Топ один рок-команда Бикона

      Готовиться к неизбежной смерти можно многими способами. Кто-то панически бродит туда-сюда не в силах смириться с неизбежным, кто-то судорожно строчит завещание, а есть даже те, кто сами бросаются ей в объятья.       - Нет совершенно никаких поводов для волнения. – Вещал Эгрер, стоя перед дверью в кабинет мисс Гудвич. – В смысле, чего такого страшного в простом разговоре? Тем более она наш куратор, так что должна быть на нашей стороне хотя бы из солидарности. Да и вообще, я уже здесь был, когда спрашивал Гудвич о музыкальном кружке. Это просто дверь. Бояться нечего.       Этот ритуал успокоения не раз его выручал. Давал не только отсрочку к неминуемому, но и реально слегка успокаивал.       - Да. – Кивнул Рен. Он был единственным, кто решился проводить генерального секретаря в это опасное путешествие. К сожалению, конкретно этот разговор скинуть на своего заместителя Эгрер не мог...       - Нет, я чушь сказанул, профсоюз ведь столько раз её бесил! Начиная агитацией в столовой и заканчивая самим нашим существованием.       - Да.       - Но даже так, самое страшное, что может произойти - она нам откажет. И всё. Больше ничего страшного не произойдёт.       - Да. Твои слова очень сильно меня успокоили.       - Вот-вот, трусишка, бояться нечего. – Эгрер сглотнул ком в горле и поправил красный галстук. Он всегда считал, что эта удавка не вписывается в цветовую гамму остальной школьной формы, но надел его ради соответствия всем стандартам.       Мисс Гудвич же любит всё правильное, да? Значит стандартную "Правильную" одежду тоже. А значит, у него будет больше шансов договориться о том, чтобы ответственность за проведение бала перед турниром доверили Энверсии.       Эгрер так удивился, когда узнал, что никто этим не занимается. По словам старшекурсников подготовкой к балу занималась команда Кофе, но сейчас они задерживаются на практике и неизвестно, когда вернутся. Так что генеральный секретарь профсоюза не мог не воспользоваться этим шансом.       Если в его руки попадёт власть над таким значимым событием, то он сможет многократно увеличить популярность профсоюза. Больше людей - больше общественное давление. Больше общественное давление - больше шансов вернуть музыкальный кружок. Директор не посмеет выступить против такого количества собственных студентов и ему придётся пойти на уступки.       И самое главное - Эгрер сможет сыграть на весь Бикон собственную песню. Не гимн профсоюза, конечно, а что-то другое, более подходящее. Он станет знаменит и популярен, заложив таким образом первый камушек своего будущего величия. Уже через пару лет его песни попадут на радио, а концерты будут собирать миллионные толпы фанатов со всего света. Великолепно.       Когда этот гениальный в своей коварности план родился в голове Эгрера, то тот не смог удержаться от злодейского хохота. К счастью, никого кроме членов профсоюза поблизости не было, так что репутационных потерь удалось избежать.       Вот только в голове всё было складно. А на практике как обычно возникли проблемы.       Дверь в кабинет Гудвич обладала ощутимой аурой ужаса, отгоняющая всякого посетителя. Этот коридор всегда пустовал, ведь мало кто захочет пройти мимо этого места или хотя бы просто увидеть его краем глаза. Студенты предпочитали обходные пути, даже если здесь было пройти намного быстрее.       Эгрер поправил волосы, проверив, идеально ли они лежат и не переборщил ли он с лаком, после чего отряхнул пиджак с брюками. А дальше просто стоял и смотрел на эту треклятую дверь.       - Бояться совсем нечего. Это просто разговор. Верно ведь говорю, Рен?       - Да.       - Вот и не бойся.       - Хорошо. Твои слова дали мне сил перешагнуть через мои страхи.       И только после всех этих прелюдий он набрался смелости постучать в логово Стальной леди.       - Открыто.       - Мисс Гудвич? – он неловко заглянул внутрь. Ему лишь сказали "Открыто", а не заветное "Входите" так что он посмел сунуть в её кабинет только голову.       Кабинет выглядел в точности как и раньше, когда Эгрер побывал здесь впервые. По комнате разносились резвые щелчки метронома, стоявшего на рабочем столе на небольшой подставке.       - Чем могу помочь, мистер Пелени? – судя по тону голоса, она не очень рада его приходу.       - Я по поводу подготовки к танцам. Кружок Энверсия хочет этим заняться.       - Подойдите ближе и повторите. – Эгрер мог поклясться, что говорил довольно громко и чётко. Но всё же он послушно сделал, что велено.       Около рабочего стола мисс Гудвич стоял стул для посетителей, но так как ему до сих пор не сказали "Садитесь" то он и не посмел сесть. Кто-то мог бы посчитать это излишним самонакручиванием, но Эгрер назвал бы это банальной вежливостью.       