Топ один рок-команда Бикона

      Честно говоря, Эгрер считал, что он не должен вмешиваться в дела команды Рубин. Нет, он понимал чувства Руби, ведь сам когда-то пытался склеить свою разваливающуюся команду и знал каково это. Но это сугубо их проблема, которую им следует решить самостоятельно. Они сами должны притереться друг к другу и сами решать возникающие между ними споры. Иначе это не команда.       Эгрер решил помочь по другой причине. Как и Руби, он прекрасно понимал Вайсс и её желание занять пост лидера. А так же знал, к чему это желание может привести. Знал, как никто другой.       В тот раз он отступил, потому что понимал - её не переубедить. Вайсс не желала слышать ничего, что противоречит её мнению, а излишняя настойчивость сделала бы только хуже.       Была надежда на то, что она сама поймёт к чему приведёт избранный ей путь. Но сейчас Эгрер понял, насколько наивно было на это рассчитывать. На самом деле тогда он просто отложил решение до лучших времён, которых так и не настало. Наоборот, становилось только хуже, и повторять свою ошибку, надеясь, что всё само собой образуется, глупо.       Надо что-то делать самому. Причём сейчас.       К счастью, он был не один, ему была готова помочь Руби. Однажды Эгрер рассказал ей всё, что знал о Вайсс, и теперь пришла её очередь ответить тем же.       Не то, что бы они стали вдруг друзьями, просто у них оказались похожие цели. Она хочет подружиться с Вайсс и объединить свою команду, а Эгрер хочет убедить её свернуть с пути уничтожения этой самой команды.       Так что они скорее союзники.       От этой мысли становилось смешно и одновременно грустно. Удивительно, как всё перевернулось вверх дном - та, против кого он строил козни стала незаменимым напарником против той, с кем он эти козни и придумывал. В этом было что-то по-злому ироничное.       И намного более ироничным было то, что Нора тоже согласилась поучаствовать в его плане. Причём на первых ролях.       Пытаться изменить мнение Вайсс словами бессмысленно. Если бы всё было настолько просто, Руби справилась бы и сама.       Пришло время быть грубым.       - Приветствую вас на собрании ордена Подсидельщиков. – Торжественно сказал Эгрер. Он без стука вошёл в класс, используемый орденом и профсоюзом для совещаний.       - Ты вернулся! – Нора тут же сжала его в стальных объятьях.       - Что ты тут забыл? – с прищуром спросила верховный председатель, стоя рядом с изрисованной коварными планами доской. – И как ты узнал, что у нас сейчас собрание?       - Ты очень любишь следовать графику. – Это ведь не обман. – Я просто запомнил во сколько вы с Норой обычно пропадаете и пришёл в это же время. – И это тоже. – А пришёл я, чтобы помочь тебе с твоей проблемой, Вайсс.       Ни слова лжи. Идеально. Не зря Эгрер потратил на продумывание их диалога несколько часов.       - С Руби?       - С командным взаимопониманием.       - Она опять что-то тебе наплела, да?       - Я пришёл не отговаривать тебя от идеи переворота, а наоборот, приблизить к нему. У меня есть одна интересная идейка.       Вайсс тут же отложила мелок и обратилась в слух. Она просто замерла и стала немигающим взглядом смотреть прямо в глаза Эгреру, что слегка того пугало. Казалось, ради этого знания она может простоять так несколько лет, не шевельнув ни одним мускулом.       - Правда, это потребует некоторых жертв с твоей стороны...       - Какого рода жертва? – деловито поинтересовалась верховная председательница ордена Подседельщиков, готовая при необходимости заколоть на алтаре девственницу.       - Время, нервы и, возможно, самоуважение.       - Приемлемо. Излагай.       Эгрер слегка слукавил, когда сказал, что этот план приблизит переворот. Нет, теоретически так оно и есть, но цель этой идеи совсем в другом. Для начала Вайсс должна понять, что если она не изменит своё мнение насчёт важности одобрения сокомандников, то будет править руинами. Никто не пойдёт за тем, кто ни в грош не ставит его мнение.       А чтобы она начала к ним прислушиваться, она должна с ними подружиться.       Провал этого плана недопустим и может привести к катастрофическим последствиям. Задумка сама по себе довольно опасна, ведь случись что и шишки посыпятся именно на Вайсс, что явно не поможет команде Рубин воссоединиться.       