Трудности обучения (рабочее название)

      Наступил декабрь. Ночи стали заметно холоднее, преподаватели — требовательнее. Бесчисленное количество свитков задавали в качестве самостоятельной работы, что отнимало уйму бесценного времени. Под глазами Гарри залегли тени, Джинни экономила время на макияже, а её прекрасные рыжие волосы теперь почти всегда были собраны в неприглядный пучок. Гермиона выглядела немногим лучше друзей, но оставлять что-то невыученным или невыполненным было не в её правилах.       - Соберитесь, мисс Грейнджер, - рявкнул профессор Малфой, - вы же не хотите, чтобы мисс Паркинсон вас покалечила.       Гермиона стиснула зубы и парировала очередное заклятье Пэнси. После замечания в свою сторону девушка собралась и резко бросила «ступефай», из-за чего её соперница глухо шлёпнулась на пол.       - Мистер Малфой, - раздался издалека ледяной голос преподавателя, - позаботьтесь о мисс Паркинсон и встаньте в пару с мисс Грейнджер.       Драко хмуро подошёл к своей подруге и бережно оттащил её в сторону, где находились выбывшие из учебных боёв. Там мадам Помфри оказывала первую помощь Невиллу, которого здорово подпалило чьими-то чарами. Малфой-младший что-то сказал целительнице и направился в сторону Гермионы.       Девушка сглотнула. Она не боялась своего давнего врага, но их странная связь с его отцом заставляла Гермиону испытывать к Драко массу противоречивых чувств, что сейчас некстати выбивало из колеи.       - Грейнджер, - слизеринец кивнул.       Гермиона кивнула в ответ. Пожалуй, она никогда не слышала, чтобы Малфой-младший был таким спокойным при общении с ней, и это заставило волшебницу на секунду смутиться, но атака соперника не позволила отвлекаться на посторонние мысли. О Драко она подумает позже.       Гриффиндорка удивилась силе и уверенности ударов слизеринца. Нет, Малфой-младший никогда не был по-настоящему бездарностью в вопросах магии, но его неуёмное зазнайство и самонадеянность сменились холодным спокойствием и умелым расчётом. Яблоко от яблони.       На дополнительных занятиях по Защите от тёмных искусств мисс Грейнджер не только сдавалась во власть своего неоднозначного преподавателя, поэтому схватка с его сыном на практике оказалась впечатляющим зрелищем. Гермиона не заметила, как другие ученики закончили свои дуэли и теперь все неотрывно наблюдали за тем, как сосредоточенно они с Драко обмениваются самыми разными заклятиями, как ловко отбивают их и ставят щиты. Воздух вокруг соперников становился разреженным, и будто сам по себе искрился, но ни один из молодых волшебников не уступал другому в этой непростой схватке.       Прозвенел звонок, и Драко остановился, расслабившись. Девушка растерянно моргнула.       - Десять баллов Слизерину и десять баллов Гриффиндору, - раздался спокойный голос преподавателя. - Все свободны.       

***

      - Джин, ты не представляешь, какое фантастическое было зрелище! - воскликнул Гарри, рассказывая за обедом про дуэль их подруги с Малфоем-младшим. - Гермиона всегда была на высоте, но эта дуэль была достойна первых авроров магической Британии!       - Не верь ему, Джинни, - рассмеялась волшебница, - Драко ни в чём мне не уступал.       - Да я вообще не про это, - махнул парень, - я про умения. Как ни крути, а то, что мы делали в Выручай-комнате раньше по сравнению с сегодняшними боями — небо и земля.       - А меня больше интересует, - подала голос Джинни, - как Малфой перестал быть тем засранцем, каким он был всегда. Гермиона на секунду подумала, что подруга говорит совсем не о том Малфое, но сразу же приглушила своё неуёмное воображение.       - Ну, здесь всё понятно, - спокойно ответил Гарри, - мы все, кажется, здорово повзрослели.       Джинни нахмурилась:       - И только мой братец изменился не в лучшую сторону.       - Как он? - внезапно спросила Гермиона.       Друзья уставились на неё с удивлением.       - Ну, - замешкалась младшая Уизли, - у них с Джорджем полно работы. Дела процветают, сейчас идут переговоры об открытии магазинчика во Франции. Кстати, они ещё делают ремонт в Норе, так что на Рождество можно будет оценить все изменения.       Гермиона очень заинтересовалась десертом. Джинни не сказала, спрашивал ли Рон про свою боевую подругу, но и не это расстраивало девушку. Она просто совершенно не хотела возвращаться в Нору в роли бывшей пассии Рона, не желала всех этих сочувствующих взглядов почти-но-уже-никогда-не-родных Уизли, всей этой невозможной неловкости, которая непременно будет мешать спокойному уюту праздника. Нет уж, лучше остаться одной в школе в компании книг и собственного спокойствия.       Но вслух девушка ничего не сказала.       

