Восемнадцать смертей

      Глаза открываются, но всё размыто. Не страшно, но непонятно. Посмотрев по сторонам, стал воспринимать картинку чуть более ясней. Какое-то помещение. Всё в серых тонах. Обшарпанные стены, прямоугольная лампа криво свисает с потолка. Помещение почти пустое: в центре находится стол и два человека. На столе лежит девушка, над ней нависает парень. Он крепко держит её запястья правой рукой, левой он аккуратно поглаживает её по щеке.

«Что происходит?»

— Прекрати… — шептала девочка.

«Школа?»

      Удалось рассмотреть школьную форму. Школьники? Это происходит в школе? По всей видимости, да. Голос девушки звучал знакомо, где же Эндрю его слышал? — Давай, умоляй меня больше, мне это нравится, — послышался приятный голос школьника. На лице злобная ухмылка. Он явно находился в доминирующей позиции. Школьница была слишком маленькой по сравнению с ним. — Почему ты это делаешь? — всхлипывала девушка. — Потому что устал наблюдать… — Что…? — Этот… Дурачок ничего сам не может, — тяжело дышал парень, — вечно помогать ему надо. Сам бы он на такой поступок никогда бы не пошел. Вот я и выручаю его. — Я не понимаю… С тобой что-то не так… — Да ладно, когда ты успела прийти к такому выводу? — Твой голос изменился… — Да ты что, деточка, а что же в твоём друге ещё изменилось? — глумился юноша.       Этот насильник до боли приятен на слух. Его речь очень плавная и спокойная, как колыбельная. Седьмому это чувство показалось очень знакомым. Где же он это уже чувствовал? — Хьюз, что с тобой? — уже плакала девушка.

«Почему она назвала мою фамилию?!»

      Ни с того ни с сего седьмой ощутил, как в его сердце что-то укололо, а по телу распространилось неприятное ощущение тяжести. К горлу подступил комок, а к глазам — слёзы. Это сон, но не простой. В нём что-то скрыто, какое-то послание… Как минимум, в это Эндрю хотел верить больше всего. Попытки вспомнить что-то из прошлого вызывали сильную боль в левом виске. Но даже так, студент был уверен в том, что никогда такого не делал, и никогда бы не стал делать. — Хьюз? — усмехнулся незнакомец. — Не-не-не, — отрицательно покачал головой, наклонившись к её уху, — он сейчас отдыхает, — мерзавец расстегнул несколько пуговиц на рубашке школьницы, растянув злую улыбку до ушей. — Не-е-е-т! — девочка вырывалась, но всё безрезультатно. Тот закрыл ей рот свободной рукой.       Всё затихло. Крик старшеклассницы пропал, как если бы видео поставили на паузу. Школьник медленно повернул голову в сторону седьмого, почувствовав, что Эндрю стоял там всё это время. Его лица не видно, но от кривой улыбки и след простыл. Кажется, он удивлён, если не напуган.       Эндрю тоже улыбаться не хотел. Причёска была копией седьмого. Черты лица тоже напоминали его самого. В лёгкие словно налили воды: их разрывало от жжения. — Как… Ты…? — голос исказился до неузнаваемости. Это больше не человек. Голова увеличивалась и расплывалась, принимая ужасающие формы. Чудовище что-то говорило, но кроме как неразборчивых отрывков слов выдавить из деформированного рта не вышло.       Помещение поплыло красками. Серый смешался с белым, всё закружилось в водовороте.