После лёгкой заминки, во время которой каждый успел проникнуться грядущим откровением, Эгрер заявил:       - Надо, чтобы ты подружилась со своей командой.       - У-у-у, – с придыханием произнесла Нора, – очень коварно и подло. Как по-нашему!       - А вот и подвох, который я ждала. – Вздохнула разочарованная Вайсс. – Кажется, мы уже об этом говорили, Эгрер. Какая разница, на чьей они стороне, если всё решает директор? Мы должны сконцентрировать всё внимание на нём.       - Чем мы и занимались последние... – он начал показушно загибать пальцы, – всё время. И результата нет. Не значит ли это, что пора попробовать что-то новое?       - Может нам тогда попробовать встать на голову, хлопнуть три раза в ладоши и загадать желание? А вдруг поможет?       - Не надо тут утрировать. Нора, сядь на место, она пошутила.       - А если правда сработает? – возмутилась Нора, не послушав своего бывшего предводителя. Эгрер поспешил отвернуться, чтобы не видеть, как задерётся её юбка.       - Игнорируем её? – предложила Вайсс.       - Как и всегда. – Кивнул он. – Итак, что касается моего плана - он уже в исполнении, так что тебе не отвертеться.       - Пф! У меня всегда есть выбор и я всегда могу отказаться.       - Не в этом случае, прости. – Вайсс недовольно сложила руки на груди, но осталась при своём мнении. Она правда считала, что если ей что-то не понравится, то может просто уйти. Наивная. – Я подговорил рядовую Валькирию устроить девичник и при этом рассказать всем, что это именно твоя идея. Тебя уже ждут в комнате Джунипер все девчонки наших команд. Веселись!       - Так вот зачем это надо было! – поражённо воскликнула Нора, оставаясь вне зоны зрения Эгрера. Послышалось три хлопка. – Какое коварство, бедная Вайсс...       Бедная Вайсс не знала что и сказать. Такая наглость её не просто удивила, а парализовала. Она открывала и закрывала рот словно выброшенная на берег рыба и моргала глазами так часто будто вот-вот расплачется. Вот только на слёзы в её глазах не было и намёка, а всепожирающая ярость всё больше захватывала её рассудок.       Вайсс разозлилась по-настоящему.       - Это возмутительно. – Наконец прошипела она, причём так страшно, что Эгреру пришлось слегка отодвинуться. – Ты даже не поинтересовался моим мнением.       - Я просто знал, что ты откажешь, а так у тебя уже нет выбора. Если ты пойдёшь и всё им расскажешь как есть, то только расстроишь девчонок. Нора рассказала мне, что они были очень рады, что ты решила с ними подружиться. Даже Блейк не сказала ничего против.       - Нора...       - Эг говорил очень убедительно. Ты ведь правда не сможешь стать лидером, если не подружишься с остальными.       - Ещё как смогу.       - Всё уже устроено, – сказал Эгрер, миролюбиво улыбнувшись, – тебе остались только прийти на место и собрать лавры. Уверен, что если тебе зададут пару неудобных вопросов, то ты сможешь выкрутиться. Котелок у тебя варит о-го-го.       - Я никуда не пойду. – Твёрдо сказала Вайсс. Порой она способна переплюнуть в социофобии даже Илльмонда, и он не понимал, в чём кроется проблема.       Притворная улыбка слетела с лица Эгрера, показывая его истинные эмоции.       - Да что с тобой не так?! Почему ты боишься собственной команды?!       - Я их не боюсь, что за глупость. – Машинально ответила она, потопав к выходу.       - Правда что ли? Ты с ними вообще хоть иногда разговариваешь? Я вижу вас вместе только на завтраке, даже во время уроков ты отсаживаешься от них подальше.       - Будет меня недолидер поучать. – Проворчала она не оборачиваясь.       - В отличии от тебя, меня в команде любят! – Эгрер не видел её лица, но вздрогнувшие плечи сказали всё сами. – Слушай, попробуй. Не знаю в чём твоя проблема, это не моё дело... но просто попробуй с ними поболтать, не знаю, про любимую еду или время года. Дай им хоть что-то, за что можно зацепиться, и дальше они сами всё сделают.       - Это не поможет.       - Если так, то обещаю - я эту тему больше никогда не подниму. Я понимаю, что иногда могу быть слишком навязчивым... Но и ты пообещай, что правда попробуешь с ними подружиться. Не на отвяжись, а будто от этого зависит твоя жизнь.       