Is evil evil?

      Зона искусств была огромной. Возможно, что даже самой большой из всех, поскольку имела много разветвлений. Такое разнообразие посеяло раздор между демонами, ибо каждому было интересно посмотреть что-то своё, а уступать кому-либо они не хотели.       Чарли хваталась за голову, пытаясь успокоить компанию, но ничего не получалось, поскольку даже у Вэгги были свои предпочтения, которые не сходились со вкусами принцессы. Единственным выходом из ситуации была возможность разделиться, пусть самой Шарлотте такой вариант не нравился. — Значит так, мы делимся на группки, исследуем эту зону так, как мы желаем, но через пять часов мы все должны быть около главного входа. Если кто-то из Вас сделает что-то такое, что заставит меня краснеть, то на последствия потом не обижайтесь! — выставив указательный палец вперёд, проговорила Чарли, угрожая демонам, словно те были малыми детьми. — Конечно, мамуль, — с хохотом согласился Энджел, после чего поплёлся в сторону музыкального отдела. Перед этим он, конечно, распинался, что его интересует именно тематика музыкальных инструментов: поменялись ли материалы для их создания, насколько улучшилось качество воспроизведения и прочее.       Остальные же разбрелись каждый по своему отделу, начиная от живописи, заканчивая хореографией.       Когда все разошлись, девушка обнаружила рядом с собой Аластора, что смотрел на неё сверху вниз. Его улыбка не предвещала ничего хорошего. Сложилось впечатление, что тот явно хотел с ней продолжить вчерашний разговор. Ну, а сама принцесса не особо настроена на такое времяпровождение. Да и вообще, после вчерашнего ей было не комфортно находиться рядом с ним. — Дорогая, ты мне обещала компанию в музыкальное путешествие, — первым подал голос тот. — Я помню, но это не ты ли говорил мне, что современная музыка полная чушь? — спросила Чарли, кинув мимолётный взгляд на радиоведущего.       Ей вообще не хотелось смотреть на него. Нет, хотелось, конечно, просто ей было ужасно неловко! А вся суть в том, что сон, который увидела Шарлотта после того, как погрузилась в граничное состояние, постепенно всплывал, вырисовывая причудливые картины в сознании девушки.       Так чтобы чётко, Чарли ничего не помнила. Но некоторые фрагменты шокировали её. На протяжении целого утра девушка мимолётно вспоминала какие-то частички сна. В один момент ей в голову ударила иллюзия того, что когда-то принцесса находилась в комнате у Аластора, а тот, в свою очередь, почему-то был не удивлён её появлению. Затем вновь провал. Когда Шарлотта чистила зубы, в голову вновь неприятно ударили непонятные воспоминания. В этот же момент она почувствовала, что сидит на чём-то костлявом, но ужасно горячем, а на её бёдрах спокойно хозяйничали руки радиоведущего. Когда девушка пришла в себя после таких миражей, то обнаружила, что та в такой же позе сидит на мягком пуфе, что спокойно стоял в ванной комнате. А в момент, когда та принимала душ, её сознание окунулось в иную ситуацию. Там Чарли по каким-то неведомым причинам была закована в щупальцах Аластора. И она отчётливо помнит слова: «Мне страшно, Аластор! Почему ты делаешь это со мной? Почему ты меня держишь?». Но, как только её сознание пришло в норму, та не сразу поняла, что слова, сказанные ею, проецировались на реальность. И только после того, как Шарлотта вышла из душа, Вэгги удивлённым голосом спросила о том, с кем она разговаривала, Чарли поняла, что сказала это вслух. После того, как демонесса ушла звать всех остальных, как и вчера, принцесса вновь окунулась в непонятные ей воспоминания, где собственными руками раздевала радиоведущего, а сама она, не сказать, что была очень одета. И после такого представления, Шарлотта вспоминает слова Аластора, который рассказывал ей о своих сновидениях. Ну, а ещё чуть позже, в голову девушки доходит мысль, что у него во снах происходит то же самое! А ещё через пять минут Чарли вытягивает из уголков своей памяти диалог с Лилит, которая говорила о том, что в граничном состоянии Шарлотта может являться в сновидениях объекта своего вожделения.       Исходя из вышеперечисленных причин, сейчас принцесса не может спокойно смотреть на Аластора, ибо понимает, что во сне беспардонно является к нему и похищает его энергию, но признаваться ему в этом она, конечно же, не будет. — Да, это говорил я, — ответил на предыдущую реплику Радио-Демон. — Но разве я могу так отзываться о музыке, не услышав её? Пройдём со мной, принцесса, я уверен, что смогу доказать тебе, что музыка современности всё-таки паршивая, — усмехнулся собственной реплике Аластор. — Но ты же только что сказал, что не можешь так выражаться, не слушая её… — Просто меня распирает уверенность в моей правоте, — склонив голову на бок, произнёс радиоведущий, после чего подставил свой локоть Шарлотте, чтобы та могла спокойно за него взяться.       