Драконья кровь

Ночи в Дорне всегда холоднее, нежели дни, но это утро выдалось необычно прохладным. Осень, за неполных четыре месяца расползшаяся на все Семь Королевств, давала о себе знать. Солнце только-только начало подниматься за побережьем: его лучи едва разгоняли мглу в Тенистом городе. И всё же городок этот никогда не пустовал, даже самой глубокой ночью. Княжна Териза Мартелл поёжилась, когда резкий ветер обдул её с ног до головы. Привычным жестом она перекинула за спину свои длинные чёрные кудри и расправила складки на одеянии. Сверху на ней, как обычно, была надета длинная плотная туника с лазоревыми полосками и рядами золотых солнц; под ней та, что потоньше, оранжевого цвета. Невольно Териза озадачилась вопросом, как ей придётся одеваться, когда в Вестеросе наступит зима. Конечно, Дорн — далеко не Север, и снега здесь почти никогда не видели, но эта зима, по словам их мейстера, обещает быть очень долгой и суровой. Териза знала, что такое обычно бывает после долгого лета, однако людская молва связывала грядущую зиму отнюдь не с чересчур затянувшейся летней жарой. Встряхнувшись ещё раз, она направилась далее, чтобы как можно быстрее добраться до побережья. Человек, впервые попавший в Тенистый город, вскоре запутался бы в хитросплетении этих улочек и переулков, что разрастались вокруг Солнечного Копья долгие столетия, но Териза чувствовала себя здесь как рыба в воде. Ещё шестилетней девчушкой, оторвавшись на прогулке от брата и сестры с тремя их домашними гвардейцами, она долго петляла по Тенистому городу, пока один из гвардейцев, Офред, наконец её не нашёл. Ловен и Алана тогда посчитали, что она очень испугалась, но Териза развеяла их опасения. Эта нечаянная прогулка запала ей в сердце, и спустя несколько дней она ускользнула на рассвете из Солнечного Копья. С той поры уже четыре года тайные утренние променады неподалёку от замка были её личной традицией, о которой не знали даже мать и отец. За это время Териза изучила Тенистый город не хуже, чем Солнечное Копьё или Водные Сады. Эти постройки представляли собой настоящий глиняно-соломенный лабиринт: лавки, дома, конюшни, постоялые дворы, винные погребки, разбегавшиеся словно во все стороны света. Но они были так же милы её сердцу, как апельсиновые и лимонные деревья в Водных Садах с бьющими вокруг фонтанами. На свои прогулки она никогда не брала с собой ни одного гвардейца, не желая слишком выделяться на фоне разнородных обитателей Тенистого городка. И всё же её происхождение охраняло её от малейшей неприятности. Ни один здешний обитатель, ни один мальчишка-оборванец не смел причинить вред девочке с изображением герба Мартеллов на одежде. Териза очень редко заговаривала здесь с кем-либо, но могла поклясться, что любой человек, к которому она обратится, тут же узнает её. Она шла быстро, уверенно, упиваясь залихватской музыкой, струившейся из-за решётчатых ставен. Дорнийская музыка всегда более лихая, нежели в любой другой области Вестероса, — Териза с гордостью знала это. В месте, где под второй из Петляющих Стен встречались сразу три переулка, она увидела свесившуюся с балкона «перинницу». Одежду той, слишком откровенную даже по меркам Дорна, заменяли драгоценности на блестящей от масла коже. Териза усмехнулась, представив на своём месте старшего брата. Интересно, наведается ли сюда Ловен через год-другой, ещё задолго до свадьбы с девицей Тиреллов? Ведь он, как ни крути, — дорниец, так что всё может быть. У арки два каких-то оборвыша, чуть младше неё, жарили ломти змеиного мяса, поворачивая их деревянной рогулькой. От запаха острого соуса у всякого чужеземца заслезились бы глаза, но Териза жадно его вдохнула, ощутив позывы голода. Ей вдруг захотелось есть, однако в столь раннее время в Солнечном Копье ещё не подавали завтрак, а здешние трактиры не могли похвастаться отборной едой. Впрочем, от этого мяса аромат шёл такой аппетитный, что Териза пересилила себя и осторожно приблизилась к оборванцам. — Эй! — окликнула она негромко. Мальчишки тут же повернулись к ней. — Не угостите меня своим завтраком? Один из мальчишек вопросительно покосился на своего товарища, как раз закончившего жарить очередную порцию мяса. Тот кивнул и