Семейные узы

Нельзя сказать, что Ричард сгорал от любопытства относительного того, в какие же проблемы довелось встрять его новой части семьи. Однако в новогоднюю ночь Мигель обещал рассказать сыну об этом, и слово своё мужчина в итоге сдержал. Барбара и Холли снимали квартиру в одном из не самых благополучных районов Торонто. Несмотря на журналистскую карьеру, женщина зарабатывала немного, хватало лишь на аренду жилья, еду, предметы первой необходимости. Она пыталась откладывать деньги, но то и дело эта заначка истощалась, ведь возникала потребность в новой обуви, одежде или ремонте чего-либо. Вдвоём было трудно, но Дэвисы справлялись. О том, чтобы отправить работать дочь, Барбара и подумать не могла. Но так уж вышло, что в определённый момент неблагополучность района оправдала себя: квартиру ограбили, и денег не осталось вообще. Арендодателя эти проблемы совершенно не волновали, он в буквальном смысле готов был выставить на мороз Барбару и Холли. Женщина хотела взять денег у Мигела взаймы, но тот отказал, едва ли не в приказном тоне велев переехать к нему. Миссис Дэвис отказать не могла, ведь банально была не в том положении. Однако в какой-то момент их обсуждение проблемы зашло настолько далеко, что вариант оформить отношения официально показался им вполне приемлемым. Когда речь зашла о знакомстве детей, оба родителя, само собой, переживали. Вариант совместного отмечания новогодних праздников обоим показался оптимальным. Впрочем, они не прогадали, ведь уже к утру между Холли и Ричардом практически не было никакого напряжения. Девушка была скорее приятно удивлена своим новым братцем, чем наоборот. Стоял, конечно, вопрос знакомства с Адамом, но что Мигель, что Ричард были уверены, что об этом волноваться не стоит. Зимние каникулы, как и любые другие выходные дни, проходили слишком быстро. Пару дней пришлось посвятить тому, чтобы перевезти вещи Дэвисов с квартиры в их новый дом. Остальное время Ричард либо сидел в наушниках за компьютером, когда было особо холодно, либо где-то шлялся, периодически возвращаясь домой подшофе и с тонким шлейфом сигаретного запаха. Каждый раз возвращаясь в таком состоянии, он спешил принять душ, понимая, что если отец уже смирился с этим (или вошёл в положение), то Барбара может от этого подумать чего лишнего. Отношения с Холли попервой были больше похожи на молчанку. Когда она поняла, что тут действительно придётся не только гостить, но и жить, то немного испугалась. Соседство с Ричардом её смущало, ведь никогда ранее не доводилось жить с парнем в довольно замкнутом пространстве. Одно дело отец, который со временем ушёл из семьи. А Ричард… Холли стеснялась лишний раз при нём сходить в туалет. В такие моменты её радовало, что парень предпочитает куда-то пропадать вечерами. Свадьба была сыграна тихо, когда учёба Холли и Ричарда только началась. Город был слишком большим, чтобы кто-то начал об этом совещаться, однако отношения между детьми новобрачных с каждым днём были всё теплее. Возникали и неловкие моменты, и забавные, но только дома. В школе они держались дистанционно друг от друга. Ричард всегда опаздывал, Холли же была примерной ученицей. Когда они всё же встречались, то было заметно, что что-то с ними приключилось, но никто ничего не осмеливался говорить, во всяком случае, открыто, ведь дело касалось Картера. Стоял февраль. Было безумно холодно. Ричарду, имеющему страсть к курению, не хотелось выходить из школы на перемене, чтобы удовлетворить свою пагубную потребность. Он долго переминался с ноги на ногу в одном из не самых проходимых углов коридора, после чего облокотился на стену, копаясь в телефоне. Неподалёку была лестница, ведущая к аварийному выходу из спортивного зала, которой толком никто и не пользовался. Однако