Дочери тёмного мира

      Пушистая лжелиса с рычанием атаковала капустный куст. Куст бодро отмахивался и пытался ударить ручного монстра нижними листьями.       — Пуфик, брысь!       Лжелиса не обратила внимания на команду — слишком увлеклась игрой. Мира вздохнула и подняла горсть земли, чтобы бросить в расшалившегося питомца. Но тут уже почти выкорчеванная, казалось бы, сдавшаяся капуста воспользовалась моментом и начала быстро закапываться обратно в грядку — только комья земли вокруг полетели. Девушка сразу забыла о лжелисе и, ухватившись за кочан, попыталась помешать непослушному овощу.       — Тянешь-потянешь, вытянуть не можешь, — радостно поддразнила соседку Морлука, перепрыгнув через плетень. Пару минут наблюдала за борьбой, а потом восхищённо присвистнула: — Ничего себе, какая она у тебя бодрая! Помочь?       — Гмм, пфе! — согласилась Мира, отплёвываясь от попавшей в рот грязи.       Даже вдвоём они с трудом справились со зловредным растением. Наконец его удалось вытащить и подвесить за толстый корень на ближайшее дерево.       — Спасибо.       — С тебя семена. — Охотница ещё раз с завистью посмотрела на всё ещё трепыхающийся капустный куст. — Всё-таки ты молодец! Такие овощи выводишь, что прямо ах.       — Будут семена, — вытирая фартуком землю с лица, пообещала Мира. — А ты-то тут какими судьбами? Я думала, ты с самого утра в лес убежала.       — Хотела. — Соседка дёрнула ухом, а потом принялась усиленно отряхивать грязь с шерсти. — Но на огород потянуло, вот и задержалась. Со своего-то урожай почти собрала, только немного предкам оставила. Всё-таки не прав отец — ему с мамой и такого мелкого садика хватает, а мне придётся свой заводить да побольше. Придётся переезжать. Надо место выбрать и хоть землянку выкопать, что ли. Чтобы перезимовать нормально. Или колдануть посильнее и шалаш сделать.       — А избу не хочешь?       — Я-то, вообще, большое хозяйство хочу. — Лука изогнулась и теперь чистила спину и хвост. — Сама видишь — для предков и их огорода в избытке, а я уже всё там переделала, а теперь к соседям бегаю. У всех работу отнимаю.       Некоторое время девушки молчали.       — Мира, а ты бы не хотела новую деревню основать? — неожиданно поинтересовалась охотница. — Ты, я, Волю можно попробовать сманить и старостой поставить...       — Фантазёрка! — рассмеялась Мира и ласково потрепала подругу по волосам. — Чудо чудное!       Та смущённо потупилась — действительно, сейчас не до основания. Да и потом не факт, что жизнь позволит. Пусть все они очень молоды, но прекрасно помнят о долге перед своим народом. Об обязанностях. Вот если бы эти самые обязанности ещё не успели навесить, если бы удалось стать свободными...       Мира ещё раз хмыкнула, сорвала пучок травы и помогла подруге привести себя в порядок. Всё равно жаль, если переедет. Но Морлука тоже не врёт: вместе с ростом способностей у неё сильно возросла тяга к земле. Да ещё и возраст переходный, а значит, будет быстрее расти сила и нужда.       Лесовичка прищурилась, вспоминая уроки наставницы и собственный опыт. До сих пор ни в одной из деревень ещё никого настолько сильного не появлялось... точнее, были, но все ещё в детстве переродились в монстров. А Лука уже почти взрослая, но прекрасно держит себя в руках. Что же до нужды, то это не настолько высокая цена за шикарные способности, а главное — за возможность остаться человеком.       — Ну всё, теперь я в лес. — Ещё раз встряхнувшись, охотница фыркнула на лжелису и убежала.       Мира немного посидела, поглаживая наконец угомонившегося и ластящегося Пуфика. И ревнуя. Вот почему кто-то и следопыт отменный, и воевать умеет, и магией владеет прекрасно, да ещё и монстры за своего принимают, а кто-то почти без магических способностей и в остальном так себе... только за счёт упорства и выкручивается?       — Зато я красивая, — успокоила сама себя девушка и встала. Но тут же застыла.       Мимо пролетело насекомое. Светлое, без искажений. Такое, которого здесь не должно было быть.       Мелкое создание сделало круг и село на руку Миры. Девушка не шевелилась и даже затаила дыхание, чтобы не спугнуть букашку. Муха. Настоящая, мелкая, тёмная, с треугольными крылышками. Кусачая.       Хоп. Необычный гость попался и, судя по паническому жужжанию в кулаке, вполне себе жив. Аккуратно перехватив насекомое, Мира снова им залюбовалась. А потом поспешила к плетню и негромко свистнула, подзывая знакомых детишек.       — Это муха. Настоящая, из-за границы.       