W-zero

Балтассаре оправил чёрный ворот и зашёл в Гарганту. Небольшая щель в пространстве тут же беззвучно закрылась за спиной своего любимца без единого всплеска, как и всегда. Не позволяя себе ослепнуть от резкой смены красок и яркого цвета, он прикрыл глаза и шагнул в тень ближайшего дома, лишь после этого позволил себе выдохнуть. -… чешуя змеи, покров великого дракона, властелины моря и небес! Бакудо номер двадцать два: белый барьер! Со звоном бьющегося стекла проломился прежний барьер один из череды таких же — и осколками реацу осыпался на землю, едва за ним появился другой. Барьер создал стоящий на высокой стене шинигами, другой упал рядом — видимо, он поддерживал барьер прежде. Непроходимая — ха! — защита кольцом стояла вокруг Сейрейтея, дублируя высокие стены и поднятую полусферу. К двоим шинигами на стене присоединился третий, в отличной от них форме: вместе чёрного шикашухо он был облачён в прикид, напоминающий форму нинзя. Они стояли высоко, и сложно было разобрать детали едва привыкшими к освещению слезящимися глазами. — Отряд кидо бросили на усиление границы? Чтобы битва не вылилась на Руконгай? — Скорее, чтобы никакая гадость из Руконгая не попал в Сейрейтей, — рассмеялся голос в ответ. Прибывшему протянули воду и что-то в мешочке, как оказалось — сухарь. Тот торопливо зажевал, ни на миг не ослабляя бдительности. — Куда сейчас? — Склады Четвёртого. Потом — до Академии. — Но к Академии направили Шестой, во главе с лейтенантом! — возмутился член отряда кидо. — После предательства трёх капитанов никому нельзя доверять, — нинзя махнул рукой. — Пойду я. — Будь осторожен! Нинзя кивнул и буквально исчез, лишь натренированный взгляд заметил быстрое перемещение. «Это и есть сюнпо?» Отложив полученную информацию на дальнейшее обдумывание, Балтассаре направился между домов, оглядываясь по сторонам. Через Ичимару он смог уговорить Канаме Тоусена — ещё одного бывшего капитана — изобразить карту Сейрейтея. Слепой шинигами, редко покидавший свои покои и лаборатории, откликнулся на просьбу живо, подробно набросав план, включая территории разных отрядов. Можно отправляться в путь. После безжизненной пустыни солнце слепило глаза, яркость неба и его голубой цвет давили гораздо сильнее, чем потолок в восстановленном внутреннем дворе Лас Ночес. Припекало, и привычный к холоду Хуэко Мундо Балтассаре успел покраснеть и даже вспотеть, несмотря на относительно низкую скорость бега: использование Сонидо вмиг раскрыло бы его. Послышался приближающийся топот, и из-за поворота показалась группа мужчин. Коренастые, с сильными руками и особо глуповатыми лицами — как на подбор, бегущие с мечами наголо, они быстро проскочили мимо Балтассаре, не обратив на него внимания: лишь последний мазнул взглядом по чёрному шукашухо и вернулся в свои мысли. «Смертнички». Проводив взглядом бравый отряд будущих умертвий — как ещё назвать тех, кто решился самовольно бегать по охваченному битвой Сейрейтею, когда Командующий распространил приказы на каждый отряд? — Балтассаре направился дальше. Недалеко. — Стой! Замерев сусликом, Балтассаре обернулся на голос. Его окликнул бежавший по крыше очередной нинзя, который, судя по маршруту, направлялся в сторону места заседания Совета. — Назовись! — последовал приказ. — Рядовой Морте, Пятый отряд, направляюсь к баракам! — отчеканил он, вытянувшись по струнке. Он уже понял, что имеет дело с представителем Второго отряда — только выходцы из него даже после обнаружения продолжают скрывать реацу — опять же, из рассказов Тоусена. — Вашему отряду поступил чёткий приказ: провести оцепление Холма Сокьёку, — буквально отрезал шинигами. — Почему саботируете приказ? — Поступила информация о нападении на бараки, а лейтенант осталась без прикрытия, так как не может встать с кровати. Нинзя на мгновение замер. — Как только проверите информацию, воспользуйтесь Адской бабочкой и отправьте сообщение лейтенанту Омаеде. — Будет исполнено. Убегая прочь, Балтассаре услышал возмущённый шёпот нинзя. Больших усилий стоило не обернуться и не показать язык на слова «о мальчишках, набранных Айзеном невесть откуда». И ведь он оказался практически прав… Придуманная на ходу история оказалась внезапно правдивой: бараки Пятого горели. Прорвавшись мимо группы Четвёртого отряда в сопровождении Десятого — ожидаемое — «у них нет особых задач», он