Поэтому он просто выпрямился в струнку и смотрел куда-то за спину хозяйке кабинета, не смея встретиться с ней глазами.       - Мы хотим поучаствовать в подготовке к танцам, мэм. – Повторил Эгрер и уже тише добавил. – Если позволите...       - Конечно позволим. – Тут же согласилась Гудвич, чиркнув пометку в блокноте и отдав связку с ключами. – Это от бального зала, с пометкой "МП" ведут в комнату за сценой, а маленький от подсобки. Перед тем, как тратить казённые деньги сначала посмотрите, нет ли там чего полезного. Если что, спросите директора, может в подвале под его башней тоже есть что-нибудь.       - Как-то слишком просто. – Неуверенно признался Эгрер, разглядывая ключи в руках.       - Бумаги оставьте на меня. Идите, работайте, до танцев осталась всего пара недель. Как я рада, что нашёлся хоть кто-то, кто готов взяться за эту работу...       - Есть какие-нибудь требования или ограничения?       - Никаких. Балом к Вайталу традиционно готовились сами ученики, и вмешательство учителей является дурным тоном. – Пояснила Гудвич. – Но помня о ваших музыкальных увлечениях... Не взорвите ничего.       - Не беспокойтесь об этом. Как я и говорил - я адекватный рокер.       Всё было просто. Очень просто, до подозрительности просто. Так просто, что сразу становилось понятно - наверняка это ещё один хитрый план Озпина. Директор хочет, чтобы именно Энверсия занялась подготовкой к балу, но зачем? В чём его выгода?       Обычно, когда профсоюз или орден становились жертвой махинаций Озпина, то именно Вайсс интерпретировала произошедшее, выстраивая стратегию обороны. Без неё будет тяжко, но даже понимая, что это очередная ловушка, обещанная свобода пьянила.       Но давила и ответственность. Пусть Эгрер хотел в первую очередь пропиариться, но портить из-за этого праздник остальным не стоит. Это будет некрасиво.       - Как всё прошло? – спросил Рен, когда генеральный секретарь вышел из кабинета.       - У меня есть смутные предчувствия... хотя нет, всё хорошо. – Он звякнул полученными ключами. – Собирай всех и идите на осмотр фронта работ. А я пока пойду к куратору студгазеты, пусть весь Бикон знает, что Энверсия взялась за подготовку к балу.

***

      Эгрер одобрительно присвистнул и этот звук отразился от стен помещения, повторившись ещё два раза. Бальный зал был огромен, тут точно есть где разгуляться.       Огромное пустое пространство по центру, очевидно, предназначено для самих танцев. Здесь бы легко расположилось три быкоглава, так что тесно не будет, даже если здесь одновременно соберётся весь Бикон. Впрочем, для этого такие габариты и предназначены.       Нора тут же принялась мерить пространство широкими шагами, громко стуча подошвами о ромбообразную синюю плитку. Когда она дошла до противоположных дверей, то досчитала до ста.       - Да тут можно устроить королевскую пирушку! – воскликнула она и эхо подхватило её голос.       - Мы и устроим. – Пообещал Эгрер, с воодушевлением бродивший по округе. Он видел здесь не пустоту, а безграничные возможности, шанс заявить о себе всему Бикону.       Были видны частичные приготовления, которые команда Кофе не успела довести до конца. Розовые ленты под потолком переплетались в причудливый узор, используя люстры как узлы, сходясь и расходясь в этих точках. Там же были привязаны и флаги всех четырёх королевств, чтобы гости не чувствовали себя обделёнными. На полу лежали огромные чёрные мотки ткани, в которых легко узнавались шторы.       Эгрер привередливо осмотрел окна, которым и правда не хватало чего-нибудь эдакого... мягкого. Но вот чёрный тут не подходил. Нужен белый.       Напротив окон стояла сцена, на которой в кучу сгрудилась музыкальная техника, такая как пульт диджея, здоровенные колонки в два человеческих роста, ставни для микрофона, и прочие приспособления. На этой сцене бы легко поместилась вся музыкальная банда Эгрера, вместе со всем преподавательским составом и церковным хором.       Идеальное место для исполнения пока ещё не написанной, но уже активно сочиняемой в голове песни. Бикон узнает, что такое настоящий рок! С пиротехникой, правда, придётся быть поосторожнее, закрытое помещение всё-таки. Да и о предостережении Гудвич стоит помнить...       За всем этим нагромождением всяческих полезных штук, таилась запертая дверь, за которой была просторная комната с парой диванов и кулером.       Закончив осмотр центрального и самого важного места во всём бальном зале, Эгрер двинулся дальше. Остальные разбрелись кто куда.       