Вайсс развернулась и тяжело посмотрела ему в глаза. Эгрер не знал, почему она не хочет сближаться с собственной командой, но точно знал, что ей хватает мозгов понять очевидное - как бы ты не заставлял людей подчиняться, они не пойдут за тобой только потому-что у тебя есть значок, власть или деньги. Она не может этого не понимать.       Но тогда почему Вайсс всё время делает вид, будто это её ничуть не волнует?       Эгрер сожалел, что создал орден Подсидельщиков. Если бы не это, то они оба давно бы смирились и жили в мире со своими командами.       Всё могло быть совсем иначе. Может быть он бы даже не познакомился с Вайсс, а их последний разговор состоялся бы как-раз у класса Питера Порта в первый учебный день. Они бы пожаловались друг другу на жизнь и разошлись.       Какой бы тогда была Вайсс?       Она бы точно доставала Руби и дальше, но не чтобы сжить со свету, а чтобы сделать из неё такого лидера, который имел бы полное право возглавить саму Вайсс Шни. Она осталась бы точно такой же язвой, но намного терпимей и дружелюбней.       Эгрер бы тоже был другим. Ему бы не пришлось жить целый месяц во лжи, в которой он и так никогда не был искусен. Ему бы не пришлось давить Мадженту, чтобы ослабить её уверенность в своём посту. Ему бы не пришлось врать самому себе, чтобы успешно врать окружающим.       Всё было бы намного проще и лучше.       - Я очень на тебя обижена, Эгрер. – Наконец сказала Вайсс. – Полагаю, тебе тоже будет очень неприятно, если я без твоего ведома полезу в твою команду со своим видением лидерства.       - Да. – Поступи она так, и Маджести развалится в тот же день.       - Что-ж. Полагаю, я и правда ничего не потеряю, помимо времени, нервов и капли самоуважения. – Эгрер расслабленно выдохнул. У него получилось. Скорее всего Вайсс не простит ему этого "предательства" до тех пор, пока не поймёт насколько же он был прав. – Если ты помимо прочего пообещаешь впредь никогда так не делать, то я соглашусь пойти на этот девичник и попытаюсь наладить дружественные отношения с остальными.       - Я согласен. – На этом собрание ордена Подсидельщиков было законченно.       В мрачной гробовой тишине они вышли из класса и направились в общежития.       Эгрер оставил Вайсс с Норой у входа в комнату Джунипер, пожелав напоследок удачи. Делая шаг за шагом в сторону лестничной площадки, он то и дело на миг замирал в ожидании звука открывшейся двери. Но дойдя до ступенек он так ничего и не услышал.       Вайсс всё ещё мешкала, смотря на закрытую дверь как на пасть смертолова. Доносящееся из комнаты веселье её отталкивало, но не потому-что оно было ей неприятно, а потому-что она его боялась. Нора стояла рядом и ждала, прекрасно понимая, что вмешательство сделает только хуже.       И когда Вайсс всё же коснулась ручки двери кончиками пальцев, то обернулась. Но Эгрер уже ушёл.       Потеряв всякую надежду, он вошёл в свою собственную комнату, как вдруг услышал радостный визг Руби:       - Вайсс! – в её голосе было столько чистой радости, будто она успела похоронить и оплакать Янг, а та возьми и вылези из гроба.       - Итак, осталось лишь подождать. – Тихо выдохнул Эгрер.       - Чё?       - Ничего, Йорт. Просто мысли вслух.       Эгрер закрыл дверь и окинул взглядом их, с позволения сказать, мальчишник. Так как именно комната Джунипер была отдана девчонкам для девичника, то парни оттуда вынужденно мигрировали сюда. Он сам предложил им погостить у них, предварительно стащив из столовой несколько бутылок газировки и пачек чипсов.       Йорт с Жоном уже играли какую-то видеоигру на телевизоре. Как оказалось, на нём можно не только фильмы или новости смотреть, но ещё подключить свитки как контроллеры. Очень полезное открытие, особенно сейчас, когда надо занять дорогих гостей.       Несмотря на напряжённые отношения между ними, Жон вполне дружелюбно разговаривал с Йортом, а тот не спешил отсаживаться от слабака. В игре они сражались на равных.       