Чарли цокнула языком, при этом закатив глаза в недовольстве. Тем не менее, девушка воспользовалась предложением мужчины, взяв его под руку. Раз случай вновь свёл их вместе, так тому и быть. Принцесса буквально вчера пообещала себе, что расслабиться и оставит в покое свои тревожные мысли. Остался один день, завтра вечером им придётся покинуть этот город, поэтому нужно провести это время с достоинством.       Отправившись вглубь коридора, те побрели в зону, где предлагали жанровое разнообразие музыки. Аластор сразу потянул Чарли в сторону джаза, принцесса же хотела с самого начала пройтись по самым популярным новинкам десятилетия, поэтому потянула мужчину в свою сторону. Что было удивительным, так это то, что тот совершенно не сопротивлялся, словно у него нет сил.       Девушка устремила удивлённый взгляд в сторону Радио-Демона, а он, в свою очередь, остался совершенно непоколебимым. Его фирменная улыбка не покидала его лица, словно всё, что происходит, было в пределах нормы. В какой-то момент, Шарлотта растеряла всю свою скромность и начала таким же образом водить радиоведущего из стороны в сторону без всякой логики. Он покорно ступал за ней, не выражая и капли возмущения. Сложилось впечатление, что если его сейчас толкнуть, тот упадёт. — Аластор? — спросила девушка, приподняв в удивлении брови. — Принцесса? — в ответ спросил мужчина, глядя той прямо в глаза. — Ты себя нормально чувствуешь? — поинтересовалась Чарли, выпустив руку мужчины из своих. — Лучше всех, — соврал Радио-Демон, после чего рассмеялся, пытаясь как-то выйти из этой неловкой ситуации. — Тогда почему ты такой… послушный? — чуть усмехнувшись, спросила Шарлотта, скрестив руки на груди. — Просто интересно, что ты будешь делать, — спокойно произнёс тот. — Аластор, — с нажимом сказала Чарли, пытаясь раскусить мужчину, словно грецкий орех. — Принцесса, — в ответ произнёс тот, сделав шаг назад.       Шарлотта не удержалась, и окончательно утопив где-то глубоко в себе лишнюю скромность, подошла к мужчине и легонько пихнула его руками в плечо. Радио-Демон опешил, поскольку не думал, что эта дамочка будет вот так вот нагло действовать. Но всё оказалось ещё хуже, когда тот просто начал падать, не успев сконцентрироваться на своих ногах, что были напряжены до предела, чтобы просто элементарно стоять.       Чарли тут же начала ловить радиоведущего за руку, чтобы тот не упал прямо на пол. К счастью, тот понял, что принцесса намеревается его спасти от падения, поэтому подал ей руку, попутно ухватившись за предплечье девушки. После того, как Аластора удалось зафиксировать в вертикальном положении, Шарлотта внимательно посмотрела на лицо радиоведущего, отмечая некоторые едва заметные глазу вещи. Во-первых, тот нервничал. Пусть его лицо не выражало этой эмоции явно, но его нервная улыбка, что не меняется уже минут двадцать, говорила о том, что тот крайне напряжен и пытается держаться изо всех сил. Во-вторых, Чарли чувствовала, как тяжело тот дышит, словно каждый вздох для него выдавался дикой пыткой. И что самое главное, его лицо выражало такое упрямство, что не засмеяться было трудно. Оно так и говорило: «Я — великий Радио-Демон, могущественный и непобедимый, никогда не болею, не страдаю и ты — женщина, недостойна видеть моих мук!»       Чарли не знала, как ей поступить в этой ситуации. Аластор держался за её предплечье так цепко, словно боялся её упустить и потерять. Таким радиоведущего, за всю его жизнь, видела только Шарлотта. И это унизительно для него. Сама же принцесса чётко понимала, что издеваться над ним ни в коем случае нельзя, она только ухудшит их отношения, затронув его эго. Да и никакого желания мучить его у неё не было, еще, если учесть и тот факт, что возможно, в том, что он сейчас такой, виновата она. — Сегодня мне нужно будет с тобой кое-что обсудить, а пока что, давай послушаем ту ерунду, что ты так хотела, — на выдохе быстро проговорил Аластор, устремив свой взгляд чётко на девушку. — Хорошо, — кивнула принцесса, после чего вновь взяла мужчину под локоть и повела его в ту сторону, где проигрывали самые популярные композиции.