именно в этот раз почему-то там раздались шаги. Ричард, не успевший вставить наушники в уши, недовольно поморщился, ведь собирался хоть ненадолго, но остаться здесь в гордом одиночестве. Вскоре раздались и два голоса. Оба казались Картеру знакомыми. Некоторое время слова были тихими и практически неразборчивыми. Ричард слушал их без энтузиазма, ожидая, пойдут они дальше вниз или пройдут мимо него. Однако в какой-то момент он услышал свою фамилию и застыл на месте, убрав наушники в карман чёрных джинсов. Ричард прислушался. — Это ты с Картером что ли мутишь? — мужской голос юноша не признал сразу. — Что? — это явно была Холли, и она удивилась. — Нет. С чего бы? — Да-да, — парень явно пытался задеть мисс Дэвис. — Вы бы вдвоём себя со стороны видели. — Слушай, — шаги резко оборвались. — Чего тебе от меня надо? И тут Ричарда осенило. Сорвавшись с места, он двинулся наверх по ступенькам и встал точно позади другого парня, когда добрался до лестничной площадки. В глазах Холли на миг возникло удивление, но она его не показывала, чувствуя, что может этим подставить Картера. Всем своим видом девушка демонстрировала, что ждёт ответа. — Да так, — парень пожал плечами. — Понять, очередная ли ты его подстилка или всё-таки есть, за что его тянуть. — Я тоже рад тебя видеть, Джастин, — Картер положил тяжёлую ладонь на плечо успевшего испугаться Робертса. — Рич? — тот не спеша начал оборачиваться. — Рич, — парень крепко сжал руку в кулак, готовясь ей нанести удар в любой момент. — Я… — глаза Джастина бегали из стороны в сторону. Пусть Картер его и не держал, но парень всё равно боялся. — Это… — Это не то, что я подумал, а ты не виноват? — Ричард стиснул зубы, отчего отчётливо стали видны напряжённые желваки. — Только не бей… Картер резко расслабился. Он вслух засмеялся. Джастин удивился, но страх не отпускал его. Теперь руки в кулаки сжимал уже он. Робертс понял, что это его единственный шанс. Он был по габаритам немного меньше Ричарда, водился в одной с ним компании, но смелостью никогда не отличался. Это был тот момент, когда Джастин мог доказать, что он чего-то стоит. Картер был рассредоточен, и парень замахнулся. Ричард не успел перехватить руку или закрыть лицо, и удар пришёлся чётко в нос. Ричард не почувствовал никакой боли. Его голубые глаза наполнились агрессией, а в кровь ворвался адреналин. Умом Картер понимал, что если ударит со всей силы, то может и убить, но разбираться он не хотел. Он вновь крепко сжал руку в кулак и выступил на Джастина. Тот, получив своё, упал на пол. Попытавшись вздохнуть, Ричард понял, что это даётся ему тяжело. Он взглянул на Холли, а та явно была напугана. — Нос, — прошептала она. И Картер заметил, как его лицо постепенно превращается в кровавое пятно. Посмотрел на пол — красные капли уже были и на кафеле, и на его ботинках. — Картер! — вдруг раздался сверху неприятный женский голос. — Робертс! — тон резко сменился на удивление. — Дэвис?.. Холли обернулась. С напуганно-удивлёнными глазами, держа в руке папку, на ступеньках стояла миссис Бенсон — учительница математики, на уроках которой вся троица имела честь встречаться несколько раз в неделю. Девушка, зная о скандальном характере преподавателя, захотела вжаться в себя. Ричард же попытался тяжело вздохнуть, вляпавшись рукой в собственную кровь. — Он не виноват, — Холли быстро подбежала к Картеру. Она принялась доставать платок из кармашка, после чего приложила его к посечённому носу парня. Ричард не видел смысла в целом что-либо говорить. Жест девушки приятно его зацепил, и он прижал платок к ране. Его глаза добрели, как только приходилось ими смотреть на Холли. Однако когда Миссис Бенсон вновь подала голос, парень понял, что именно сейчас начался новый виток его