не убивайте меня!       - Пацан, ты чего так от моей фамилии шугнулся? – вдруг он прозрел, тыкнув парню в сторону глаз, – А-а, ты-ж мистралец, наверно наслышан о моей брутальной сеструхе? Я не маньяк как она, так что не боись.       - Честно убивать не будете?       - Да что ты мне сделал, чтобы сразу убивать? На вот, глотни, успокойся. – усмехнулся Кроу, отцепив от пояса флягу.       Эгрер не посмел отказаться и взял её в руку. Запах оттуда шёл страшно спиртной, он ещё ни разу не чувствовал ничего настолько же крепкого, аж слёзы брызнули. Но не смотря на это покорно сделал глоток. Однако не успела эта страшная жидкость добраться до горла, как была беспощадно выплюнута.       - Кха-кха! – Эгрер опёрся о стену и начал тереть язык рукавом пиджака. К нему подскочила Маджента, но она не знала чем помочь и просто мельтешила рядом. – Что это такое?! Метиловый спирт?!       - Самогон, – пояснил Кроу, едва ли не смеясь, – мой секретный рецепт. Ну как, нервишки успокоились? Где общага? У меня не ахти как много свободного времени.       - Если отсюда, – наконец прокашлялся Эгрер, – то идите прямо, там будет вишня, потом налево.       - Точно, вишня. – Кивнул Кроу, после чего начал перелазить обратно через окно и едва слышно шептать. – Как я мог забыть?.. Нельзя мне столько пить...       - Эг, ты что? – зашипела Маджента. – Нельзя ему помогать! Этот злодей точно задумал что-то страшное.       - Я бы попросил. – Возмутился означенный злодей, на секунду задержавшись. – Я просто пришёл навестить племяшек. Ну, бывайте, малышня.       Стоило ему уйти, как тихо стоящая у стены швабра с шуршанием опустилась на голову Илльмонду. Он непонимающе посмотрел по сторонам, почесал место удара, после чего снова уснул.       - Стоп. – Вдруг понял Эгрер, панически зашептав. – Племяшки? Это получается, что в Биконе есть кто-то из его больной семейки? Прямо у нас под носом учатся Бранвены?!       - Клёво. – Легкомысленно сказал Йорт. – Вот бы с ними смахнуться. Это будет полезный опыт.       - О чём ты думаешь? Сначала тебя нашинкуют, потом зажарят, а под конец сожрут на глазах у Гудвич, и она ничего не сможет сделать. Они же все психопаты-маньяки-убийцы!       - Этот нормальный вроде.       - Обычно яблоко от яблони недалеко падает, а он просто в овраг скатился.       Разговор сам собой затих, каждый снова вернулся к своему занятию. Но долго это не продлилось. Мысль о том, что Чаклер пропал с концами всё отчётливей витала в воздухе и вскоре они решили просто слинять.       Было немного страшно покидать место отработок, но просто сидеть дальше они не хотели. Всё-равно их рабочий день скоро бы закончился, они просто ушли на час пораньше. Никто даже не узнает об этом.       После тяжёлого трудового дня дико хотелось есть и стая направилась в столовую, тихо жалуясь друг другу на ноющие мышцы.       Но там их встретила только гробовая тишина.       При взгляде на пустые скамейки и стерильно чистые столы, создавалось ощущение, будто Бикон вымер. Ужин уже должен быть в самом разгаре, но их встретил только едва слышный скрип колёс тележки уборщика. Напевая себе под нос, работник прошёл мимо них, даже не заметив посторонних. Стоило ему выйти из столовой, как лампы немедленно выключились, погрузив помещение в полутьму.       Не понимая, что тут происходит, стая подошла к пункту раздачи, но тот был почти пуст. Не считая пары подсохших булочек с сосиской (которые рефлекторно были схвачены и съедены Эгрером) тут ничего не было.       - Эй! – раздавшийся выкрик заставил студентов спрятаться за широкой спиной Йорта, который только шевельнул бровью. – Вы чаво тута делаете?       Из двери, ведущую на кухню, вышел повар. Он вытирал мокрые по локоть руки полотенцем и подозрительно на них смотрел.       - Где еда? – задал Эгрер главный вопрос.       - А всё, а нету.       - Да как так "нету"? Всегда была, а теперь нету?       - Лафа кончилась, ребятня, теперича сами за себя и готовьте. Тута тока первый месяц ужин подают, а дальше всё. – Повар отложил полотенце и облокотился на стол. Он поманил их пальцем. – На каждом этаже в общаге есть гостиница, а тама рядышком кухня. Но всё нужное покупайте сами, вам не просто так стипендию дают. Дерзайте.       - Просто это всё как-то неожиданно...       - Директор чёт говорил... как-то так "совместный быт способствует укреплению командных связей". А мы с ним и не спорим, нам лишняя работа не нужна. – Повар развернулся и пошёл по своим делам, едва слышно бормоча. – Ишь, троглодиты, ещё и ужин им подавай.       Эгрер задумчиво чесал затылок. Кухня значит...       - Ладно. Кто-нибудь умеет готовить? – В ответ тишина. – Илль, даже ты? Ты ведь человек широких взглядов и увлечений.       - Готовка никогда не входила в их число.       - Мадж? – Всё допытывался Эгрер. – Ты ведь однажды печенье готовила. Сможешь хотя бы яичницу сварганить?       - Меня мама только десерты печь учила.       - Круто, но это немного не то, что нужно организму после тяжёлого дня. Ну ладно. Совместными усилиями мы как-нибудь что-нибудь да сварим.