***

       Артём громко храпел. Одна из неоновых ламп неисправно помигивала.       Эндрю, весь в поту, открыл глаза и огляделся по сторонам: всё та же комната отдыха. Ему совсем скоро отправляться на задание. Головная боль мучала затылок. Уже в третий раз просыпается и идёт умываться, чтобы хоть на несколько секунд притупить неприятное ощущение. Но сейчас юноша был напуган.       Включив ослепляющий свет в ванной, уставился в своё отражение. На лице читалась тревога. Намочив голову ледяной водой, боль отступила. Прикусывая губу, рассматривал себя в зеркале, пытаясь в точности вспомнить сон. Получилось восстановить какие-то фрагменты, отрывки: два человека, и один из них больно похож на него самого. Школьная форма и вправду была схожа с той, которую он надевал два года назад. Голос девушки был ему знаком. Вот только если бы можно было вспомнить её саму. Возможно, тогда смысл сна стал бы более понятным. Остаётся только догадываться, что скрывалось за этим представлением.       Дверь закрылась с тихим шипением. Эндрю вернулся и улёгся в кровать, вытирая руки об штаны. — Блять… — раздраженно шипел француз, ворочаясь на месте. — Убейте кто-нибудь Артёма! Ещё и ты шумишь. Ужас! — ворчал Гюстав. — Тоже не можете заснуть? — вдруг начал Баренд. — О, кэп, так ты тоже с нами? — в голосе француза пробежали нотки счастья. — Да. Кто бы мог подумать, что поспать будет той ещё проблемой. — Я предлагаю задушить Артёма, — со всей уверенностью произнес Гюстав. — Нам понадобится его помощь в испытании.       Эндрю решил не участвовать в диалоге и развернулся к стене, надеясь, что сейчас получится потерять сознание. Но их болтовня не давала сомкнуть глаз. — Эх… Не дадут нам отдохнуть. Интересно, как там ребята сейчас? Наверное, дрыхнут уже? — размышлял в слух Гюстав. — Мне бы тёлку сейчас… — протянул, хлопнув несколько раз ладонью себе по ноге. — Почему не девушку? — кажется, это первая попытка пошутить от главы. — Ну, я это и имел ввиду. Или ты намекаешь на то, что типа, когда я сказал «тёлка», значит шлюшка там какая-то, или «давалка»? — Нет, я просто тебя подкорректировал. — Спасибо, босс. Что бы я делал без твоей коррекции, — хихикнул парень. — Всегда пожалуйста, — выдохнул Баренд. — Я же ваш лидер, как никак. — Слушайте, раз уж поспать не можем, может, поболтаем хотя бы? Узнаем там что-то про друг друга? Может, мы помрём через несколько часов, а я даже толком не знал, с кем бок о бок стоял.       Эндрю эта затея совсем не понравилась. Хотя, с другой стороны, полезно знать навыки людей, с которыми придётся выживать. Если ему доведётся с ними сражаться за победу, то лучше знать, на что способен противник. — Хорошо, начинай тогда, — поддержал инициативу главарь. — А, реально? Я думал… Вы не согласитесь. Даже не знаю с чего и начать. — Сколько тебе лет? Чем занимался до этого? — предложил темы для рассказа о себе руководитель. — Гюстав Жаккар. Двадцать один год. К вашим услугам, — гордо произнёс юноша. — Жил в Париже. Самостоятельно. От родителей съехал в девятнадцать. У меня с ними тёрки были, вот и свалил. — Деньги откуда взял? — любопытствовал Баренд. — Работа, — не замысловато ответил француз. — Работал официантом в одной кафешке где-то полтора года. Накопил себе и снял. Учёба хорошо шла. На жизнь не жаловался. Единственное, что девушку себе я так и не нашёл за всё время. А мне говорили: «Да всё у тебя будет отлично, вот исполнится тебе восемнадцать, и уже жених будешь». А хрен там плавал! Мне двадцать один, и я до сих пор дрочу на порнуху! — чуть ли не закричал парень.       На удивление, Эндрю рассмешил его голос. Пытаясь закрыть рот и не выдать смех, седьмой придавил лицо подушкой. — Вот так, да! Смешно тебе, а я страдаю! С твоей-то внешностью, наверное, отбоя от девушек не было! — уже в более весёлой манере говорил Гюстав. — Да ладно, вот выберемся, найдешь себе точно! — подбадривал Баренд, не скрывая улыбки. — Ага, — француз приподнял себя в сидячее положение. — Ну, я думаю, вы хотите слышать куда более интересные вещи? Что-то типа про мою способность? — Думаю, было бы неплохо знать, на что каждый из нас способен, чтобы потом это грамотно применить на поле боя.       Жаккар неуверенно почесал затылок, будто бы решаясь на сложный выбор. — Эх, я-то думал, что лучше скрывать свои способности от других, когда мы знаем, что… Это… У нас тут враги есть. Ну я думаю, что вы парни ровные. Хотя, — перешёл на шёпот, — насчёт русского я не уверен! Может, он не спит, а притворяется спящим, чтобы потом передать наш разговор КГБ. — КГБ распущен в девяносто первом, — решил вступить в диалог Эндрю. — Чё, правда? — недоумевал Гюстав. — Ага. — Тогда Путину. Его же не распустили ещё? — Ты будешь нам рассказывать или нет? — Да, короче… Моя способность не самая крутая… Я бы хотел получше… Короче, это… Даже не знаю, как назвать, — пытался подобрать слова. — Типа, я чувствую, прям активно так, когда угроза приближается, понимаете? Ну, я прям знаю, откуда, например, снайпер может смотреть на меня, скажем так, или, если это убийца какой, то я знаю, что он знает моё приблизительное место положение, и я как бы вижу его глазами, как он идёт ко мне. Как и с примером про снайпера. Если кто-то угрожает моей жизни, то я вижу, где именно этот человек и что собирается сделать. Как голограммы такие, — замолчал на несколько секунд, что-то вспоминая. — Но самый плюс — это то, что я могу запутывать таким образом, как бы влиять на сознание человека, который хочет причинить мне вред. Я могу сделать так, чтобы тот потерял мой след или думал, что я нахожусь в другом месте. Как-то так.       Ребята внимательно слушали и внимали каждому слову. В молчании Баренд принял сидячее положение, за ним последовал и Эндрю. Погрузившись в раздумья, главарь собирался с мыслями. Седьмому его способность показалась не такой-то и бесполезной. Если ему придётся мешать выжившим, а может, даже и убить, то это точно будет провальной миссией. Как такому противостоять? — Твоя способность крайне полезна в нашем случае, — сказал Баренд, потирая бороду. — Будешь прикрывать нас тогда, чтобы никто нам не навредил. — А куда я денусь?! — шутливо выкрикнул Жаккар. — Я братишек не бросаю! — Мы уже «братишки»? — подкалывал Эндрю. — Ну, не прям кровные, но братишки, — чесал затылок француз. — Я думаю так: если мы тут вчетвером застряли, и мы единственные, кто сможет помочь друг другу в сложную минуту, — то мы братишки.       Ребята непринужденно, то от усталости, то от безысходности, негромко засмеялись. Позволить себе повеселиться в таком положении, в такой ситуации дорогого стоит.

