Заученные фразы

Утром в Рождество Гарри проснулся в своей постели рядом с Луи. Вчера он все же купил ему подарок и как следует поздравил в кровати после того, как всей компанией они напились в доме Томлинсона. Почему тогда они находились в доме Стайлса? Все просто. Пьяный кудрявый посчитал, что утром следует открывать подарки в кругу семьи, а из семьи в городе у него только мама и сам Луи. Поэтому было решено, что легче доставить домой своего парня, чем притащить в его квартиру свою маму. Он был пьян, не забывайте. Энн, к слову, тоже напилась со своими подругами, поэтому Гарри не боялся, что та могла проснуться от их стонов и смеха. — Хреново? — зеленоглазый оборачивает голову и видит проснувшегося Луи, который сонно смотрел на его лицо. — Нет, вполне нормально. А тебе? — Рядом с тобой просто охуенно, — Гарри смеется и ложится на бок, чтобы иметь возможность неотрывно любоваться чертами лица шатена. Каким же красивый он был. — Мы не разбудили твою маму? — Если и так, она не станет об этом говорить. Я не раз терпел ее парней, — Луи хмыкает и кивает, после чего зевает и растягивается на кровати. — Ты словно самый счастливый на свете кот. — Я самый счастливый на свете кот Гарри Стайлса, — младший закатывает глаза на глупую фразу, но не сдерживает улыбку. Он протягивает руку и чешет шатена по обнаженному животу, от чего тот содрогается и визжит, отталкивая руку. Гарри не стал щекотать его, ведь не хотел бы, чтобы это делали с ним. — Мама, возможно, проснулась. Надеюсь, она не распаковала все подарки. Стайлс идет в душ первым и быстро заканчивает, пока Томлинсон все еще нежится в кровати. Он надевает спортивные штаны с любимым худи и бросает в Луи чистое полотенце, уматывая на первый этаж. — С Рождеством! — парень слышит громкий вскрик и оборачивается, увидев брюнетку в красной кофте с оленями. Он улыбается на глупый наряд и желает того же маме, обнимая ее. В голове на миг всплыла мысль о том, что как все таки хорошо иметь с родной матерью хорошие отношения. — Под елкой много подарков, это все ты купил? Гарри непонимающе хмурит брови и проходит в гостиную. Глаза раскрываются шире, когда помимо подарка мамы, Луи и своего он видит еще четыре. — С Рождеством, Энн, — шатен справляется на чудо быстро, и обнимает женщину, как только приходит в гостиную. — Будем открывать? — Когда ты это принес, Томлинсон? — задает вопрос кудрявый, когда голова старшего ложиться на его плечо, а руки обнимают за талию сзади. — Совсем с ума сошел? Зейн вчера помог мне их занести, пока ты на кухне искал свечи. Ты их так и не нашел, — воспоминаний о рассказанном в голове не присутствовало, но пытаться вспомнить подросток и не пытался. Разговаривая, парни и не заметили, как женщина принесла две кружки, а после сходила за третьей. От каждой шел густой пар, а запах горячего какао даже зародил в душе Гарри рождественский дух. Как оказалось, Луи принес каждому из семьи Стайлсов по два подарка. Что было странно, так, то, что женщина также имела подарок для парня сына. Она сказала, что не была уверена, что Томлинсон встретит рождество с ними, но на всякий случай подарок купила. Луи был приятно удивлен и поблагодарил Энн; он сказал, что ему приятно быть в кругу таких людей. Если бы не Стайлсы, шатен был бы один, ведь его семья приедет со Швейцарии только послезавтра. Энн была довольна сумочкой, которую подарил Гарри, ведь около месяца назад именно ее женщина увидела на витрине в торговом центре, но это точно не сравниться с подарком Луи. В небольшой коробке была очень красивая, наверняка фирменная блузка, а в огромной коробке, что беспокоила подростка оказался гончарный, черт возьми, круг. — Гарри рассказывал, что вы часто меняете хобби, а изделий из глины я у вас не заметил. Такое равнялось с подарком на День рождения, а не на Рождество, и кудрявому несколько минут не верилось, что его парень на самом деле подарил его маме гончарный круг. Это была дорогая вещь и парню уже было страшно, что старший приготовил ему. Стайлсу нравилось то, что он купил студенту, но нравилось до того, как тот притащил в их дом чертов гончарный круг. Луи громко смеялся, когда получил от Энн целый набор вещей, где была напечатана их общая с Гарри фотография, на которой они лежали на полу, и которую женщина сделала около недели назад. Это была такая глупая, но такая атмосферная фотография, и женщина распечатала ее на куче вещей: кружке, ручке, пазлах, цветочном горшке, жестяной банке с каким-то напитком и даже футболке. Парень рассказал, что безумно любит такие смешные подарки, и искренне поблагодарил брюнетку, что обрадовало и ее. — Мой подарок не веселый, прости, — сообщил кудрявый и пожал плечами, вручив старшему коробку. Томлинсон аккуратно разорвал подарочную бумагу и бережно открыл крышку тонкой, но большой коробки, улыбнувшись тому, что увидел внутри. — Это песни, которые я включал и тебе они очень понравились. Я видел у тебя дома проигрыватель для винила, поэтому и купил. Надеюсь, ты не врал, чтобы просто сделать комплимент моему музыкальному вкусу, — объяснил подросток, неотрывно смотря, как Луи с улыбкой смотрит на пластинки. — Не врал, — негромко отвечает шатен и тянется к кудрявому, чтобы нежно поцеловать его. — Какие же вы милые, — хлопает в ладоши брюнетка и парни посмеиваются отрываясь. — Луи, я вижу там внизу еще бумажный пакет, открывай. Стайлсу не особо хотелось, чтобы этот подарок видела его мама, но ничего не поделаешь, и вообще плевать — они все взрослые. — "Гаррисексуал", черт возьми, — смеется старший, откинув голову и чуть не упав на спину. — Энн, ну ты только посмотри. Женщина оценивающе кивает и подмигивает парню, от чего Стайлс на секунду чувствует себя не совсем уютно. Да, он не очень любил, когда его подарки показывали другим, что уж тут поделать. А Луи уже знал, что наденет эту черную рубашку с вышитым словом не один десяток раз. — Это безумно круто, Гарри. Сегодня день замечательных подарков. Надеюсь, на моих это не закончится. В большой коробке оказывается целая стопка новых книг, которые подросток еще не читал. Все они были в списке в его телефоне, и Томлинсон честно признался, что как-то украл его телефон, чтобы сфотографировать список, ведь знал о его существовании. В небольшой упаковке Гарри находит полароид, и он искренне любит и ненавидит Луи за то, что тот сделал его семье такие дорогие подарки.