Две широкие лестницы, берущие начало от краёв сцены, вели к обзорным балконам, где с удобством и в относительной тишине можно будет наблюдать за весельем снизу. У одной из лестниц стояли горшки с лозами, которые уже поползли по стене и полу. Наверное их просто бросили здесь, так и не дотащив до места назначения.       Эгрер прошёл наверх и увидел огромный арочный проход к балкону на улицу. Красивые мраморные перила очерчивали широкий полукруг, на котором могла бы собраться такая же толпа как и на сцене.       - Красивый вид. – Сказал стоящий тут Рен, разглядывая шпили Бикона. Потом он перегнулся через перила и посмотрел на дорогу внизу, которая раздваивалась у стен бального зала и вела к двум симметрично расположенным входам.       - Видимо, те горшки Кофе хотели поставить где-то тут. – Поделился мыслями Эгрер. – Чтобы каждый приходящий сюда... наверное бился о лозы головой? Чтобы какой-то мудень вроде Кардина их дёрнул и всё упало вниз?       - Или это просто красиво выглядит снаружи.       - Или так, да.       Постояв так ещё немного, они вернулись обратно.       - Народ, собираемся на обсуждение! – крикнул Эгрер. Эхо с радостью подхватило его призыв и донесло его до каждого члена Энверсии. – Итак, предлагаю разделить обязанности. На повестке дня у нас еда и напитки, украшения, подготовка музыкальной программы. Кто чем хочет заняться?       - Пиротехника! – воскликнула Нора.       - Этого не было в предложенных вариантах, но да ладно. Только чур всё снаружи. Запустим фейерверков каких-нибудь.       Остальные не стали выдумывать своих вариантов, им и предложенного хватило. Маджента с Реном с радостью согласились заняться облагораживанием пространства, Жон взял на себя меню предстоящего праздника, а командованием занялся, очевидно, сам Эгрер.       Под вечер, когда каждый уже примерно понял, что ему надо, они составили список необходимых покупок. Эгрер задумчиво прочитал каждый пункт.       - Перед тем, как я передам этот список Гудвич, надо посмотреть, нет ли чего похожего в подсобке за сценой.       - Вряд ли бы там затерялись сорок метров настольных простыней. – Заметил Жон. – Или сервиз на полтыщи человек. Сколько вообще народу придёт?       - Без понятия. Если наших ещё можно посчитать, то вот сколько будет гостей одни Близнецы знают. На всякий случай запасёмся с излишком. – Пожал плечами Эгрер, после чего вернулся к списку. – Мадж, сбегай в подсобку, посмотри что там вообще есть.       Он бросил ей ключи и продолжил излагать планы на бал.       - Там можно поставить стол с едой. – Эгрер указал пальцем в сторону огромного окна, за которым был виден прудик. – Подоконник заставим цветами, а сверху будут свисать флаги всех четырёх королевств. И так у каждого окна. Когда шторы повесим будет смотреться ещё лучше.       - Может место у окон оставить свободным? – спросил Рен, отвечающий за общий вид бала. – А столы поставить вон в том пространстве между сценой и лестницей. Вряд ли там будет много людей, а у нас будет больше места.       - Ренни как всегда умный. – Закивала Нора. – Ренни фигни не скажет.       Эгрер задумчиво почесал затылок, прикидывая в голове этот вариант.       - Ну, можно и так. Надо ещё посмотреть какого размера будут столы, кстати. А то может так получиться, что поставить-то в той прорехе поставим, а подходить будет неудобно. Места и так много, можно особо не экономить.       Душераздирающий вопль Мадженты прервал все разговоры. Профсоюз всем составом поспешил на помощь.       - Там... там... Труп! – крикнула она, показав пальцем в подсобку.       "Неужели Кукловод уже кого-то убила?! Нельзя было мне так расслабляться, надо срочно позвать сюда Блейк с Саном!"       - Мадж. – Нейтрально произнёс Рен, заглянув внутрь. – Это муляж. На уроках биологии такие есть.       Эгрер тоже сунул голову в дверной проём, решив убедиться в этом самостоятельно. На кучке хлама валялся слегка пожелтевший от старости бутафорский скелет. А может он пожелтел из-за света старенькой лампы накаливания, окрасившей всё в лёгкие оранжевые тона?       - Мадж, ты так не пугай, а. – Расслабленно выдохнул он.       Нора вошла внутрь и бесстрашно взяла в руки источник паники. Взяла и начала играться.       - Не тряси им как плюшевой игрушкой! – взмолилась Маджента. – Его надо похоронить.       - Мадж, он же не настоящий~ – начал было говорить Эгрер, как был нагло перебит.       - Я сказала, его надо похоронить! Вдруг тут бродит призрак? Нора, немедленно положи его на место, не стоит злить неупокоенный дух.       Переубеждать её было слишком хлопотно, поэтому вскоре прямо за бальным залом появился небольшой холмик. К счастью, в этой кладовке кроме скелета были ещё и лопаты, но вот на этом полезные предметы закончились. Придётся идти на поклон к Гудвич за бюджетом.       