В другой половине комнаты Рен пытался разговорить Илльмонда, но тот не особо шёл на контакт. Как и всегда, он был нелюдимым и даже такой человек как Рен не смог к нему подобраться. А ведь если так подумать, они довольно похожи. Оба ведут себя спокойно, рассудительно и тихо. Что одного, что второго почти невозможно вывести из себя, и каждый из них обладал таким редким качеством как ненавязчивость.       Вот только если Рен сохранял эти свойства и в критические ситуации, то Илльмонд часто поддавался панике и импульсивным поступкам. Да и, если задуматься, он скорее безразличен и ленив, чем спокоен и собран...       Но эти небольшие различия совсем не играли роли. Эгрер считал, что они прекрасно могут поладить друг с другом, просто нужен небольшой толчок. И он решил его обеспечить, взяв по пути стул и присев к ним поближе.       Разговор, который и без того едва держался, окончательно затух.       - Итак, чем займёмся? Вроде у нас где-то были карты.       - Кто-то сказал карты? – не отрываясь от телевизора спросил Йорт. Полоска его здоровья уже была почти на нуле, и даже используя своё проявление напропалую он едва держался против Жона.       - С тобой играть не будем, даже не проси. Мы уже проходили этот разговор.       - Он шулер? – поинтересовался Рен, который чувствовал себя в чужой комнате слегка неуютно. Может дело в том, что сейчас он был без Норы, которая обычно всегда была рядом? Они ведь буквально не разлей вода. Или его смущали анимешные плакаты с полуголыми девушками на стене рядом?       - Шулер это не совсем точное определение. – Со смешком ответил Эгрер. – Но можно и так сказать, да.       - Иди нахер, никаких правил я никогда не нарушал.       - Ой, только давай без этого, а! Мы оба прекрасно понимаем, что с тобой играть себе дороже. – В конце концов очень трудно победить предсказателя в игре, в которой всё зависит от случая. Так что в некотором роде Йорт и правда шулер. – Ну так как вам идея? Скоротаем время за партийкой другой.       - Да как-то неохота. – Пробормотал Илльмонд, потянувшись к свитку на тумбочке.       - Не-а. – Эгрер его опередил и первым схватил крупнейшее цифровое хранилище хентая в мире. – Оторвись от него хоть на один вечер.       - Говоришь как моя мать.              - Раз не хочешь в карты, тогда... не знаю... правда или действие?       - Ещё хуже. – Пробурчал хиккан.       - Ой, да ты и так ни на что не согласишься, чего я вообще тебя спрашиваю. Итак, играем в правда или действие! И это не обсуждается, Илль.       Тот пробурчал что-то под нос, но оказанного давления хватило, чтобы он согласился. Пусть Эгрер пообещал не лезть в его проблемы, но данная ситуация возникла неожиданно и сама собой. Так что взятки гладки, он просто слегка подтолкнёт Илльмонда в сторону потенциального друга.       - Итак, – начал Эгрер игру, – Рен, правда или действие?       Что-то подсказывало, что если начать с Илльмонда, то тот просто замотается в одеяло и задрожит от ужаса.       - Правда.       - Почему ты решил стать охотником? – для начала лучше всего придумать что-нибудь безобидное. А что-нибудь личное спрашивать уже разогревшись.       - Тяжёлый вопрос... – задумался Рен. – Легче сказать какие причины нас на это не сподвигли.       - Нас?       - Меня и Нору. Мы всегда были вместе и всегда шли в одну сторону. Так что стать охотниками решили мы оба. А вот по какой причине... – Он принялся наматывать тонкий хвост волос на палец. – Точно не помощь нуждающимся, хоть это благородно. Точно не слава или деньги. Наверное, мы просто хотим повидать мир. Остальное идёт приятным бонусом.       Ответив, Рен посмотрел на Илльмонда, словно спрашивая у него разрешения. Тот паникующе переводил потерянный взгляд с одного на другого, словно они заковали его в цепи и тащат на виселицу.       - Сейчас я д-должен что-то сделать? М-может ты выберешь Эга?       - Тебе надо сказать "правда" или "действие". – Поспешил на помощь Эгрер. Будет очень тупо, если социализация Илльмонда провалится из-за такой мелкой детали, как незнание правил игры. – Если первое, то ты должен честно ответить на заданный вопрос, если второе, то выполнить действие.       - Т-тогда правда.       - Чем ты увлекаешься? – Рен тоже решил спросить что-то нейтральное. Илльмонд зажмурился.       - В целом - аниме, визуальные новеллы и немного чтение, в частности - конкретно сейчас рисование, раньше было много других хобби. – Он сказал это так быстро и с таким видом, будто каялся в исповедальне. Отстреливались, он снова вздохнул, но на этот раз с облегчением.       - Я или Рен? – дал подсказку Эгрер. Илльмонд показал пальцем на него. – Тогда действие.       Уж лучше сделать что-то постыдное, чем отвечать на вопросы. Больно много у него грешков за спиной, один неудобный вопрос и выйдет неудобная ситуация. Его враньё быстро раскусят, а ложь в этой игре означает потерю всякого достоинства и чести.       И хотя Илльмонд примерно знает, какие вопросы лучше не задавать, но сейчас он, мягко говоря, неадекватен. Лучше перестраховаться.       - Ну... – задумался Илльмонд, – даже не знаю, что придумать...       Он всё ещё сильно боялся, но через силу продолжал играть. По началу, как только очередь доходила до этого непонятого миром художника, то он едва ли не сбегал. Но стоило слегка войти во вкус и его фантазия показала себя в полной красе. Илльмонд заставил Рена надеть на себя мусорный мешок и использовать его в качестве рубашки до конца вечера, а Эгрер сначала ел яблоко без рук, а потом кричал из окна признание в любви Глинде Гудвич.       Это был самый смущающий поступок в его жизни. Особенно когда этажом выше раскрылось окно и на него посмотрела Нора.       - Тоже развлекаетесь?       - Да, типа того. – Эгрер обернулся, но Илльмонд с Реном ещё смеялись от его пламенной речи. – Как там Вайсс?       Всё это время его не покидал иррациональный страх, что его задумка накроется медным тазом, поэтому он не мог этого не спросить.       - Отлично, бывший верховный председатель, всё идёт в точности по плану. – Нора козырнула и её тон стал шутливо-серьёзным. – "Молот" докладывает: "Снежный ангел" под ежесекундным наблюдением меня или "Бабочки". Объект повышенной опасности "Бестия" пока не предпринимал попыток как-то задеть "Ангела". Прочие отнеслись к мероприятию с кодовым наименованием "Девичник" с восторгом. Происшествий класса "Сматываем удочки" пока не поступало, а угроза их возникновения минимальна.       - Так держать. – С этими словами он вернулся в свою комнату и игра продолжилась.       Ничего страшного или унизительного так и не произошло, хотя Рен и Илльмонд давали Эгреру всё более и более смущающие действия, ведь он до сих пор ни разу не выбрал правду. Словно бы дразнил их.       Но даже так, петь одну из тех попсовых песен, что они играли в клубе Джуниора было невыносимо. Учитывая, что по условию задания Эгрер должен был сделать свой голос максимально хриплым, а гитару расстроить. Малышка ещё никогда не издавала таких ужасных звуков... Это было физически больно слышать.       Даже Жон с Йортом рассмеялись. Сами они не принимали участие в игре, но следили за ними краем глаза и даже иногда давали подсказки чего бы ещё такого сотворить Эгреру.       Вдруг Йорт крикнул какой-то боевой клич и сделал невообразимую комбинацию ударов. Полоска жизни у персонажа Жона, тонкого как щепка ниндзи в огромной шляпе, опустилась до нуля.       - Фаталити, сука! – Толстый чернокожий байкер схватил поверженного врага, раскрутил над головой и со смехом воткнул в землю. Всё это сопровождалось кровавой демонстрацией сломанных костей.       - Хороший бой. – Заметил Жон, ничуть не расстроившийся поражению. – Ты словно видел каждый мой шаг наперёд.       - Ну, не каждый. – Ответил Йорт, насыпав себе в рот пачку чипсов. Крошки из его рта попадали на ковёр, и заметивший это Эгрер вздрогнул от отвращения. – Ты тоже ничё так, никогда не знаешь, чего от тебя ожидать. Как тя звать?       - Жон.       - Мы раньше не встречались? Харя больно знакомая...       За их беседой было очень умилительно наблюдать, но тут Рен сделал то, чего всей душой опасался Эгрер.       - Эг, я хочу, чтобы в следующий раз ты выбрал правду.       - Только пожалуйста, без личного. – Рен понимающе кивнул, и когда очередь снова дошла до него, то задал самый безобидный, по его мнению, вопрос.       - Кем ты был до того, как решил стать охотником?       - А... а можно другой вопрос? – потому-что ответ "вор" вряд ли будет воспринят хорошо. Рен пошёл на встречу, но наступил на другую мину - может из-за веселого настроя, а может из-за любопытства, но он задал совсем уж неожиданный вопрос:       - Кто твои родители?       Эгрер проглотил язык, а на его лицо выползла глупая улыбка, хотя он даже сказать ещё ничего не успел. Он задумался как стоит извернуться из этой щекотливой ситуации. Потому-что откровение, что его отец это всемирно известный криминальный гений, а мать не то, что бы серийный убийца, но где-то близко... будет воспринята ещё хуже.       Теоретически он может просто сказать "люди", но этот ответ разрушит остальным всё удовольствие от игры. Ведь весь смысл в том, чтобы узнать друг друга получше... В голову пришёл отличный ответ, который при этом был абсолютно честен.       - Я сирота, так что без понятия. – О своих биологических родителях Эгрер правда совсем ничего не знал. – Моя очередь. Илль.       - Правда.       - Кроме Мадж ты встречал в Биконе других Моэ?       - Я чувствую в Руби отголосок этой силы, но он слаб. Ей ещё предстоит раскрыть свои способности, но до тех пор она просто три-дэ девка. Рен?       - Правда. – Илльмонд тут же предвкушающе придвинулся.       - Вы с Норой встречаетесь?       - Нет.       - Но ты бы хотел?       - А это уже другой вопрос. – Он хитро улыбнулся.       И всё-таки они точно могут поладить!       Социализация Илльмонда идёт всё лучше и лучше. Вне Маджести он разговаривает только с Жоном, и то, если случайно встретятся, а теперь у него появится ещё один надёжный друг.       Конечно, Илльмонда всё ещё необходимо держать на коротком поводке, чтобы ненароком не сбежал, но в целом успехи радуют. Когда-нибудь наступит момент, когда он и сам будет с удовольствием искать новые знакомства. Ведь что бы он там не говорил про свою интровертность, но друзья нужны всем. И чем их больше - тем лучше. Иначе быть не может. Точка.       Вдруг Эгрер вздрогнул и поднял голову к потолку.       - Стоп, вы слышали? Мне показалось, или там грохнулось что-то тяжёлое?       Рен с Илльмондом переглянулись и заверили, что ничего такого они не слышали. Йорт с Жоном сказали то же самое.       Сидеть и играть как ни в чём не бывало не представлялось более возможным. Эгрер нервно подошёл к окну и выглянул наружу, задрав голову ухом кверху. Он замер, тщетно надеясь что-нибудь услышать, но окно в комнате Джунипер было закрыто и не пропускало звуков. Или их попросту ничто не издавало.       - Ты чё-то дёрганный. – Заметил Йорт.       - Да ничего, просто слегка волнуюсь за Вайсс. Она довольно склочная, так что, боюсь, их сходка может кончиться плохо.              - Шанс того, что они там все пересрутся около шести процентов. Что подружатся аж пятнадцать. Остальное - что всё останется как было. Хорош панику разводить.       - Спасибо. – От этого предсказания Эгреру и правда стало чуточку легче. – Не обращайте на меня внимания, давайте лучше продолжим.       "Шесть процентов не так уж и мало, между прочим" пронеслась предательская мысль. "И помни, что есть ещё три процента, что одна убьёт другую"       Расслабиться с такими мыслями было почти невозможно. То и дело сверху будто бы что-то падало, доносились крики или злой топот. Остальные ничего такого не слышали и Эгрер пришёл к заключению, что это у него на нервной почве. На всякий случай он даже написал на свиток Норе с приказом доложиться. И рядовая поведала, что никаких стуков, падающей мебели или криков у них нет.       Сейчас он мог положиться лишь на Мадженту с Норой, надёжность своего плана и слово Вайсс. У него не было возможности присутствовать там лично и всё проконтролировать, а именно это и нервировало его сильнее всего. Даже сам факт того, что на плечах двух главных чудачек Бикона лежит такая ответственная работа не пугал так сильно, как это чувство ускользающего контроля.       Никогда ещё Эгрер не доверял своим друзьям что-то действительно важное. Это было трудно.       Иногда даже возникала мысль позвонить Норе и в реальном времени указывать ей в какую сторону смотреть, что говорить и как действовать. Чтобы всё было под его управлением, чтобы всё было как надо, чтобы в итоге их ждал только успех.       