Топ один рок-команда Бикона

      Руби с трудом открыла глаза. Её волокли по жёсткой земле как мешок с барахлом, ухватив за предплечья. В ушах звенело, перед глазами всё пульсировало, а мысли путались. Всплыли обрывки воспоминаний: падение, потерянное оружие, лица в масках, и... пощёчина? Нет, удар. Ногой. В лицо. Она даже ощутила большой отпечаток подошвы где-то не то на лбу, не то на щеке. Это был террорист, конечно, но ведь есть же какая-то минимальная этика? Разве они не знают, что по лицу девочек не бьют? Особенно ногой. Особенно по такому милому лицу, как у неё.       Попытка повернуть голову вызвала приступ тошноты, но Руби всё же огляделась. Мир плыл, но она поняла, что оказалась в запустевшем подземном городе. Иногда на глаза попадались большие мехи, которые таскали контейнеры. Одна из этих махин неловко поставила в вагон поезда ящик, из которого с глухим лязгом выкатился крупный кристалл огненного праха. Он засветился, но, к счастью, не взорвался. Руби бы пожурила их за нарушение техники безопасности при работе с прахом, но сама была не лучше.       Это точно были Паладины, гигантские боевые машины, исчезнувшие из Атласа. Они выглядели мега-круто, и будь Руби в других обстоятельствах, точно захотела бы взять себе одного такого домой. Это же настоящие железные титаны, но ржавчина, сварочные швы и зловещие эмблемы волчьей пасти портили общее ощущение.       Предположение Вайсс оказалось верным. Именно здесь, в Горе Гленн, Белый Клык обустроил своё логово. И похоже они собирались его бросить. Паладины, прах и вооружённые до зубов террористы, все возились с вагонами и грузами.       Руби взмолилась, чтобы её команда побыстрее её нашла. А также обругала себя за то, что ей приспичило в одиночку проследить за террористами, даже не сообщив об этом команде. Вся надежда на Цвая! Он ведь умный пёсик, догадается разбудить остальных.       - Умничка... – прошептала она, вспоминая эти отчаянные глазки. – Пожалуйста, найди девочек.       - Босс, вам лучше взглянуть.       Руби с усилием задрала голову, чтобы посмотреть, куда её приволокли. Два пленителя, оба в классических масках Белого Клыка и форме. Один из них... носил очки-велосипеды на маске. С ними он выглядел так, будто случайно встал не на ту сторону. Неужто они просто не помещаются под маску?       - Я надеюсь это что-то хорошее? – голос Торчвика раздался из открытого вагона. Тем не менее сам он не показался, занимаясь какими-то своими злыми делами. – Потому-что у меня сегодня был очень плохой день, Перри.       Руби удивилась, что Торчвик различает своих головорезов по голосу, а ещё знает по именам. Ожидалось что-то вроде "Эй, ты, вон тот с рогами", а тут прямо домашняя обстановка.       - Ну... тут девочка.       - Я конечно знал, что вы бескультурные варвары, но это уже слишком, не находите? Ещё и мне предлагаете, фу. – Торчвик выглянул из вагона и опустил на неё взгляд. – А-а-а, эта девочка...       - Драсьте. – Руби, чья голова всё ещё была задрана назад, выдавила из себя вежливое, почти учтивое приветствие. Она не знала, что делать в такой ситуации. Вроде как Эгрер говорил, что Роман не плохой... но взгляд преступника этому явно противоречит.       Торчвик выплюнул сигару и с раздражением покрутил тростью в руке. На его лице отразилась смесь замешательства и раздражения, как будто судьба подкинула ему не пленницу, а гранату под ноги.       - Ну конечно, почему бы и нет? – бормотал он себе под нос, словно жалуясь самим Близнецам. Он опустился на корточки рядом с Руби, невежливо взял её за лицо и покрутил. – Кто её так? На морде аж след остался.       Неужели он о ней... беспокоится?       - Это я, босс! – гордо отчитался второй террорист.       - Молодец, бил наверняка! – В этот момент Руби отказалась верить в его "недо-злодейскую" натуру. Торчвик сжал пальцы и усмехнулся, словно его забавляло корчить её лицом рожицы. Впрочем, словно наигравшись, он рявкнул на этого самого террориста. – Но вот связать ты её не додумался, кретин! Тебя давно не лупасили охотники или что?       Белоклыковец стушевался и поспешил исправить это недоразумение - он быстро сбегал за верёвками и вместе со вторым связал Руби по ногам и рукам. Она конечно сопротивлялась, но мало что могла сделать в таком состоянии.       Руби пыталась придумать, что делать. Вариантов было немного и все плохие. Использовать проявление, чтобы избежать хватких рук террористов? Идея соблазнительная, но с таким креном в сторону она скорее врежется в стену. Голова кружится так, что казалось она вот-вот оторвётся и улетит как воздушный шарик. Да и от верёвок её это не спасёт. Вот додумалась бы она до этого чуточку раньше…       К тому же неизвестно сколько ауры она потеряла во время падения и того пресловутого пинка в лицо. По ощущениям на долгий рывок её не хватит. А если Торчвик активирует крюк из своей трости, про который рассказывала Блейк, то она просто впустую потратит остатки ауры.       Но даже если Руби освободится, то куда бежать? Единственный выход, о котором она знала, это пресловутая дыра в потолке. А так, куда не посмотри, сплошные подземные руины.       Только сейчас Руби поняла, как же была права Янг! Нужно было учиться рукопашному бою, а не полагаться только на Полумесяц розы. Который она к тому же так позорно потеряла. Если бы Руби могла, она бы сейчас выдала Торчвику апперкот прям под его аккуратный носик, потом хук слева в белоклыковцу справа, а после троечку в печень второму, с очками на маске.       - И что мне с тобой делать, Красная? – Торчвик произнёс это почти ласково, и Руби как-то стало не по себе.       - Понять и простить? – предложила она с щенячьими глазками. Но сердце мерзавца было глухо к её магии.       - Тащите её в вагон.       Он запрыгнул обратно в тот самый вагон, откуда появился, куда следом затащили и её. Внутри оказалось неожиданно уютно. Как будто это не логово злодея, а мобильная гримёрка телезвезды.       