Как обычно на эту опасную работу был отправлен Рен. Ведь он никогда ничему не возмущался и не станет сопротивляться такому бессердечному пренебрежением его душевным здоровьем.       Остальные тем временем разошлись по своим делам. На сегодня было решено закончить с работой, общий план действий был составлен, а время их никуда не торопило. Можно особо не напрягаться.       Но вдруг на свиток Эгрера пришло сообщение. Сообщение от Гудвич. Явно дурное предзнаменование.       «Мистер Пелени, вы так и не предоставили мне отчётность о ваших недавних покупках для клубной комнаты. Надеюсь, вам не нужно напоминать, что каждый потраченный вами льен из бюджета обязан быть должным образом задокументирован и отправлен мне на стол факсом?»       Когда Эгрер реформировал вольное профсоюзное движение в официальный кружок, то даже не предполагал, что ему придётся заполнять документы. А их куратор, которая, на секундочку, является аж самой Стальной леди и заместительницей директора, никаких поблажек давать явно не собиралась. Либо кружок исправно исполняет свою роль, либо распускается. И чтобы доказать, что они реально работают, а не балду пинают, нужно было оставить свой след в бюрократии.       Делать было нечего, пришлось изменить все планы.       Клубная комната сильно переменилась за это время. Возможно, не стоило давать Мадженте полную свободу действий при украшательстве. Нет, на удивление она обустроила всё гармонично и в тему, никаких розовых чучел медведей или вырвиглазных обоев, но цена кусалась. Бедный Рен... как он вообще смог убедить Гудвич в необходимости подобных трат?       Эгрер не знал в какой обстановке выросла Маджента, раз она провела всё детство в больнице. Может там были позолоченные унитазы, а может только необходимый минимум роскоши для комфортной жизни. Но тот факт, что она дочь миллиардера, явно оказал свое влияние.       Большой стол для совещаний из красного дерева стоял на изогнутых ветвистых ножках в центре комнаты, окружённый десятком стульев из той же линейки мебели. Идеально гладкий и приятный на ощупь, класть на него голову было одним удовольствием. Если не думать о том, что лежишь на штуке стоимостью в современный свиток.       В углу на тумбочке стоял цветной принтер, а рядом с ним рабочий стол с компьютером. Это были единственные вещи, которые они получили от администрации Бикона бесплатно. Если так подумать, то с дипломатическими навыками Рена они могли вообще не париться и потратить ещё столько же льен на технику.       На подоконнике ровным рядом стояли бюсты таких великих деятелей своего времени как Каролинга Макса, Фредерика Эльса и Владемара Левина. А рядом с ними стоял книжный шкаф, доверху забитый их трудами. Разумеется, никто к ним даже не прикасался, как будто в Энверсию вступают ради поддержки их идей.       Нет, всё намного прозаичней и банальней.       Нора здесь ради движухи, Рен и Маджента вступили по просьбе, а Жона нагло шантажируют дружескими отношениями. Не говоря уже о самом Эгрере, который как типичный толстый буржуй с агитплаката просто использует рабочий класс для достижения личных интересов. Вайсс, кстати, тоже идеально подходила под этот образ, пока не ушла.       Эгрер сел за компьютер и упёрся ничего не понимающим взглядом в голографический монитор. Что дальше?       Задаваясь этим сложным вопросом, он начал бесцельно крутиться на стуле. Никто из профсоюза не обладал нужными навыками работы с документами, поэтому эту работу скинуть было не на кого.       Так что ничего удивительного, что в итоге генеральный секретарь просто забил и решил заняться этим попозже. Но а пока он тут один, то решил воспользоваться этой комнатой для других целей. А именно - для творчества.       Как же ему раньше не хватало такого вот пространства, где можно запереться и заняться музыкой. Если он что-то сочиняет у себя в комнате, то там обязательно будет мешаться кто-то из стаи. Если закрыться в пустом классе, то каждый мимо проходящий будет считать своим священным долгом зайти на звуки гитары, спросить что он играет, задумчиво хмыкнуть и случайно хлопнуть дверью. Примерно то же самое происходит, если просто спрятаться где-то в садах Бикона, только пункт с дверью отпадает.       Но теперь ему никто не будет мешать. Члены Энверсии относятся к их собраниям как к урокам, а клубная комната для них как класс. Так что просто так по своей воле они сюда не придут.       Эгрер прикусил карандаш. Раз в его руках вся полнота власти над грядущим балом, то ему ничего не мешает сделать так, чтобы в конце мероприятия случился небольшой концертик. Разумеется, не только с его музыкальной бандой, ведь другие тоже захотят поучаствовать. Но первые сыграют именно Маджести.       