щедро протянул Теризе рогульку, с которой свисало свежеподжаренное мясо, сдобренное тем самым соусом. В качестве благодарности Териза сунула ему в ладонь серебряного оленя и немедленно принялась за еду. Оба маленьких оборвыша так и зыркали на неё внимательными, блестящими глазками. — Я знаю, кто ты, госпожа, — внезапно произнёс один из них. — Ты — Териза Мартелл из Солнечного Копья. Териза ничуть не удивилась. — А вы состоите на службе у лорда Вариса, — невозмутимо отозвалась она, облизывая горящие от соуса губы. — Он называет вас пташками, верно? Мальчики не ответили, но Теризе и так было известно, что она попала в цель. За сотни своих прогулок она не раз натыкалась на таких же молчаливых и юрких детей, снующих то по Тенистому городу, то по побережью Летнего моря. На них обычно никто не обращал внимания, кроме неё. Лавочникам, трактирщикам и морякам, равно как и простым обитателям города, вовсе не было до них дела; вдобавок они умели укрываться от чужих глаз с поразительной лёгкостью. От Теризы, впрочем, пташки почти никогда не убегали, хотя она не могла объяснить причину этого. Поначалу она только изумлялась, но со временем привыкла. Доев с аппетитом мясо, она кивнула мальчишкам на прощание и вновь заторопилась к пристани. Эта мимолётная, почти случайная встреча, напоминанием о которой осталась лишь приятная сытость в животе, тем не менее означала для неё нечто большее. Была у Теризы мечта, в которой она не признавалась никому, даже Ловену. Она лелеяла надежду когда-нибудь поселиться при королевском дворе, как Джоанна Ланнистер, и со временем стать госпожой над шептунами. Ей было прекрасно известно, что лорд Варис служил нескольким королям, начиная с Эйриса Безумного, и никто дольше него не находился на этом посту. Даже дети-шпионы, которые, по слухам, работали на него даже в Эссосе, — его рук дело. Быть может, именно поэтому он уже добрых полвека крепко держится за свою должность. Но и Варис не вечен, не так ли? И кто знает, кому суждено стать его преемником? Так рассуждала Териза, петляя улочками в поисках выхода на побережье. Уже через несколько минут Тенистый город с сотнями его запахов наконец закончился, и берег Летнего моря предстал пред ней во всей красе. Солнце — расплывчатое оранжевое пятно — уже целиком поднялось из-за горизонта. Стоя на пристани, где пока что находилось кораблей не более пяти, Териза с интересом всматривалась в волны, лениво наползающие на песчаный берег, и упоённо вдыхала свежий морской воздух. Ей чудилось, что она может охватить взглядом сразу всю Перебитую Руку. В такие мгновения Териза казалась себе леди Солнечного Копья и великой княгиней Дорна — она, младшая из троих детей великого князя. Ловену никогда не понять этого. Она с удовольствием пробыла бы здесь ещё не менее часа, но утро вступало в свои права, и пора было возвращаться в замок. Териза не без сожаления покинула пристань, чем-то напоминавшую ей о Водных Садах. Отец не слишком любил Солнечное Копьё, но считал, что великому князю Дорнийскому не пристало круглый год проводить в загородной резиденции. Впрочем, Териза надеялась, что они с Ловеном и Аланой уговорят его вернуться в Водные Сады почти на всю осень. Петляющие Стены, которые Териза знала как никто другой, сами привели её к замку. Без труда не попавшись на глаза никому из домашней гвардии или многочисленных слуг, она наконец достигла Башни Солнца — одной из двух главных башен во всём замке, где и жила семья князя Тристана. Стражники впустили её без лишних расспросов. Едва очутившись внутри, она наткнулась на Алану, совершенно одетую и явно куда-то торопившуюся до этого момента. — Териза? — воскликнула сестра, останавливаясь. — Ты опять гуляла по Тенистому городу? — Она была чуть ли не единственной, кто знал этот секрет. — Да, — ответила Териза невозмутимо. — А что случилось? Неужели я опоздала на завтрак? — Пока нет. Я как раз иду туда. — Алана почти сорвалась с места, поманив её за собой. — Как сегодня погода на пристани? — На пристани погода всегда прекрасная, — ответила Териза, отлично понимая, куда ветер дует. И она, как и следовало ожидать, не ошиблась. — Мы с Ловеном и Ладоном хотим сходить к морю после завтрака, — улыбаясь, пояснила