Не будь Эгрер так занят борьбой с этой идеей, то понял бы, что лежало в самой основе его нежелания отдавать пост лидера Мадженте.       Он боялся потерять контроль над стаей. Он чувствовал себя в опасности, когда его приказы стали игнорировать. Он видел угрозу в их самостоятельности. И это же стало причиной, по которой он постоянно лез в их дела.       Эгрер совсем не доверял своим друзьям, хотя постоянно заверял окружающих о важности взаимного понимания и доверия. На самом деле он доверял и верил только в себя. Так уж его воспитал приют и приёмные родители. Это так сильно въелось в его натуру, что заметить можно только со стороны.       Держи всё под полным контролем, сделать всё идеально можешь только ты, вокруг одни невежды и предатели - на этих мудростях он вырос, они у него в подкорке. Эта сама его Суть, лежащая намного глубже того, что можно осознать. Подсознательный шёпот. Именно этот голос требовал свергнуть Мадженту любой ценой, именно он заставлял Эгрера постоянно ругаться с Вайсс за крохи влияния в их организациях.       Наверняка у неё тоже есть похожий внутренний голос... иначе она бы не отвечала так рьяно.       Доверится кому-то - значит вверить в чьи-то руки нечто важное. Эгреру такое было едва ли под силу. Пусть он и очень общительный, но всегда полагался только на себя.       Несмотря на то, что он живёт в самом Биконе, его жизни и здоровью ничего не угрожает, а настоящего голода не ощущал уже много лет, старые привычки никуда от этого не делись. Эгрер жил по ним едва ли не с самого рождения, и они так просто не уйдут из его жизни, сколь бы благополучной она не была.       Поэтому он ел всё, до чего мог дотянуться. Ведь кто знает, каким удачным будет завтрашний день?       Поэтому он пытается строить грандиозные планы и схемы, повторяя за приёмным отцом.       Поэтому он сбегает от малейшего признака опасности, потому-что привык, что ничего не может противопоставить старшим.       И конечно же, он не доверяет никому, кроме себя.       В глубине души он всё тот же приютский отморозок, которым был в фавеле. Страшно представить, кем бы он вырос, если бы ему не повезло встретить двух странно одетых чужаков, если бы они не захотели взять его с собой в путь вокруг всего Ремнанта, если бы ему не открыли ауру...       Может Илльмонд тогда правильно заметил. Эгрер так сильно хотел верных друзей, что это качество стало основой его личности после открытия ауры. И это качество вошло в конфликт со старыми привычками.       Игра в правду или действие отвлекала его от мрачных мыслей. Но ему и дальше иногда казалось, что сверху доносится ругань и бьётся посуда.       - Эг, девичник ведь твоя идея, да? – спросил Рен.       - Тебе что, Нора рассказала?       - В её защиту скажу, что она пыталась это скрыть. – Улыбнулся он. – Мне кажется, остальные там тоже догадываются, что ты приложил к этому руку.       - В следующий раз я дважды подумаю, прежде чем доверять ей что-то секретное. Тихо! – Эгрер прислушался, но сверху не доносились крики, звуки драки или ещё чего-то настолько же ужасного, как треск его плана. – Ну нет, я точно должен знать, чем они там занимаются.       Он открыл окно и полез наверх.       - Меня подожди! – Илльмонд сорвался с места и тоже полез по карнизу. – Вдруг у них пижамная вечеринка?       Эгрер был готов ко всему. К тому, что они в одном нижнем белье дерутся подушками, что они играют в азартные игры или даже в бутылочку. Но чего он не ожидал, заглянув в окно команды Джунипер, так это несущейся на него Блейк.       Она выпрыгнула из окна, даже не заметив, как лягнула Эгрера по лицу. Он сорвался с карниза и с приглушённым охом свалился с третьего этажа в окружении осколков стекла. Эгрер простонал от боли в спине и задрал голову, смотря как Блейк убегает всё дальше. Илльмонд свалился рядом.       - Чё произошло? – спросил Йорт, выглядывая вниз. За ним подпрыгивал на месте Жон, который пытался увидеть хоть что-то из-за его спины.       Эгрер посмотрел выше и встретился взглядом с Руби.       - Что у вас произошло? – прохрипел он. Но не успела она ответить, как над её головой пролетела белая туфля.       - Ну и проваливай! – крикнула Вайсс.       Всё-таки что-то пошло не так. Будто могло быть иначе...