Он представил как держит гитару.       - Что бы такое сыграть? Какую песню мне написать?       Чтобы написать шедевр нужно петь о том, что гложет нутро. Вложить в текст душу, наделить его глубоким многогранным смыслом. Но что терзает его прямо сейчас? Трудное положение приемных родителей? Личные проблемы Жона, в которые он по собственной дурости решил влезть?       Тема должна подходить антуражу праздника. Единство, равенство, счастливое будущее...       Целый час размышлений и напевания под нос прошёл незаметно.       И Эгрер едва не навернулся со стула от неожиданности, когда в дверь постучали. Спешно придав рабочему месту рабочий вид, он величаво произнёс:       - Входите. – Гостем оказалась, не много ни мало, сама Вайсс Шни. – Ух ты, кто пожаловал. Привет. А ты к нам какими судьбами?       - Привет. Я просто хочу посмотреть, чего ты добился. – Она принялась осматривать интерьер клубной комнаты.       Эгрер тут же самодовольно сложил руки на груди. Он просто не мог её сейчас хорошенько не уколоть.       - Всё просто супер. К Энверсии присоединились Маджента с Жоном, а сам профсоюз теперь официально кружок, что поможет набирать рекрутов намного легче. Не думай, что я говорю тебе это в укор, просто ты была слишком осторожна. Только наша первая агитация была довольно острой на слово, но после взбучки от Гудвич ты словно боялась перейти дорогу Озпину.       - А как не бояться? – спросила она спокойно, без намёка на задетые чувства. – Он же директор Бикона.       - А я не побоялся! – с гордостью поведал новый генеральный секретарь. – И именно поэтому привлёк такое внимание. Я даже скажу тебе больше - мне удалось перехитрить Озпина.       - Да ну? – Вайсс рассмеялась. – Тебе? Его? Да я скорее поверю в существование Озпинога.       - А вот и перехитрил! Смотри, я вёл агитацию под его башней и он вышел на шум. Использовав пару психологических приёмов, он смог отвернуть от меня даже самых ярых радикалов, но я не растерялся! Озпин предложил мне официально сформировать Энверсию как кружок, да такие выгоды обещал, что сразу становилось ясно - это ловушка. Он наверняка рассчитывал, что я просто струшу, но я взял и согласился! Вот так-то.       - М-да. – Произнесла Вайсс. – Без меня у вас там всё пропадёт.       - Ты чем слушала? Я говорю, что перехитрил самого Озпина!       - Исходя из известной мне информации и данных тобой только-что показаний, мне стало ясно, что директор выиграл бы в любом случае.       - А? Но ведь мы теперь кружок. У нас есть комната, финансирование, мы можем издаваться в школьной газете.       - Нет, теперь вы интегрировались в систему власти, с которой по идее должны бороться и зависимы от подачек директора. Единственный плюс тут это газета, но вряд-ли ты сможешь выгодно его реализовать.       Осознание пришло в голову Эгрера тут же. Он схватился за волосы и медленно опустил голову на стол. Пустой взгляд широко раскрытых глаз смотрел только перед собой.       Как день стало ясно, что это в этом и заключался коварный план Озпина. Мало того, директор ещё подговорил Гудвич стать их куратором, просто чтобы сжить со свету. Вайсс это не подметила лишь потому-что была не в курсе о событиях внутри Энверсии.       - Какое коварство... директор сделал вид, что заманивает меня в ловушку, дав при этом подумать, что никакой ловушки не было. Но она была...       - Именно. Очевидно же, что это была реверсивная психология. Ты думаешь я осторожничала без каких-либо причин? Просто я прекрасно понимала, кто наш соперник.       - Что мне делать?       - Я ушла из профсоюза, так-что думай сам.       - Но Вайсс! Мне нужен твой опыт в политических интригах!       - Что-ж с тобой поделать. – Вздохнула наследница многомиллиардной и нечистой на руку компании. – Сейчас ты можешь только пытаться извлечь выгоду из сложившейся ситуации. Давать заднюю бессмысленно, уверена у Озпина есть запасные планы на этот случай. Надо ждать удобного случая и ослабить бдительность врага. Просто делай вид, что ты дурачок, который не понимает, что делает. То есть - просто будь собой.       - Вайсс, спасибо конечно, но можно без этого твоего "Вы все дураки, а я гений"?       - Не то, чтобы я гений, но по сравнению с вами всеми, – она демонстративно осмотрелась, давая понять, что "Вы все" это только Эгрер, – так оно и есть. И вообще, я тут подумала, что ты и правда всё испортишь. Хочешь, чтобы я вернулась?       - Серьёзно? Тебе-то зачем? Ты тоже хочешь возродить музыкальных кружок?       - Нет, просто я не могу смотреть как профсоюз рушится. Это и мое детище тоже.       Вайсс хочет помочь ему? Просто так? Тут явно что-то не сходится. Эгрер начал искать скрытую выгоду, которую она могла бы извлечь из возвращения в Энверсию, и на удивление быстро её нашёл.       - Ты просто хочешь поучаствовать в организации бала. А разговор про Озпина начала, чтобы подорвать мою уверенность и убедить в том, что без тебя нам не выжить.       - Проницательно. – Кивнула Вайсс, сделав вид, будто бы её сейчас не поймали с поличным. – Честно говоря, я не думала, что ты догадаешься.       - Я не настолько дурак, чтобы не понять, что ты тут ищешь свою выгоду. – Любые инвестиции, что времени, что силы, всегда должны окупаться, таков её девиз. – Но как ты могла так со мной поступить? Друзья не должны хитрить друг с другом! Ты могла просто попросить без этих всех обхаживаний.       Вайсс слегка покраснела. Очевидно, ей такая мысль в голову просто не пришла.       - В прямой просьбе нет того шарма, что скрыт за игрой намёков. – Нашла она отговорку. – Не принимай близко к сердцу. И вообще, а разве ты со мной не хитрил? Помнишь тот девичник, который был якобы моей идеей?       - Это другое. – Без тени сомнения ответил Эгрер. – А ты меня обидела. Не делай так больше, всякое интриганство по мелочам до добра не доведёт.       - Не могу давать подобных обещаний. У меня это давно вошло в привычку и я это не контролирую. Да ты не волнуйся, я не буду требовать передачи полномочий генерального секретаря мне.       - Вот уж спасибо, конечно. Что бы я без твоей милости делал? – Закатил глаза Эгрер. – Но зачем мне конкурент? Сомневаюсь, что у нас одно представление об идеальных танцах и я сомневаюсь вдвойне, что ты будешь просто стоять в стороне, пока я буду делать всё по-своему.       - Ага. – Хмыкнула Вайсс. – Секунду назад ты говорил, что я могу просто попросить, но теперь выясняется, что так ты бы меня точно не принял обратно.       Теперь покраснел уже Эгрер.       - Я не говорил, что я тебя не приму, я просто сказал, что у нас скорее всего разное видение праздника. – Придумал он оправдание. – Имелось ввиду, что тебе придётся идти на диалог и компромиссы.       - Как тебе угодно, я буду идти на диалог и компромиссы. – Эгрер скептично поднял бровь, и Вайсс раздражённо поправилась. – Я буду стараться идти на диалог и компромиссы.       Совсем неубедительно. Настолько неубедительно, что только чудо или великая нужда смогла бы заставить принять её обратно.       Сама собой вспомнилось гора документов на компьютере.       - Ладно, в этом мире всё решают кадры, так что так и быть, по старой дружбе я тебя запишу. – К тому же без неё в профсоюзе довольно скучно. Да и Жон обрадуется. – Но не надейся с лёту стать моим секретарём! Я не буду снимать с этой должности Рена только потому-что ты через неделю решила вернуться. Начнёшь как все - с рядовой.       - Простите? – Возмутилась Вайсс. – Но учитывая мои навыки и опыт я должна быть как минимум секретарём твоего секретаря.       - Я предполагал, что твои амбиции не дадут тебе довольствоваться малым. Хорошо, назначу тебя секретарём секретаря генерального секретаря, а чтобы не сломался язык, будем использовать аббревиатуру "ССГС".       - Это как минимум. Неужели нет какой-то должности повыше?       - Повыше только сам секретарь генерального секретаря. И чего ты тут права качаешь? Сама ушла, но как увидела возможность принять участие в таком событии, так сразу же вернулась. Наверняка ты опять уйдёшь, как только танцы кончатся, так что зачем мне назначать тебя на должность повыше? Ладно, приступай к своим обязанностям, ССГС.       - И в чём они заключаются?       - Помогать Рену помогать мне. Но начать можно и с заполнения парочки отчётностей для нашего куратора - мисс Гудвич. Присаживайся. – Эгрер встал и, как настоящий джентльмен, усадил Вайсс за рабочий стол. – Думаю, ты сама разберёшься что и как.       - А ты куда собрался?       - Готовиться к балу, конечно же. – Сказал он, выйдя из клубной комнаты.       Эгрер взял гитару из своей комнаты и, напевая себе под нос, отправился в бальный зал. Ему показалось, что если он будет придумывать песню в месте, где в итоге её и сыграет, то это даст ему дополнительного вдохновения. Тогда на выходе получится просто хит, шедевр музыкального искусства.       А заодно он заранее привыкнет к сцене и сможет подурачится, представив себя перед огромной толпой фанатов. И такое посторонним лучше не видеть, иначе Эгрер сгорит со стыда... или избавится от свидетелей.       Величайший музыкант недалёкого будущего помотал головой, выгоняя из неё картины кровавой расправы. Сейчас нужно сосредоточиться на написании песни, ведь такой благодушный настрой потерять очень легко. Как гласит древняя мудрость - куй железо пока горячо.       