***

Университет дал студентам неделю каникул, не считая выходных дней для празднований. Получалось так, что на учебу все должны были вернуться третьего января. Точнее, почти все. Гарри надеялся, что не войдет в их число. Его сердце разрывалось с каждым днем все больше и больше; до Нового года все ближе, а поэтому все больше ненависти к себе. Ненависть присутствовала потому, что его жизнь стала лучше. Большинство, когда их жизнь улучшается — радуются, но Гарри ведь в меньшинстве. Он чувствовал, что поступает как самое настоящее дерьмо, ведь бросает всех, кто не безразличен ему и кому не безразличен он. Гарри даже не мог объяснить, почему не может отказаться от задуманного. Это совершенно не так просто, как кажется — взять и отказаться. Нет, он, черт возьми, готовился к этому даже не месяцами, а годами, он желал этого и пообещал себе, что ничто не станет на его пути. Даже любовь. Джемма приехала в тот день, когда вернулась семья Луи. Он уехал встречать их, а подросток остался с мамой и сестрой на ужин и долгий разговор. Точнее, долгое выслушивание. Гарри не был в настроении, чтобы разговаривать, хоть и был счастлив, что Джемма приехала. Последние три года они видятся только два раза в год, когда сестра приезжает на каникулы — летом и зимой, и именно этот факт заставлял парня говорить ей хоть что-нибудь. Так редко она была рядом физически, но ее поддержку Гарри мог ощущать в любой день года. Он рассчитал все с точностью до минуты. В девять вечера Джемма и мама сядут в такси, что отвезет их к маминой родственнице, где все и будут справлять Новый год. Гарри сообщит, что обещал Луи увидеться всего на полчаса, и они уедут, упрекая парня в том, что он не сообщил раньше. А после дело за малым — умереть.

