Встречи и расставания

— Двое из трёх ворот перекрыты, на третьих толпа охранников, — чуть запыхавшийся ангел сел напротив Кроули, налил себе пива из кувшина и залпом выпил. — У них вообще есть дозорные или что-то вроде того? — поморщился демон. — Проморгать целую армию — это умудриться надо. Мрачный трактирщик принёс тарелку с нарезанным мясом, сыром и зеленью; Азирафель поблагодарил его улыбкой и частичкой силы, мазнув рукой по краю порядком засаленной рубахи. — Спасибо, дорогой, за то, что сделал заказ, всё как я люблю, — ангел уцепил кусочек сыра и отправил в рот. — А что ты узнал? — Войско какой-то Евангелической унии*, протестанты. Полководца зовут Мансфельд, он предложил городу сдаться. Земский сейм против, бургграф тоже. Они считают, что выстоят. — Ну, стены и ворота у них действительно неплохие. — Для нас это проблема? — Кроули разлил пиво. — Для нас самих — нет. Но ты же сам хотел продолжить путь на чём-нибудь комфортабельном. — Может, тогда стоит подождать штурма? — Ох, надеюсь, что до штурма не дойдёт, — побледнел Азирафель. — Я как-то отвык от вида кучи трупов. С любой стороны стены. — Ладно, тогда доедай и пойдём вместе посмотрим, подумаем. К тому же наверняка появились новости. Огромная Рыночная площадь, вчера вечером тихая и пустынная, сегодня была заполнена народом так, что приходилось проталкиваться, местами — мимо телег с беспорядочно сваленными съестными припасами, а иногда и нехитрым скарбом. Крестьяне из ближайших деревень, понял Кроули. Те, кто успел убежать от солдат Мансфельда. Краем глаза он заметил мальчишку-оборванца, подкрадывающегося к одной из телег, и почти машинально отвёл глаза хозяину. — Дорогой мой, — укоризненно покачал головой Азирафель, от которого не ускользнул демонический приёмчик, — тебе не кажется, что сейчас не время? — Отчёты в Аду не отменяют из-за военного положения. А у вас? — У нас тоже, — вздохнул ангел. Городская стена действительно производила впечатление; впрочем, до Эдемской ей было весьма и весьма далеко. Перебраться на другую сторону для двух эфирно-оккультных существ большого труда не составляло, но перенести карету или хотя бы лошадь... Кроули мог убрать со своей дороги практически всё что угодно одним щелчком пальцев. Вот только куда это «что угодно» денется, зависело от очень многих факторов, включая, видимо, положение Альфы Центавра относительно созвездия Водолея. Иными словами, у него имелись проблемы с точностью переноса материальных объектов: не хватало то ли квалификации, то ли попросту сил. Одно дело — чудеснуть одежду на стул, когда лень раздеваться, и совсем другое — нечто тяжёлое, да ещё и в место, которое находится вне поля зрения. Насколько он знал, ангел тоже не был специалистом в подобных вещах. К последним функционирующим воротам они подошли очень вовремя: командир стражи как раз распорядился опустить решётку за спиной гонца, въехавшего в город. — Осада, — коротко бросил тот на скаку и свернул на улицу, что вела к ратуше. Кроули и Азирафель переглянулись. Пльзень — богатый и хорошо укреплённый город, на дворе сентябрь, а значит, запасов продовольствия достаточно. Жители могли продержаться довольно продолжительное время, даже будучи отрезанными от торговых путей, так что ждать, пока всё закончится, можно было долго. В принципе, демона такой вариант устроил бы, если бы не два «но». Во-первых, он сам не любил человеческих войн. Пусть даже иногда опосредованно способствовал их разжиганию — исключительно по прямому и недвусмысленному заданию начальства, — но, по его мнению, смысла это не имело. Кого-то жестокие испытания толкали на путь греха, кого-то — на путь праведности, приток душ увеличивался в обеих конторах, и паритет в общем и целом сохранялся. Тогда зачем нужна куча трупов, которая так не нравится Азирафелю? Во-вторых, ангел уж точно не получит удовольствия от пребывания в осаждённом городе. Будет