***

      Аластор мужественно вытерпел всё, что происходило. Мало того, что ему пришлось всё время слушать какую-то какофонию звуков из современных музыкальных приспособлений, так ещё и выматывающая ходьба вместе с весьма импульсивной особой. Раньше Радио-Демон находил свою гармонию в музыке, насыщая и без того свою прогнившую душу хоть какими-то радостями жизни, сейчас же, он понятия не имеет, как можно искать гармонию в том, что заставляет схватиться за голову и выпрыгнуть в окно. — Тебе не понравилось, — опередила мужчину Чарли, внимательно глядя на него. — Ну, как тебе сказать, дорогая, у меня буря эмоций, — усмехнулся тот, наблюдая за тем, как меняется выражение лица девушки. — Например? — спросила принцесса, подведя Радио-Демона к столику, рядом с которым стояли удобные кресла. — Во-первых, когда я вспоминаю теории происхождения искусства, мне кажется, что если бы современная музыка возникла в те времена, когда пытались разгадать эту загадку, то у всех критиков и искусствоведов выстроилось убеждение в том, что все музыканты творили свою музыку лишь с целью вызвать у противоположного пола возбуждение, чтобы потом лечь с ними в постель. Конечно, эротическая теория тогда побеждает! Иначе я не могу объяснить, почему в песнях так принижается чувство любви, а также отношение к объекту своего… восхищения, скажем так, — размышлял Аластор. — Почему все темы сводятся к сексу? Почему девушки стали такими доступными? В музыкльных шоу повсюду голые тела, — не прекращал возмущаться демон. — Боюсь спросить, что же у тебя там запрятано в твоём «во-вторых», — со смехом произнесла Шарлотта, сев напротив мужчины. — Во-вторых, есть вопрос к функциям искусства. Какая функция у современной музыки? Игровая? Эстетическая? Коммуникативная? Воспитательная? Какая? Эта музыка, в случае со мной, не выполнила ни единой своей функции! Хотя нет, подожди, исполнила, рассказала о своей деградации, — возмущённо взмахнул руками радиоведущий. — Я и не думала, что эта тема тронет тебя аж до глубины души, — смеялась Шарлотта. Таким она его не видела ни разу. Ну, живёт себе спокойно демон, но чтобы внутри скрывался такой критик? Чарли и подумать не могла. — Поэтому я и не горел желанием идти сюда, сама напросилась, — усмехнулся Аластор. — Как ты себя чувствуешь? — поинтересовалась принцесса. — Не скажу, что лучше, — честно признался Радио-Демон, откинувшись на спинку кресла. — Что ж, нам ещё недолго, подождём тут остальных, думаю, что они уже скоро вернутся, — глядя на часы, что весели на стене около входа в музыкальную зону, произнесла Шарлотта. — Не хочешь объяснить мне, что происходит? — вдруг спросил радиоведущий. — О чём ты? — переспросила Чарли, сделав вид, что не понимает, о чём говорит ей мужчина. — Почему ты приходишь ночью в мои сны? — напрямую спросил Аластор, при этом натянув хитрющую улыбку. — Разве это мои проблемы? — искренне удивилась девушка, натянув такую же улыбку. — Твои, дорогая. Я вижу по твоему лицу, что ты пытаешься изо всех сил избежать этой темы, — склонив голову на бок, продолжал настаивать на своём радиоведущий. — Я понятия не имею, — наклонившись чуть вперёд, произнесла Шарлотта, сделав более убедительное лицо. — Тебе ведь тоже сняться сны, ты сама вчера говорила, — также наклонившись вперёд, произнёс Радио-Демон. — Да, но ты ко мне во сне не приходишь, — неловко улыбнувшись, сказала девушка. — Верно, — согласился тот. — Но ты снишься сама себе? И что же? Вы разговариваете, я помню, с чем это связанно? — продолжал давить на принцессу Аластор. — Я не знаю! — твёрдо ответила Шарлотта. — Не обманывай меня. После этих снов я напрочь лишен энергии, а ты, как ни странно, полна сил. Дорогая, насколько сильно в тебе проявились гены твоей матери? — внезапно спросил тот. — Что за вопросы такие? — уже нервничала Чарли, всё сильнее вжимаясь в спинку кресла. — Принцесса, скажи мне, ты переняла способности Лилит? Ты на большую часть — суккуб?       