Поиграй со мной

Следующим пунктом после водных процедур было посещение морга. Завтрак мы благополучно решили пропустить, потому что несчастный желудок, еще не отошедший после вчерашнего, запросил пощады. И мы решили смилостивиться и поехать голодными. Тем более морг не то место, куда нужно идти, набив брюхо. — Ну, шо я могу вам сказать, ребятушки, — прочавкал Артурчик, не прекращая жевать бутерброд. — Помотали вы мне нервишки со своим покойничком. Я с легкой брезгливостью смотрел на то, как Артурчик поглощает огромный кусок буженины с хлебом. Прямо на столе, где лежат его рабочие инструменты. Инструменты, которыми он два часа назад кромсал своего бывшего коллегу. И этот человек нам жалуется еще. Да такие крепкие нервы поискать надо. — Артур Геворкович, давайте ближе к делу, — попросил его Дмитрий, обходя морг по периметру. Плохие воспоминания давали о себе знать — к трупу не приближались ни я, ни он. Хотя мне, вообще-то, было даже немного стыдно, некромант я или погулять вышел? Видимо, погулять. — Вскрытие показало… показало… — Его внутренности! Шустрее немного, — рявкнул я, поторапливая специалиста. Артур вздрогнул и отложил недоеденный бутерброд в сторону. — Ну, шо ты за человек такой! — печально качал головой он. — Вскрытие показало, что меньше Давиду пить надо было — с печенью уже начинались проблемы. Гастрит сильный показало. Ииииии…. Все! Абсолютно нормальный здоровый мужик. Причину смерти я вам назвать не могу. По крайней мере, она не физическая. Дмитрий разочарованно подкатил глаза, а я с какой-то злостью глянул на Давида. При жизни мне кровушки попил, так и после смерти не отпускает. — Значит, дело в развороченной ауре. И что, совсем ничего, за что можно зацепиться? — выдохнул разочарованно Дмитрий. — Нет. Ну, разве что я могу сказать, что у него был перед смертью секс… — Тогда надо выяснить, кто был его девушкой… — Парнем, — перебил Диму Артур. — Парнем, — послушно согласился Дмитрий. — Шлюхи ночного клуба «Стринги цвета фуксии» были его парнем, он их регулярно трахал, — буркнул я и присосался к бутылке с водой. Пить хотелось немилосердно. — Агась, вот только трахали его! — самодовольно фыркнул Артур, наблюдая, как вся вода из моего рта выплескивается на пол. — Осторожней, Денисушка, подавишься еще. — Че ты несешь? — прохрипел я, откашливаясь. — Кто его трахал? — Откуда ж я знаю! Но образец ДНК у меня есть. Если найдете, с чем сравнить, узнаем, — самодовольно ухмыльнулся мужчина, вновь хватаясь за несчастный бутерброд. — Где ж ты взял этот образец? — жалобно простонал я. А что, у меня тут весь мир сейчас перевернулся. Наш мачомен, брутальный самец, самецный брутал Давид, перед которым стелились все от мала до велика… сам что ли под кого-то стелился? Да быть того не может. — Где-где… там, где солнышко не светит и загар не ложится. Да-да, Денис, именно там я его и взял, именно там, где ты и подумал, — фыркнул мужчина, вгрызаясь в буженину. А я пребывал в какой-то прострации. Как так-то? Нет, отношения между мужчинами не были запретными, отнюдь. Просто узнать подобную информацию было так странно. Столько лет я работал с человеком, видел один его образ, привык к нему, сжился, так сказать, с ним. А сейчас бывший напарник вырисовывается совершенно с другой стороны. Причем, стороны абсолютно противоположной. И если он лгал про себя в этом плане, то в чем же мог солгать еще? Насколько можно верить всему, что мы знали ранее? Пока я предавался размышлениям, Дмитрий поблагодарил патологоанатома и, легонько подталкивая меня в спину, повел на выход. — А сейчас куда мы едем? — чуть заторможено поинтересовался я, когда меня почетно водрузили на водительское сидение. — Ну как куда? В розовые трусы! — фыркнул Дмитрий, пристегиваясь. — «Стринги цвета фуксии», — усмехнулся я, заводя машину. Ночной клуб в дневное время суток выглядел довольно убого — потрескавшаяся штукатурка, раздолбанный асфальт вокруг, лужи непонятного происхождения, повсюду валялся мусор, который лениво подметал дворник. Дмитрий брезгливо обошел использованный связанный в узел презерватив