Седьмая ведьма

У Ким Сокджина самый уютный дом из всех тех, где Чонгуку когда-либо доводилось бывать в гостях. Он приходит к этому выводу сразу, как только замечает бесконечное множество личных вещей хозяев: картины, семейные фотографии в рамках с счастливым мопсом Гарри в центре любого снимка, разбросанные везде собачьи мячики и резиновые куры, вазы с искусственными или засушенными цветами и даже бабочки на занавесках. В каждой комнате мягкие кресла и диваны. На холодильнике среди кучи магнитиков прикреплены детские рисунки. — Это моя племянница София рисовала, не я, — начинает оправдываться Сокджин, когда Чонгук разглядывает набросок карандашом, прижатый к холодильнику магнитом с изображением Токио. — У меня есть старший брат, — поясняет он, видя на лице Чонгука искреннее удивление. — У нас большая разница в возрасте, почти шестнадцать лет, поэтому мы мало общались на протяжении жизни. Я был ещё совсем маленьким, когда он ушёл в армию, а потом переехал в Японию к будущей невесте. Так что… мы вроде как братья по крови, но общего у нас мало. — Грустно немного, — комментирует вслух свои мысли Чонгук. — Ну-ка, пусти, — Юнги бесцеремонно распахивает перед его лицом дверцу морозильника и со вздохом достаёт оттуда два лоточка со льдом. — Нам определённо понадобится больше льда. У тебя есть ещё формочки? — обращается он к Сокджину. — У меня вроде бы есть одноразовые пакеты для него, — отвечает тот. — Где-то в ящике, остались ещё с прошлого лета. — Ага, поищи, — Юнги деловито разливает по высоким стаканам со свежезаваренным кофе взбитое до пенки молоко и кидает сверху кубики льда. — Я сегодня в хорошем настроении, поэтому пить будут все без исключения. Чонгук, поможешь мне отнести поднос с латте? А я возьму закуски. Чонгук кивает в знак согласия, подхватывает тяжелую тарелку с семью полными стаканами и медленно выходит вслед за Юнги в коридор. В доме закрыты окна, опущены жалюзи и работает кондиционер, но палящее летнее солнце будто умудряется подогревать воздух сквозь толстые стены, превращая помещение в душную парилку. — Не выйдет из тебя официанта, — насмехается Юнги, наблюдая за чонгуковым сосредоточенным лицом и сгорбленными плечами. — Так что о карьере в обслуживании даже не мечтай. — А я ведь так хотел! — восклицает Чонгук с наигранной обидой и под ехидный смешок Юнги едва удерживает поднос в руках, спотыкаясь о порог кухни. Чонгук несёт стаканы и, вслушиваясь на ходу в посторонние звуки, понимает: до холла доносятся только три голоса из четырёх. Хосок горланит во всё горло, перекрикивая всех остальных, и пересказывает их с Намджуном почти что проваленный тест по английскому. Он театрально пародирует интонацию учителя Ли, который спалил их за списыванием, и при этом они наперебой с Намджуном вставляют в рассказ шутки. Чимин оживлённо участвует в разговоре, с пониманием поддерживая парней. Он в теме. Когда он учился в школе, английский у его класса тоже вёл Ли. — Чего вы там так долго? — недовольно восклицает Чимин, раздражённо цокая языком. — Я уже думал, вы там начали без нас. Что в стаканах? Ликёр? — Это латте со льдом, — сообщает Сокджин довольно. — Серьёзно, что ли? — Чимин, не веря на слово, поднимается, берет один стакан и принюхивается к напитку. — Обычно Юнги на выходных не пьёт ничего, чем нельзя было бы заправить машину. — Эй, ну не в такую же жару! — восклицает тот оскорбленно. — Дай вечера дождаться. Пусть хотя бы солнце сядет. — Твоя печень сядет раньше, — ехидничает Чимин лениво, — чем солнце. Чонгук