Мальчишки и девочка долго рассматривали чудо светлого мира, не решаясь даже прикоснуться. Потом Рик неуверенно протянул руку:       — Можно?       — Бери. И другим покажите. — Мира вручила пареньку добычу.       Тот зажал её в кулаке и приложил руку к уху, прислушиваясь. По лицу Рика расплылась гордая улыбка. Ещё бы — ему доверили сохранение настоящей мухи!       Лесовичка тоже улыбнулась, провожая взглядом детей. Они спешили показать чудную букашку друзьям, прямо как когда-то сама Мира. Тогда она также восторженно смотрела на животных светлого мира. Мечтала, что вырастет и пересечёт границу. Но шли годы, а эти мечты так и остались невоплощенными. Как и многие другие.       Посмотрев на не по-осеннему жаркое солнце, Мира стёрла со лба пот и вернулась к своему небольшому огороду. Но дело застопорилось. Выкорчевав несколько капустных кустов, девушка оттащила урожай к избе и присела на крыльцо.       Муха не могла сама пересечь границу — пусть на тёмную сторону проникнуть легче, но животные сами сторонятся границы. Но легче — ещё не значит совсем просто. А уж такая мелочь точно бы не сумела преодолеть преграду. И уж точно не добралась бы до деревни живой. Разве что проехала на гостях.       Гости? Светлые маги. Знать. Или ещё кто-то из важных господ.       — А что же я сижу-то, как зомби покусанная?! — Мира всплеснула руками и поспешила за дом. Скинула рабочее платье и тут же обернулась, шутливо погрозив кулаком сунувшемуся на участок соседу.       — А я чего? — сразу начал оправдываться парень. — Я ничего. Там светлячки приехали.       — Знаю уже, — заверила лесовичка, склоняясь над бочкой.       Сосед хмыкнул, смерил девушку одобрительным взглядом и отправился по своим делам.       А та наскоро обмылась тёплой водой из бочки, размяла в руках пару сочных листов растущей у стены лианы змеехмеля и быстро провела ими по телу, чтобы приятно пахнуть. После чего побежала в избу.       Выкинув из сундука штаны и многократно залатанную рубашку, достала с самого его низа своё единственное нарядное платье. Оно когда-то принадлежало давно ушедшей в мир духов матери. Не новое, аккуратно перешитое там, где поработала некромоль, но лучшее из того, что есть.       Натянув платье, Мира снова выскочила к бочке, стараясь пригладить непослушные короткие кудри. Посмотрела в отражение и чуть подвела брови угольком. Лесовичка очень гордилась своей внешностью: среднего роста, полная, загорелая, с мягкими каштановыми волосами и большими серыми глазами. Недаром все парни в деревне заглядываются, да и из соседних не забывают... а что замуж никто не зовёт, так это из-за порченной крови Миры. Мамка от одичавшего понесла.       Но то свои парни, а то заезжие господа. Вдруг удастся им приглянуться? Может, безделушку какую-нибудь подарят. Или вообще, как в любовных историях, с собой заберут. Мира мечтательно зажмурилась. А потом встряхнула головой. Сказки это. Ни разу ещё не было, чтобы хоть кого-то из деревни в чистый мир приглашали. Даже древние старики ничего такого не помнят. К тому же, даже если бы забрали, то что дальше? Неужели светлые так запросто приняли бы проклятую? Нет, нечего дурью маяться и из трупаков паштет готовить!       — Ну хоть посмотрю на них, — утешила себя Мира, подхватила на руки увязавшегося Пуфика, забросила его обратно во двор и поспешила к дому старосты.       Там уже собрались почти все дети. Остановившись рядом с ними, девушка залюбовалась на ещё одно чудо. У привязи стояли шесть лошадей. Тоже настоящих, из светлого мира. Мира уже видела похожих, когда ездила с деревенскими торговать к заставе. Но все те животные были за магическим барьером, а эти стоят здесь, рядом... их можно даже потрогать. Лошади били копытами, косили глазами и отступали от пытавшихся прикоснуться к ним ребят. А один жеребец так и вовсе скалился, подняв шерсть дыбом.       — Рик, — привлекла внимание самого сообразительного мальчика Мира. — Принеси куры-травы и рожу.       — Зачем?       — Чтобы коников успокоить.       Поручение бросился выполнять не только Рик, но и многие другие. Всем хотелось поучаствовать в действе лесовички. Да ещё и с лошадьми.       Дожидаясь ребят, Мира подошла к самой спокойной кобыле и медленно потянулась к её морде. Серая шумно втянула воздух и чуть отодвинулась, пытаясь избежать прикосновения. Но девушка сразу же убрала руку. Надо подождать, пока принесут траву и лакомство. Вот тогда всем погладить удастся, если покойная наставница не перепутала.