***

      Удивительно, но их с Драко поединок стал школьным событием. Его в подробностях обсуждали весь день на всех факультетах. Учащиеся младших курсов то и дело подбегали к Гермионе с восторженными вопросами о том, как стать такой же умелой волшебницей, а некоторые старшекурсники даже бросали восхищённые взгляды.       Всё это не радовало девушку, которая больше беспокоилась о том, чтобы их с профессором Малфоем очередное дополнительное занятие не перенеслось на неопределённый срок. Учебная нагрузка и обязанности старосты в последнее время оставляли очень мало времени для личной жизни, что ужасно удручало.       К счастью, Люциус совой подтвердил их встречу, и в назначенное время Гермиона стояла возле заветной двери в класс.        В помещении никого не было, что немало удивило мисс Грейнджер. Она не позволила жгучей досаде поселиться в душе и поднялась в личные покои преподавателя. Светловолосый волшебник сидел в своём любимом кресле с небольшой стопкой писем в руках. Его профиль вполоборота заставил сердце Гермионы биться чаще, что не могло ускользнуть от внимания девушки. В то же мгновение Люциус небрежно бросил бумаги на кофейный столик.       - Я заждался, - мягко сказал он.       - Я скучала, - она подошла к креслу и села на подлокотник.       Мужчина обнял девушку за талию и перетащил к себе на колени.       - Так мне нравится больше.       Гермиона мягко поцеловала любовника в губы в знак приветствия и обвила его шею руками, прижимаясь, будто чтобы согреться.       - Похоже, ты сделал меня звездой этой недели.       - Ты сама себя сделала, я лишь показал, какая ты есть.       - Драко почти такой же ловкий, как ты. - Волшебница не была уверена, стоит ли обсуждать с Люциусом его сына в свете всего того, что было раньше и что происходит с ней и этим мужчиной сейчас, и не знала, как её собеседник может отреагировать на подобные разговоры, но не смогла удержаться от удивления.       - Что должно бы подчёркивать наше с ним родство, - улыбнулся волшебник. - Но у Драко действительно есть некие успехи в оттачивании мастерства. Хотя нет предела совершенству.       - Почему ты поставил нас в пару? - вопрос вырвался сам собой.       - Чтобы ты победила в себе всю ту неуверенность, что накопилась в тебе за последнее время. Пусть он не воплощение твоих ночных кошмаров, но у вас в прошлом были бурные отношения, поэтому я подумал, что маленькая схватка с моим сыном немного тебя встряхнёт.       - Спасибо. Ещё пару месяцев назад я была в таком состоянии, что не выстояла бы против него и нескольких минут.       Гермиона хотела сказать что-то ещё о Драко, показать, что с её стороны больше нет к нему всего того негатива, что был в прошлом, но посчитала такие откровения совершенно неуместными. Вместо этого волшебница положила голову на плечо мужчине и стала пальчиком водить по шёлку его белоснежной рубашки. От этой нехитрой ласки Люциус забыл, как дышать.       - Я очень хочу, чтобы ты осталась на ночь, если это возможно, - проговорил он расслабленно после недолгого молчания.       - Поэтому сегодня вечером дежурит староста Слизерина? - мягко спросила девушка.       - Считай это удачным стечением обстоятельств.       - Тебе действительно очень повезло, потому что я совершенно случайно сделала все уроки заранее и, если ты меня очень хорошо попросишь, я, возможно, смогу остаться, - Гермиона пыталась быть максимально серьёзной в своём потоке слов, но внутри у неё всё необъяснимо ликовало. Люциус не раз предлагал переночевать у него, но всегда это происходило во время её хаотичных поисков одежды перед уходом в башню Гриффиндора. Сейчас же, когда у них впереди целый совместный вечер, в тепле его объятий особенно приятно было слышать, что ему хочется быть с ней как можно дольше.       - Я буду умолять тебя, - накручивая каштановый локон на своей палец, прошептал мужчина на ухо тем самым голосом, от которого внутри по телу растекалась чувственная лава.       - Ох, тогда я не смогу тебе отказать.       Он бархатно рассмеялся и зарылся лицом в буйство её кудрей, которые пахли бергамотом и анисом. Люциус отметил для себя, что этот запах для него стал олицетворением безмятежности и счастья.       - Ты чудесная, - признался он.       - Это потому что я выспалась и наконец-то увидела тебя. До этого я была лохматой ведьмой с синяками под глазами и руками в чернилах. Неделя была нелёгкой.       - Уж прости нашу преподавательскую братию, мы не со зла.       Девушка слегка стукнула кулачком в грудь поддразнивающего её мерзавца и рассмеялась. Он перехватил её жестокую руку и с улыбкой поцеловал, завораживая теплом своих серых глаз.       Сегодня Люциус никуда не спешил. Он напоил Гермиону чаем с самыми потрясающе вкусными пирожными, сладость которых чувствовалась на губах во время поцелуев. Потом, не выпуская свою гостью из рук, волшебник вернулся к чтению писем. Необходимо было написать несколько ответов, и потому пришлось отлучиться к секретеру. Девушка тем временем взяла с кофейного столика один из журналов, который оказался исследовательским магическим изданием, и приступила к чтению. Некоторое время она с интересом знакомилась с потрясающе увлекательной статьёй о японской кусачей орхидее, а затем нашла исследование о португальском длиннокрылом драконе, которое также не оставило жадную до знаний волшебницу равнодушной.       - Ты неисправима, - улыбнулся мужчина, вернувшись.       Гермиона подняла глаза и надула губки.       - Книги всегда были для меня самым интересным времяпровождением, - ответила она, а потом лукаво добавила: - И остаются им, когда тебя нет рядом.       - Боюсь, что между мной и книгами ты выберешь последнее, - усаживаясь рядом, с напускным разочарованием сказал волшебник.       Девушка вернула журнал на столик и потянулась к мужчине.       - А я боюсь, что им теперь достанется лишь второе место, - как можно более игриво ответила волшебница, с ужасом осознавая, что этот отчаянно неоднозначный мужчина стал для неё очень многим.       Люциус внутри ликовал от этого шутливого признания. Он осторожно, будто боясь вспугнуть, дотронулся до губ Гермионы своими, на что она ответила чувственным поцелуем. Вскоре ловкие пальцы мужчины освободили волшебницу от мантии и мистер Малфой, разрывая танец губ, встал и потянул девушку вглубь комнаты.       Там он снова поцеловал её, медленно раздевая и руками исследуя сводящие с ума изгибы тела. Ноги Гермионы подкашивались от чувствительных ласк длинных мужских пальцев, а случайные прикосновения обнажённого тела к одежде желанного аристократа бросали в жар. Хотелось сорвать с него рубашку и на ощупь изучать его мягкую бледную кожу, но этот гадкий мужчина лишь жадно целовал её руки, когда девушка тянулась к пуговицам. Он мучил её сладко и жестоко.       - Лю-ци-ус! - протяжно попросила Гермиона.       Он мягко толкнул её на кровать, и девушка почувствовала холод шёлкового покрывала. Но это ни на миг не успокоило разгорячённое страстью тело. Она нуждалась в нём как в воздухе в эту минуту и, похоже, уже всегда. Мужчина не заставил долго ждать. Он через голову снял с себя рубашку и быстро освободился от брюк, чтобы поскорее раствориться в молодой женщине, что сводила его с ума. Гермиона вся выгнулась, когда Люциус провёл рукой от её шеи до низа живота, а затем скользнул рукой за спину, чтобы притянуть к себе поближе.       И тут гриффиндорка превратилась в дикую львицу.       Она целовала его горячо и страстно, потому что безумно скучала по нему последнюю неделю, и сейчас хотела прочувствовать и запомнить все эти головокружительные ощущения, которые дарили губы любовника. Она прижималась к нему, будто пытаясь слиться с ним воедино, прорасти в него всей своей сущностью. Она впивалась в него ногтями и покусывала в своей почти животной страсти.       