Певчая пташка

      Тэхен в нерешительности стоял напротив двери и всё никак не мог придумать отмазку, чтобы не заходить внутрь.        — Не бойтесь, у меня дома не кандалы и кресты, — попытался отшутиться Чонгук, ожидая, пока коллега выйдет из раздумий. Словно подтверждая его слова, собака громко тявкнула. Историк вздохнул. С одной стороны, ему было ну очень любопытно. Всё-таки, это квартира самого Чон Чонгука! На кресты и гробы он, конечно, не рассчитывал, но должно же там быть хоть что-то интересное? Может быть, коллекция гитар? Или он занимается искусством и все его стены обвешаны произведениями искусства? Хотя, всегда есть вариант, что он живет в самой обыкновенной квартире, с самой обыкновенной женщиной и вечерами проводит тёплые вечера в компании сигарет или кино. А с другой стороны, было как-то неудобно. Нет, они вроде как друзья, но вот так просто запускать чужого человека в свой дом? Или это сам Тэхен настолько скрытный? Брюнет нервно хмыкнул и посмотрел на огромные пакеты в руках. Много корма, какие-то расчески, полотенца, огромная лежанка, игрушки, шампуни, кондиционеры, щетки, масла, крема и ещё столько же бурды. Щенок, решив, что Тэхен слишком скучный, бросился в квартиру, начиная всё старательно обнюхивать и вилять хвостом. Парень раздраженно закатил глаза. Эта псина будет жить лучше, чем он сам. Ему будут мазать лапки маслом виноградной косточки, чтобы они не трескались, мать вашу! Он несмело вошёл в квартиру за Чонгуком, который тут же убежал куда-то вглубь. Избавившись от кроссовок и верхней одежды, Тэ присвистнул. Жил Чонгук действительно неплохо. Начиная неосознанно бродить по квартире, он стал сразу же замечать какие-то детали. Например, что у него точно нет женщины. Потому что никакая женщина не выдержит капель на зеркале и не заправленной постели. А ещё, если уж она есть, то явно не чистит зубы, потому что одинокая зубная щетка, стоявшая в стаканчике, говорила именно об этом. Квартира была выполнена в белых и серых цветах, где-то висели картины и в гостиной даже стояло фортепиано. Много арок, красивый интерьер и минимализм. Здесь было уютно и… одиноко. Всё так пусто и стерильно, что складывалось ощущение, что здесь никто не живет.        — Тэхен, будете кофе? Или Вам чай? — донеслось с кухни.        — Кофе, если можно, — Тэхен вошёл на кухню, наблюдая за тем, как Чонгук, до сих пор без рубашки, воевал с кофе-машиной. Ему наконец предоставилась возможность рассмотреть его получше, не опасаясь, что его застукают. Тело Чонгука было подкаченным и «сухим», плавно перекатывались мышцы при каждом движении, под ребрами виднелся рубец, идущий вдоль к самому пупку. Шрам был длинным и тонким, что невольно приковывало взгляд. Тэхен придвинулся ближе. Интересно, откуда он? Упал так или после драки? Почему-то Ким был уверен, что Чонгук умел драться.        — Блять. Чонгук хмуро посмотрел на машину, которая будто взбесилась и начала противно хлюпать и шипеть. Он попытался сделать что-то ещё, но механизм взбунтовался и никак не мог угомониться.        — Вам помочь? — брюнет насмешливо вздернул бровь и подошёл вплотную к парню, забирая у него молоко. При передачи их пальцы соприкоснулись и Тэхен хмыкнул: у Чона были очень холодные пальцы. «В трёх вещах я была совершенно уверена: во-первых, Эдвард был вампиром, во-вторых, какая-то его часть, и я не знала насколько эта часть сильна, жаждала моей крови; и, в-третьих, я безоглядно и навсегда влюбилась в него» Ким помотал головой, отгоняя глупые мысли. Мало ли, почему у него там кожа холодная? Может быть, потому что нехер без рубашки в конце ноября бегать по улицам с щенком? Тэхен занялся капучино, попутно вместе с этим занимаясь объяснением непутёвому другу, как это готовить и стараясь не обращать внимание на его торс. Безумно красивый торс.        — Да Вы прям капучинатор какой-то, — рассмеялся Чонгук, принимая чашку готового кофе.        — И главное: если капучино приготовлено правильно, то чайная ложка с сахаром может легко удержаться на пенке! — Тэхен гордо посыпал пенку сахаром, но, к сожалению, маленькие крупинки мигом осели на дно стакана. О Боже. Политолог тихо рассмеялся и сказал, что он всё равно остаётся и будет оставаться великим капучинатором в его жизни.        — Тэхен, если не секрет, могу спросить? — Чонгук деловито помешал напиток и внимательно посмотрел на гостя, который тут же напрягся и неуверенно кивнул, — Помните нашу первую встречу? Вы тогда были пьяны и мне очень интересно, какой был повод? Или это личное? — в полумраке его глаза блеснули любопытным огоньком, а черные крылья встрепенулись, напоминая о своем существовании. Тэ мигом стушевался и неловко почесал затылок.        — Ещё раз извините меня. Я напился из-за того, что поссорился с одним… другом. Очень сильно, — не рассказывать же ему, что напился потому что тогда была пятница-развратница? Его же за алкоголика посчитают! — Я немного перебрал, подрался с каким-то… парнем, — ну не рассказывать же ему, что он по пьяни целовался с мужчиной. Ему же сразу скажут, что он — гомик! — И решил закрепить коктейльчиком, — то, что он пил русскую водку, лучше тоже скрыть. Нет, за русского его точно не посчитают, но за самоубийцу — точно.        — Коктейльчик? Чонгук заливисто рассмеялся, а Тэхен про себя отметил, что у него очень красивый смех. Приятный, мелодичный, не нелепый, а наоборот — он бы слышал его как можно чаще.        — Это какой должен быть коктейльчик, чтобы идти, пошатываться и бить кулаком незнакомцам?        — Я же уже сто раз извинился! — Тэ вскипел от злости и рывком поддался вперёд, не рассчитав силы. В итоге их лица оказались в паре миллиметров друг от друга. Тэхен тут же замер. Какой же он, мать его, красивый вблизи. И да, пусть он целовался с парнями только под градусом или ради интереса, но, Господи, он бы прикоснулся к губам Чонгука даже трезвым. Тот же ошарашенно смотрел на него, а его вороньи крылья взволнованно метались верх и вниз. В комнате стало вдруг жарче, чем в аду, в голову полезли очень странные мысли и Ким почувствовал запах кофе от Чонгука, мельком взглянул на его бледную, но красивую шею, ключицы, однако, тут же одернул себя. Как неловко.        — Хорошо, — нервно хмыкнул Чон, даже не думая отстраняться, — Больше не буду напоминать об этом… инциденте. Извините меня.        — А… Конечно, — Тэхен отлетел на свое место так быстро, что салфетки в стаканчике всколыхнулись, — Как Вам кофе?

***

После этого разговор как-то не клеился. Ну, не клеился у Тэхена. Перед глазами до сих пор стояли губы. Слегка обветренные, искусанные, но наверняка очень мягкие. Как суфле. Стоп, какое ещё суфле?! Тэ помотал головой, прогоняя дурацкие мысли. Наверное, это кофе. Просто кофе, адреналин… в гугле надо поискать. Что за странный порыв? Это от недотраха или ещё какая болезнь? Надо прийти и срочно померить температуру, кажется, у него жар. Потому что только больной человек будет сравнивать обычные губы с суфле. Тэхен глотнул уже остывший кофе. Идиотизм какой-то. Надо записаться к врачу. Чонгук же, наоборот, даже и не вспоминал об этом. Будто ничего и не было. Он рассказывал о своей жизни, о работе у какого-то там знакомого, который очень щедро ему платил. А он очень любил копить. Наверное, он — козерог. Козероги же любят экономить, так?        — О Господи, извините меня, чёрт, — Тэхен в недоумении взглянул на стушевавшегося Чона, — Я же перед Вами почти голышом сижу. Надо срочно одеться. Подождите меня здесь, хорошо? Я ненадолго. А. Точно. Тэхен с тоской смотрел как парень быстро убирает кружку в раковину и направляется, скорее всего, в спальню. Жалко. Он даже и не замечал. Чонгук же не девочка, чтобы так заботиться о том, что без рубашки. Или это Тэхен такой скрытный? Решив скоротать время, парень стал внимательно осматривать кухню, открывая и нюхая каждые баночки. Нет, копаться в чужих вещах — это, конечно, так себе занятие, но ведь всегда можно сказать, что он искал… сахар? Ну и что, что он стоит на столе, может быть, ему нужен тростниковый? Или какие там ещё бывают? В шкафах не было ничего интересного, кроме каких-то бокалов. Рассматривая их, он понял, что, наверное, Чонгук — любитель вин. Потому что только они хранят столько бокалов разных форм и размеров. Интересно, а он бы выпил с ним? Не русскую водку, разумеется, но может быть текилу? Или Дайкири? Боже, он чувствует себя алкоголиком. Внезапно что-то блеснуло на самом верху комода. Тэхен прищурился. На самом верху стояло что-то, похоже на тарелку, только с очень высокими стенками. Что обычная тарелка делает на самой верхней полке, будто это какой-то раритет? Поднявшись на цыпочках, он аккуратно подцепил её пальцами и начал разглядывать. Это оказалось пепельницей, которую, похоже, никогда не использовали. Она была стеклянной, но с красивой резьбой, явно ручной работы. На её стенках можно было увидеть разные цветы, лепестки, листья, где-то даже можно было заметить бутоны роз, которые красиво переливались в свете от лампы. Покрутив её в руках, Тэхен затаил дыхание, проводя подушечками пальцев по выпирающим цветам. Он заметил какую-то надпись на дне и подошел поближе к лапе. «Дорогому Чон Чонгуку. С наилучшими пожеланиями, К.С.» К.С. Кто такая или кто такой этот К.С.? Брат, родственник, друг, подруга, сестра? Девушка?        — Тэхен, Вы там ещё живы? Парень подскочил на месте. Пепельница выскочила из рук. Звон! Грохот! Ким в ужасе посмотрел на черепки и стекло, разбросанное по всей кухне. Щенок, громко тявкнув, бросился вон, наводя ещё больший шум.        — Тэхен? С Вами всё в порядке? Чёрт, чёрт, чёрт, чёрт. Чёрт, чёрт, чёрт! Ким, услышав звуки из комнаты, со скоростью звука быстро стал собирать осколки. Идиот! Это, наверное, очень дорогой подарок, за большие деньги, ещё и от какого-то К.С. Парень на секунду остановился. Наверное, она было очень дорога Чонгуку, а он всё так испортил!        — Тэхен? Брюнет быстро собрал всё черепки, засунул их в карман пиджака и стряхнул ногой мелкие кусочки под шкаф. В этот же момент зашел Чонгук, только уже одетый. Он в недоумении посмотрел на Тэхена, рассматривая его с большим подозрением. Собака яростно рычала на него, всё время смотря то на него, то на хозяина. Предатель.        — С Вами всё хорошо? Я услышал какой-то грохот, подумал, что-то случилось…        — А, грохот? — парень нервно дернул плечом, — Я… я… я уронил кружку, но я всё уже убрал! — он истерично улыбнулся. Чон его убьет, если узнает. А собака закопает на заднем дворике.        — Точно? — политолог медленно подошел к нему, не сводя взгляд, — Вы какой-то бледный и потрёпанный. Ой, у Вас кровь! — Чонгук схватил руку историка, где на каждой подушечке проступили маленькие капли крови. Тэ запаниковал и мигом спрятал руку, которая стала щипать.        — Да это пустяки. И, ох, как же поздно-то уже! Я, пожалуй, пойду.        — Тэхен, у Вас кровь, куда Вы ещё собрались?! — Чон полез в тот же комод, похоже, ища аптечку. О боже, о боже, о боже, о боже, о боже. Выкинув мозг из головы, Ким схватил его, а Чонгук замер и медленно повернулся к нему. Блять. Тэхен схватил его за перо. Это очень некультурно.        — Тэхен, я, конечно, извиняюсь, но…        — Простите меня, — пискнул весь красный парень и, поклонившись, полетел к выходу. Это позор. Конец красивой сказке. Он разбил его подарок, да ещё и схватил за крыло.        — Тэхен!        — До свидания! — крикнул брюнет из прихожей и, распахнув дверь, выбежал из квартиры, вылетая из подъезда. Это позор. Просто аоавпдкудпкдпкпдкпкапд.