добежал до покоев лейтенанта — висящий на дверке шкафа шеврон лейтенанта не оставлял места фантазии. Укороченный танто привычно лёг в руку и его кончик уткнулся в шею болезненной бледной, едва сидящей в кровати девушки, которая то и дело начинала закашливаться от дыма. — Имя, — в любимой манере протянул Балтассаре. — Х-хинамори Момо. Она едва успела договорить, прежде чем клинок вонзился в шею, короткий жест рукой — и Хинамори замертво осела в кровати. Утерев лезвие от крови о край одеяла, Балтассаре показалось, словно её глаза стали даже более живыми. Скинув верхнюю часть формы с выбитым на груди символом отряда прямо в шкаф — комплекция фигуры его и Хинамори практически совпадала — он вышел из барака и направился в сторону пожара. Первый попавшийся шинигами оказался нужной комплекции, и Балтассаре накинул на плечи его форму — мёртвым одежда не нужна. Подвигав руками — шукашухо оказалось мало в плечах — он с усмешкой подумал что Одиннадцатый отряд, видимо, объедает остальных — как иначе объяснить что ему, мальчишке, подходила форма вполне взрослых шинигами? Перевесив через плечо рюкзак с медикаментами, входящий в стандартную форму Четвёртого отряда, Балтассаре направился в сторону боевых действий. Для лучшего обзора он направился к самому высокому месту Сейрейтея, а по совместительству — единственной достопримечательности — к Холму Сокьёку. Тем более, ему дико хотелось посмотреть, что в нём такого уникального, раз целый отряд был направлен на охрану. — Спасите! Молю, помогите! Противясь вбитым в подкорку мозга в песках Хуэко Мундо рефлексам, Балтассаре замедлил свой бег и обернулся на крик. А посмотреть было на что. Человека в белом мундире — точнее, в том, что от него осталось — за ногу волок рогатый шинигами в хирургическом халате поверх формы. Квинси орал, отбрыкивался как мог в силу своей избитости и не хотел оказаться там, куда его тянули — в сторону коммуникаций, находящихся под ответственностью Четвёртого отряда. Шинигами поднял взгляд на Балтассаре, его глаза расширились в удивлении, и Аранкар был вынужден ускориться. Его маску — тонкий осколок, челюстная косточка его прежней формы — однозначно признали как маску Пустого. Бег со временем обратился в гонку, и Балтассаре сжал в руках рукоять своего укороченного танто. Подбежав к Холму Сокьёку, Балтассаре не смог сдержать смеха — по периметру горы, буквально вжимаясь в камни ввиду своей малочисленности, стояли, взявшись за ручки, шинигами Пятого отряда. Эти лохи — иначе никак! — даже не смели переговариваться в страхе за свою жизнь — то и дело мелькали тени членов Второго отряда. — А ведь они потеряли своих первых офицеров. Диагноз… Небольшой возвышенности, на котором находился Холм, было достаточно, чтобы увидеть белые стены замка квинси, которые разрушал огромный гигант. Судя по всему, это был чей-то банкай, вышедший из-под контроля — действия гиганта были нелогичными, атаки размашистые и далеко не столь разрушительные, какими могли бы быть. Со стороны потянуло жаром. Где-то слева вспыхнул огненный столб, и совсем рядом послышался звук осыпающегося льда и крик. Изрядно прикормленное любопытство легко перетянуло на себя импровизированное одеяло, и Балтассаре отправился в ту сторону. Взору предстала картина кровавой бойни. В окружении десятков тел рядовых шинигами стояла ледяная колонна, устремлённая в небеса, которая быстро испарялась под нагнетающимся жаром. В её центре был заперт квинси, который казался не очень мёртвым. Подойдя ближе, Балтассаре увидел замершую перед колонной девушку чуть выше его самого, покрытую слоем инея. Та мелко дрожала, вытянув белоснежный меч перед собой. В ногах у неё лежал шинигами в капитанском хаори и обрамлении ледяных осколков, а сзади приближались толпы квинси. Пожалев дурёху, Балтассаре громко цокнул языком. От волны звука колонна осыпалась кусками льда вместе с заточённым в ней квинси, лишая его последних шансов на регенерацию. Выхватив танто, он воспользовался Сонидо, оказавшись у неё за спиной, и бросился в бой. Короткие, резкие движения — «как охотничьим ножом», пришла откуда-то ассоциация — быстро подкорректировали число, видимо, рядовых квинси. И, взмахнув окровавленным оружием, он разрезал ткань пространства, открыв Гарганту. — А у вас весело… Вернусь ещё. и, запрыгнув в дыру пространства, закрыл Гарганту за собой.