сестра. — Ты пойдёшь с нами? Териза лишь тихо вздохнула, вспомнив Водные Сады, где всегда было чем заняться. Впрочем, в Солнечном Копье при наличии должной фантазии и интересов тоже можно было найти себе дело по вкусу. Однако это ничуть не меняло того, что она продолжала скучать по бассейнам и апельсиновым деревьям. Утреннюю трапезу уже подали на стол — Териза поняла это, как только они с Аланой достигли пиршественного зала. В нос ей ударил острый запах приправ, которые в Вестеросе исстари используют лишь дорнийцы. Даже мясо змеи, утолившее её голод в Тенистом городке, не тянуло на полноценный завтрак, и Териза вновь ощутила, насколько проголодалась после своей утренней прогулки. Длинный прямоугольный стол был поделён на две части: с одной сидели Мартеллы, с другой — Ланнистеры. Териза не увидела в этом ничего необычного — подобное разделение практиковалось у них столько, сколько она себя помнила. Рядом с Ловеном сидел Галладон; они о чём-то разговаривали приглушёнными голосами. Алана ужом скользнула на своё место, усевшись справа от Ладона. Териза не захотела, чтобы лорд Джейме и леди Бриенна чувствовали себя ущемлёнными, видя напротив себя всех остальных членов семейства, поэтому заняла табурет на их стороне стола. Повернув голову к ней, лорд-дедушка одарил её благодарным взглядом. Териза довольно улыбнулась в ответ: она всегда любила своих родичей с Утёса Кастерли. Завтрак продолжился, как будто его ничто и не нарушало. Утренняя вылазка младшей княжны, как водится, сошла незамеченной. За приятной семейной беседой трапеза мало-помалу близилась к концу, и Териза уже приготовилась провести ещё один самый обычный день в Солнечном Копье, как вдруг дверь в столовую наполовину открылась. Вслед за этим раздался голос Клерви, одного из гвардейцев, что стояли на страже в столовую: — Мой князь, мейстер Милес вас хочет видеть. — Пусть войдёт, — откликнулся отец, отпив вина из своей чаши. Клерви посторонился, и мейстер Милес действительно вошёл в обеденный зал. Это был загорелый человек лет сорока с песочными волосами и надушенной шелковистой бородкой. Острый глаз Теризы заметил, что в правой руке он держит письмо. Приблизившись к столу, мейстер Милес отвесил почтительный поклон всем присутствующим, после чего обратил всё своё внимание на великого князя Тристана. — Вам письмо, милорд, — оповестил он, передав свиток отцу. — Судя по печати, оно прислано из Королевской Гавани. При этих словах ахнули все, не исключая и саму Теризу. Отец положил свиток на стол, дабы вся семья могла увидеть, что письмо запечатано чёрным воском, на котором оттиснут красный дракон о трёх головах. — Спасибо, Милес. — Отец говорил ровно, но Териза ощутила напряжение в его голосе. На её памяти это было чуть ли не первое письмо от короля. — Можешь идти. Поклонившись ещё раз, мейстер удалился так же тихо, как и зашёл. Териза подняла голову и увидела, как лицо лорда Джейме разом вспыхнуло, а потом побледнело. Эти перемены были так быстры, что взгляд едва мог за ними следовать. Интересно, что такого он подумал об этом письме? Леди Бриенне также изменило её обыкновенное спокойствие, Териза почти инстинктивно почуяла это. — Это послание от короля, отец? — Ловен благоговейно провёл пальцами по всем головам воскового дракона. — Уж явно не от королевы, — ответил вместо князя Тристана Галладон, но тут же замолчал, поняв, что шутка его прозвучала неуместно. Об убийстве королевы Дейнерис во всём Дорне, равно как и в остальных областях, ходило немало слухов. Единственное, чему можно было поверить, так это тому, что погибла она в далёком заморском городе Миэрине. Многие были склонны винить в этом короля Джейхейриса, но Териза понимала, что это глупо и нелепо. Если он чем-то и виноват, так только своим чрезмерным благородством, которое приемлемо лишь для них, дорнийцев. Однако недовольства в Вестеросе это тем не менее не умаляло. Лорд Джейме о чём-то шепнул на ухо леди Бриенне, но так тихо, что даже Териза со своим тонким слухом ничего не расслышала. Не обращая внимания на этот шепоток, отец сломал печать и принялся внимательно изучать письмо. Териза вгляделась в его лицо, ожидая увидеть недовольство или тревогу, однако