берёт два стакана и подсаживается к Тэхёну. Отдаёт ему одно латте и следит за тем, как он делает первый глоток. В последние дни они мало разговаривали, Тэхён будто нарочно избегал его компании, не приходил вечерами, не брал трубку и на сообщения отвечал с большой задержкой. — Всё хорошо? — спрашивает Чонгук, не выдерживая этой недосказанности. — Да, — Тэхён заглядывает в его глаза открыто, доверительно улыбается уголком губ, всем своим видом показывая, что между ними всё, как и прежде. — Просто устал немного за эту неделю. — Спасибо тебе, Сокджин, что позвал нас всех сегодня к себе в гости, — говорит Чимин громко с искренней благодарностью. — Для круга полезно собираться вместе как можно чаще.  — Полностью поддерживаю, — вскидывает руку Юнги. — Вообще-то это я попросил Сокджина пригласить всех вас, — кашлянув, робко произносит Намджун, от нетерпения ёрзая на месте. — У меня есть для вас кое-какие новости. — Хорошие, я надеюсь? — спрашивает Юнги, с подозрением прищуриваясь. — Да, — выдыхает Намджун и, широко улыбаясь, достаёт из кармана брюк пачку зелёных стодолларовых купюр и раскладывает их веером. — Я позавчера впервые поиграл на виртуальной бирже… и выиграл вот это. Здесь совсем немного денег на самом деле, но я уверен, что со временем смогу заработать намного больше. По-хорошему не стоило их выводить и обналичивать, эту сумму можно было бы приумножить в несколько раз всего лишь за месяц, но я не удержался, — Намджун крепко сжимает купюры в руках и прикусывает нижнюю губу, едва сдерживая эмоции. — Хочу поблагодарить вас, парни, за доверие. За то, что однажды поверили в меня и приняли в круг. Я хочу разделить с вами первый серьёзный успех в своей жизни, вот, — он поочередно раздаёт застывшим от недоумения парням по одной банкноте. — Я почувствовал, что после нашей прошлой встречи мои силы стали расти значительно быстрее, — повышает он тон, меняя тему разговора и незаметно шмыгая мокрым носом. — Вы тоже заметили? — Намджун, не надо, — Чимин запоздало отмирает после цепляющей речи друга и пытается всунуть деньги обратно ему в руки. — Прекрати геройствовать, мы все знаем, что тебе они нужнее, чем нам. — Да, — Хосок и Юнги синхронно кивают головами. — Забери наши деньги себе. — Даже не думайте, — строго перебивает его Намджун. — Не надо меня оскорблять, я делаю это из самых искренних побуждений. Всё это, — добавляет он тихо, поднимая перед собой оставшуюся сотку и прокручивая в пальцах, — появилось у меня только благодаря вам. — Я сохраню их на память, — сдаётся Юнги, и под одобрительный взгляд Намджуна убирает деньги в задний карман. — Спасибо. — Надеюсь, тебе удастся в скором времени заработать миллион, — говорит Хосок. — Было бы круто, если бы мы все смогли со временем разбогатеть с помощью магии, — добавляет Сокджин. — Тэхён, — Чонгук шёпотом привлекает внимание парня, и когда тот оборачивается, складывает на четыре части в ладони купюру и незаметно протягивает ему. — Возьми, пожалуйста. — Нет, я не возьму, — Тэхён недовольно хмурится и отводит от себя его руку. — Намджун дал их тебе, вот и потрать на что-нибудь для себя. — Мне не нужно ничего, — настаивает Чонгук. — А ты собираешься заниматься ремонтом дома, деньги тебе пригодятся. Пожалуйста. — Ты собираешься делать ремонт? — вездесущий Юнги встревает в разговор парней, хотя не должен был их услышать. Пять человек переводят внимание на Тэхёна. — На каникулах планировал этим заняться, — Тэхён сверлит Чонгука осуждающим взглядом. — Если получится накопить хотя