и направился к входу. - Ну, ночью в темноте «Стринги» выглядят не так ущербно, — попытался защитить честь любимого ночного клуба Давида я. — Ты что, тоже посещал сие заведение? — густая темная бровь Дмитрия взлетела вверх, а взгляд стал каким-то брезгливым. — Нет, да, ну, Давида пьяного забирал отсюда пару раз… Пару десятков раз, — тут же начал оправдываться я, как школьник, забывший сменку. Хотя я уже совершеннолетний взрослый мужчина и могу спокойно делать все, что мне заблагорассудиться в рамках действующего законодательства. Но вот только вмиг похолодевший взгляд Дмитрия заставил меня пожалеть о сказанном. Почему-то этот иногда слишком правильный мужчина порождал во мне желание быть лучше. А в клубе работа уже шла полным ходом — одни работники шеста и разврата проводили генеральную уборку, другие — тренировались оголять свои полупопия на сцене у пилона. Почему именно полупопия? Так клуб был чисто мужским, что там еще оголять-то. Вообще тренировка проходила в, так сказать, униформе. Но вот только почему-то, как только мы появились на горизонте, униформа постепенно начала куда-то исчезать. — Это лично для нас этот маленький мини-стриптиз? — наклонившись к Дмитрию, спросил я, косясь взглядом на сцену, где вовсю уже трусил своими мудями один из стриптизеров. — Лично для тебя разделся, — раздраженно ответил Дима и резво направился к барной стойке, за которой протирал стаканы бармен. Удивившись такой его реакции, я последовал за ним. Бармен Славик любезно проводил нас к директору сего гнезда разврата и похоти и напоследок мягко и как-то с намеком мне улыбнулся, кладя что-то в мой карман. Оказалось, что это была визитка с его номером телефона. Я даже немного растерялся от такой реакции, так откровенно меня еще не клеили. А на Дмитрия вообще страшно было смотреть. Он был таким злым на вид, что кажется, будто даже его глаза слегка подсвечивались магическим светом. А я не мог врубиться, что же сделал не так. — Что я могу вам сказать, — лениво откликнулся Валентин Федорович, отхлебывая коньяк из стакана. — Давид был нашим частым гостем. И это был далеко не секрет. Не раз я видел, как вы, Денис Владимирович, забираете его пьяного. Я выразительно уставился на Дмитрия, как бы намекая, что в этих оргиях не участвовал и вообще очень приличный мальчик. Который неприлично матерится. И немножко курит. Ну, ладно, множко. Дима ж только закатил глаза и чуть улыбнулся. Но на его лице явственно прочел о том, какой же я, по его мнению, ребенок. В кабинете было два стула, которые заняли Дмитрий и директор, мне же пришлось примоститься на белом кожаном диване. И даже думать не хотелось, сколько ДНК он за годы своего пребывания здесь успел собрать. Вот уж где раздолье для Артурчика. Вот уже где рассадник для микробов. Сделав себе пометку помыть дезинфицирующим средством все, что моется, после ухода отсюда, я обратился к мужчине. — С кем он провел эту ночь? — поинтересовался я. — Не могу сказать. Политика конфиденциальности, понимаете, — развел руками Валентин. Мужчина медленно встал, прошелся по кабинету. Дмитрий настороженно наблюдал за хозяином, чуть хмуря брови. Очевидно, эмпат улавливал что-то, что было пока непонятно мне, и оно его не очень радовало. — Хорошо, уехал-то хоть он один? Я на этот раз за ним точно не приезжал, — фыркнул я. — Мм, кажется, нет. За ним кто-то приехал. Паренек какой-то. Невысокий, светловолосый. Больше я особо ничего не разглядел, — улыбнулся Валентин и присел рядом со мной на диван. Мне показалось, или в этот момент Дмитрий как-то недовольно зарычал, словно хищник, готовый к нападению. Но взглянув на его лицо, я увидел абсолютное спокойствие. — Нам нужны записи с ваших камер видеонаблюдения. — Не могу, — гаденько ухмыльнулся Валентин Федорович. — Конфиденциальность и все такое. Так что без официального запроса я бессилен. — Но на это нужно время! — воскликнул я и тут же пожалел об этом. Все-таки я порой был слишком эмоционален, что иногда затрудняло работу. Нам нужны были эти видеофайлы. И Валентин знал это. — Хотя, возможно, я смогу пойти вам