На стенке висел запасной пиджак в прозрачном пластиковом чехле, от переносной батареи веяло сухим теплом, а напротив кресла стоял древний квадратный телевизор. На маленьком столике у зеркала был бардак из косметики: пудра, кисти, тюбики, даже банка чего-то, похожего на лак для волос. Руби только сейчас поняла, что Торчвик был без своей знаменитой чёрной подводки под правым глазом. Видимо, её приволокли как раз в тот момент, когда он наводил марафет.       По приказу Торчвика её оставили валяться на полу, сам же он сел в удобное кресло перед ней. Какой невежливый тип. Хотя не удивительно, учитывая, что его приспешники бьют ногами милых девочек по их милым лицам. Но вместе с тем ей стало страшно. Вайсс рассказала много страшных историй про Белый клык, а Блейк, которая обычно их защищает, и не спешила возражать...       - Эм... – Руби поёжилась.       Она не знала, как правильно обращаться к своему пленителю. Мистер? Просто Торчвик? Уважаемый? В отличие от него, она всё-таки была воспитанной девочкой. Понятно было лишь одно: обращение "Сэр" слишком уважительно для его неуважаемой профессии.       - Мистер, я хочу сказать... мы же вроде как на одной стороне, да? Ну, Эг говорил, что на вас давит злодейка, которая сейчас в Биконе... и что мы все её не любим, а значит... возможно... мы, ну, типа... союзники?       Она попыталась изобразить милую и даже дружелюбную улыбку, стараясь скрыть желание банально заговорить ему зубы и сбежать. Но даже так, её чётко разделённое на чёрное и белое мироустройство от такого едва не треснуло. Ведь злодей, с которым можно договорится, туда не влезал от слова никак. Вот была бы у неё её верная крупнокалиберная снайперская коса, тогда бы она точно не сомневалась, кто тут плохой, а кто хороший.       - И скольким ещё идиотам он успел растрепать об этом? – холодно произнёс Торчвик. Интонация была такая, будто он прикидывает сколько свидетелей нужно будет убрать.       - Н-ну, не только я знаю! – заблеяла она в панике. Руби подумала, что если тот подумает, что она единственная об этом знает, то её совсем скоро не станет. – В-все знают! Почти весь Бикон уже в курсе! Студенты, преподаватели, директор... Цвай!       Торчвик замер.       - ...Цвай?       - Да! – с жаром подтвердила она. – Цвай! Он умный пёсик!       Роман побледнел и подумал "Чем этот мелкий засранец там занимается?" Но прежде чем он смог что-то сказать, вагон слегка тряхнуло. Потом издали донёсся глухой хлопок - не слишком мощный, но подозрительно чёткий. Вскоре они стали раздаваться чаще. Торчвик резко повернулся на звуки, потом бросил взгляд на Руби.       - На нас напали! – рявкнул он, выбегая из вагона.       Руби осталась лежать на полу. Она перевела дух и прошептала тысячу благодарностей Цваю. Торчвик тем временем раздавал указания:       - Люси, хватай своих и задержи их! Сириус, бери паладинов и загружай в поезд, отбываем немедленно!       В ответ донёсся вялый протест:       - Но, босс, по плану ещё нужно~       - По плану, – рявкнул Торчвик, – на нас не было охотничьей облавы! Заткнись и грузи эти железяки! Питер, возьми пару парней покрепче и дуй сюда!       Руби уже мысленно праздновала победу, похоже в суматохе про неё забыли. Пока все паникуют и носятся, она начала ползти в сторону, но спрятаться не успела.       - Проклятье! – Торчвик внезапно вернулся и с размаху пнул старый телевизор. Тот врезался в стену, с грохотом развалившись на куски. Руби замерла, прикидываясь ковриком. Может пронесёт, может он не посмотрит вниз.       Он посмотрел вниз.       - Хотел бы я сказать, что всё, что произойдёт потом, на вашей совести…       Руби не понравилось, куда он клонит. Совсем не понравилось. Но, к её удивлению, Торчвик не стал готовиться к бою с её командой. Он подошёл к зеркалу и продолжил занятие, на котором его прервали - подводить глаз тушью. Очень аккуратно, словно автоматные очереди, боевые кличи и взрывы издаёт всего-то навсего покойный телевизор.       Руби краем глаза заметила какую-то тень, что ринулась прочь из вагона. Но Роман буркнул даже не оборачиваясь:       - Не спеши. Подозреваю, совсем скоро у тебя ещё будет шанс познакомиться с его подружкой. – Тень не вернулась, но Торчвик вёл себя так, словно и не сомневался, что она сделает ровно то, что он от неё требует.       Лишь когда Роман был готов к встрече, он легко поднял Руби одной рукой, словно она весила как подушка, и небрежно отобрал пистолет у пробегающего мимо террориста. Он встал у выхода из вагона, держа Руби перед собой как пленницу или живой щит. Тем временем террористы носились по округе, готовясь к отбытию. Часть из них, самые крупные, встали рядом с Торчвиком, ещё часть ринулась в лабиринт разрушенных зданий на звуки взрывов.       - Будешь вести себя как хорошая девочка, и ничего плохого с тобой не случится. – Сказал Роман, после чего повернул голову к своим подчинённым. – Стрелять только по моей команде! Если кто-то выстрелит без разрешения, я скормлю его Гримм!       С грохотом проломив стену парой террористов, к ним выскочила команда Рубин. Без лидера, зато с профессором Ублеком и самое главное - с Цваем! Её маленький корги держал в зубах Полумесяц розы с таким серьёзным видом, будто мог с её помощью одолеть всех в этом подземелье. Девочки встали полукольцом в боевые стойки, а террористы мгновенно нацелились на них. Точнее все до последнего террориста навели мушки на Вайсс, которая и без того выглядела морально истощённой.       - Руби! – голос Вайсс пронзил всё подземелье, громкий и почти сорвавшийся от этого крика.       Она увидела потрёпанное состояние подруги и в особенности след на лице, на мгновение перестав дышать. Руби хотела было выкрикнуть, что с ней всё в порядке, просто чтобы бедняжка Вайсс не начала опять себя накручивать и представлять самое страшное. Но её опередила Янг, чей голос сотряс всё вокруг:       - Что они с тобой сделали!?       Команда сорвалась с места, но Торчвик лениво и даже с некой усталостью приставил пистолет к виску Руби.       - Не стоит торопить события, леди и джентльмены!       И всё замерло.       Янг вспыхнула. Её волосы загорелись как факел, глаза налились огнём. Ей нужно лишь пару секунд, чтобы добраться до сестры, но она не могла рискнуть сорваться с места. Блейк опустила взгляд и начала медленно крутить головой. Почти незаметно. Она искала лазейку, пыталась прочитать поле боя и найти выход.       