Драконья кровь

Третья по счёту стрела безошибочно вонзилась в середину мишени, погрузившись по самый наконечник. Лианна опустила лук и с улыбкой воззрилась на свою работу. Подарок тёти Арьи оказался самым лучшим из всех — не чета разного рода украшениям, которые преподнесли ей прочие леди из Великих Домов, приглашённые на их с Эймоном свадьбу. Нет лука, из которого стрелы летели бы так же метко и далеко, как из златосердового. — Хвала богам, принцесса. — Стоявший в паре ярдов Артоксар Нут безмятежно улыбнулся, когда Лианна обернулась к нему. — У вас не только зоркий глаз, но и меткая рука. Вы повзрослели. Лианна невольно зарделась, услышав похвалу из его уст. — Меткая рука, стало быть? Более меткая, чем у тебя, Чёрный Трезубец? — Со временем, может, вы и превзойдёте меня, — изящно вывернулся Артоксар, — но для этого вам нужно не прекращать упражнения. К воину опыт приходит с годами, моя принцесса, и лучше всего — в бою. Поверьте победителю турнира в яме Дазнака: ни одна мишень не сравнится с плотью твоего врага. — Врага? — Порой Лианна забывала, что ради того, чтобы стать телохранителем её матери, Артоксару и его названым братьям пришлось умертвить десятки людей в бойцовой яме. — Неужели убийство в бою приносит такое удовольствие? — Убивать в бою непросто лишь впервые, моя принцесса, а потом к этому привыкаешь. Если же ты защищаешь то, что тебе дорого, или бьёшься во имя великой цели, то тебе не страшна даже возможность умереть самому. Лианна невольно потупилась. «Во имя великой цели…» Летниец словно прочёл её тайные мечты. — Я была бы не прочь побывать в бою, Артоксар, — понизив голос, призналась она. — Не хочу всю жизнь стоять позади Эймона, когда он сделается королём. Я мечтаю стать великой завоевательницей, как матушка. — Похвальная мысль, моя принцесса, — одобрил летниец, улыбнувшись при последнем слове, — но боюсь, вы вряд ли сможете это предпринять в одиночку. Насколько я знаю обычаи Семи Королевств, лишь король принимает такие решения. Лианна перевела взгляд на своих братьев, фехтующих турнирными мечами на соседней поляне под присмотром Серого Червя. Эймон, уже год как посвящённый в рыцари, без особого труда оборонялся от атак Джиора. Младший брат уже пыхтел при каждом взмахе своего меча, но пока что и не думал сдаваться. Оружие у них, конечно, тупое, но с таким упорством они к завтрашнему дню оба будут в синяках. Впрочем, Эймон во время тренировок редко обходился без ушибов, и Джиору они наверняка пойдут только на пользу. — Эймон не очень хочет быть королём. — Лианна с трудом отвела взгляд от веселящихся братьев. — Я тоже не горю желанием становиться королевой как можно раньше. Но он ещё до свадьбы пообещал, что я не стану для него просто матерью его наследников. Артоксар задумчиво провёл рукой по золотой миэринской гарпии, вышитой на его белоснежной хламиде. — С властью ко всему вокруг меняется отношение, принцесса. Гораздо важнее не то, что он пообещал вам тогда, а то, что он скажет, когда наступит тот день. К горлу Лианны невольно подступила тошнота, и она с трудом прогнала это неприятное ощущение. Она не сомневалась в своём брате и муже, но в словах Артоксара чувствовалась немалая доля правды. — Эймон никогда не станет мной пренебрегать, — ответила она жёстко, убрав из голоса прежнюю беззаботность. — Надеюсь, моя принцесса. — Артоксар сдул со своей хламиды случайно присевшую бабочку. — Не желаете продолжить упражнения? Лианна не имела ничего против. Отточенным движением она подняла с травы очередную стрелу и уже хотела было прицелиться, как вдруг её взгляд зацепился за изящную смуглую фигуру у розового куста. — Териза! — окликнула она. — Поди сюда! Дорнийская