бы немного денег. — А как твои силы? — интересуется Хосок несмело. — Прогрессируют? — Да, — Тэхён расправляет плечи. — И мне кажется, сейчас я достаточно силён, чтобы наконец воплотить задуманное. Парни безмолвно переглядываются. Чонгук напрягается. — Когда ты хочешь это сделать? — осторожно спрашивает Хосок. — Завтра. — Завтра? — Мы будем нужны тебе? — спрашивает Чимин. — Ты ведь в курсе, что в одиночку эту магию не осилить? — Чонгук поможет мне, — без малейшего сомнения произносит Тэхён. — Думаешь, вы справитесь вдвоем? — Уверен. Завтра, — Тэхён поворачивает голову и, глядя с надеждой в глазах, повторяет ещё раз исключительно для Чонгука. — У меня дома. Просто будь рядом. Они долго смотрят друг другу в глаза, игнорируя присутствие остальных в комнате. Тэхён выбрал Чонгука, чтобы сделать его соучастником убийства. Его мотив неясен: то ли это проверка со стороны Тэхёна, то ли демонстрация доверия и особенной близости между ними двумя. Но есть ли она, эта близость, если ему нужны доказательства, что враг Тэхёна для Чонгука враг тоже? В голове возникает слишком много вопросов. Завтра. Он специально ставит его перед фактом, не давая время на раздумья? Если бы в его распоряжении было бы чуть больше времени, смог бы он убедить Тэхёна отказаться от использования магии во вред? Имеет ли он вообще хоть какое-то влияние на него? Тэхён знает ведь, прекрасно знает о том, что Чонгук не сможет ему отказать. — Я теперь могу предчувствовать будущее. Тэхён моргает первым, развеивая между ними незримую пелену, и переводит взгляд на Намджуна. — Ты серьёзно? — неверяще спрашивает Сокджин. — Я могу показать, — Намджун изучающе осматривает гостиную и останавливает взгляд на высоком, забитом книгами шкафу. — Это настольная игра на второй полке? — Да… — неуверенно отвечает Сокджин, прослеживая его взгляд. — Старая бродилка, но там половина фишек растеряна. Что ты хочешь сделать? — Ничего, — Намджун подходит к шкафу и вытягивает с верхней полки длинную коробку. — Здесь сохранились кости? — Я не знаю. Намджун заглядывает в коробку, достаёт два красных кубика со стертыми углами и с белыми точками, которые на некоторых гранях полностью слезли от времени, и возвращается на своё место. Крутит игральные кости в пальцах, невидящим взглядом глядя прямо перед собой. Чонгуку от его отрешённого вида становится неуютно. — Будешь кидать кубики и угадывать число? — весело интересуется Юнги. — Двенадцать. Глухой безэмоциональный голос заставляет всех затихнуть. Намджун встряхивает в руке кубики и, оставаясь в трансе, выкидывает их вперёд на пол. Парни склоняют головы, всматриваясь в выпавшие цифры. Чонгук понимает не глядя, что там именно то число, которое озвучил Намджун. Неожиданно красные кости, взмывая в воздух, начинают вращаться по кругу. Они поднимаются до уровня хосоковых глаз и там останавливаются, ускоряя вращение. Хосок сосредоточенно следит за ними, контролируя процесс. В тишине раздаются восторженные звуки и одобрительные возгласы. Внезапно красный пластик вспыхивает языками алого пламени и опадает на пол расплавленной дымящейся лужей. Хосок испуганно вздрагивает, ищет глазами виновного; Тэхён мельком с ним переглядывается и, самодовольно ухмыляясь, снова поджигает пластик, заставляя гореть остатки игральных костей с новой силой. Парни морщат носы от едкого запаха. Жарко невыносимо. Чонгук хочет вмешаться, отвлечь Тэхёна, потому что гореть больше нечему, но Тэхён расслабляется сам, смотрит на результат своего труда с ухмылкой. Магический