навстречу, — ухмыльнулся директор и уверенно положил мне руку на колено. Я даже опомниться не успел, как Дима подскочил и сдернул меня с дивана. — Будет вам запрос, — рыкнул он и вылетел из кабинета, буксируя меня за собой. Только где-то спустя три-четыре секунды до меня дошло, что этот мудила ко мне клеился и очень не прозрачно намекал, каким же способом я бы мог ускорить получение записей. Спустя еще пару секунд накатила злость. Захотелось вернуться и дать в морду. Но было уже как-то не солидно, да и момент прошел. А еще спустя пять секунд мы оказались на улице. Мое раздражение только набирало обороты, а напарник уже успокоился и стоял с абсолютно каменным лицом. — Охуеть, блядь! — выругался я. И уже приготовился услышать очередное «не матерись», но его не последовало. — Дима, пиздец какой-то! Такого на моей практике еще не было… — Дмитрий Игоревич, — ответил тот абсолютно ничего не выражающим голосом. — Что? — переспросил я, уставившись на напарника. — Я для тебя — Дмитрий Игоревич, субординацию соблюдай, — сказал он, не глядя на меня. Вот это поворотец. — Эммм… Вы же понимаете, что у нас нет времени. Нам нужны эти файлы как можно скорее. — Я сделаю запрос через столицу, мои ребята постараются выбить ордер в кратчайшие сроки. А пока докажи мне, что ты все же какой-никакой, а профессионал, и займитесь своей работой. А если я еще хоть раз увижу, как ты заигрываешь со свидетелями, отстраню от дела, ясно? — не дожидаясь моего ответа, Дмитрий развернулся и ушел куда-то за здание. Вообще-то машина моя стояла на другом конце улицы, но если он хочет поехать самостоятельно — флаг ему в руки и барабан на шею. Я вообще так опешил от происходящего, что до меня даже не сразу дошло. Я с минуту просто стоял и пялился туда, куда ускакало мое новое руководство. И снова он начальник. Причины перемен в его настроении я определить не мог. И, честно сказать, что делать дальше, тоже не особо понимал. Хоть я и числюсь как следователь, расследованиями всегда занимался Давид. Я был лишь сопровождающей стороной. Ну и его магическим тылом. А дела вел всегда он. Но теперь, я так понял, власть поменялась. И нужно было чем-то заниматься, куда-то копать. И для начала я решил копнуть в сторону «пожрать», а то время уже близится к вечеру, а я еще даже не завтракал. Тараканами в голове было постановлено провести обедоужин в приятной компании. Но так как есть напротив зеркала было как-то странновато, пришлось ехать в офис и искать там хоть и менее приятных, но все-таки живых собеседников. И таким собеседником для меня оказался Вадим. Последнее время этот мелкий программист сутками пропадал на работе, и если он тебе понадобился, то в любое время суток его можно было найти в серверной. Он там себе даже лежбище организовал из старых кресел, которые приволок со склада, так что теперь они замещали ему недокровать. — Вадик, а почему ты тут постоянно торчишь? — поинтересовался я, засовывая в рот очередной пончик. — Не знаю, домой не хочется, — пробормотал он, прихлебывая уже остывший кофе. — Почему? С родителями проблемы? — предположил я и тут же заткнулся, судорожно вспоминая, есть ли они вообще у него. И вдруг понял, что ничегошеньки о нем не знаю. Не знаю о человеке, с кем почти год поддерживаю неплохие отношения. — Нет, что ты, — тут же мягко улыбнулся он. — У меня потрясающие родители. Правда, они в разводе. Мама живет далеко, почти в другом конце страны с бабушкой и дедушкой. Я к ней каждый свой отпуск летаю. А мы с отцом тут обитаем. — А, ну и хорошо, — выдохнул я, расслабляясь. Не хотелось бы задавать неудобные вопросы. — А почему ты вдруг спросил? — Да я осознал, что мы с тобой уже целый год общаемся, ты даже знаком с моей мамой, а я про тебя и твоих родителей совсем ничего не знаю, — неловко улыбнулся я. — Да что про меня знать, — отмахнулся он. — Родители развелись пять лет назад и разъехались по разным углам. Я остался тут, с отцом. Как раз тогда поступил в Академию. Ты, помнится, в тот год ее заканчивал. Магический дар у меня слабоват, так что основной направленностью я выбрал