княжна приблизилась к ней лёгкой, почти летящей походкой. — Вы что-то хотели, моя принцесса? — В отличие от Джоанны, она почти никогда не называла Лианну по имени. — Умеешь из лука стрелять? — Териза с готовностью кивнула. — Попробуй из моего, если хочешь. — Вы оказываете мне великую честь, — улыбнулась княжна. Лианна протянула ей свой лук: — Держи. Покажи нам, какая ты лучница. Териза спокойно наложила на лук стрелу и выпустила через несколько мгновений. Лианна ждала, что стрела вонзится в какое-нибудь дерево или застрянет в кусте, но Териза угодила в мишень, пусть и не так точно, как сама принцесса. — Вы умница, миледи, — заметил Артоксар раньше, чем Лианна успела хоть что-то сказать. — Да у вас талант! Княжна лишь беззаботно ухмыльнулась. — Меня немного учил мой отец, великий князь Тристан, но я не очень люблю стрелять из лука. У меня другие мечты, милорд. Совсем другие… И снова эта ухмылка. Для Лианны Териза всегда была загадкой, которую невозможно было разгадать до конца. Здесь, в Летнем Замке, она часто обреталась в компании Лианны, её братьев и своей родственницы Джоанны, но в Королевской Гавани часто увивалась рядом с Варисом. Уж не намерена ли она однажды, когда старый евнух совсем одряхлеет, стать вместо него госпожой над шептунами? От такой особы всего можно ожидать. — Дай мне лук, Териза. — Лианна так тряхнула своими кудрями, что они, незаплетённые, рассыпались у неё по спине. Териза послушно вернула лук и отошла чуть в сторонку. Лианна взяла ещё одну стрелу, натянула тетиву, но прежде чем успела выстрелить, её сбил с толку чужой возглас: — Принцесса Лианна! На поляне как из-под земли выросла Миссандея. Лианна машинально повернулась, лишь чудом удержавшись от того, чтобы выпустить стрелу. Наконечник её указал точно в грудь наатийской советницы. — О боги! — Миссандея прикрыла руками лицо. Лианна опустила лук и услышала, как Артоксар за её спиной насмешливо фыркнул. — Принцесса, осторожнее, а то случится несчастье. — Что такое, Миссандея? — Прошло время, когда Лианна смотрела на свою няню снизу вверх, — теперь их роли поменялись. — Матушка зовёт? — Нет, не зовёт. — Наатийка торопливо подошла к ней, вся трепеща в каком-то волнении. — Но она прислала меня с благой вестью. Ваша сестра наконец очнулась! Сердце Лианны гулко забилось от радости. Бедняжка Визерра, покрытая ожогами, лежала в забытьи целых десять дней. Всё это время при ней почти неотлучно находился мейстер Сэмвелл или его жена Джилли. И мать с отцом, и сама Лианна, и братья, и даже малютка Дейна с беспокойством ждали, когда же Визерра откроет глаза. — Очнулась? — Лианна вскрикнула так громко, что услыхавший её Эймон тут же пропустил удар от Джиора. — Значит, мы можем её навестить? — Да, — кивнула Миссандея. — Она проспала так долго, что ожоги уже не причиняют ей столь ужасной боли, как в самые первые часы. Но пройдёт ещё день или два, прежде чем она сможет подняться с кровати. Артоксар неожиданно тяжело вздохнул. — Бедная маленькая принцесса… Одни боги ведают, за чьи грехи она расплачивается. За отцом Лианна не могла припомнить грехов, как ни старалась. Может, во всём виновата мать? Она не верила, чтобы Дрогон и Рейгаль ни с того ни с сего могли дыхнуть огнём в её присутствии. Конечно, мать обвинила во всём Дейну, которую они с Эймоном взяли посмотреть драконов, но Лианна так и не смогла поверить её доводам. — Я пойду навещу Визерру. — Она всучила свой лук Чёрному Трезубцу и направилась к братьям, наконец закончившим упражнения. Оба были в поту и дышали тяжело, словно загнанные лошади. Джиор предложил Эймону слетать искупаться в озере, но, услышав от Лианны благую весть, тут же забыл про свою