проблем. Спустя час Ричард и Холли сидели рядом друг с другом под дверью директора, а за нею были их родители. Желая поддержать и успокоить девушку, Картер взял её за руку. В какой-то момент он пожалел о содеянном, ведь от прикосновения к ней мысли в голове словно затуманились. Рука Холли была прохладной, отчего хотелось отдать девушке всё своё тепло. Ричард начинал понимать, что с ним, и сам от этого ужаснулся, но перестать влюбляться в неё он не мог. Если Картер отделался простой сечкой, которую обработали по приезду скорой врачи и заклеили, то Джастину повезло меньше. Из нокаута он вышел не сразу. Медики не брались сразу распространяться насчёт диагноза, но отчего-то Ричард был уверен, что сотрясение его «друг» заработал. В какой-то момент Холли крепче сжала руку парня. Он взглянул на девушку, а та едва не плакала. — Ну что такое? — Ричард постарался улыбнуться и поймал себя на мысли, что Джастин тоже пробил неплохо — начинала болеть голова. — Я не хочу проблем в школе, — честно призналась Дэвис, лишь после чего посмотрела на держащего её за руку парня. Лишь тяжело вздохнув она смогла продолжить. — У тебя, кажется, к вечеру будет синяк на пол лица. Так что, кажется, у меня всё не так уж плохо. — Да, — Картер задумался. — На драках в школе я ещё не попадался. — Разве? — девушка удивилась. — Как-то получалось выносить конфликты на нейтральную территорию, — Ричард пожал плечами. — Да и не дерусь я практически. — Но Робертсу ты прописал уверенно, — Холли усмехнулась, после чего прикоснулась к шрамам на щеке Картера. — И откуда тогда они, если не дерёшься? — Коммерческая тайна. Ричард улыбнулся. Никогда ранее ему не хотелось так сильно кого-то поцеловать. Он едва коснулся руки девушки на своей щеке, как та её убрала, думая, что Картер хочет именно этого. Парень же хотел эту руку сильнее к себе прижать, но боялся. Как ни крути, но Холли всё же стала его сестрой, а как вести себя в этих условиях он не знал. Картер понимал, что в его стиле было бы в наглую поцеловать девушку, как-то прижаться к ней, но тут… Во-первых, вне зависимости от результата подобного действия, жить с ней под одной крышей станет сложнее. Во-вторых, отец не будет, скорее всего, этому рад, ровно как и мачеха, с которой складываются прекрасные отношения. Холли улыбалась в ответ. Когда Ричард отпустил её руку, она отвернулась, пряча свои покрасневшие от смущения щёки. Картер погрузился в мысли, повисла тишина. Через несколько минут из кабинета вышел как директор, так и оба родителя. Дали слово ученикам. Холли сказала, что Ричард вступился за неё, но сам он молчал. На вопрос о том, правду ли говорит девушка, Картер кивнул. Родители с директором вновь скрылись за дверью ещё на несколько минут. Вскоре все вчетвером уже ехали домой в одной машине. К счастью, к тому моменту основная часть учеников благополучно разбрелась по домам. Ричард, сидя на переднем сидении рядом с отцом, смотрел в окно, скрестив руки на груди. После выхода от директора они пошли поодаль от новых членов своей семьи. Возник нелёгкий разговор, которому парень был не рад. Мигель ему не верил до конца, считал, что Холли его выгораживает, и Ричарда это задело. Он давно ни на кого не держал обиды, а тут… К вечеру парень ни с кем не хотел общаться. Он заперся в комнате и улёгся на кровать, раскинув в стороны руки. Было удобно, голова так практически не болела. Закрывая глаза, Картер представлял Холли. Он улыбался, думая о том, как целует её, кладёт руки ей на талию, опускает их ниже… Но всё это было слишком сложно, отчего приходилось возвращаться в суровую действительность. Ричард не спустился к ужину, принял душ после полуночи, а в школу и вовсе не встал. Холли тоже осталась дома — Барбара пожалела дочь и не стала будить её. Девушка