огонь гаснет бесследно, будто его и не было, дым развеивается. На полу вместо расплавленной пластмассы лежат новые блестящие кубики. — Вау, — первым не сдерживает своего восхищения Намджун. — Так вот как это работает. Возрождение из пепла. — Я первый раз это делаю, — произносит Тэхён таким тоном, будто сам удивлён своими возможностями. — Это нефигово выматывает. Хосок подбирает их с пола, внимательно рассматривает со всех сторон. — Это офигенно, Тэхён. — И опасно, — наставительно говорит Сокджин, пытаясь подошвой стереть с пола гарь. — В следующий раз не подпали дом. — Это набор для покера там стоит? — громко спрашивает Намджун, указывая на серебристый кейс. — Все же умеют играть в покер? Удивительно, сколько шума способна производить одна крохотная компания всего из семи человек и одной колоды карт. С наступлением темноты Юнги откупоривает первую бутылку виски, на ужин заваривают бесхитростную лапшу прямо в коробках. Чимин и Сокджин проигрывают все фишки первыми, бездумно делая ставки каждый ход, но ничуть не расстраиваются, принимаясь за приготовление алкогольных коктейлей из льда и сладкой газировки. Хосок и Юнги лишаются игровых денег следом за ними, неудачно ставя олл-ин несколько раз подряд. Как и предполагалось заранее — Тэхён пьёт много. Чонгук почти не следит за игрой, скидывает карты сразу после раздачи и постоянно косит взгляд на его стакан. — Эй, ты знал, что я собираюсь блефовать? — восклицает Тэхён обиженно, когда Намджун не поддерживает его ставку и пасует. — Это нечестно, использовать свои силы в игре. — Я ничего не делал! — весело хохочет Намджун, поправляя столбики честно заработанных фишек. — Я не виноват, что играю лучше тебя! — Давай один на один? — говорит Тэхён с вызовом. — Пока не останется один из нас? — Окей, — соглашается тот азартно. — Играем без лимита. Я раздаю. — Чонгук, пожалуйста, — просит Тэхён ласково, протягивая ему свой пустой стакан. — Сделаешь мне ещё? Пятьдесят на пятьдесят, — добавляет вдогонку. — И льда поменьше. Сдерживая недовольный вздох, Чонгук поднимается на ноги и подходит к столу, где расставлены коробки с недоеденной лапшой и напитки. Одной рукой откручивает с виски крышку, а сам неотрывно наблюдает за Тэхёном. Его Тэхён. Лохматый, с румяными щеками, разморенный от выпитого алкоголя. В старенькой застиранной футболке и расстёгнутой выцветшей некогда чёрной толстовке с растянутыми на локтях рукавами. Его любимый, улыбающийся мальчик. — Попей мне налить, — охмелевший Чимин со стуком опускает стакан на столешницу и щурит глаза. — Ой, то есть попить. Надо же, — он подпирает кулаком висок и с улыбкой прослеживает чонгуков влюблённый взгляд. — Смеющийся Тэхён. Редкое зрелище в дикой природе. Такие экземпляры должны находиться под охраной ЮНЕСКО. Чонгук молча улыбается, наливая в стакан Чимина ледяную пепси. Тэхён поворачивается к ним, ловит взгляд Чонгука и, прежде чем отвернуться, отзеркаливает его улыбку. — Что вы, парни, делаете… — шепчет Чимин, перестав улыбаться. — Как мне отговорить его? — тихо спрашивает Чонгук, пользуясь моментом и расположением Чимина к разговору. — От чего? — уточняет тот озадаченно. — От того, что он задумал. Нет необходимости говорить прямо, им обоим и так известно, о какой задумке идёт речь. — Зачем его отговаривать? — Чимин внимательно вглядывается в чонгуково лицо. — Потому что он собирается использовать свою силу во зло. — Каждый поступок должен иметь последствие. — Какой ценой? — тихий голос звучит грозно. — Вы поддерживаете его идею