***

      - Мадж, тащи огнетушитель!       - Сейчас!       - Илль, неси покрывало!       - Будет!       - Йорт, смотри, чтобы они не начудили!       - Херли мне тебя слуш~       - ЙОРТ!       - Понял.       Яичница с беконом не задалась, загорелась плита. Как это произошло неясно, но факт налицо - пожар захватил уже половину кухни и ползёт по обоям к потолку, а система пожаротушения не работает.       Эгрер со слезами на глазах смотрел, как от их еды остаются лишь угольки и чёрный мерзкий дым. Кажется, придётся одолжить у команды Джунипер ещё немного продуктов.       - Отойди! – Прибежала Маджента, вот только в руках у неё был отнюдь не огнетушитель, а даже наоборот. Эгрер отпрыгнул в сторону и лёг на пол, закрыв голову руками.       Тугая струя водного огня вырвалась из сопла огнемёта.       - Йорт, чтоб ты сдох! Ты где шлялся?!       - Сорян, я за этим бегал. – Вакуоский гангстер показал на Илльмонда, который валялся у него на плече. – Он ударился головой об косяк.       - Да у него ауры как не в себя! Как он умудрился отключиться?!       - Я потушила! – крикнула счастливая Маджента.       - Нет, ты заменила нормальный огонь на ненормальный! Когда ты вообще успела до оружейки сбегать?       Тут мигнула лампочка и с характерным электрическим звуком свет в общежитии погас. Мокрый огонь добрался до проводов, что бы это не значило...       - Твою же-ж мать! Йорт, найди нормальный огнетушитель!       - А толк от него будет? – Он показал на "горящую" плиту. Водный огонь стекал с неё на пол, напоминая напалм, но который не жжёт, а мокрит. Но даже такой странный огонь требовал для своего поддержания материю. А потому даже вроде бы безопасный огонь может стать проблемой.       - Мадж! Отдай Йорту ампулу с ледяным прахом. Я сказал отдай, не смей палить! Ты просто опять заменишь один огонь на другой! Йорт, сгоняй за своим кастетом, быстро!

*Тем временем этажом выше*

      - Ну вот. – Проворчала Руби, смотря на лопнувшую лампочку. – Дядя, ты опять...       - Ты же знаешь, я это не контролирую. Ладно, племяшек я с поступлением поздравил, с подружками вашими познакомился, – Кроу кивнул в сторону Вайсс и Блейк, – пора и честь знать.       С этими словами он вылез в окно, через которое и попал в их комнату.       - Ты просто сбежал! – крикнула Янг ему вслед. – Вот всегда так, а потом нам разбираться.       - Почему ты так уверенна, что в этом виноват твой дядя? – скептично спросила Блейк.       - Он всегда приносит неудачи окружающим. Ладно, раз это мой дядя, то я возьму на себя ответственность и сгоняю за новой лампочкой.       - Ты и ответсвенность? – усмехнулась Вайсс. – Я бы посмеялась, но смеяться над инвалидностью некультурно.       - Не нуди, Вайсскимо. – Её от этого прозвища перекоротило и Янг со смехом выскочила из комнаты.

*этажом ниже*

      С пожаром разобрались. Пускай Йорт впервые работал с ледяным прахом, но просто махнуть рукой в нужную сторону он мог. Правда, он отморозил себе все пальцы, но главное, что дело сделано.       - А теперь мы вернёмся в свою комнату и сделаем вид, что ничего тут не происходило. Если будут подозрения в нашу сторону, свалите всё на Кардина.       Стая согласно закивала, стоя в центре обледеневшей кухни. Спать они ложились голодными.