приятно была удивлена подобному сюрпризу. Проходя мимо двери Ричарда по пути в ванную, она остановилась. Некоторое время она думала, дома он или нет и стоит ли постучать, но в итоге пошла дальше, так ничего и не сделав. Картер же слышал шаги. Выходить он не хотел, но время на часах к этому подталкивало. Надев старые домашние шорты, Ричард открыл замок и вышел из комнаты. В ванной было тихо, и парень прокрутил круглую дверную ручку. Стоило ему переступить порог, как обнажённая Холли сначала шокировано посмотрела на парня, а после едва не закричала. — Чёрт, — Ричард смог отвернуться не сразу. — Доброе утро. — Ты не видел, что свет включён? — возмущённая Холли повязала полотенце так, чтобы оно прикрывало её тело от груди до бёдер. — Просто закрывай дверь на замок, хорошо? — Картер, глупо улыбаясь, вышел из ванной комнаты. — Я… — девушка хотела что-то сказать, но поняла, что это не имеет смысла. — Ладно, ты прав. Моя ошибка. Синяк был не таким большим, как думал Ричард изначально, но приятного было мало. Содрав пластырь с носа, парень недовольно поморщился своему отражению. К слову, морщиться было больно, но его это останавливало слабо. Остаток дня он вновь провалялся в кровати, на этот раз не запирая двери. То и дело в пределе видимости появлялась Холли. Какое-то время они провалялись в объятиях; по сути, оба пытались понять, что они друг для друга значат. Ричард уже чётко осознавал, чего он хочет от девушки и как, но вот то, что было на уме у неё, оставалось для него загадкой. Точно так же Картер не понимал и то, как ему достичь желаемого и стоит ли вообще что-то с этим делать. Однако время шло. Синяк сходил, сечка заживала, на её месте образовывался ровный шрам. Он был удивительно симметричным, проходил через переносицу. Возвращение на занятия было лишь делом времени, но по итогу Ричарду казалось, что он ничего не пропустил. Как и всегда, ходили какие-то неинтересные сплетни, а уроки были скучными. Одно удивляло: Джастин так и не появился. К Холли отношение не изменилось от слова «вообще». Директор ситуацию решил не афишировать. Как оказалось позже, Робертс, по сути, виноватый в конфликте, вину свою признал. Едва он поправился, как перевёлся в другую школу — Ричард пугал его, причём не на шутку, хотя самому ему было уже всё равно. Что удивительно, миссис Бенсон стала смотреть на Картера совершенно другими глазами. Она закрыла глаза на эти прогулы парня, а отношение к нему с её стороны стало в целом менее предвзятым. Судя по всему, она не ожидала, что он способен за кого-то заступиться. Ну, или, что не менее вероятно, ей просто нужен был человек, на которого удобно спихивать все чужие злодеяния. Ричард прекрасно на эту роль до недавнего момента подходил. Холли всегда была в её списке любимчиков, ведь вела себя на занятиях тихо, отчего в её слова миссис Бенсон верила. Но не прошло и недели, как всё вернулось на круги своя. Ричард вновь перестал видеть смысл в учёбе, начал прогуливать школу. Он погружался в свои мысли целиком и полностью, по-прежнему много думая о Холли и возможности проводить с ней больше времени, при этом не показывая своих тёплых чувств, что с каждым днём становилось всё сложнее. В том числе и от своей влюблённости Ричард пытался убежать. Иногда ему становилось больно от осознания того факта, что не будь их родители вместе, всё было бы проще. Да, вряд ли бы Барбара была бы обеими руками за такую партию для дочери, но всяко не пришлось бы ломать голову, как оправдать свои чувства ещё и перед отцом. Чем ближе была весна, тем чаще подобные мысли посещали Картера, а чем чаще это происходило, тем больше времени он старался находиться поодаль от дома. Выстраивался своего рода жизненный ритм. Вот только внезапный приезд Адама его разрушил.