А Вайсс... она осталась стоять как статуя. Она не сделала ни шагу, не издала ни звука. В глазах паника, первобытный, животный ужас. Это картина, которая навсегда останется с ней в воспоминаниях словно шрам. Её губы лишь беззвучно прошептали:       - Не надо…       - Роман! – Ублек выплюнул его имя как самое страшное проклятие. – Как низко ты пал! Угрожать пятнадцатилетней девочке!       - Да я сам себе противен, док, уж поверь. – Самоиронично усмехнулся негодяй, ещё сильнее надавив пистолетом в висок Руби.       Она старалась сохранять внешнее спокойствие, но внутри её разум работал на пределе. Руби не была уверена, смогут ли остатки её ауры выдержать выстрел с такого расстояния. А если и смогут, вряд ли в магазине пистолета всего один патрон.       - Но, как и вы, я не заинтересован в её смерти. – Дипломатично произнёс Торчвик. – Мои условия просты: Вы пойдёте своей дорогой, а я своей. Мелкая побудет пока у меня, но не переживайте, я крайне деликатно сброшу её с поезда, когда буду уверен, что вы меня не догоните.       У Руби был один-единственный шанс на побег. Она анализировала всё: расстояние до команды, потенциальные укрытия, взгляд Торчвика, его движения. Необходимо было исчезнуть прежде, чем тот поймёт, что она на это способна. Ей бы не хотелось освободиться из его хватки, лишь чтобы в следующий миг Торчвик поймал её своей тростью. Да и пистолет у виска не особо способствовал уверенности.       - Что молчите? – съязвил Торчвик, повернувшись к всё ещё парализованной команде. – Вы же охотники, герои! Неужели не готовы спасти бедную, милую девочку от мерзкого, жалкого злодея? Я разве так много прошу?       Он начал расхаживать, увлекая за собой Руби как будто она была декорацией или трофеем, подчёркивающая его злодейскую натуру. Тем не менее, держал он её крепко, а пистолет продолжал метить прямо в висок. И тут она поняла - начался тот самый момент. Злодейский монолог, всё как в учебнике. И это её шанс! Стоит ему заговориться или хотя бы на миг драматически возвести голову к каменному потолку, как она тут же рванёт на всех парах к своей команде.       - Мы готовы? – шепнул Торчвик, почти не двигая губами.       - Почти все Паладины в поезде. – Ответил один из белоклыковцев.       - "Почти" это сколько? – зарычал он сквозь зубы.       - Осталось ещё штуки четыре, босс!       Да, это определённо был чётко выверенный злодейский монолог, чтобы потянуть время. Но это всё ещё злодейский монолог, так что шанс был.       - Так вот, не надо читать мне морали, док. – С чувством проложил Торчвик. – Красная сама выбрала свою участь. Такая у неё профессия, быть героем. Дурацкая, честно говоря. Не я, так кто-нибудь другой её застрелит. Какая, в сущности, разница? Мир не меняется. Добро и зло, свет и тьма... это всё детские сказки.       - И ты правда отпустишь её? – недоверчиво спросила Янг. Она ой как не хотела верить человеку, который угрожает жизни её сестре, да и с террористами переговоров вести нельзя. Но другого выхода пока не видела.       Торчвик бросил через плечо "Скажи им, чтобы поторопились, или я их освежую". Один из Белоклыковцев тут же ретировался, а Торчвик, будто ничего не произошло, продолжил:       - Ну конечно! Я не храню под кроватью коллекцию девичьих голов, если тебе интересно, так что мелкая мне без надобности. Я же злодей, а не маньяк! – он усмехнулся, как будто рассказывал анекдот, продолжая тянуть время. – А герои, пф, герои! Они все думают, будто в нужный момент всё повернётся в их пользу. Друзья ворвутся на выручку проломив стену, а злодей, я то есть, скажет что-нибудь эффектное, но бессмысленное, даст им шанс сбежать. Как в сказке! Наверняка и вы так думаете!       Раздался протяжный гудок, а поезд стал медленно набирать скорость. Торчвик слегка склонил голову, будто собирался сделать прощальный поклон, и приподнял пистолет, прямо как дирижёр перед финальной нотой.       - Но жизнь не сказка. Жизнь это... что это?.. – Роман моргнул из-за порыва ветра, после чего заметил, что вторая рука пуста. От него прямо к RWBY шёл шлейф лепестков роз. А бывшая пленница буквально улизнула сквозь его пальцы, нелепо прыгая как гусеница к своей команде. – Вот жеж гримм... Почему не стреляли, идиоты?! В атаку! Огонь!       Тут же по тоннелю прокатился рёв автоматных очередей, террористы побежали вперёд. А Торчвик тем временем спрятался в своём вагоне, резво захлопнув ставни. Поезд начал набирать серьёзную скорость.       Самой первой действовать начала Вайсс. Руби не заметила, но та ещё до этого момента взяла себя в руки и наполнилась небывалой решимостью покарать того, кто посмел угрожать её подруге. Лицо её всё ещё было бледным, но глаза пылали. Страх в них сменился чистой, незамутнённой ненавистью. Такой сильной, что на неё могли бы сбежаться Гримм со всей округи.       - Никогда больше не прикасайся к ней! – Её голос дрожал и хрипел от ярости. С каждым словом земля под её ногами покрывалась тонким слоем льда. Вокруг начали вспыхивать глифы, целые десятки глифов, чьё сияние было нестерпимо белым. – Даже не дыши в её сторону!       Она взмахнула рапирой. Из земли под Руби резко выросла стена льда, изогнувшаяся в сторону, будто щит. Пули не могли пробить такое укрытие и просто увязли в нём. Следующим взмахом Вайсс направила рапиру в сторону вагона, куда скрылся Торчвик. Ледяная стена устремилась к цели, разрастаясь с невероятной скоростью. Миг, и раздался грохот, лёд снёс укрытие Романа подчистую, смял металл как фольгу.       Но Торчвик, словно в насмешку, уже перебрался в следующий вагон. В проёме двери он на миг задержался и чуть-чуть приподнял свою шляпу в язвительном жесте.       - Пока-пока, Белая! – пропел он, убегая дальше.       - АРХГ! – зарычала Вайсс. На манёвр с ледяной стеной она истратила весь свой ледяной прах. Всё до последней крупицы. Но останавливаться было нельзя.       