Однако лучше бы особо не надеяться на создание шедевра. Эгрер прекрасно помнил, как Вайсс в пух и прах разнесла придуманный им гимн, пройдясь катком по каждому его аспекту. И хотя её главная придирка была в том, что это никакой вовсе не гимн, но и адекватных претензий тоже хватало.       - Что это? – пробормотал он, подойдя к дверям бального зала. Около входа лежали десятки букетов, и вряд-ли их все принёс один человек. Видимо, народ Бикона решил отблагодарить Энверсию за их труды. – Как приятно-то!       - Здарова, Тарзан. – Шляпа тоже шёл к этому месту. В его руке был небольшой букет из чёрно-белых гвоздик. – А я тут за ваш упокой пришёл помолиться.       С этими словами он бережно положил цветы у дверей и сложил руки в молитвенном жесте.       - В смысле, за упокой?       - Это не такая уж большая тайна. Просто нужно держать уши шире.       - Да о чём ты?       - Когда лидер Кофе вернётся с практики, то отрежет голову любому, кто посмел за это время прикоснуться к её работе. – Эгрер сглотнул. – Боишься? Правильно. Особенно бойся её сумочки. Она только с виду обычная, но если ударит тебя по яйцам, а это точно случится, то ты почувствуешь сто кило железа. Я не шучу, сто кило железа. Ровно.       - Хочешь сказать, что это всё... – Он неопределённо махнул в сторону кучи цветов.       - Да. Мы вас хороним.       - На что я подписался... С другой стороны игра стоит свеч. – Подумаешь, судьба евнуха не такая уж и страшная! Если можно будет заявить о себе целому Бикону, да на таком празднике, то не жалко и руку отдать.       Хотя нет, лучше ногу. Эгреру нужны обе руки для игры на гитаре.       - Не знаю, что за игру ты имел ввиду, но могу пожелать тебе только удачи. – Шляпа махнул рукой на прощанье, но вдруг спохватился. – А, точно! Есть возможность увеличить твои шансы на выживание. Сходи к Пушкарю, это глава дуэльного клуба. Наверное, ты уже видел этого выпендрёжника, любит стихами разговаривать.       - Да, видел пару раз.       - Они с Модным приговором в одну ногу идут. Может он подскажет, как сделать так, чтобы ты не помер от перелома тазовой кости.       - Спасибо, я воспользуюсь этим советом. Пожалуй, прямо сейчас же.       Всё-равно от таких новостей нужный настрой пропал. Эгрер не напишет шедевр, если в голове будет раз за разом пробегать мысль о скорой кончине. Так что сначала нужно позаботиться о собственной безопасности.       Для дуэльного клуба построили отдельное здание около арены, что неудивительно, ведь дуэли это то, чем Бикон дышит. И судя по всему им выдают просто космические бюджеты, раз они смогли отгрохать такой особняк. Это не просто какая-то там "Клубная комната", а настоящая усадьба, которой позавидует любой богатей.       Раньше Эгреру не доводилось тут бывать. Пройдя мимо величественной статуи охотника, он неловко вошёл внутрь, не до конца уверенный, что открытые настежь огромные двери являются приглашением.       Просторное фойе встретило его длинным рядом знамён с символом дуэльного кружка - перекрещенных рапиры и старомодного однозарядного пистоля. В конце импровизированного коридора стоял настоящий рецепшн с небольшим колокольчиком. Неуверенно звякнув, Эгрер стал ждать неведомо чего.       - Хай. – Из закрытой двери вышел какой-то панк с красным ирокезом. Деловой костюм выглядел на нём как трофейный, он был слегка великоват и не особо подходил к разбойничьему виду владельца. Учитывая пристрастия членов этого кружка, скорее всего это и правда трофей.       - Здравствуйте. – Официально начал Эгрер. – Можно мне к... э-э-э... вашему главному?       Почему-то ему вдруг показалось, что если он назовёт их лидера по той кличке, то его сразу вызовут на дуэль. А против этого старшекурсника у него явно не было и шанса.       - Ну тип можно, ага. Ща уточню. – Старшак поднял трубку настоящего, мать его, стационарного телефона. С круглым циферблатом, закрученным спиральным проводом и всем прочим. – Даров, босс. Тут тя просят. Да я хз, ес чо, кринжовый челик какой-то. Дерганный весь, кажись сидит на чём-то.       - Эй, ни на чём я не сижу!       - Чел, да я-ж рофлю, не бугурти. Ась? Оки, сделаем. – Он повесил трубку. – Кароч, зумерок, топай по лестнице вверх, там левая дверь.       - Спасибо. – Кое-как выдавил из себя Эгрер.       - Да без бэ, малёк. – И с этими словам панк ушёл обратно к себе, задев ирокезом верхний косяк двери.       Последовав указанию этого странного портье, Эгрер оказался в кабинете лидера дуэльного клуба. Обстановка тут была, мягко сказать, старомодной, хоть и роскошной. Разве что весь вид портили члены этого самого клуба, которые походили на разбойников что по лицам, что по поведению.       