убить человека? — Потому что это, цитирую тебе дословно: «не ваше дело». Не смотри на меня так, или ты думал, что никто из нас не пытался решить всё по-другому? — он насмешливо фыркает. — Сколько ты знаешь Тэхёна? Два месяца? Думаешь, он такой, как сегодня, всегда? Он улыбаться начал совсем недавно, когда его сила стала крепнуть, он живёт этим последние два года. Или по-твоему, человека можно изменить за два месяца? Я в этом очень сильно сомневаюсь. Но, — Чимин делает паузу, задумываясь над чем-то серьёзным. — Если сможешь отговорить его от идеи идти на сделку с Ваалом… Я лично буду благодарен тебе за это до последнего вздоха. А пока что… Чимин забирает со стойки стакан, салютует Чонгуку в воздухе и, пошатываясь, уходит к ребятам, заканчивая на этом разговор и оставляя последнее слово за собой. Чонгук погружается в свои мысли и пропускает момент, когда Тэхён подходит к нему со спины и обвивает руками за талию. — Останешься у меня завтра с ночёвкой? — Тэхён забавно икает и жмётся ближе, опускает подбородок на плечо и горячо дышит возле уха: — Хочешь переспать со мной? — и произносит при этом совсем не забавные вещи. — В смысле… не спать на одной кровати, а заняться сексом. От подобного предложения у Чонгука перехватывает дыхание. — Почему-то по трезвому ты мне такое не предлагаешь. Чонгук накрывает ладонью гуляющие по животу пальцы, переплетает их со своими. Тэхён хмыкает, зарывается свободной рукой в волосы на затылке, перебирает пальцами пряди. У Чонгука от возбуждения начинают дрожать колени. — Может потому не предлагаю, что, когда ты меня разденешь, — бормочет Тэхён пьяно. — То увидишь член у меня между ног? — Так в этом проблема? — Чонгук усмехается и с наигранным снисхождением спрашивает: — Боишься, что мне не понравится твой член? — Боюсь, — он трётся щекой о плечо, пока Чонгук крепко держит руку Тэхёна, чтобы тот не шатался. — Что ты в принципе поймёшь, что у меня он есть. Мечтательная улыбка непроизвольно касается губ. Чонгук поворачивается и прижимает Тэхёна к своей груди — если бы только он знал, как часто Чонгук представляет его член, трогая свой. — Мне кажется, ты совсем не понимаешь, — вздыхает он без тени улыбки, — что именно я к тебе чувствую. — Чувствовать и заниматься сексом — это два разных действия. — Действия, может, и разные, но для обоих требуется один и тот же человек. Иначе ничего не получится. — У нас будут с этим проблемы, — произносит Тэхён обречённо. — Какие, — Чонгук разговаривает терпеливо, незаметно накручивая крышку от виски обратно на бутылку — Тэхёну на сегодня пить точно хватит. — Я не могу быть снизу, понимаешь? Так, всё, — Тэхён резко начинает паниковать и пытается отстраниться. — Забудь об этом разговоре. — Как это «забудь», — Чонгук удерживает его на месте за рукав, не давая уйти. — Не убегай. Давай это обсудим. Это же важно для них обоих. Чёрт, говоря «обсудим», Чонгук не представляет даже, что тут можно обсуждать — заявление Тэхёна прямолинейное, однозначное. Чонгук не то чтобы против озвученного принципа, ему просто необходимо переварить полученную информацию и осознать. Этот разговор рано или поздно все равно должен будет произойти. У них ведь отношения — это слова Тэхёна, а у Чонгука нет опыта в отношениях с парнями. У него ни в каких отношениях нет опыта. — У тебя такой красноречивый испуг на лице, — голос Тэхёна звучит разочарованно. — Что ещё тут можно обсуждать? — Нет у меня никакого испуга. — Забудь о моём предложении, зря я начал эту тему. — Я тебя сейчас поцелую при