***

      Пока Гюстав продолжал выдавать шутку за шуткой, Эндрю глубоко задумался насчёт того, как будет рассказывать про свою силу. Соврать или нет? Может, Баренд уже что-то знает? Наверняка, ведь он достаточно умный, если не умнее всех вместе взятых. Нельзя недооценивать его способности. Седьмой ещё с самого начала заподозрил в нём неладное. Его поведение местами менялось, хоть и не слишком заметно, но Эндрю мог уловить эти изменения.       Когда главарь рассказывал про свою способность на общем собрании, всё было в порядке. Его речь была уверенной. Но один момент заставлял задуматься:

«— Ты лидер? — попытался угадать Эндрю. — Да, типа того. Моя способность — это… Лидерские навыки. — Моя способность — это… — Это… Лидерские навыки. »

      Именно это вынуждает поразмышлять над правдивостью его слов. Возможно, главный был просто уставшим, и поэтому он сделал такую паузу. Догадок можно строить много, но юноша чувствовал, что это не совпадение. Наверное, руководитель уже тогда предполагал насчёт роли седьмого. Паранойя или нет, но парню казалось, что тот как-то странно на него временами смотрит. Баренд это грамотно скрывает, но седьмой не слепой и замечает эти взгляды.

«— Среди присутствующих… Здесь… Есть несколько или один предатель, — растерянная девушка неуверенно села на своё место. — … несколько или один предатель…       Эндрю хватает секундная злость. Лицо напряглось. Сделав вид, что меняет положение на стуле, он смотрит на главаря. Тот быстро осматривает присутствующих. Похоже, очкарик на мгновение остановился на седьмом. После, что-то говорит Марку на ухо».