Около четырёх бандитов в деловых костюмах стояли у стены и играли в дартс, используя в качестве мишени чей-то череп. Ещё двое прямо сейчас боролись на руках, пока третий колупался в носу метательным ножом и пил пиво.       Сюрреализма картине добавляло то, что все они были в старомодных пиджаках и брюках. Некоторые носили шляпы или погоны.       Эгрер просто замер в проходе, не решаясь зайти в этот рассадник анархии. Но его заметил какой-то бородатый старшекурсник, косящий под байкера, который косит под приличного члена общества прошлого столетия.       - Перваш, свали отсюда нахер. У нас совещание, не видишь?       Теперь на него смотрели все. Включая четверокурсника с небольшими аккуратными бакенбардами, что встретил его с сочувствующей улыбкой. Он приглашающе махнул рукой к себе.       - Кого я вижу, друг мой бледный! Авось не знал, но близок твой конец. Услышим вскоре вопль твой посмертный.       Пушкаря явно смешила эта ситуация. Но если он ограничился простой улыбкой, то остальные заржали в голосину, показывая, насколько же низко их культурное развитие в сравнении с главой.       - Я уже в курсе, как раз из-за этого сюда и пришёл. – Эгрер прошёл в глубь комнаты, но не посмел сесть без разрешения. Он чувствовал себя словно в логове зверя и ни на секунду не расслаблялся. – Мне сказали, что вы можете помочь мне сделать так, чтобы некий Модный приговор меня не убил.       По комнате прошёлся осуждающий гвалт. Тот тип, что ковырялся в носу ножом, метнул его Эгреру в голову, но тот сумел увернуться.       - Не могу я не узнать тут подчерк негодяя, Что силу имени не признаёт. К такому образу мышления склоняя, Тебя на тёмную сторону ведёт.       - Хорошо, да. – Нервно кивнул Эгрер, который решил, что находится в этой комнате полной головорезов слишком опасно для здоровья. – Ну, я это... не буду мешать вашему совещанию моими мелкими проблемами. Подойду как-нибудь попозже.       Стоило ему развернуться, как его поймала толпа весело галдящих бандитов и насильно усадила на стул.       - Босс не разрешал тебе уйти.       - Ты похляди хахой храсивый жолотой жубих. – Прошипелявил кто-то неподалёку. Прямо перед Эгрером на корточки присел тот самый метатель ножей, что принялся разглядывать нервозную улыбку Эгрера. Его беззубая улыбка вгоняла в дрожь. – Хошу ехо себе.       От кровавой расправы несчастного гостя спасло покашливание Пушкаря. Все сразу же успокоились и просто ушли, аккуратно закрыв за собой дверь. Они остались лишь вдвоём.       Страшно представить какой невероятной силой обладает этот четверокурсник с доброй улыбкой, что он одним жестом способен выгнать толпу этих ненормальных драчунов. Как Гудвич вообще позволяет такому контингенту существовать в Биконе? Или это умышленная мера, чтобы собрать всех хулиганов в одном кружке и заставить их грызться между собой?       Звучит как хитрый план Озпина. Да, наверняка он так всё и задумывал.       - Сп-пасибо... Итак, насчёт Модного приговора~       - Зови её как я - Коко Адель.       - Ладно, хорошо. – Почему-то фамилия Адель показалась Эгреру смутно знакомой. – Так я не знаю... у вас будет советик? Или типа того? И можно вы начнёте нормально разговаривать?       - Стихами разговор вести непросто, ты поверь, И лучше, вместо замечаний, скажи, как видишь ты концерт?       - Типа бал? Ну, как концерт, тут вы правильно подметили. Ну, не весь бал, конечно же, будет концертом, просто под конец сыграют музыкальные номера всех желающих. А дальше включим музыку уже не для бальных танцев, а для чего-то более энергичного...       После краткого изложения старшак в своей манере поведал о вкусах и предпочтениях этой самой Коко. О том, какую музыку включить, какие украшения использовать, какую еду купить и так далее. Но особый акцент он сделал на том, чего всеми силами нужно избегать.       И в первую очередь избегать надо надежды, что если Эгрер всё сделает как надо, то он не получит удар сумочкой между ног. Эта Коко всё-равно стукнет его просто из обиды, что её работу украли.       Но в любом случае Эгрер не смог бы удовлетворить настолько обширный список требований, не пожертвовав своим видением праздника. Так что нужно просто смириться с неизбежными и расслабиться.       Перед уходом он спросил:       - И это... мне просто любопытно. Вы не устаёте постоянно стихами разговаривать? Если это так трудно, может как все говорить?       - Ах, если-б мог как все я говорить, Тогда бы стал и сер, и скучен! Проявление моё мне не обуза, нет, Благодаря нему я стал могучим.       - Ладно, понял, спасибо. С вашего позволения я выйду через окно, хорошо? Не хочу столкнуться с вашими... подчинёнными в коридоре.       Ну, зато Эгреру не придётся ни под кого подстраиваться. Бал пройдёт точно так, как он того захочет.       Вопрос лишь какой ценой.