Winter wonderland

Аврора вышла из дремы от шума в комнате и, переборов желание так и лежать с закрытыми глазами, посмотрела на его источник. Фрэнк уже стоял в домашних серых брюках и снимал рубашку. Аврора задалась вопросом о времени, поняв, что уже вечер, а она вернулась в обед, но его затмили мысли, которые одолели перед сном. — Я остаюсь у тебя слишком часто. Это уже какая ночь подряд? Аврора поняла, что вернулась к Фрэнку на автопилоте, но идти обратно к себе не было сил. Голова, тело, рука — все болело, а ей хотелось просто лежать в тишине, завернувшись в одеяло, и освободить свою голову и расписание от всего, но ничего не получалось. Даже хуже — ей пришла новая мысль, которая начала бороться за свое место в рейтинге важности. — Ты же знаешь, что я не против, — спокойно отозвался Фрэнк, вешая рубашку на вешалку. — Как себя чувствуешь? — подошел ближе к кровати, присел. — Я тебя разбудил? Аврора повернула к нему голову, но снова заскулила, почувствовав боль в спине, когда попыталась придвинуться ближе. — Как будто упала с лошади. И… я просто задремала. Все в порядке, — ответила Аврора, больше натягивая на себя одеяло здоровой рукой. — Я тут думала, почему со мной перед праздниками всегда приключается какая-то подобная чепуха. В том году я съела печенье с травкой на ярмарке и бегала от тебя по снегу, в этом — упала с лошади, ударившись о ветку… Просто… — Аврора поняла, что ей не хватало слов, чтобы описать всю гамму нахлынувших на нее чувств. — Чепуха какая-то… Даже не могу слов подобрать других. Фрэнк негромко рассмеялся, прилег на кровать. Аврора придвинулась еще ближе, чтобы прильнуть к груди, и снова закрыла глаза, почувствовав, что Фрэнк снова натянул на нее одеяло и бережно приобнял. — Расскажешь про волнительную беседу? — Я обещала, что никому не скажу о ней, — призналась Аврора, — но… тебе могу сказать, что Себастьян пытается принять решение, которое затронет нас всех. — И что ты думаешь по этому поводу? — Что это будет либо самым лучшим решением в его жизни, либо самой большой ошибкой. Аврора открыла глаза и приподняла голову, чтобы видеть лицо Фрэнка. Он негромко хмыкнул каким-то своим мыслям, но ничего не озвучил. — Назад будет вернуться сложно, если все не выйдет так, как он хочет сейчас, — продолжила Аврора. — Но и… настоящее его тяготит. И… я понимаю его чувства. Так что все сложно. А еще он действительно влюбился в ту девушку. Николь. Себ не хочет превращать ее жизнь в фарс, не хочет идти с кем-то из списка на бал, давая надежды девушке из списка, расстраивая Николь, и… от всех этих мыслей моя голова начинает болеть еще сильнее. Я молчу про основную работу. Не хочу даже брать телефон и открывать почту. А еще аккаунты, пресс-релизы, — Аврора снова закрыла глаза, хоть и понимала, что таким способ не спрячется от работы. — Теперь все придется переносить… — Итан говорил, что предложил тебе помощь, — заговорил Фрэнк. Аврора молча кивнула. — Ты же говорила, что от него был толк. Или просто версия для меня, — усмехнулся. — Итан хорошо поработал, — уверенно произнесла Аврора. — Тогда загрузи его по полной. Все равно по дворцу ходит целыми днями. Так хоть при деле будет, — продолжил Фрэнк, Аврора улыбнулась, снова закрыла глаза, поняв, что так ей лучше. — А про Себастьяна… Я могу чем-то помочь еще? — Только тем, что будешь слушать мое нытье. Себастьян сам должен решить. Ему тут никто не поможет. Поддержка ему понадобится позже при любом итоге. — Я не против слушать твое нытье. — Неужели? — Первое время даже дома ты общалась со мной, словно на приеме во дворце. Вежливо, подбирая слова, только хорошее, светские новости… Так что я абсолютно не против. Меня это начинало немного сводить с ума, но я был очень рад, когда ты стала открываться. Авроре вспомнилось, что Фрэнк уже говорил ей что-то подобное, но никогда не думала, что нечто подобное могло всерьез волновать человека. Хотя, может, она просто слишком привыкла к подобному. — Я… даже не задумывалась как-то над этим тогда, — смущенно произнесла Аврора. — Все в порядке, — спокойно произнес Фрэнк. — Это нормально, что тебе потребовалось время в новых отношениях. Мне самому понадобилось около года, чтобы пригласить тебя на свидание. Так что…в конечном итоге все хорошо. Даже та чепуха, как ты выразилась, привела к чему-то хорошему. — Мне и правда с тобой очень хорошо. Особенно сейчас в тепле, под одеялком и в темноте, — призналась Аврора, чувствуя почти пьянящее ощущение безопасности и спокойствия. В спальне намечалась почти идиллия, но Аврора вспомнила, что невольно кое-кто время от времени подобное нарушал. — А где Итан? — С твоей мамой. Они выпили чай, а потом пошли на ярмарку. Писал, что и ужинать будут там. Кстати об ужине. Ты сама что-то ела после прогулки? — Нет. Не особо хочу. — Чай заварить тебе? — А чай можно. А еще лучше глинтвейн. Вино же вроде осталось. Фрэнк усмехнулся, Аврора почувствовала его руку в волосах. — Лучше, — признал Фрэнк, — но не на голодный желудок и после обезболивающего. Так что я заварю тебе чай. — Ладно, — согласилась Аврора, понимая, что спорить нет смысла. Да и Фрэнк говорил разумные вещи.