Она девчонка?!

Прошло уже пятнадцать минут, а я всё ещё сижу на тех трибунах. Перед глазами всплывает картинка с прошедшими событиями. Вот Герман бежит, вдруг его ноги подкашиваются, и он стремительно оседает на землю, а я напрягаюсь всем телом и напряжённо вглядываюсь вдаль, благо луна освещает футбольное поле. Проходит секунда, другая, моя спина как никогда прямая, мельком в моей голове проскакивает мысль: «С чего я так пекусь об этом мальчишке?». Но она не задерживается надолго. Я чувствую напряжение между бровями, пытаюсь расслабиться, убеждаю себя, что это не моя вина, что меня не должно волновать происходящее. В следующий момент я, как никогда, рад и одновременно зол на этого рыжего парня, который за две секунду подбегает к Герману, подхватывает его под колени и подмышки и, как девку, уносит в кампус. — «Надеюсь, там нет ничего серьезного, и он отведет его к врачу», — думаю я, но тут же отгоняю от себя эту мысль. По всем законам природы и логики, я должен был встать и гордо уйти в свою комнату, но что-то удерживало меня здесь. И сейчас я сижу тут, сложив руки в замок, и чувствую себя идиотом. Очень странно. Этот наглый мальчишка вызывает у меня целый спектр эмоций, я ясно ощущаю раздражение, злость, гнев, азарт и ещё что-то… Что-то, что я не должен испытывать при виде его. — «Почему именно он?» — задаюсь я вопросом снова и снова. На улице уже холодно, поэтому, зябко поежившись, я медленно разминаю одеревеневшие конечности и быстрым шагом направляюсь в кампус. В голове крутится лишь одна мысль: «временное помутнение».

***

— Все в порядке, вам не надо так сильно беспокоиться. Стоит лишь исключить физическую нагрузку, а также устроить больному постельный режим. Хотя бы на сегодняшний день. — Большое спасибо, доктор. — Кстати, постарайтесь не выходить на холод, чтобы не простудиться. Думаю, это все мои пожелания. В помещение, где находилась Гермиона, пахло спиртом, чистым постельным бельем и хлопком. Сквозь завесу темноты девушка уловила отрывок разговора Ника и, как она позже поняла, её лечащего врача. С трудом открыв глаза, девушка тут же пожалела об этом: голова кружилась и будто раскалывалась пополам. Перед глазами мелькали черные пятна, а веки как казалось, были налиты свинцом. Решив, что сейчас она не в силах вести беседу со своим другом, брюнетка расслабилась и поддалась потоку собственных мыслей и переживаний. Усталость одержала победу и уже через две минуты девушка вновь забылась беспокойным сном.

***

На этот раз пробуждение было более приятным. Голова уже не так болела, зрение вернулось. — Ник? — хриплым от сна голосом, окликнула Гермиона друга. — Ты проснулась! Ну наконец-то. Пол дня проспала, я из-за тебе тренировку пропустил, — проворчал парень, но тут же улыбнулся. — Не переживай, у тебя всего лишь перенапряжение, однако… Какого черта ты поперлась бегать ночью?! Тем более, ты сказала, что ненадолго, а к тому моменту прошло уже три часа! А что если бы я не пошел искать тебя? Чтобы тогда случилось? — взвился Ник, размахивая руками и краснея, как школьница, признающаяся в любви старшекласснику. Видя все это, Гермиона прилагала все усилия, чтобы не улыбаться или, не дай Бог, смеяться. Заметив её серьёзное лицо, Ник, наконец, замолчал и ухмыльнулся. — Ладно, как я вижу, ты уже в порядке, — на эту фразу девушка кивнула. — Врач посоветовал устроить тебе постельный режим, но только на один день, — добавил он быстро, заметив её возмущенный взгляд. — И ещё… Я тебя умоляю! Не выходи сегодня на улицу, потому что обещают сильный ветер. Будет холодно, тебе надо посидеть в тепле. Сегодня и завтра медпункт не будет работать, поэтому полежи в кровати хотя бы сейчас. — Но сегодня же поездка за город! — Дааа, — медленно протянул рыжий, виновато почесывая макушку. — Я говорил об этом с доктором, но он сказал, что тебе категорически нельзя туда ехать, — парень исподлобья посмотрел на свою соседку, которая, в свою очередь, задумчиво накручивала на палец прядь волос. — Тогда оторвись там за нас обоих, я буду ждать тебя здесь. — Ты точно не расстроилась? — Нет конечно, — ответила брюнетка и отчасти это было правдой. Сейчас Гермиона думала лишь о том, во сколько можно будет выйти на поле, чтобы потренироваться. На её слова Ник лучезарно улыбнулся и порывисто обнял свою подругу, а после отстранился и, смущённо пробормотав что-то нечленораздельное, вышел из комнаты. — Он так забавно краснеет, — проговорила себе под нос Гермиона после того, как дверь закрылась, а вдали послышались удаляющиеся шаги.