Люциуса ещё сильнее завела эта бурная прелюдия. Нестерпимое желание скорее овладеть своей восхитительной львицей граничило с почти мазохистской мыслью раздразнить себя и её ещё больше.       - Пожа-а-луйста! - простонала Гермиона.       Мужчина перевернул её к себе спиной, одной рукой сжимая чудесный холмик груди, и вошёл в неё во всю длину. В этом положении у девушки было совсем мало возможностей касаться любовника, но ощущение его сильных рук и его желанного члена внутри было каким-то невероятным и правильным. Люциус стал двигаться, а рука его от груди сместилась вниз. Туда, где во влаге мягких лепестков, пульсировала чувствительная жемчужина, которую тут же стали ласкать ловкие мужские пальцы. Волны наслаждения от его прикосновений и проникновений через какое-то время сменились цунами оргазма, который смыл все посторонние мысли у обоих любовников.       Потом они лежали, наслаждаясь молчаливой близостью друг друга. Гермиона играла пальцами с волосами прирученного аристократа, а тот в свою очередь изучал изгибы тела молодой волшебницы. Какое-то время спустя, впрочем, они увлеклись, и невинные ласки переросли во второй акт их страстной совместной ночи.       - Ты уже распланировала свои рождественские каникулы... - то ли утверждение, то ли вопрос привели Гермиону в замешательство.       Она так и лежала на покрывале его кровати совершенно нагая, но уже не такая запыхавшаяся, как пять минут назад. Правую ногу девушка по-хозяйски закинула на мужчину рядом.       - Откровенно говоря, планы не особо насыщенные, - после паузы отозвалась волшебница. - Я собиралась остаться в Хогвартсе.       - А как же Поттер и Уизли?       - Именно из-за одного из Уизли я и не хочу возвращаться в Нору, - хмуро призналась Гермиона.       - Ты всё ещё испытываешь к нему чувства, - голос Люциуса был лишен каких-либо эмоций.       - Я не могу не испытывать к нему никаких чувств, потому что я с ним выросла. Но у меня нет никакого желания пересекаться с ним во время праздников и переживать какие-то неловкие моменты в связи с нашим расставанием. Всё прошлом, я не хочу в этом вариться, а больше мне ехать некуда.       - Ты могла бы провести это время со мной, - фраза прозвучала слишком буднично. Гермиона повернулась к своему собеседнику лицом. Она была очень удивлена предложению, и в этот момент ей трудно было найти хотя бы какие-то слова.       - Но я думала, ты проведёшь это время с Драко.       - Мы решили, что сейчас ему лучше побыть с матерью.       - Тогда это просто прекрасное предложение, - наконец улыбнулась девушка. - Только вот в школе остаются немногие и нам трудно будет скрываться.       - А я и не предлагал оставаться здесь. Ты совершеннолетняя и можешь находиться где угодно и с кем угодно, - усмехнулся волшебник.       - Люциус, я не уверена, что мне будет комфортно в Малфой-мэноре, - виновато выдавила Гермиона, боясь теребить щекотливую тему.       Глаза мужчины округлились, и он поспешил притянуть к себе своё кудрявое сокровище.       - Мерлин, как ты могла подумать! Впрочем, что ещё обо мне можно подумать… Нет, я хотел предложить тебе встретить Рождество в Уэльсе в одном из оставшихся у меня имений.       Побыть там вдвоём подальше от любопытных глаз и ушей.       - Тогда это чудесно! - оживилась гриффиндорка. - Нужно будет только предупредить Гарри и Джинни.       Люциус, облегченно улыбаясь, нежно поцеловал девушку. Затем слегка отстранился и проговорил:       - Только я забыл тебя предупредить, что перед каникулами мне придётся ненадолго отлучиться по делам. Это займёт несколько дней, ничего страшного.       - Ну, если потом мы сможем провести пару недель вместе, то, так и быть, и отпущу тебя по твоим важным делам, - прижимаясь к мужчине сильнее, объявила Гермиона.       Он нахмурился от недобрых мыслей, но тут же решил забыться в объятиях молодой волшебницы. Их совместная ночь ещё не закончилась.