программирование. А «магию» посещал факультативно. Год назад выпустился, и меня пригласили работать к вам. — Понятно, — протянул я и замолчал. Образовалась какая-то гнетущая тишина. Мозг тут же начал судорожно придумывать, чего бы еще спросить, ибо молчание затягивалось, пончики кончились, да и кофе подошел к концу. — А невеста у тебя есть? — брякнул я первое, что пришло в голову. И сразу пожалел об этом. Вадик тут же поменялся в лице. — Нет невесты, — ответил он, затем, помолчав немного, продолжил, — была одна девушка, которая мне нравилась. Как говорят — умница, красавица. Стройная блондинка с голубыми глазами, сиськами, жопой. Короче, все как полагается. Полный набор. И даже вроде внимание на меня обратила. Мы встречались какое-то время. А только история до банальности оказалась проста — она всего лишь проспорила и обязана была встречаться со мной месяц. Вот так. Вопросов мне больше задавать не хотелось, но я уже не мог остановиться. — И чем же было так плохо встречаться с тобой? Ты симпатичный умный парень… — Это сейчас, — усмехнулся он, откидываясь на спинку дивана. — Раньше моей рожей прыщавой можно было детей перед сном пугать. Вадик замолчал, а я уговорил себя встать и, попрощавшись, уйти домой. Престранный получился диалог у нас. Мне кажется, сегодня я узнал о человеке больше, чем за весь предыдущий год. И над этим стоило подумать. Нет, не над откровенностью Вадима. А над моей невнимательностью к окружающим людям. Когда я вышел с работы, время близилось к полуночи. Да, что-то мы засиделись с Вадиком, пора бы и домой валить. Посмотрев на пустой экран телефона, я с тяжелым вздохом засунул его обратно в карман. Прошло больше пяти часов, а Дима так ни разу не позвонил. Чем он занимался, продвинулся ли в расследовании? А что сказать ему мне? Продвинулся ли я в расследовании? Ведь меня посылали заниматься именно этим, а не серверную крошками от пончиков засорять! Проблемой номер два было попасть домой. Вахтерша, как цепной пес, сидела и сторожила входную дверь. Нет, у жителей общежития не было временных ограничений, все-таки люди все взрослые. Но почему-то женщина продолжала вести журнал прихода-ухода, четко записывала время, а потом обсуждала это на лавочке со своими подружками. Проходя мимо, я уже приготовился к ее недовольному ворчанию и причитанию о том, что кнопки в лифте мы пожгли, неприличные слова маркером на стене написали, из подъезда туалет организовали, да и вообще у нас там наркопритон тот еще. Но этого ничего не последовало. — Клавдия Семеновна, вы хорошо себя чувствуете? — спросил я, вернувшись, когда понял, что уже дошел до самого лифта, но так ни слова от нее и не услышал. — Нормально, — булькнула она сонно и немного заторможено. — Почту принесли. Странная реакция, конечно, ну ладно. Ничего не оставалось, как взять конверт и подняться к себе. Вообще по законам жанра эта женщина должна была уже перешерстить все конверты, вскрыть их, а потом пересказать мне содержимое. Так, по крайней мере, она всегда поступала. Может, тоже похмелье? Затяжное. Поднявшись в блок, я обнаружил интересную картину. Он был почти пустым. Такого практически никогда не бывало. Все отсутствовали, кроме моего дражайшего напарника. О, простите, начальника. Оставаться с ним наедине не хотелось, но нам необходимо было помириться. Хотя бы для того, чтобы продолжать вести дело вместе, ибо нихренашеньки я не мог сделать сам. Ну не под следователя мой мозг заточен, я некромант! — Добрый вечер, — улыбнулся я сидящему на диване Дмитрию и начал перебирать конверты. Счета, счета, реклама, еще какая-то дичь. А вот какой-то конверт без надписей… — Виделись, — недовольно ответил мне Дима, не отрываясь от телефона. Образовалась пауза. — А мне тут почту принесли, — тихо пробормотал я, с интересом разрывая конверт. Пальцы, только что развернувшие белый квадратик, медленно разжались. Письмо полетело на пол. Дмитрий обернулся на шелест, посмотрел на шокированного меня и тут же подлетел к записке. — «Поиграй со мной», — прочел он вслух написанную кровью надпись на белоснежной бумаге.