бегать, раздавать благословения, дежурить в лазарете, молиться за погибших... словом, приятно провести время вместе не удастся. Следовательно, нужно уходить. — Придётся-таки воспользоваться лошадьми, — сказал Кроули вслух. — Из армии Мансфельда. Доберёмся на них до ближайшего крупного населённого пункта, а там посмотрим. — Насколько я понимаю, лошадей ты предлагаешь украсть? — недовольно уточнил Азирафель. — Позаимствовать. У пришедших грабить и разорять мирный город, — раздались звуки мушкетных выстрелов, и демон добавил: — Но лучше, конечно, сделать это ночью. * * * На стену они забрались по винтовой лестнице одной из крепостных башен, вниз спланировали на крыльях. В лагере осаждающих стояла тишина, только горели костры дозорных; у того костра, мимо которого прошли чудесным образом незамеченные Кроули с Азирафелем, играли в кости. — Пушки, — сказал ангел. — Ты видишь хоть одну пушку? — Не вижу. Действительно странно. — Вот почему они подошли так быстро — потому что не тащили с собой артиллерию. И штурмовать не стали по той же причине. Наверное, подвезут позже. — Отлично, но нас с тобой здесь уже не будет, — демон остановился. — О, смотри. То, что нужно. У одной из палаток были привязаны две лошади — чёрная и белая. Вынув заранее припасённое яблоко, Азирафель разделил его на две половинки и протянул одну Кроули, а вторую белому коню. Жеребец фыркнул, недоверчиво косясь на незнакомцев, но лакомство всё же взял и даже позволил погладить себя по носу. Чёрный оказался не столь покладист: нервно прижав уши и раздувая изящные ноздри, он отступил от демона, насколько позволяла привязь, а когда тот взялся за уздечку, и вовсе заржал. На весь лагерь. — Сматываемся! — отбросив не пригодившуюся половинку яблока, Кроули таки забрался в седло и послал лошадь к темневшей неподалёку роще. Ангел последовал за ним, с некоторой тревогой слыша крики за спиной. Конокрады из них получились не очень. Мягко говоря. Видимо, сказался недостаток опыта. Не то чтоб подобный опыт следовало получать — сегодня или когда бы то ни было... На опушке демон придержал своего опять заржавшего и затанцевавшего жеребца, поджидая Азирафеля. Несколько выстрелов со стороны лагеря прозвучали глухо и как-то несерьёзно. Увидев, как Кроули падает на землю, ангел выругался — впервые за много лет, тоже спешился, быстро привязал поводья лошадей к ближайшему дереву и склонился над раненым. Если этот... это адское отродье сейчас развоплотится, оставив его одного, их отношениям конец. Есть предел даже Божьему терпению, не говоря уже о терпении одного из Её несовершенных творений. Но демон был жив. Пуля, попавшая в плечо, даже у людей не всегда означала смертельный исход, и когда Азирафель аккуратно поправил полу чёрного камзола, в ответ раздалось болезненное шипение. — Хватит валять дурака, — облегчённо выдохнул ангел. — Приводи себя в порядок и поехали. — Не могу... — простонал Кроули. — Освящённая пуля... грёбаные религиозные войны... Иногда даже у сверхъестественных существ что-то идёт не так, возможно, это тоже часть непостижимого замысла. Их пытались преследовать; несколько солдат появились в непосредственной близости, и Азирафелю пришлось сосредоточиться на том, чтобы опушка казалась пустой. Поэтому он не сразу осознал весь ужас произошедшего. Ангел исцелял подобные раны, но у людей, для которых критичны физические повреждения, здесь же дело было в другом. — Дорогой мой, потерпи, пожалуйста, — он простёр руку над плечом Кроули, тот дёрнулся и вскрикнул, но тут же расслабился. На ладонь Азирафеля выпрыгнул окровавленный свинцовый шарик — мушкетная пуля. Аура святости ощущалась слабо, но отчётливо. Пастор, который благословил солдат и их оружие на убийство «проклятых католиков», действительно верил — искренне и глубоко. Отбросив шарик подальше и вытерев дрожащую руку о траву, ангел задумался. Если он попытается