— Может ли это значить, что этот говнюк догадался? — думал юноша.       Наблюдая за тем, как Гюстав и Баренд спокойно и непринужденно общаются о чём-то, у студента появлялось всё больше и больше вопросов. То руководящий весь из себя серьёзный, а сейчас какой-то слишком расслабленный. У четырёхглазого улыбка, у француза — тоже. Гюстав активно жестикулирует. Глава внимательно слушает, потом добавляет свои пять копеек. Артём крепко спит и громко храпит. Неоновая лампа неисправно мигала. Всё слишком спокойно. Это спокойствие начинало давить на нервы.       Диалог ребят начал заходить уже о жизни Баренда. Тот рассказывал что-то про его студенчество. Как вдруг парень из России закашлял. Облокотившись, он осмотрелся по сторонам. — О, — удивился Гюстав. — Проснулся? — Как… — бормотал Артём. — Как сегодня… Какой? — протирая глаза, пытался привести себя в порядок.       Ребята задумчиво переглянулись. Француз растянулся в улыбке. — Час? Час какой, господа?       Жаккар захохотал во весь голос. — Хорошо поспал? — продолжал смеяться Гюстав. — Да, вроде норм. А сколько времени?       Баренд достал телефон из внутреннего кармана пиджака. Яркий свет больно ударил ему по глазам. — Нам через два с половиной часа выходить, — поправив подушку, убрал смартфон обратно. — Кайфово. А чё вы не спите? — всё ещё пытался прийти в себя россиянин. — Ну дак ты храпишь, как… Как санный, мать его, двигатель машины! — шутливо возмущался француз. — Правда? — недоумевая, чесал затылок Артём. — Ещё какая! Я ничего не хочу говорить в твой адрес негативного, ну, бля, Христа ради, спи на грёбаном боку! Иначе, пацаны, я не смогу сражаться на поле боя: меня убьёт сон! — Жаккар шутливо скатился из сидячего положение в кровать, натянув на себя одеяло, при этом громко зевнув.       Его зевота передалась остальным. Почувствовав, как желание спать возвращается, седьмой лёг, несколько раз ударив по подушке. — Гюстав правду говорит. Давайте спать, — согласился Эндрю. — А что, Эндрю и Артёма слушать не будем? — задумчиво спросил Баренд.       Произошло то, чего больше всего избегал испытуемый, — его заставляют говорить правду. Четырёхглазый точно ударил по слабому месту. Француз с русским оживились, готовясь слушать рассказ. Глава умостился поудобней. Все три человека уставились на парня, который лежал на самой крайней койке. Обматерив четырёхглазого у себя в голове, человек опёрся о стену, вытянув ноги за пределы кровати. Положив подушку себе под спину, субъект глянул каждому в глаза. Как бы сильно не хотелось разозлиться, студент сдерживал себя изо всех сил. — Этот гандон считывает эмоции моего лица, прям видно по его противной роже, — недовольно размышлял Эндрю, стараясь игнорировать взгляд Баренда. — Как же с ним сложно… Эти двое слишком тупые, чтобы понять, что задумал этот тип. Артём — русский болван. Гюстав — такой же идиот. Это облегчает моё бремя… Но, вот этот… С ним будем проблематично.       Собрав все мысли воедино, вообразив все возможные исходы и пути отступления, парень пришёл к выходу, что ничего, кроме как правды, он сказать не может. Глава что-то скрывает, и этот факт нельзя отрицать. Слишком спокойный, слишком умный. Не может быть, что бы этот притворщик был обычным «вдохновителем толпы». Если не предатель, то он отлично справляется с работой детектива. Что же у него на уме?

«Паранойя развивается всё сильней»

      Но эту правду нужно смешать с частичкой лжи. И сделать это так, чтобы даже очкарик поверил. Студент второго курса предполагал, что главарь уже знает о его способности или, как минимум, догадывается. Если сейчас рассказать какую-то белиберду, то Баренд только сильнее усомнится в том, что Эндрю — не обманщик. Если подозрения и вправду существуют, то лучше играть в хорошего мальчика. — Моя способность — это регенерация. Я могу в любой момент вылечить свои раны, но потом мне приходится ждать несколько часов, чтобы воспользоваться ей снова, — на этой ноте парень замолчал, уставившись на ребят. — Хм, разве это всё? — любопытствовал Баренд. — Ты вообще про свою способность ничего не рассказывал, — стараясь быть спокойным, и не выказывать явной агрессии, Эндрю расслабил лицо. — Но вы итак про неё уже слышали. Я же уже рассказывал, — юноша осмотрел присутствующих в комнате. — Ты рассказал только часть, разве не так?       Между ребятами нарастал градус напряжения. — Моя способность — лидерские навыки, Эндрю. — Мы это уже слышали, Баренд. Почему ты выдавливаешь из меня столько информации, когда сам недоговариваешь? — седьмой скрестил руки на груди, наклонив немного голову вбок.       Было ли это лучшей идеей со стороны Эндрю? Русский с французом выпучили глаза в непонимании, боясь проронить хоть слово. Переводя взгляд друг на друга, они внимательно слушали, пытаясь понять, что вообще происходит. — Хм, — глава ели заметно усмехнулся, приподняв себя на месте, заняв более удобное положение. — Некомфортно себя чувствуешь, да, Баренд? — радовался в голове седьмой. — Слушай, прости, я, наверное, забыл, что не рассказывал вам. Я слишком мало поспал, — Эндрю заметил, как парень слегка отрицательно покачал головой. — Давайте, тогда расскажу более точнее, — хотел поправить очки, но вспомнил, что они на тумбе. — Пассивная способность — это лидерские навыки, активная — это возможность вдохновить людей, которые слышат мой голос.       Эндрю решил пользоваться той же тактикой, что и его собеседник. Внимательно следил за поведением тела человека, подмечая как можно больше деталей.