Она взмахнула рапирой ещё раз, и перед командой вспыхнули ускоряющие глифы. Один за другим они выстроились в путь, ведущий прямо к ускользающему от них поезду. Команда даже не нуждалась в словах, всё было ясно и так. С террористами, что натравил на них Торчвик, уже разобралась разъярённая Янг, а Блейк освободила Руби от пут. Они бросились вперёд прямо по этой тропинке светящихся глифов и запрыгнули на хвост поезда.       И вот они стоят снова вместе, вчетвером. Четверо охотниц, четверо подруг. И теперь, не грозясь потерять преступников из виду, команда позволила себе минуту трогательного воссоединения.       Янг, не колеблясь ни секунды, сгребла Руби в костедробящие, но такие родные объятия. Она начала душить сестру своей огромной к ней любовью, пока та жалобно не прохрипела:       - Ну что, как я вышла из передряги? Эпично?       - Я бы поставила девять из десяти. – Дыхнула Янг ей в макушку, неохотно отпуская. – Минус балл за отсутствие фейерверков. Хотя, с другой стороны, ты буквально взорвалась лепестками... Хм. Ладно, девять с половиной.       Блейк, появившаяся рядом почти неслышно, аккуратно начала осматривать Руби. Её руки были слегка грубы, но действовали уверенно. Убедившись, что всё ограничилось ссадинами, синяками и особенно выразительным отпечатком подошвы на щеке, она без слов кивнула. Блейк держалась крепче всех. Возможно, просто потому-что уже знала, каково это, терять боевых товарищей.       А Вайсс… Вайсс просто опустилась на колени, будто у неё вдруг отнялись ноги. Слишком дорого ей обошлись её фокусы с прахом, слишком сильные эмоции она испытала. Когда Руби пропала, она до смерти перепугалась, ведь мало ли что мог сделать с ней Белый клык. Она хорошо знала про их зверства и чересчур часто представляла себя в роли жертвы. Но отчего-то представить вместо себя Руби было ещё страшнее.       Бедное тело Вайсс не выдержало эмоциональных качелей, которые до сих пор окунали её то в ледяной ужас, то во всепоглощающую ярость, то в это светлое чувство счастья и облегчение. Всё это перемешалось в ядрёный коктейль, который не способен вынести ни один здравомыслящий человек. Она не могла понять, чего хочет сильнее: свернуться калачиком и заплакать, убить всех в этом поезде или крепко-крепко обнять Руби.       Но что-то помогло ей успокоится, словно невидимый тёплый плед накрыл её плечи. Она знала, кто это. Эгрер поддерживал её ещё в тот миг, когда Торчвик приставил пистолет к виску Руби. Без этой поддержки она скорее всего продолжила бы стоять как бесполезная статуя до сих пор.       Её эмоции начали постепенно приходить в норму. Вайсс подумала о чём-то приятном, чтобы дать Эгреру понять, что теперь она впорядке. Но он не ушёл. Может не услышал, а может просто остался на случай, если это повторится.       Руби неуверенно подошла к ней, смотря вниз.       - Прости, – выпалила она быстро и сбивчиво, как будто боялась, что её перебьют. – Я... я поступила глупо. Надо было сначала вас позвать, а не соваться за этим террористом одной, но он мог исчезнуть, я не хотела потерять его из виду, и поэтому пошла за ним до их логова... а потом связь пропала, и я уже собиралась вернуться, но земля треснула, и я~              - Что? – Вайсс ошеломлённо глядела на неё и не могла понять, за что Руби извиняется. Но потом до неё вдруг дошло и она даже немного обиделась. – Придурочная, я на тебя не злюсь. Как вообще можно злиться, когда ты цела? Если я и буду тебя ругать, то только за эту вспышку немотивированной вины!              К Руби подбежал Цвай, всё ещё упрямо волоча в зубах её косу. Он будто был готов в любую секунду встать на задние лапы и потребовать медаль за отвагу.              - Именно он нас к тебе и привёл. – Неохотно сказала Блейк. Может она и боится собак (хотя сама утверждает, что просто “недолюбливает”) но не признать героизм Цвая просто не могла. – Всё-таки… полезное существо.              Руби наклонилась и с искренней улыбкой принялась чесать пёсика за ухом. Цвай тут же от удовольствия прикрыл глаза и довольно фыркнул. Но стоило ей только открыть рот, чтобы начать хвалебную речь, как вагон под ногами неприятно вздрогнул. Он медленно, но уверенно, начал отдаляться от основного состава.              - Отдохнули и хватит! – заявил профессор Ублек, хлубнув кофе из своего термоса. – Работа не ждёт, леди. Миссия ещё не закончена!              - Торчвик пытается нас сбросить? – предположила Янг. Но потом сама себе ответила. – Но тогда бы он врядли ограничился лишь одним вагоном. Ладно, девчонки, пора кое-кому надрать шляпу!       Они с лёгкостью перепрыгнули на другой вагон и без лишних слов рванули вперёд к локомотиву. Поезд набрал приличную скорость, ветер всё норовил сбросить их вниз. Сухой и замшелый воздух подземелья и без того был неприятен, а теперь он ещё и бил в лицо.       Вдруг вагон, который недавно отцепился, взорвался разноцветными искрами всех видов праха. Да с такой силой, что ударной волной разрушило всё в округе. Рельсы расплавились, стены потрескались, и даже потолок подземного туннеля обвалился, открыв путь на поверхность.              - Это же предназначалось не нам? – неуверенно спросила Руби. – Я имею в виду, Торчвик же не может настолько сильно нас ненавидеть, чтобы минировать собственный поезд?              Профессор Ублек вдруг охнул и распахнул люк их вагона. Там, на горе контейнеров с прахом, лежало нечто, очень похожее на бомбу. Руби подалась вперёд и заглянула вслед за ним. Она не могла понять, зачем взрывать собственный же прах. Торчвик ведь так долго его собирал.              Команда RWBY ошарашенно переглянулась. А Ублек, словно что-то поняв, уже прыгнул на соседний вагон, открыл очередной люк и увидел всё то же самое - бомбу в окружении горы праха. Снова раздался грохот - это очередной вагон отцепился и взорвался. Из образовавшегося прохода на поверхность начали сыпаться Гримм. Они спрыгивали вниз и с рёвом неслись вслед за поездом.              - Вы что-нибудь поняли, профессор? – недоумённо спросила Янг, смотря на эту картину.              - Доктор! – быстро протараторил Ублек. – Я докторскую писал не шутки ради, большое спасибо! И да, у меня есть предположение. Как я говорил вчера, эти пути ведут прямо к Вейлу, но вход в город запечатан. Однако если пустить Гримм по тоннелю и прорвать проход изнутри, они окажутся в самом сердце города. Так как база Белого клыка здесь довольно давно, то на их эмоции успело сбежаться множество Гримм, которых мы сейчас и видим.              Глаза Блейк опасно сощурились. Гримм в городе. Вот во что превратился Белый Клык, вот какими средствами они теперь не гнушаются. Когда-то их маски в форме морд Гримм были символом иронии, вызова "Если человечество видит в нас чудовищ, то зачем быть кем-то ещё?" Но теперь маска срослась с лицом. Они действительно стали чудовищами, ничуть не лучше Гримм. А может и хуже.              - Разве это, – Руби напряглась, припоминая уроки по истории, – не военное преступление?              - Именно оно. – Ублек ей кивнул, словно хваля за внимательность на его лекциях. – Использовать Гримм или как либо манипулировать ими в качестве оружия запрещено Вайтельской конвенцией. Особенно в отношении нонкомбатантов и мирных жителей. Наказание за это - смертная казнь.              Они посмотрели вперёд, оценивая длину поезда. Вагонов было много. А значит и бомб не меньше.              - Надо остановить поезд! – крикнула Руби. – Не дадим им пустить Гримм в Вейл!              Группа охотников бросилась вперёд по верхушкам вагонов. Наперерез им уже выбежали вооружённые до зубов террористы, завязалась жестокая перестрелка. На таком узком и открытом пространстве, да ещё без единого укрытия, они были идеальными мишенями. Даже не самые умелые стрелки могли попасть по ним с непринуждённой лёгкостью. Пули неприятно били по телу и стремительно снижали уровень ауры. А те, что с праховой начинкой, взрывались, морозили, били током, причиняя ещё больше неудобств и боли. Учитывая, сколько праха было в этом поезде, мерзавцы явно не экономили.              - Вниз! – рявкнул Ублек, спрыгивая в промежуток между вагонами. Плечом он выбил дверь, перекатом оказавшись внутри. Команда не раздумывая последовала за ним.              Там их поджидали две новости. Хорошая - здесь не было праха, а это значит, что далеко не все вагоны являются бомбами. Плохая - здесь их уже ждало несколько Паладинов. Они замахнулись пиломечами и охотники едва успели разбежаться в стороны от стремительной атаки.              - Идите! – крикнул Ублек, чей термос превратился в помесь бейсбольной биты и огнемёта. – Оставьте их мне! Время не на нашей стороне!              Из под его ног выскочил зарычавший Цвай. С неожиданной для своих размеров яростью он вцепился в гидравлический сустав одного из Паладинов и заставил того повалиться на бок. С металлическим скрежетом тот протаранил стену вагона, вызвав фейерверк искр и оставив внушительную вмятину.              Команда RWBY рванула было вперёд, но выход тут же загородили остальные Паладины, явно с приказом задержать их любой ценой. Ублек замахнулся своим оружием и ударил… Цвая. Тот, однако, сам подпрыгнул навстречу, как будто они уже тренировали этот приём сотню раз. Пёс отскочил от биты и впечатался в грудную пластину огромного робота. Тот начал падать, задев пиломечом соседа, и уже два меха рухнули вместе.              Путь практически сразу же был перекрыт другими Паладинами, но охотницы успели воспользоваться шансом. За их спинами раздался довольный гогот Ублека и рёв огнемёта:              - И звезда бейсбола снова в игре! Сейчас я вам покажу как получил золотой кубок! Надеюсь, вы умеете ловить фаерболлы!              RWBY пронеслись через несколько вагонов без особых преград. Они выскочили на открытую платформу, шум стука колёс и завывания ветра заполнили уши. Поезд и не думал замедляться, словно кто-то снял все ограничения с двигателя и отключил тормоза.              Но, как и следовало ожидать, идиллия закончилась быстро - на пути появилась новая преграда. Перед ними словно из ниоткуда появилась низкая девушка с гетерохромией глаз и причёски: одна половина была карей, другая розовой. Блейк сразу узнала кто это.              - Нео.              Услышав это имя, остальные тут же поняли, кто их враг. Та с преувеличенной вежливостью сделала реверанс, изящный, но очевидно издевательский. Её глаза словно в насмешку меняли свой цвет с карего на розовый и наоборот. Она бесцеремонно ткнула зонтиком в сторону Вайсс, и поманила её второй рукой, словно вызывая на бой. После чего вежливо отошла в сторону, пропуская остальных. Нео прекрасно знала, что времени у них нет.              - Идите. – Мрачно сказала Вайсс. – Со мной всё будет хорошо.              Подруги колебались лишь пару секунд, но даже такое маленькое промедление может стоить им слишком дорого. Они побежали дальше, а Вайсс осталась лицом к лицу с Нео.              Эгрер говорил много хорошего про свою приёмную мать, отзывался о ней с теплом, но и с тревогой. Потому-что убивает она с той же лёгкостью, с какой гладила его в детстве по голове. И он не раз говорил о том, что драться с ней нельзя ни в коему случае.              Встав в боевую стойку, Вайсс испытывала противоречивые чувства. Потому-что перед ней стоял человек, который, как ни парадоксально, мог оказаться союзником. Но их пути слишком разные. Долг Вайсс как охотницы сейчас требует одного - остановить поезд и предотвратить гибель невинных людей. И если Нео решила встать между ней и её миссией, то пусть пеняет на себя. Даже если она делает это по принуждению.              - Ну что ж… – Вздохнула Вайсс, поднимая рапиру. Нео наклонила голову, так как сама была разочарована таким итогом. – Пожалуй, сегодняшний день это самое неудачное знакомство с родителями в истории.              Стоило Вайсс сделать шаг вперёд, как Нео неожиданно сорвалась с места и прыгнула прямо ей на голову. Зонтик с лёгким щелчком стукнул Вайсс по лбу. Это было не больно, но унизительно, как подзатыльник от старшей сестры. Прежде чем она успела хотя бы моргнуть, Нео оттолкнулась от её плечей и уже оказалась за спиной. Вайсс резко обернулась, но там было пусто. Новый удар пришёл сбоку, лёгкий, почти игривый, но неизменно раздражающий.              - Прекрати со мной играться!              Нео появилась прямо перед ней и театрально надула щёки, словно говоря “ну прости…” Но потом снова ударила, быстро, точно и всё также не нанося серьёзного вреда.              У Вайсс начал дёргаться глаз. Она отскочила, и снова атаковала, но ей сильно не хватало её любимого ледяного праха. Из множества огненных глифов выстрелили сгустки пламени, что полетели к Нео. Но та будто скользила сквозь огонь, кружась как акробатка на представлении. Она делала кульбиты, сальто, практически танцевала. Когда огненные глифы потухли, Нео поклонилась публике - доведённой до белой горячки Вайсс.              Это уже было не раздражающе, это было оскорбительно. Она ненавидела, когда её недооценивают, просто играются веселья ради. Нео должна пожалеть о том, что так снисходительно относится к ней. Вайсс хотелось хоть как-то её задеть, но рапира так ни разу и не нашла свою цель, лишь снова и снова разбивая иллюзии. Сама же Нео уже который раз была близка к тому, чтобы нанести смертельный удар, но каждый раз отстрачивала это удовольствие.              - Знаешь… – Начала Вайсс, придумав план. Под ней появился глиф с песочными часами, но пока он был не активен. – Мне даже интересно как Эгрер отреагирует, когда узнает, что его миленькая мамочка теперь военный преступник~              Этого оказалось достаточно. Нео метнулась вперёд, и в этот раз удар был настоящий. Вайсс с глухим стоном врезалась в стену вагона, едва не упав прямо под колёса поезда. И в тот же миг глиф вспыхнул. Время замедлилось, движения Нео стали вязкими, словно та оказалась под водой. Вайсс прямо с пола взмахнула рапирой и под противницей появился ещё один глиф - гравитационный. Он засиял, притянув Нео к полу.              Вайсс резво поднялась, превозмогая боль по всему телу. Под ней загорелся ускоряющий глиф, и она бросилась вперёд, пронзив Нео насквозь со звоном разбитого стекла.              Позади раздались снисходительные хлопки. Настоящая Нео вальяжно сидела на лавочке, наслаждаясь шоу. А потом улыбка сошла с её лица. Будто признав Вайсс достойной (или обидевшись на её слова), Нео начала драться почти в полную силу.              Вайсс не выдержала даже пары секунд такого интенсивного сражения, потеряв сначала своё оружие, а после и почву под ногами.              Нео прижала её к полу и нагло уселась сверху. С усмешкой она достала из зонтика узкий клинок и приставила к её горлу. Аура Вайсс засияла голубым, не давая острию коснутся кожи. Победитель был очевиден. Но вместо добивания, Нео с ехидной ухмылкой достала маркер. Ярко-розовый, несмываемый.              - Не смей. – Сквозь зубы прошипела Вайсс, ведь ещё большего унижения попросту не выдержит. Но Нео открыла маркер зубами и принялась писать на её лице:              Внешность: 7/10       Характер: 11/10       Боевые навыки: 4/10       ОДОБРЕНО              Тут на платформу влетели профессор Ублек и Цвай.              - Отстаньте от моей студентки, мисс!              - Гав! Р-р-р!              Нео театрально вздрогнула и подмигнула Вайсс. Ещё миг и она со звоном исчезла, рассыпавшись на кусочки зеленоватого стекла. Вайсс с трудом поднялась, к ней подскочил профессор Ублек.              - Боевые навыки… – прочитал он вслух. – Протестую! Минимум семь.              - Без комментариев. – Буркнула Вайсс, изо всех сил потирая щёку.              Цвай, гордо махая хвостом, принёс Вайсс её рапиру. Та подняла её с коротким “Спасибо”, и отряд побежал дальше. Через пару вагонов они наткнулись на Блейк. Она сражалась с громадным фавном в маске Гримм, в руках которого ревела бензопила. Но ни один из них не заметил пополнение, настолько они были увлечены своим боем, а главное - спором.              - …нет выбора! – рявкнул террорист, рубанув вбок. Блейк едва успела уклонится. – Люди сделали его за нас! Мы устали стоять на коленях, мы заслуживаем равенства! Если мир не изменится, то я его сожгу!              - Пустив Гримм в город, фавны не получат равенства, – выкрикнула Блейк, ударив его клинком по ноге, – люди лишь сильнее нас возненавидят! Это не революция, это массовое убийство, Брок! В ответ на геноцид людей, они начнут геноцид фавнов, как ты не понимаешь?!              - Мне плевать на мир, в котором нам не рады! Я просто хочу, чтобы они знали, каково это, бояться выйти из дома! Чтобы каждый человек, глядя на фавна, чувствовал то же, что мы чувствовали всю жизнь! Они все заплатят своими жизнями! Останутся только фавны. Это правильно, это справедливо!              - Простите что вмешиваюсь. – Вайсс вежливо дала им понять, что те не одни. Они оба замерли в своих позах, повернув в её сторону головы. – В твоём суждении крупная логическая дыра. Если всех людей убить, как они тогда смогут бояться?              Фавн на секунду опешил. А после взревел даже громче своей бензопилы.              - ШНИИИИ!              Не замечая ничего больше, он рванул в её сторону с чётко видимым намерением осуществить главную мечту Белого клыка - жесточайшим образом убить наследницу ПКШ. Но Блейк резко метнула свой клинок наперерез, чтобы лента натянулась перед его ногами. Террорист споткнулся, и в этот момент вперёд вышел Ублек, занося биту.              - Подача!              Удар пришёлся точно в лоб. Маска Гримм разлетелась на тысячи осколков, а сам громила отлетел назад, врезавшись в стену. В вагоне раздался оглушающий металлический грохот, а террорист оставил вмятину, полностью повторяющую контуры его тела. Вайсс вздохнула. Ей было неприятно видеть кого-то, кто настолько сильно желает ей смерти.              Теперь уже вчетвером, включая Цвая, они продолжили путь.              - Я не знала, что в Белом клыке проходили курсы философии. – Усмехнулась Вайсс, попытавшись сбросить с себя это неприятное липкое чувство. Блейк, однако, как всегда приняла всё слишком близко к сердцу. Она хмуро глянула в её сторону, но не сказала ни слова.              