глаза отца по мере прочтения полнились совершенно иным чувством. Дочитав сам, он передал письмо матери, и в её глазах Териза совершенно отчётливо разглядела изумление. — Что там такое… Мирцелла? — подал голос Ладон. Он до сих пор не мог привыкнуть называть по имени её, свою кузину, при её собственных детях. — Добрая весть, Ладон, — ответила мать. — Король устраивает в столице турнир по случаю четырнадцатых именин принца Эймона и желает оповестить об этом всех грандлордов и их знаменосцев. Турнир должен состояться через две недели, дабы все, кто откликнется, успели прибыть в Королевскую Гавань. Любопытно, на что он рассчитывал, посылая письмо в Солнечное Копьё? Териза отлично знала, что её отец гораздо более искусен в заморской игре в кайвассу, нежели в умении драться на копьях или мечах. Может статься, Ловен смог бы принять участие в этом турнире, но он был ещё слишком юн. На них с Аланой тем более рассчитывать не приходилось. — Придётся написать королю об отказе, — решил отец, озвучив общие мысли вслух. — Да и к чему дорнийцам ехать в Королевскую Гавань? Если из наших знаменосцев кто и захочет поучаствовать в этом турнире, надеюсь, они сумеют самостоятельно добраться до столицы. Ловен и Алана рассмеялись, но Териза с Галладоном остались серьёзными. Ладон послал странный вопросительный взгляд в сторону своих родителей, и лорд Джейме неожиданно произнёс: — А я, пожалуй, воспользуюсь этим шансом. Ты же помнишь, Мирцелла, по какому делу мы прибыли к вам почти уже три месяца назад? Мы и так уже излишне задержались в Дорне, а этот турнир может помочь нам разом разрубить все узлы. Если Джоанна по-прежнему полна желания стать невестой младшего принца, я возьму на себя смелость объясниться с его венценосным отцом. По крайней мере, это лучше, чем дожидаться для этого самой зимы. — Значит, прежде чем вернуться в Утёс, мы отправимся в Королевскую Гавань? — понял Галладон. Мозг Теризы заработал с лихорадочной скоростью. Воспользуюсь этим шансом… Но это ведь не только шанс Ланнистеров — это и её шанс, и другого такого может не представиться ещё несколько лет. Прежде чем мать успела ответить на слова своего дяди чем-то большим, нежели согласным кивком, она поспешно спросила: — А можно мне поехать с вами, лорд-дедушка? Все, даже леди Бриенна, дружно выпучили на неё глаза. Исключением не стал и сам Джейме. — С нами? — переспросил он неторопливо. — Но зачем тебе это, Териза? — Ты что, рассчитываешь как-то помочь вопросу с помолвкой Джоанны? — хохотнул Ладон. Териза выпрямилась на своей табуретке. — Почему? Я просто хочу жить в Красном Замке, как и она. Здесь мне скучно, а в Королевской Гавани, я слышала, много интересного. К тому же я никогда не видела драконов. Отец издал какой-то чудной смешок. — Если ты отправишься в Красный Замок, Териза, то, боюсь, львов на грядущем турнире будет даже больше, чем драконов. Мать недовольно стукнула его по плечу. На миг лицо её исказилось то ли умоляющим, то ли раздражённым выражением, но природу этого выражения не смогла бы объяснить даже сама Териза. Она поняла только, что отец, вероятно, пытался пошутить, но сделал это крайне неудачно. — Ты что, тоже хочешь быть королевской воспитанницей? — Брови Аланы взлетели вверх. — Воспитанницей? — усмехнулся Ловен. — Алана, не говори ерунды. Это место при дворе уже заняла Джоанна. А Теризе светит разве что стать королевской чашницей или застолбить место в числе будущих фрейлин принцессы. Териза готова была по примеру матери стукнуть его за такие слова, если бы не увидела смешинок в глазах брата. Ловен не упускал случая подколоть её, особенно когда она в очередной раз пугала его своим неожиданным появлением, но при этом он её горячо любил. И Териза платила ему и Алане тем же, но давняя мечта выбила всё у неё из головы. — Что ж, история повторяется, Джейме? — Леди Бриенна пристально посмотрела на своего мужа. — Как бы прискорбно это ни было, — согласился лорд-дедушка и перевёл взгляд на Теризу. — Не думал, что ты сама захочешь пройти по пути Джоанны. Но тебе повезло, что в Красном Замке у тебя есть сразу двое верных людей. Может, со временем их станет даже больше. Териза хотела сказать это вслух, но благоразумно промолчала.