Шарлотта напрочь растерялась. Неужели от этого демона нельзя скрыть абсолютно ничего? Но к огромному счастью, где-то из коридора послышался гул, что состоял из знакомых голосов. Демоны начали по чуть-чуть подтягиваться к месту встреч, чем спасли принцессу от продолжения не особо приятного разговора.       Аластор остался сидеть в кресле, так и не услышав ответов на свои вопросы. Но ничего, он обязательно это напомнит Шарлотте. Уже сегодня. Пусть он сейчас и ослаб, но никто не смеет его так грубо игнорировать.

***

      В тот момент, когда все шли в сторону своего отеля, успокоить разговоры демонов не мог никто. Каждому хотелось поделиться своими впечатлениями от увиденного и услышанного. Конечно, компания разделилась на два лагеря: на тех, кто против новшеств, а также на тех, кто всецело принимает изменения и считает это правильным и неизбежным.       Они спорили, кричали, ругались, смеялись, но всё было настолько живо и весело, что не могло не вызывать улыбку. Вэгги с Энджелом, как ни странно, объединились в своих мнениях. Возможно это из-за того, что Вэгги умерла, в целом, не так давно, а вот сам паук был весьма прогрессивных взглядов на жизнь, что тогда — когда был жив, что и сейчас — в Аду.       Джеронимо вообще был в восторге от современной хореографии. Женщины всё чаще оголялись и чаще выставляли свои достоинства напоказ. Он даже несколько раз пожалел, что родился в девятнадцатом веке. Его мнение не разделил Эрн, поскольку был воспитан в нравственной семье, да и отношения к девушкам у него было иного рода, нежели чем у священника. Мать воспитала его так, чтобы тот уважал женщину, а не наоборот.       Флойд вообще не проявил каких-либо эмоций, ибо тот также умер не так уж и давно. Единственная цель, с которой тот отправился в этот музей, было узнать, вышла ли новая часть той игры, что он так и не успел пройти. В общем, он был неисправим в своих страстях.       Бакстер покорно ходил со всеми вместе, его не особо интересовали все гуманитарные науки. Его не интересовали люди, а также то, как они пытались проявить свои эмоциональные состояния во всех этих видах искусства. Куда интереснее наблюдать за изобретениями, что были основаны чисто на рациональных основах.       В целом, Чарли была довольна тем, что происходило. Эта экскурсия вызвала у её друзей эмоции, а это главное! Значит, всё это было сделано не зря.        Принцесса надеялась, что на такой позитивной ноте и закончится её день, но Аластор так не думал. Когда была почти полночь, тот без каких-либо зазрений совести постучал к ней в номер.       Девушка до конца верила в то, что это не радиоведущий, но все её ожидания рассыпались, словно разбитое стекло. Не то, чтобы она не хотела видеть Радио-Демона, просто уровень неловкости, что возрос между ними, достиг чуть ли не космической высоты. На самом деле, Шарлотта понятия не имела, как дальше взаимодействовать с Аластором дальше. Что делать с ним в отеле Хазбин? Это всё чертовски сложно! Ей нужен психолог, но к Флойду она не пойдёт. Это точно.       