усталость и повлажневшую одежду. В лазарет они так и вошли втроём, почти одновременно. Лианна прежде всего заметила мать и отца, сидевших у изголовья постели. На коленях матери вертелся вьюном Визерис и о чём-то лопотал с Визеррой. Мейстер Сэмвелл, развалившийся в кресле у окна, радостно-застенчиво улыбался. — Отец, матушка. — Эймон первым поприветствовал родителей, попутно кивнув мейстеру. — Миссандея сказала нам, что Визерра наконец очнулась от своего сна. — Так и есть, сынок. — В глазах матери отчётливо виднелись слёзы — не то от радости, не то от печали. — Подойдите, поговорите с ней. Она как раз о вас всех спрашивала. При взгляде на Визерру у Лианны свело живот, и на миг она всерьёз испугалась, как бы её не стошнило прямо здесь, в лазарете. Прежде сестра обещала вырасти в девушку истинно валирийской красоты — теперь же она выглядела страшнее, чем Сандор Клиган. Ярко-красные, кое-где с чёрными прожилками, полусухие ожоги покрывали всю нижнюю половину детского личика, спускаясь даже на шею и часть груди. Особенный ужас внушали губы, теперь напоминавшие большой запёкшийся шрам. Краем глаза Лианна посмотрела на братьев: тем тоже было не по себе. — Эймон!.. Лиа… Джиор… — Визерра слабо улыбнулась, когда они склонились над её постелью. Она почти не двигалась, тихонько хныча, если ей приходилось поворачиваться. Мать позволила Визерису прилечь рядом с Визеррой, внимательно следя, чтобы он был осторожен, и Визерис то и дело целовал сестру в висок, не затронутый ожогами. — Визерра, сестричка. — Джиор опередил Эймона и Лианну. Протянув руку, он бережно погладил её по волосам. — Как ты себя чувствуешь? С тобой всё хорошо? — Больно, — пожаловалась Визерра. — У меня болит щека… и шея болит. — Это заживёт. Всё будет хорошо. — Лианна хотела взять её ручонку в свои руки, но остереглась, заметив ожог на тыльной стороне ладони. — Ты скоро поправишься, Визерра. — А где Дейна? — неожиданно вскинулась сестра. — Пусть она придёт. Лианна машинально метнула взгляд в сторону матери. Та, как обычно, скривилась, но гримаса не задержалась на её лице надолго. — Она не придёт, милая. По крайней мере, не сейчас. — Почему? — В нежном голоске Визерры прозвучали нотки возмущения. — Я хочу Дейну! Мама, пусть Дейна придёт! — Она придёт позже, сестрица, — нашёлся Эймон. — Почему не сейчас? Что она натворила? — Даже увечья не смогли изменить упрямство Визерры, которое проглядывало в ней, двухлетней, с самых первых месяцев жизни. Лианна с трудом подавила вздох. Больше, чем её, или Эймона, или Джиора, Визерра любила Дейну и своего близнеца. Она предвидела, чем закончатся её требования. Либо Визерра добьётся своего, либо уснёт, ослабев от собственной настойчивости. Ей никто не торопился отвечать, но Визерра уже и не капризничала. Очевидно, слабость брала своё. Поскучав не больше минуты, она прикрыла глазки и вскоре заснула. — Пока Визерра не выздоровеет, она будет просыпаться ненадолго, — подал голос Великий мейстер, — но я бы не советовал отказывать ей в таких маленьких просьбах, когда она пробудится в очередной раз. — Он не обращался прямо ни к кому, однако глаза его пристально смотрели на королеву. — Я учту, Сэмвелл, — нарочито мягким голосом ответила мать, но эта мягкость могла обмануть разве что Визериса. Хмыкнув, мейстер Сэмвелл перевёл взгляд на Лианну. — Принцесса, — окликнул он, заставив её вздрогнуть от неожиданности. — Как ваше здоровье? Что-то вы бледны… Не перегрелись ли на солнце? Лианна и впрямь чувствовала себя не лучшим образом, но списала это на свои эмоции при виде ожогов сестры. — Нет, это просто… — Она указала глазами в сторону сопящей Визерры, и мейстер понятливо кивнул. — Мне, наверное, лучше