Дальше по коридору начали доноситься крики. Запах гари ударил в нос, заставив Цвая заскулить. Когда они влетели в кабину машиниста, их встретил дым, искры, и паникующие Руби с Янг. В углу валялся бессознательный и слегка подгоревший Торчвик с совсем свежим отпечатком подошвы на щеке. Его шляпа и трость лежали рядом с ним.              - Этот гад! – Янг тыкнула пальцем в Романа. – Он взорвал пульт управления и сломал тормоза! Мы не можем остановить поезд!              - Надо сломать рельсы под нами! – крикнула Блейк, уже видя конец туннеля. – Сведём поезд с пути!              - Будет больно, но зато быстро… – пробурчала Янг, пробив кулаками дыру в полу.              Они тут же обрушили туда весь свой арсенал. Колёса от такого взвизгнули, а металл заскрежетал. Поезд дёрнулся, будто наехал на гигантскую глыбу, а потом их подбросило к потолку. Кабину закружило, стены, пол и потолок поменялись местами. Вагоны начали биться о стены тоннеля, но скорость поезда была слишком высока. Гравитационными глифами Вайсс постаралась хоть как-то снизить урон от скорого столкновения, потратив на это остатки своей ауры.              Тупик был всё ближе.

***

      Полицейская сирена визжала на всю округу, вторя сирене городской. Машину трясло на поворотах, Пуаро шёл на всех парах, нарушая каждый параграф ПДД ради того, чтобы успеть к месту прорыва. Из других районов города неслись потоки машин, люди массово бежали от опасности. Паника охватила всех. Жители высыпали на улицы, кто-то был с чемоданами, кто-то бежал босиком.       Один внедорожник проскочил мимо них по встречке, царапнув бок. Йорт, севший на переднее сидение, словно желая поскорее ворваться в бой, обматерил его на чём свет стоит.       В сторону прорыва уже летели быкоглавы из Бикона и армада атласа, но лейтенант сомневался, что они успеют прибыть до того, как Гримм разбредутся по городу. Сейчас вся надежда на силы правопорядка Вейла и практикантов вроде команды Маджести.       Мистер Пуаро бросил взгляд на зеркало заднего вида. Подотчётные ему студенты были растеряны, но готовы к бою. Почти все. Эгрер до сих пор не вышел из своего медитативного состояния, он морщился и водил головой из стороны в сторону, словно силясь что-то услышать. Он был где-то очень далеко.       Маджента сидела рядом с ним, тревожно поглядывая на его лицо. Её пальцы осторожно коснулись его руки.       - Эг, мы приближаемся. – Шепнула она. Уже были слышны выстрелы и шум боя. – Ты нам нужен, Эг.              - Не мешай. – Устало выплюнул Эгрер, зажмурив глаза. Ему показалось, что ещё чуть-чуть и он сможет поймать волну, вернуть связь. Понять, что случилось.              Он всеми силами старался вновь почувствовать её, ухватиться за хоть какой-то эмоциональный след, любой отпечаток её ауры, мысли, боли, чего угодно. Но в ответ на все его попытки лишь пустота. Эгрер был готов рвать на себе волосы от отчаяния. Незнание убивало его.              - Расскажи, что случилось? – Илльмонд тоже не терял надежды до него достучатся. Сначала Эгрер разозлился. Но потом спрятал лицо в ладонях, словно сдерживаясь от крика.              - Она пропала. Вайсс пропала. Я больше её не чувствую.              Впереди зарычала урса. Чудовище прорвалось через импровизированную баррикаду, швырнув в стороны двух полицейских, а теперь занесло лапу над третьим. Пуаро тут же вдавил педаль в пол, и машина на полной скорости врезалась в грузную тушу Гримм. Удар был такой силы, что монстр взмыл в воздух, а авто перевернулось и крутанулось несколько раз, разбросав в стороны ещё парочку Гримм.              Йорт пинком ноги выломал дверь, вырвался из плена подушки безопасности и тут же вступил в бой. Остальным потребовалось немного больше времени, чтобы вылезти из дымящейся машины.              Прямо из центра площади торчал покорёженный сложенный в гармошку поезд. Несколько вагонов смяло и раскидало по округе. Словно бы он ехал под землёй и на полной скорости во что-то врезался, разнеся потолок. И сейчас из этой дыры непрекращающимся потоком вырывались толпы Гримм. В этом чёрном течении сверкали когти беовульфов, бивни борбатасков, огромные клешни смертоловов, а противопоставить этому пока было практически нечего. Гримм разбегались по городу, а сирена выла, выла, выла…       Сдерживать натиск пыталась лишь городская полиция и несколько уставших, потрёпанных охотников, оказавшихся рядом. Эгрер видел, как мистер Пуаро присоединился к своим коллегам и начал стрелять в голову невермору, но пули просто отскакивали от его маски. Видел, как двое бойцов хватают товарища и тащат его в укрытие, пока за ними гонится паукообразный Гримм размером с грузовик.       Эгреру показалось, что он стал свидетелем апокалипсиса. Того самого момента, когда мир в самый обычный день окунается в разруху и начинает умирать.       - Эг. – Позвала Маджента, уже отчаявшись.       - Я здесь…       Но всё это не важно. Сейчас как никогда сильно в нём воссияло понимание, что он охотник. Он студент Бикона, у него есть навыки, сила и знания. Спасать людей это его долг, будь он хоть трижды мошенником, который пришёл в академию ради корочки. Сейчас не имело значения как он стал охотником. Важно, что он им стал.       Эгрер с трудом, но взял себя в руки. Сейчас нельзя поддаваться негативным эмоциям, не то Гримм набросятся на него всем скопом. Его не пугало, что он сейчас идёт в бой против нескончаемой орды Гримм. Они совсем не страшные. Страшно было подвести тех, кто сейчас за его спинами. И это наполняло решимостью.       - Илль, на крышу! Сплети настолько большую и крепкую сеть, несколько сможешь. Как закончишь, оказывай нам поддержку издали. А по сигналу брось сеть прямо на место прорыва!       - Понял! – Илльмонд метнул лассо и взлетел наверх. Его перчатки с паучьими лапками уже начали ткать самый масштабный узор в его жизни.       - Йорт! Ко мне, живо!       - Ща, закончу. – Проворчал гигант из Вакуо, с хрустом ломая шею беовульфу.       - Мадж - нужен твой ненормальный огонь! Мы втроём пойдём прямо к дыре и зальём её земляным прахом из твоего огнемёта. Потом Илль закинет на Гримм сеть, и они не смогут разбежаться. Если действовать быстро, обездвиженные Гримм обрастут камнем и закупорят проход. Это место станет их гробницей!       - Поняла!       - Держимся треугольником! Йорт в центре, раскидывай всех на нашем пути. Используй проявление, найди нам самый безопасный и короткий маршрут. Мадж сторожи его слева, но не трать прах! Я буду справа. Побежали!       Они пробивались к месту прорыва, где покорёженный поезд вспорол землю. В Биконе их учили контролировать эмоции, чтобы не привлекать внимание Гримм. Но Эгрер в дополнение использовал своё проявление на Мадженту и Йорта, делясь с ними своими приятными воспоминаниями, чтобы сбить “нюх” у монстров. Товарищи чувствовали умиротворение, и хотя не знали его причину, пару раз покосились на напряжённого Эгрера. Держать связь сразу с двумя было очень сложно.       Зачастую Гримм игнорировали их прямо у себя под носом, но не все были столь слепы. Стая беовульфов рванулась в лобовую, им на встречу. Йорт, не снижая скорости бега, дважды взмахнул своими кастетами, и монстры разлетелись как кегли. Их растоптали другие Гримм.       Сверху вдруг раздался свист. Они подняли головы и увидели как огромный невермор пикирует на Мадженту. Но она даже не подумала увернутся, просто швырнула свой шипастый тяжеленный огнемёт прямо в грудь чудовищу. Металл переломал в Гримм практически каждую косточку. Невермор захрипел и упал, а Маджента поймала своё оружие и с каменным лицом вдавила череп монстра в землю.       - Что? – спросила она, заметив недоумённые взгляды друзей. – Эг сказал экономить прах. Я экономлю.       Их участие в этой резне было лишь каплей в море. Какая разница, что удалось завалить сразу десяток беовульфов, если их прут целые сотни, а то и тысячи? Гримм то и дело прорывались через заслон полицейских машин и бежали глубже в город, чуя страх миллионов его жителей. Под завывания сирены и непрекращающийся грохот огнестрела, Эгрер управлял лишь небольшой группкой охотников-студентов.       С каждым шагом к месту прорыва Гримм становилось всё больше, но те словно сошли с ума от избытка страха в городе, рвясь через баррикады на улицы. Локомотив, нелепо торчащий из под земли словно кривой маяк, был им ориентиром. Он вырвался из-под земли и теперь висел практически горизонтально, подпираемый грудой смятых вагонов. Но было в этом куске искорёженной стали что-то странное. Слишком много Гримм настойчиво лезло туда, они облепили его как мухи. Рвали обшивку, запрыгивали наверх, пытались пролезть внутрь.       От раздумий Эгрера отвлёк смертолов. Йорт, не сбавляя темпа, прыгнул ему навстречу и ударил. Раздался хруст, отлетела клешня. Маджента нанесла сокрушительный удар по голове, оставив глубокие трещины на панцире. Эгрер одним прыжком оказался на морде Гримм и сунул руку с Игломётом в трещину, погрузив её в чёрную плоть. Он нажал на курок, метровые иглы разошлись в стороны, с мерзким звуком пронзая Гримм изнутри.       Смертолов содрогнулся и заревел, оставшаяся клешня бессильно попыталась зацепить вёрткого Эгрера, который даже не вытащил из трещины руку. Вдруг Йорт выстрелил воздушным потоком куда-то вверх, и жало Гримм пролетело всего в паре сантиметров от щеки Эгрера. Тот, не обращая на это внимания, сложил Игломёт, повертел рукой, и разложил его ещё раз. Повторив это ещё пару раз, Гримм вздрогнул в последний раз и упал, начав таять прямо в воздухе.       А ведь на инициации такого же по размеру смертолова они кое-как смогли уложить только вдесятером. Вот настолько они выросли. Проявление взяло это воспоминание наполнило их ещё большей решимостью.       Эгрер, всё ещё стоя на панцире Гримм, вернул свой взгляд к локомотиву. На этот раз он заметил, как сунувшийся внутрь Беовульф тут же вылетел обратно, разбрызгивая по округе свои мозги. Любые сомнения отпали, внутри точно кто-то есть.       - Наверное это те, кто взорвал площадь. – Предположил Йорт, смотря в ту же сторону. – Нашим там взяться неоткуда.              - Нам по пути, проверим. – Ровно сказал Эгрер, – Вперёд, отдохнули и хватит!              Ближе к локомотиву поток Гримм стал плотнее. Казалось, вся нечисть стекалась туда. Но, несмотря на свой напор, они погибали пачками от рук неизвестных. В округе валялись десятки уродливых тел, всё заволокло чёрным дымом. Силуэты новых чудовищ то и дело выныривали из черноты прямо на команду Маджести, но они работали как идеально смазанный механизм.              Йорт завёл руки за спину и выстрелил потоками воздуха, толкая себя вперёд и вверх. Он запрыгнул на помятый вагон и прикрыл подъём остальных, воздушными ударами отгоняя от них особо ретивых Гримм. Вместе они добежали до крупной дыры в локомотиве, и чуть не были поджарены неожиданно вылетевшим оттуда огненным шаром.              - Не стрелять, свои! – крикнул Эгрер, запрыгнув внутрь вместе с командой. Увиденное его поразило. – Профессор Ублек?              - Доктор. – Устало и без огонька поправил он. Его очки были разбиты, одежда изорвана, а тяжёлая одышка выдавала смертельную усталость.              Позади него, у брешей в обшивке локомотива, держала оборону команда Рубин. Выглядели они ещё хуже чем учитель. Янг еле двигала руками, метя по наглым Гримм через дыры в стенах. Блейк кое-как поборола Беовульфа, который просунул внутрь пасть. Уставшая Руби заняла позицию у большого отверстия в полу и стреляла по тем Гримм, кто пытался допрыгнуть до них снизу. В углу какого-то Гримм без чувств валяется Роман со следом подошвы на щеке, которого сторожил маленький корги.              У Эгрера было много вопросов, но всё его внимание в одно мгновение поглотила одна фигура. Вайсс лежала на полу с окровавленными бинтами на лбу, а лицо выглядело умиротворенным. Слишком умиротворённым. Внутри всё похолодело, но Эгрер не успел подумать о худшем.              - Жива, ударилась головой. – Коротко сказал Ублек, заметив, куда он смотрит. – Но аура пробита.              Эгрер почувствовал как его грудь резко наполнилась воздухом, словно всё это время он держал дыхание. Напряжение тут же его отпустило, но почти сразу вернулось вновь. Вайсс ранена, без ауры и в окружении полчищ Гримм, а её сокомандницы с профессором лишь в немного лучшем состоянии.              Ещё ничего не кончено.