Чарли быстренько открыла дверь и тут же вышла из комнаты, чтобы не тревожить Ниффти и тем более Вэгги, ибо последняя, если узнает, что у Шарлотты с Аластором есть какие-то секреты, сделает ей выговор.       Радио-Демон с вызовом посмотрел на девушку, намекая на то, что разговор, который был начат в музее, никуда не испариться. Также было заметно, что за всё это время радиоведущий значительно окреп, в сравнении с утром. Принцесса тяжело вздохнула и, сделав абсолютно невинный взгляд, потопала в сторону выхода из отеля, понимая, что Аластор не будет разговаривать с ней здесь. — Предлагаю прогуляться к озеру, — внезапно произнёс демон, по чуть-чуть догоняя девушку.       Чарли легонько кивнула в знак согласия. Напряжение никуда не хотело деваться. Тело девушки было словно перетянутая струна, её задень — она порвётся. — Аластор, слушай, на самом деле, я не знаю, что со мной происходит, — внезапно начала говорить Шарлотта, всё также, не поворачиваясь в сторону демона. Девушка решила, что лучше будет всё рассказать по дороге к парку, где было то самое озеро. — В один момент, мне стали сниться сны, где я видела себя совершенно иной. Потом я стала не высыпаться, слабеть и прочие неприятности, — продолжала говорить та. — Продолжай, — таким образом подбодрив девушку, произнёс Радио-Демон, догнав её, а вскоре поравнявшись с ней. — Мама мне сказала, что если я не приму ту Чарли, которую я вижу, то я могу, как она сказала — «сгореть». Поэтому в этом отеле я приняла её, а то, что происходит у тебя во сне, я не контролирую, — честно призналась Шарлотта. — Ты живёшь уже больше двухсот лет. Почему такие вещи начали проявляться именно сейчас? — искренне поинтересовался Аластор, внимательно наблюдая за мимикой принцессы. — Не знаю, точнее, я бы не хотела тебе говорить причины, из-за которых такое может произойти, — отвернувшись в сторону, чтобы не встречаться с радиоведущим взглядом, произнесла девушка. — И сегодня, я впервые видела фрагменты сна, где я творила непонятно что. — Забавно, — коротко отреагировал Аластор. Ему и сказать, в целом, было нечего. Если бы он разбирался в расовых особенностях демонов, он бы, может, и мог бы чем-то помочь, или, в крайнем случае, объяснить что-то. Но не сейчас.       Когда пара демонов добралась до озера, те некоторое время молчали, наслаждаясь красотой этой местности. В Аду не было ни звёзд, ни луны. Только маленькая планета, что именовала себя «Рай», где-то далеко-далеко от этого пропащего места. Тем не менее, местные архитекторы постарались на славу, оснащая эту местность освещением, даруя этому месту красоту и видимость. — Хочешь послушать музыку, которая мне нравится? — внезапно спросил Радио-Демон, устремив свой взор на принцессу. — Как-то это неожиданно, — честно призналась девушка, заправив за ухо выбившуюся прядь волос. — Как ты можешь мне её дать послушать? — Ты забыла кто я? — с лёгким смешком спросил Аластор, после чего щёлкнул пальцами, и рядом с ними образовалось небольшое радио, а после ещё одного щелчка из динамика послышалась лёгкая и в тоже время весёлая музыка.       Женский голос начал что-то напевать. Из-за непривычной частоты, Чарли не сразу начала понимать слова, что доносились до её ушей. Тем не менее, не успела певица запеть, как радиоведущий в галантном жесте протянул принцессе руку, приглашая ту на танец.       Шарлотта на какое-то время засомневалась, но приняла предложение и уже вскоре, пара демонов покачивалась в бодрящий такт музыки. ~In your smiling eyes, I see paradise~* — Рут Эттинг, композиция «When You're with Somebody Else». Она была прекрасной женщиной, — начал Аластор. — Когда-то она даже пришла ко мне в студию. Слушать её в реальной жизни было само удовольствие.       