пойти обратно в сад. Может, и полегчает. Отец с матерью согласно покачали головами, и Лианна вышла из лазарета вместе с Эймоном. В просторном коридоре ей и вправду стало легче — по крайней мере, тошнота отступила. — Пойдём к фонтану? — предложил Эймон, заботливо заглянув ей в глаза. — Мне как раз не помешало бы освежиться после поединка с Джиором. — Сильно он тебя утомил? — Не очень, но сражается он уже изрядно. Может, отец однажды отдаст ему свой валирийский меч. — Кому же он ещё может его отдать? У тебя уже есть твой Яростный Огонь — значит, Длинный Коготь достанется Джиору. Прежде чем Визерис сможет сражаться настоящим мечом, пройдёт ещё лет тринадцать, не меньше. Они уже успели дойти до гобелена, изображавшего их родителей в самом расцвете молодости и красоты, когда в прежде тихом коридоре вдруг послышался топот детских ног. Из-за угла вынеслась Дейна с раскрасневшимся от бега лицом и растрёпанными волосами. — Дейна, не надо так скакать! — Лианна со смехом поймала её в объятия. Девчушка обняла её за ноги, словно ища защиты. — Я хочу к папе, а Аресуна говорит, что нельзя, — пожаловалась она. За ней появилась пыхтящая кормилица, отвесившая Лианне и Эймону торопливый поклон. — Король с самого утра в лазарете, — пояснила Аресуна, — вот она и скучает. Никакого сладу с ней нет. Лианна понимающе мотнула подбородком. Эймон опустился на одно колено и взял ладошки Дейны в свои, большие, чуть шершавые от рукояти меча. — Отец сейчас занят, но потом он обязательно придёт к тебе. Хочешь, мы с Лианной с тобой поиграем? — Хочу! — Дейна с радостным визгом обхватила его за шею, заставив рассмеяться. — Мы в сад пойдём, братик? Да? — К фонтану. — Эймон выпрямился, без особенных усилий подняв её на руки. Дейна по-прежнему держала его за шею и улыбалась во весь рот. Она и думать забыла о своей кормилице. — Спасибо, мой принц, — благодарно поклонилась Аресуна. Эймон ответил ей церемонным кивком и направился дальше по коридору, а Лианна заторопилась следом, стараясь не отстать. Дейна без умолку лопотала о чём-то, будто стремилась развлечь «братика». Невольно Лианна задумалась: а как бы Эймон относился к их дочери, если таковая появится на свет? Должно быть, он станет прекрасным отцом, ничуть не хуже их собственного. Когда они вышли во двор, солнце уже было в зените и светило ярче прежнего. По пути к фонтану они наткнулись на Призрака, который целыми днями обретался в саду. Он уже был немолод и очень редко уходил далеко от замка, но развлечься на воле любил, как и раньше. И сейчас он бросился прямиком к Лианне, точно игривый щенок. — Призрак! — Лианна захохотала и принялась извиваться, как гусеница, когда нос лютоволка защекотал ей живот сквозь шёлковое платье. — Перестань, ты же меня оцарапаешь! — Иди ко мне, Призрак, — подозвал её брат, который теперь держал Дейну одной рукой. Лютоволк, ещё раз проведя носом по животу Лианны, приблизился к Эймону, и тот потрепал его по загривку. Призрак вывалил язык от удовольствия. Эймон, а потом и Лианна гладили его не меньше минуты, и всё это время Призрак пребывал на верху блаженства. Наконец он тряхнул головой и побежал дальше по своим делам. — Интересно, чего он хотел? — протянула Лианна задумчиво. Эймон пожал плечами: — Соскучился, наверное. Ладно, пошли. Из пасти каменного дракона мощными струями била вода. Эймон ссадил Дейну на мраморный бортик и, щедро зачерпнув воды обеими руками, брызнул себе в лицо. Затем ещё и ещё раз, пока его волосы у висков не стали влажными, как будто он только что искупался. — Освежись, Лиа: тебе это не помешает, — посоветовал он. — Вода чудесная, прохладная, а ты опять побледнела. Лианне как раз стало дурно, пока