***

Повязку с головы девушка сняла уже давным-давно. Сейчас она собирала вещи на свою вечернюю тренировку. Девушке было очень стыдно перед Ником, но они наконец помирились после того инцидента, и вот ей снова приходится ему врать. На часах 19:00. Ник и остальные уехали на красненьком автобусе ещё час назад, а вот вернуться они должны были лишь завтра днём, что добавляло ей шансов на то, что она сможет незамеченной потренироваться в своем темпе. Мысленно извинившись перед Ником и пообещав себе не перенапрягаться, брюнетка вышла на поле. Погода, как и говорил рыжик, обещала желать лучшего: тяжёлые тучи, казалось, давили на голову, небо было темным, вроде как свинцового цвета. Создавалось ощущение некого затишья перед бурей. Сильный ветер дул прямо в лицо и, казалось, забирался прямо под кожу. Деревья колыхались в разные стороны, и девушка сразу же почувствовала холод на своём теле, а её кожа мгновенно покрылась мурашками. Вздрогнув от холода, брюнетка мотнула головой в сторону и начала разогреваться. Голова ещё немного кружилась и побаливала, но Гермиона не обращала на это внимания. Прошло два часа с того момента, как девушка начала тренировку. Ветер усилился в несколько раз, и температура, казалось, упала на пару градусов. Было холодно, несмотря на сильную физическую нагрузку. Горло у девушки начало сильно першить и, доделав последнее упражнение, она решила, что лучшим решением будет пойти обратно в комнату, выпить горячего чая, включить сериал и дождаться возвращения своего соседа. С этими мыслями Гермиона собрала свои вещи и пошла к дверям кампуса. Ступени были скользкими и слегка мокрыми. Аккуратно поднявшись по ним, девушка услышала шорох наверху. Подняв голову, она увидела, как шторы на окнах первого этажа колышутся. Скинув всё на сильные потоки ледяного ветра, она не придала этому никакого значения и продолжила свой путь. Едва дойдя до двери, она вновь услышала странные звуки сверху. Девушка долго смотрела вверх и прислушивалась, её интуиция подсказывала, что что-то тут нечисто, и будто по команде в её голове всплыли слова Джинни: — «Герми, ты очень умная, однако очень часто ты поступаешь необдуманно. Больше логики, подруга». Смеющееся лицо подруги картинкой встало перед глазами, и, улыбнувшись словам рыжей, Гермиона кивнула и дернула за ручку входной двери. Ледяной душ тут же окатил её с ног до головы. Дыхание резко перехватило, воздуха стало не хватать, ноги подкосились, и девушка упала на колени. Когда первый озноб прошел, брюнетка на негнущихся ногах поднялась и попыталась открыть дверь, но тщетно. Замок будто подперли чем-то… или нет? Приложив лоб к стеклу, и прикрыв руками свет, Гермиона заметила удаляющуюся фигуру Гойла и Блейза.

***

Было холодно. Девушка не чувствовала конечностей, голова раскалывалась, а лоб горел. Гермиона уже третий раз обходила весь университет, пытаясь попасть внутрь, но все двери были закрыты, а парадный вход подперли стулом. Попасть в кампус не было шансов. Блейз здорово придумал, хотя… трудно сказать, что это он. Маришка, вот кто способен на такое. Так удачно подобрать день, когда все уедут и в университете останется лишь она, охранник, да уборщицы. Идти не было сил. Девушка села на землю и подперла рукой голову. Озноб бил со всех сторон. Становилось то холодно, то жарко. Было ясно, что у неё началась лихорадка. Брюнетку била крупная дрожь, и она не помнила, сколько просидела в таком положении. Помнила лишь то, как увидела силуэт человека. Она попыталась встать, но тут же упала. Силуэт стремительно приближался к ней и, кажется, это был парень. Он бежал. Приятный парфюм ударил в её ноздри, сильные руки подхватили с земли. — Герман, что с тобой? Такой приятный голос. В тот момент, кажется, девушка начала бредить. Тело «спасителя» было горячим. Вроде, её спаситель — Малфой.