Чарли внимательно слушала рассказ Радио-Демона. — Знаешь, говорили, что когда она даже улыбается, то звучит так, словно плачет. Удивительная особа. ~I know that love’s a game, So who’s to blame? ~** — У неё была успешная карьера, пока неудачный брак не разрушил её…       Шарлотта невольно прижималась к радиоведущему, утыкаясь носом тому в грудь. Ей казалось, что прекрасней этого момента, в её жизни больше не будет. — Прислушайся, какова душа у этой песни? — продолжал тихо нашептывать Аластор, время от времени наклоняясь к уху принцессы. ~The love, sweet love that I’ve known, Can’t you see, I want you all for my own? ~*** — Я чувствую боль, — коротко ответила Чарли, после чего посмотрела в глаза демону. — Она так беззаботно поёт о таком пожирающем чувстве… — Да, — кивнул тот.       Таким Аластора принцесса не видела никогда. Он был спокоен, искренне улыбчив и гармоничен в том, что происходило вокруг. Казалось, что мир был в этот миг создан только для них двоих. Сердце девушки билось так, что и сам радиоведущий чувствовал его биение. — Волнуешься, дорогая? — вновь наклонившись к уху девушки, спросил тот. — Нет, — честно призналась Чарли. — А чего же так дрожишь? — Мне кажется, что я счастлива, — прижавшись щекой к груди демона, сказала та. — Почему кажется? — спросил тот, продолжая также безмятежно улыбаться.       После Рут Эттинг заиграла новая композиция. — О, а эта девушка уже начала блистать после моей смерти, но, тем не менее, её песни расслабляют меня. Это Дэй Дорис. Композиция: «Dream A Little Dream of Me». ~Say nighty-night and kiss me Just hold me tight and tell me you'll miss me~**** — Ты прав, расслабляет, — Чарли и не заметила, как чуть больше обмякла в руках демона.       Аластор наслаждался каждой ноткой, смакуя досконально выученные звуки. Сейчас было всё действительно настолько хорошо, что радиоведущему мимолётно захотелось так и прожить свою Адскую жизнь, танцуя под музыку милой Дэй Дорис, вместе с этой прекрасной демонической принцессой, что была счастлива вместе с ним. — Всё, что происходило в Новум Тауне, должно остаться в Новум Тауне, — шепотом произнесла Чарли, будто бы это был какой-то секрет для всего мира. — Не могу не согласиться с тобой, дорогая, — усмехнулся тот, после чего посмотрел в глаза Шарлотты. Они были так прекрасны в этот миг. Блестели как никогда прежде. Неужели демон и впрямь способен сделать кого-то счастливым? Эту маленькую принцессу? Аластор был очарован девушкой, сейчас он не давал себе отчёта. Всё вокруг было настолько волшебным, что удержаться от романтики, что так и навязывается благодаря Дорис, очень сложно.       Похоже, что и сама Чарли не понимала, что сейчас происходит, ибо в какой-то момент та остановилась, внимательно всматриваясь в лицо мужчины. Оба тонули в глазах друг друга, обнаружив в них целый мир, который до этого было так трудно рассмотреть.       Аластор аккуратно взял подбородок девушки указательным и большим пальцем, после чего легко притянул его к себе. Сама Шарлотта не сопротивлялась таким действиям и охотно шла на поводу радиоведущему, даже перегоняя его.       Когда их губы соприкоснулись, всё словно стало на круги своя. Словно сложились детали паззла, которые так давно не могли найти, чтобы завершить прекрасную картину. ~Still craving your kiss I'm longin' to linger till dawn dear~*****