***

— Почему это, блять, так сложно для тебя? Несмотря на то, какими разными были Гарри и Луи ссорились они редко, но прямо сейчас был тот момент, когда парни хотели поубивать друг друга. Благо, они разговаривали по телефону. — Я не хочу, чтобы твои родители знали меня, — во второй раз спокойно отвечает Гарри, не имея желания распинаться с ответами. Около часа назад его без причины накрыла волна скуки и апатии, а Томлинсон всего лишь совершенно не вовремя позвонил. — Они все равно когда-нибудь познакомятся с тобой, Гарри. Если не в этом году, то в следующем. Рука ослабла и телефон выпал прямо на ковер, где поместился кудрявый. Он попытался проглотить ком, застрявший в горле и моргнул несколько раз, не веря услышанному. Луи, черт возьми, забыл. Просто взял и забыл о том, что должно случиться тридцать первого декабря. Да, он рассказывал об этом больше двух месяцев назад, но это не та вещь, которую легко забыть. Стайлс поднимает телефон с пола и мгновенно слышит раздраженный голос старшего. — Моя семья — часть меня. Ты вообще не хочешь знать меня еще ближе? — У меня всегда было лишь одно истинное желание, — холодным голосом отвечает шатен, вцепившись ногтями в оголенное бедро и причиняя себе слабую боль. Почему, черт возьми, еще несколько дней назад он жил, словно в сказке, а сейчас глотает слезы, сидя на полу? — Ты, должно быть, шутишь. Я думал, ты пережил это дерьмо, — отвечает парень и Стайлс слышит его краткий истерический смешок в конце. — Почему ты, блять, все еще так хочешь умереть? — А почему я должен хотеть жить? — пожимает плечами зеленоглазый, хоть этого никто не видит. — Прекрати говорить заученными фразами, Стайлс, это раздражает, — голос Луи словно яд и причиняет боль, но в этот момент Гарри ненавидел только себя, ведь это он доводит шатена до такого. Это он не хочет знакомиться с семьей Луи, ведь скоро уйдет. Это он собирается бросить всех. Это он собирается разбить сердце небольшому по размеру, но важному по значимости кругу людей. — Я раздражаю всех, Луи, — по-прежнему бесстрастно отвечает младший, чувствуя теплую жидкость на прохладной коже лица. — Да, именно так и есть, Гарри. Ты делаешь это намеренно, сука, ты же совершенно не такой, ты ценишь меня и намеренно не хочешь видеться с моей семьей. Меня это раздражает и ранит, Стайлс, — голос Луи становится тише, но и больше наполняется болью, от чего подростку не становится легче. — Луи, ты помнишь, какое событие произойдет тридцать первого декабря? — это было для Гарри важным. Он желал, чтобы Луи помнил, но не имел права этого требовать, ведь был таким плохим парнем для старшего. — Новый год, Гарри, я не такой глупый. К чему все это? — Да, ты не такой глупый. Голос парня кажется Луи печальным и расстроенным, но если честно — он чувствовал, как в его груди закипает абсолютная злость на этого парня, и с чего бы ему вообще быть расстроенным? — Встретимся третьего на занятиях, нам нужно отдохнуть друг от друга. Он обрывает связь и телефон звонит повторно, но Стайлс и не собирается отвечать, пялясь на имя Луи на экране и прекращая удерживать слезы внутри себя.