они шли к фонтану, и она не преминула воспользоваться советом мужа. Склонившись над бортиком, она увидела в воде своё отражение, но не успела её даже коснуться. В глазах у неё вдруг помутнело, а через несколько мгновений вода словно ринулась ей навстречу. Вновь открыв глаза, Лианна сперва им не поверила. Она полулежала под раскидистым дубом в саду, опираясь спиной о ствол, а на неё смотрело встревоженное пухлое лицо Великого мейстера. — Дядя Сэм?.. — Собственный голос показался Лианне непривычно слабым, как дуновение ветерка. — Почему ты здесь?.. — Живот немилосердно крутило. — Что со мной? Я упала в фонтан? — Да, но теперь это позади. Эймон вовремя тебя вытащил, а потом сразу побежал за мной. — Мейстер Сэмвелл осторожно держал её за руку, считая пульс. — А я ведь ещё в лазарете обратил внимание, что с тобой что-то не так, моя принцесса. — Ты в порядке, Лиа? — Возле дуба присел на корточки отец. В его серых глазах плескалась неподдельная тревога. — Сэм, что с ней произошло? — Меня тошнит, отец… и голова кружится, — ответила вместо него сама Лианна. — Наверное, я на солнце перегрелась… Она ожидала подтверждения, но мейстер Сэмвелл внезапно покачал головой. Беспокойство его сменилось какой-то небывалой радостью. — И ты не понял, что это означает, Джон? — Он редко называл отца по имени, и Лианна сразу поняла, что за этим стоит что-то необычное. — Я целых три раза наблюдал подобное у королевы и сейчас ошибиться просто не могу. Поздравляю тебя, дружище. Скоро у тебя родится внук, ещё один наследник Железного Трона! Внук? Лианна даже не сразу поняла, что это означает. Ещё один наследник Железного Трона? — Я… я беременна? — негромко переспросила она. Но ведь ей только четырнадцать с половиной лет… Даже матери было уже двадцать два года, когда родился Эймон. Лианна знала, что принц Рейгар родился здесь, в Летнем Замке, когда его матери было пятнадцать, но чтобы это произошло и с ней самой? Однако сияющие глаза мейстера Сэмвелла и отца не оставляли никаких сомнений в том, что это правда. — Да, — подтвердил вместо них женский голос. Рядом с Лианной присела мать, очевидно, пришедшая вместе с отцом. — Матушка?.. — Лианна прижалась к ней, совсем как в детстве. Теперь ей казалось, что это было давным-давно, в какие-то неимоверно далёкие времена. — Мейстер Сэм говорит, что я скоро подарю тебе внука. Ты же рада, не правда ли? — Разве я могу быть не рада? Наша династия растёт… — Мать приникла губами к её лбу, и Лианна ощутила, как по её лицу текут слёзы счастья. — Лиа, дочурка моя… О боги… Лианна в блаженстве прикрыла глаза. Её мутило до сих пор, но в объятиях матери было так хорошо, что всякая дурнота отступала. Она забыла о братьях, о Джоанне, пока это спокойствие не было нарушено звонким детским голоском. — Папа! — Дейна уселась к отцу на колени и слегка дёрнула его за бороду. — Что такое, Дейна? — Он осторожно отвёл её ручку от своего лица, однако девочка ничуть этого не смутилась. — Папа, Эймон сказал, что я скоро тётей стану. Я ведь уже большая и вполне могу быть тётей. — Конечно, можешь, — улыбнулся отец. — И Визерра тоже, пусть она и младше, чем ты. Лианна невольно фыркнула. Когда родится её ребёнок, Дейне только четыре года исполнится, а Визерре и Визерису будет всего лишь три, как ей сейчас. Уж из кого получится дядя, так это из Джиора. Ему-то стукнет целых тринадцать лет — не чета Дейне или близнецам. — Лиа, а ты будешь со мной играть, даже когда станешь мамой, да? — На неё уставились два полных надежды ярко-лиловых глаза. — Буду, сестричка, — сказала Лианна. — А ты сможешь играть с нашим ребёнком, когда он подрастёт. Дейна качнула головой: — И хорошо. Я ведь тебя очень люблю!