— Чай так чай. И тосты. С сыром. Как утром. Можно? — Тосты можно,— согласился Фрэнк. Аврора почувствовала, что он собирался встать и крепче ухватилась. — Но давай еще немного так полежим. Хорошо? Вместо ответа Фрэнк поцеловал Аврору в макушку и снова провел рукой по волосам, пропуская пряди через пальцы. Она окончательно расслабилась, снова закрыла глаза, подумав, что было бы очень хорошо пролежать так весь больничный. *** Фрэнк чувствовал раздражение. Перед Рождеством всегда происходило слишком много мероприятий, а в этом году, как назло, в некоторых местах сменилось руководство, которое еще не совсем понимало всех тонкостей, когда приезжал член королевской семьи. Услышав стук в дверь, Фрэнк уже подумал об очередной ситуации, которая незамедлительно требовала его внимания, но подчиненный лишь сообщил, что гостью интересовало, занят ли он сейчас. — Смотря для кого. — Графиня Форкстон, мистер Бреннан. По личному вопросу. Фрэнк кивнул и рукой показал, чтобы ее пригласили, а сам задумался о цели этого визита. Алана зашла, поблагодарила его человека и осталась стоять. Фрэнк заметил обычное выражение лица со сдержанной улыбкой, по которому ничего нельзя было понять, и поднялся на ноги. — Добрый день, Фрэнк. Прошу прощения, что без приглашения. Надеюсь, что я не отвлеку слишком сильно. — Добрый день. Все в порядке. Присаживайтесь, — отодвигая стул, сказал Фрэнк. — Итан вчера вернулся очень воодушевленным. — Мы чудесно провели время. Я давно так не смеялась. Итан галантно проводил меня до гостиницы и показал все интересные палатки на ярмарке. Вам надо теперь приехать к нам на каникулы. Покатаетесь на лыжах у нас. Аврора наверняка рассказывала о нашей лыжной базе и гостиничном комплексе. — Да. Я рад, что все хорошо прошло. Спасибо за приглашение, — поблагодарил Фрэнк, прошел к своему месту. — Но… надо разобраться с работой и… обсудить это с матерью Итана. У нас нет четкого графика, но такое мы обычно обговариваем. — Да, конечно, понимаю. Но мы будем вам рады, — с улыбкой отозвалась Алана.- А я хотела в первую очередь поговорить о другом. Аврора. Скажу сразу, что я не против вашего брака, но у меня будет просьба, Фрэнк. Фрэнк почувствовал, что напрягся. Хоть первая часть этой реплики его и порадовала, расслабляться ему было рано. Он кивнул, давая понять, что готов слушать, Алана продолжила: — Признаться, я сначала с настороженностью отнеслась к вашим отношениям. Знала, что ты старше, разведен и имела опасения, что это могла быть просто роман с твоей стороны, чтобы развеять серые будни. Аврора — умная девушка, но, думаю, что ты согласишься со мной, что в подобных вопросах она натура романтичная, даже немного наивная. Но все, кто был знаком с тобой, говорили о тебе как о серьезном, надежном и порядочном мужчине. Тогда я поняла, что пора перестать гадать и строить предположения, а надо просто с тобой познакомиться. И я была рада убедиться во всех тех добрых словах. Я люблю Аврору и желаю ей счастья, Фрэнк, и вижу, что для нее оно не в титулах и канонной придворной жизни. Это останется частью ее жизни. И ее это не тяготит, но… для нее это и не первостепенно. Да и ты приближен ко дворцу, к этой жизни и понимаешь ее особенности, относишься с пониманием, как показала практика, но самое главное ты знаешь жизнь и за ее границами, за стенами дворца. Не могу говорить за тебя, но думаю, что для нее ты самый подходящий человек. Что бы она не решила потом — мне будет спокойно, если рядом будешь ты. Что не менее важно, я знаю, вижу, что тебе приходится тяжело с Джеромом, но поверь мне… он хороший отец и тоже желает Авроре всего лучшего. Не думай, что он готов выдать Аврору за титул поблагосклонней, хотя, не буду скрывать, титул бы устроил его больше. Но это не просто тщеславие и снобизм. У тебя тоже есть ребенок. Семнадцать ему или будет двадцать семь весной — не имеет никакого значения. Это все равно твой ребенок и… защищать его от того, что ты считаешь пойдет ему во вред, потом сделает больно — это инстинкт. Мой супруг переживает, что Аврора может пожалеть, что упустила преимущества той жизни, на которые она имела право из-за недостойного человека рядом, но уже будет поздно. Переживает, что ты поймешь, что не захочешь второй раз проходить через брак, что у него так и не будет внуков, наследника титула, а Аврора не узнает этого чувства — быть родителем. Пусть это и постоянные переживания, и та еще головная боль, но… это не променяешь ни на что.Поэтому он бы хотел кого-то примерно того же возраста и статуса. Для спокойствия, равности в жизненном опыте, который они бы получали вместе. Джерому нужно справиться с предубеждением и узнать тебя, поэтому я хочу попросить: наберись терпения и, пожалуйста, дай ему немного времени увидеть то же, что вижу и я. Да и скоро Рождество — семейный праздник. Даже консервативный упрямец вроде Джерома немного проникнется этим настроением. Алана закончила говорить. Фрэнк продолжал смотреть на нее, осмысляя услышанное, но понял, что для него все было не так плохо. — Спасибо, — поблагодарил Фрэнк, наконец кое-что для себя окончательно поняв.