вылечить хотя бы перебитое ребро, не сделает ли он только хуже? В конце концов, в рамках их Соглашения он иногда использовал свою силу не совсем во благо, а Кроули — наоборот. Так что можно попробовать. — Дорогой... — сердце Азирафеля упало даже не в пятки, а сквозь них — в саму Преисподнюю: демон лежал, закрыв глаза и не дыша. К счастью, через несколько секунд ресницы дрогнули, приоткрыв золото глаз — очки свалились при падении. — Я сейчас попытаюсь что-нибудь сделать, ты только говори, как себя чувствуешь, ладно? — Брось, ангел, ничего ты тут не сделаешь, — Кроули поморщился, говорить ему было явно больно. — Даже не трать силы. Разве что помоги мне забраться на лошадь. — Ты же с неё упадёшь! — Нужно найти какой-нибудь дом. А лучше — заброшенную церковь. Это единственный вариант. Азирафель хотел спросить, зачем, но не стал, потому что понял сам. Заброшенная церковь, да. От одной мысли о сатанинских обрядах его замутило. Впрочем, ему-то участвовать не придётся, так ведь? — Хорошо, попробуем, — ангел расстегнул дублет, вытащил нижнюю рубашку и оторвал от подола широкую полосу, которая при попытке перевязать рану тут же насквозь промокла от крови. Пришлось раздеваться и рвать на бинты всю рубашку — под смущающим взглядом демона. «Если интересуется чужой наготой, значит, жить будет», — утешил сам себя Азирафель, чувствуя, как горят щёки, и лихорадочно застёгиваясь. — Мог бы начудесить, — прошептал Кроули. — Ты же знаешь, у меня есть определённые принципы, — нашёлся ангел, не желая признаваться в том, что просто не сообразил в панике. — Кое-какие твои принципы мне нравятся... А потом шутки кончились. Белая лошадь вела себя поприличнее чёрной, и поэтому Азирафель удлинил седло на ней, так, что они смогли бы сесть вдвоём, а поводья второго жеребца привязал к задней луке. Кроули честно попытался хотя бы подняться с земли, но его человеческое тело было слишком ослаблено потерей крови и болевым шоком, а оккультная сущность травмирована освящённым предметом, так что получилось не очень. Максимум, что ему удалось — это повиснуть на ангеле, ругаясь и злобно шипя. Позже Азирафель не смог вспомнить, чтобы использовал какие-то чудеса. Но без них ему вряд ли удалось бы посадить на коня еле живого демона и самому сесть сзади, одновременно удерживая того от падения. Разве что с божественной помощью. Так или иначе, они поехали — медленно, шагом, но это было лучше, чем ничего. — Вот видишь, всё в порядке, мы справились, — шептал ангел в ухо, полускрытое рыжими волосами, и гоня от себя совершенно неуместную мысль, что сейчас он, впервые за пять с половиной тысяч лет знакомства, обнимает Кроули. — Здесь должна быть какая-то деревня, очень удобно жить прямо под городскими стенами, в случае чего раз — и ты в безопасности. Или привозить товары на рынок. Или... в общем, по-любому лучше, чем где-то в глуши. Заброшенную церковь, правда, не обещаю — у нас тут настоящая война из-за разницы в обрядах, так что вряд ли культовое здание может оказаться невостребованным... — Ты несёшь чушь, — вяло откликнулся демон. А потом и вовсе замолчал, не реагируя на происходящее. Даже когда они выехали на дорогу, действительно приведшую к покинутой жителями деревне, и Азирафель остановился у первого попавшегося дома, он ничего не сказал, только застонал сквозь стиснутые зубы, сползая с седла. Хотя, наверное, правильнее было бы назвать этот процесс падением. Ангел подхватил его, занёс внутрь и осторожно уложил на широкую лавку, поправив грубый матрас, набитый сеном. Видно было, что жилище покидали в спешке, взяв только самое необходимое — ну, или ценное, если таковое имелось. — Что дальше? — спросил Азирафель. Собственный голос отчего-то показался чужим и далёким. — Дорогой мой, не молчи. Я не смогу тебе помочь, не зная, как. — Нужен уголь. И свечи. Убрать всё с пола. И... закрыть окна, — Кроули говорил тихо, еле слышно.