» — … Я слишком мало поспал, — Баренд отрицательно качает головой»

      Эмблематическая оговорка¹: если бы говорил правду, то очкарик так бы не делал.. Тело всегда пытается нам помешать, что бы мы не делали, как бы себя не вели. Если человек врёт, оно будет ему препятствовать, пытаясь выдать его ложь. Люди, умеющие грамотно скрывать что-то от других, при этом заставляя их движения совпадать с речью, — настоящие профессионалы. Но даже таких, как они, можно вывести на чистую воду. Заставить врасплох, когда те находятся в не комфортном для них положении.

«Баренд собирался поправить очки, но вспомнил, что они лежат на тумбе»

      Здесь, он, скорее всего, понял, что согрешил и занервничал. Этот парень очень умён, но даже у него есть слабые стороны, как и у всех людей. Скорее всего глава больше не позволит себе таких оплошностей, и седьмой видит его таким в последний раз. Интересно, догадывается ли Баренд о том, что Эндрю тоже не простак?       Скорее всего четырёхглазый хотел проверить испытуемого таким же образом, но не учёл того факта, что был слишком сонный. Такой техникой он уже пользовался на общем собрании. — Я так же могу регенерировать внешность, — с ноткой раздражения сказал Эндрю. — Это… Это как? — вмешался Гюстав, ничего не понимая. — Ну, как слышно, так и есть. Основная способность регенерирует моё тело от ран и болезней, пассивная способность делает меня постоянно красивым, — хоть это и не правда, Эндрю придётся делать вид, что это его единственные силы. На секунду юноша почувствовал ненависть к самому себе, ведь до жути ненавидел то, как выглядит. — Короче говоря, полная хрень, а не супер сила, можете забыть про меня, — парень недовольно взмахнул правой рукой, отвернувшись от ребят. — Красивым, говоришь? — задумался француз. — Ну вообще да, у тебя качественная внешность, — внимательным взглядом осмотрел с ног до головы хмурого испытуемого. — Хм, на поле боя… Поможет ли это нам? — Ну… — замычал парень со шрамом, — Эндрю бы мог рваться в бой, получать раны, а потом регенерировать и снова бросаться в бой. Думаю, это очень классно! — Артём радостно улыбнулся. — Любая способность пригодится, — заявил Баренд. — Хорошо, спасибо, Эндрю. И… Прости…       — Проехали. Артём, твоя очередь, — отмахнулся седьмой, игнорируя взгляд главаря.       Русский юноша поведал о том, что его сверх сила — это идеальное зрение вместе с прекрасным слухом. Также он может видеть волны, исходящие от человека или предмета, который издаёт хоть какой-то шум. Фамилия Январёв, двадцать лет. Перед тем, как оказаться на первом испытании, он был дома, приглядывал за своей старой матерью.       Гюстав рассказал, что потерял сознание, когда заходил в подъезд своего дома. Последнее, что студент помнил, так это то, как в его ушах сильно шумело, а после рядом кто-то появился, как будто из воздуха.       Баренд шёл с магазина в общежитие со своей подругой, как вдруг кто-то вышел из-за угла дома. Вспышка света, и он очнулся совсем в другом месте.