всех, — Чонгук настроен решительно. — Если не замолчишь. Между прочим, это ты избегаешь меня с четверга. — Я не избегал, — Тэхён опускает жаждущий взгляд на его губы, будто только что ему напомнили, что он имеет на них право. — Я помогу тебе с магией и потом останусь с тобой до утра, — продолжает осмелевший Чонгук. — И деньги эти, кстати, я хочу, чтобы ты забрал себе. И не вздумай со мной спорить. Чонгук достаёт из своих джинсов сложенную купюру и самостоятельно перекладывает её в карман толстовки Тэхёна. Тот не спорит, лишь смотрит с благодарностью исподлобья и, подавшись вперёд, упирается лбом Чонгуку в плечо и обхватывает шею руками. — Нальёшь мне? — просит тихо. — Хочу, чтобы эта неделя закончилась как можно скорее. — А как же завтрашний день? — Чонгук от его тепла расслабляется, опускает голову и в целомудренном поцелуе касается губами шелковых волос. — Завтрашний день тоже. — Может сделать тебе горячий чай? — он проводит ладонью вдоль позвоночника, слегка сжимает пальцами мышцы шеи. — Я видел у Сокджина коробку зеленого земляничного чая. Давай заварю тебе? Тэхён молча кивает головой, отпускает Чонгука. — Эй, вы играть будете? — доносится голос Юнги. — Мы начинаем заново. — Намджун мухлюет с картами, — бормочет Тэхён недовольно. — Я слил ему все фишки. — Хочешь я сяду рядом с ним и буду палить его карты? — Нет, — отрезает Тэхён мгновенно. — Сиди рядом со мной. — Хорошо, — смеётся Чонгук. — Тогда я схожу в туалет, сделаю тебе горячий чай и вернусь. Возьмешь на меня фишки? — Да, — Тэхён умиротворённо улыбается. — Сделай без сахара. — Извращенец, — шепчет он вдогонку, и Тэхён, хитро улыбаясь уголком губ, совсем этого не отрицает. Чонгук включает чайник, выбирает в сушилке для посуды большую прозрачную чашку и насыпает на дно полную ложку чайных листьев, перемешанных с кусочками засушенных ягод. Пока закипает вода, упирается поясницей в кухонную столешницу и, низко склонив голову, закрывает глаза. Эта неделя, как и две предыдущие, были для него такими же тяжёлыми и насыщенными. — Чонгук, эй, — ворвавшись в поток бессвязных мыслей, окликает его Хосок, неожиданно появляясь из тёмного проёма в кухне. — Извини, что напугал. Ты ведь… завтра пойдёшь к Тэхёну домой? — Да, — Чонгук устало моргает и оборачивается к щелкнувшему чайнику. — А что? — Ничего, — Хосок натянуто улыбается, демонстрируя белые зубы. — Тэхён сказал, что хочет отремонтировать летом дом, а на это понадобится много денег. Мы с парнями хотели собраться, сделать ему сюрприз. Помощь деньгами он в жизни не примет. Поэтому мы могли бы сделать ему ремонт своими силами, и я, и Намджун немного шарим в строительстве, но перед этим нам нужно узнать, какие материалы и мебель покупать. Поэтому, я тут подумал, — чешет он голову. — Может ты мог бы, пока будешь у него дома, тихонько сделать несколько фотографий его спальни или других комнат? Нас ведь он не зовёт в гости. А потом переслать фотки мне, чтобы мы по ним определили масштаб работы. Сможешь это сделать? Хосок опять улыбается во весь рот, и Чонгук думает, что это отличная идея — сделать Тэхёну сюрприз. Как бы он ни сопротивлялся и ни отнекивался, факт остаётся фактом: Тэхён ценит заботу и дружескую помощь примет с благодарностью. — Хорошо, — соглашается Чонгук охотно. — Я постараюсь сделать как можно больше фотографий. — Только не забудь, ладно? — Хосок внезапно становится серьёзным. — Это очень важно. Чонгук кивает, даже не сомневаясь в важности данного поручения. И не замечая в просьбе ни малейшего подвоха.