***

      На часах десять. Это была самая обычная ночь, которая не отличалась от сотней других. Парень отдыхал, играя в шутер после рабочего дня. Домашнего задания на завтра было совсем мало, поэтому он решил отложить его на потом. Но ни с того ни с сего ему стало не по себе. Что-то тревожило, но что?       Неожиданная боль, которая ударила в левый висок, насторожила парня. Это совсем не похоже на обычную головную боль. Воспользовавшись своей способностью, чтобы вылечить проблему, юноша впал в шок. Ему больше не удавалось контролировать её. Она как будто пропала. Эндрю подскочил с места, схватившись за лоб. В недоумении быстрым шагом пошёл в ванну, где осмотрел своё лицо со всех возможных сторон. Глаза в норме, цвет кожи — тоже, что могло пойти не так?       Необъяснимое волнение становилось всё больше, а почему — не понятно. Студент выглянул в окно второго этажа своей комнаты. Находясь в полной темноте, можно было рассмотреть, что находится снаружи: ярко горела уличная лампа, людей не было, машины стоят вдоль дороги. Полная тишина и спокойствие. Народ готовится ко сну.       Эндрю жил в двухэтажном доме вместе с родителями. Место это находилось за городом. Вся семья спала, но только парень оставался в бодрствовании. Идти и просить кого-то о помощи было бы глупой затеей. Поэтому, юноша остался сам с собой, как это обычно бывает.       Простоял так несколько минут, после чего в голову пришло вернуться к играм. Но стоило сделать несколько шагов в сторону компьютера, как на первом этаже послышался какой-то шум.       По спине пробежали мурашки. — Не-не-не, всё в норме, это, наверное, сестра ходит, — успокаивал себя студент.       Страх не унимался, прийти в себя не получалось, а дикое желание пойти и проверить победило здравый рассудок. Щёлкнув замком, юноша открыл дверь, выглянув в тёмный коридор. Свет фонарика от телефона освещал его путь, лежащий вниз по ступенькам.       Оказавшись у лестничной площадки, замер, прислушиваясь к звукам. Тишина. — Может… Показалось?       Привычный вид дома до жути напрягал нервы: в темноте всё выглядит слишком мрачно. Подкравшись на кухню, не заметил ничего подозрительного. Все вещи стояли на своих местах, ни одна дверь не была открыта, кроме…       Лицо Эндрю окаменело. Дверь, которая вела в задний двор, слегка приоткрыта. Кто мог забыть закрыть её? Сестра? Вряд ли, она туда редко выходит, кто-то из родителей? Да ладно, отец страдает ОКР², он бы точно закрыл.       Сколько бы раз мозг не останавливал своего хозяина, ноги подчинялись именно второму. Подойдя почти вплотную, парень изучил то, как и почему дверь ведёт себя так странно. Открыть её можно только изнутри. Убедившись, что замок больше не подведёт, услышал звонок, раздавшийся во входную дверь.       Моментально выключив фонарь на телефоне, юноша немного пригнулся. Заскочив за ближайший диван, пытался высмотреть кого-то за окном. Никого. В дверь позвонили, но за ней никого нет. Что происходит? Неужели все члены семьи и вправду до сих пор не проснулись? Что делать? В одиночку пытаться решить проблему, или же будить родителей? А если это всё глюки из-за того, что юноша сидел десять часов безвылазно за компьютером? Быть не может, чтобы из-за каких-то игр так накрыло?       Эндрю подползает на корточках ко входу, подняв шторку. На пороге ни души. — Да чё за хуйня? Что происходит?!— по лбу потекли капли пота.       Рука потянулась к ручке двери. Может, стоило взять нож? Эндрю совсем забыл. Нужно как-то защититься от опасности, но возвращаться уже нет времени. Попытка воспользоваться сверх силой не увенчалась успехом, что только сильнее ударило по нервам.       Щёлк. В помещение заполз холод из улицы. Игнорируя это, парень выглянул наружу. Никого и ничего.       Внезапно сзади послышался звук, как если бы приближалось сразу несколько людей. За спиной стояло пять человек, одетые во всё чёрное. Один из них приблизился и толкнул ладонью в лоб парня. В глазах тут же потемнело. Тело обмякло и упало на пол.

***

      Послушав каждого, ребята пришли к выводу, что кто-то насильно каждого из них притащил сюда, уложил на кровать, предварительно сняв всю одежду. Самый главный вопрос, который заставлял напрячься мозг, — кто и зачем мог сделать это? Может, тут была какая-то закономерность? Какой-то смысл? Эксперимент? Но увы, на это сил уже не оставалось. Ребята практически отключались, уходя в мир снов.       Баренд предложил всем идти на боковую, предупредив всех, что осталось два часа до выхода.       На этой ноте седьмой поправил подушку, умостился на правый бок, думая о том, что им придётся увидеть спустя каких-то несколько часов. Что же будет потом? Что приготовили для них создатели этой игры на выживание?

«Сон, милый сон»