***

      Илиан подошёл к распахнутому окну, украдкой выглянул наружу и чуть не поёжился. Проклятые твари уже окружили несчастных животных.       — Бедолаги, — искренне посочувствовал лошадям молодой маг, на мгновение представив себя на их месте.       — Лучше они, чем мы, — тихо осадил его Рогрен.       Бросив последний взгляд на страшную жирную ведьму со шрамом через всё лицо, тянувшую свои лапы к кобыле, Илиан отступил вбок и с опаской покосился на вошедшую «девушку». Тощая, с покрытой бородавками зеленоватой кожей, большими глазами, в которых то и дело вспыхивало жёлтое пламя, и крупным заострённым носом, она кокетливо поставила на стол поднос с двумя жуткими кушаньями. Из одного блюда густо торчали вверх желтоватые скрюченные куриные лапы с длинными когтями, а в другом лежали человеческие глаза в какой-то зелёной слизи.       — Угощайтесь, гости дорогие, — пригласила «девушка», шумно вздохнула, клацнула челюстью и, шагнув к Илиану, кокетливо выпятила грудь.       Маг чуть не шарахнулся — прямо как лошади на улице. Сдержаться помог выразительный кулак Рогрена, который тот показал из-за спины «красавицы». Впрочем, граф и сам, как и остальные из отряда, восторга от местного гостеприимства не выказывал. И лишь кронпринц как-то нервно сглотнул, а потом всё-таки сумел выдавить кривоватую улыбку.       — Папочка сказал, что скоро придёт. Вместе с дядюшкой, — пообещала молодая хозяйка. — Покушайте пока. Сейчас квасу принесу. Холодного, с погреба.       — Все за стол рассаживаемся и... — Рогрен запнулся, убедился, что девушка-монстр ушла, и ещё раз поглядел на угощение. — И ни в коем случае не обижаем хозяев.       — Только попробуй всё испортить, — угрожающе добавил принц.       Илиан вздохнул и опустился на лавку, стараясь даже не смотреть на экзотические кушанья. Впервые в жизни он вот так, напрямую, общался с проклятыми и теперь искренне сочувствовал магу пограничного гарнизона. Неудивительно, что старик не расставался с бутылкой. После такой встречи кошмары гарантированы.       Принц тоже занял место за столом. Спиной к стене, лицом к входной двери. Происходящее не радовало, но отступать они не имели права.       За последние несколько десятков лет магическая граница проклятых земель истончалась. А теперь и вовсе грозила рухнуть. Специалисты утверждали, что это случится не раньше следующего лета, но защита слабеет. Если тридцать лет назад через неё прорывались лишь отдельные создания тьмы, то в последние несколько месяцев на светлые земли пробирается слишком много нечисти. Настолько много, что даже усиленный гарнизон не справляется. Монстры уходят вглубь страны, нападают на людей и плодят из них себе подобных. Народ бежит с пограничных земель, а за ними идут тёмные твари и расползается проклятье. Поэтому дальше, в глубине страны, пришлось возводить новые заставы, чтобы не пропустить тех, кто уже заражён. Но они всё равно пробираются и, кроме превращения в монстров или ходячих мертвецов, приносят с собой страшные болезни, против которых бессильны даже маги, и лишь на проклятых землях можно найти лекарство.       Илиан незаметно сжал кулак. Похоже, тёмные твари нарочно издеваются и заставляют принца ждать. Любой нормальный староста уже давно бы прибежал и в ноги кланялся, а местные даже не чешутся! Сразу видно, что нелюди.       Наконец послышались шаги. В горницу одновременно вошли молодая хозяйка с обещанным квасом подозрительного кровавого оттенка и два монстроподобных мужика. Маг напрягся, осторожно прикоснулся к защитным амулетам: от проклятых можно ожидать чего угодно. В том числе и нападения.       Принц встал, приветствуя старосту и стража деревни. Илиан поспешно вскочил вслед за остальными, искренне удивляясь тому, как унижается Ардель.       — Приехали, — с превосходством сказал староста. — И что же вам надо, гости дорогие?       В голосе проклятого прозвучала откровенная издёвка.       — Между нами было слишком много непонимания и конфликтов. — Не реагируя на провокацию, принц слегка склонил голову. — Я прибыл, чтобы принести наши извинения. Мы сожалеем о прошлом и просим принять дар в знак честных намерений.       Староста хмыкнул, покосился на шкатулку, выставленную помощником на стол, но открывать не стал.       — От имени короля мы хотели бы заключить мир, — продолжил Ардель.       — Кхе, — надтреснуто рассмеялся страж и пихнул старосту в бок. — Как нежить-то загнала, так сразу прибежали.       Если бы не новый жест командира, Илиан бы не сдержался. Впрочем, не только он. Даже принц чуть дрогнул и с большим трудом сохранил на лице улыбку. Но теперь она казалась вымученной: Ардель так сжал зубы, что те чуть не раскрошились.       Переговоры предстояли сложные. И вдвойне хуже, что успех необходим, а убеждать надо проклятых — эту жуткую пародию на людей.

***

      — Что там? — уступив лошадей ребятне, поинтересовалась Мира у наконец-то освободившийся подруги.       — Они такие... такие... Высокие, стройные, тренированные и глаза чистые-чистые, совсем без примеси проклятья. Настоящие светлые. — Воля мечтательно прищурилась. — И пахнут здорово. Страхом, гневом, вином и потом.       Лесовичка вздохнула и вытянула шею, безуспешно пытаясь разглядеть хоть кого-то через тёмное окно.       — Идём, дорогуша. — Дочь и помощница старосты схватила её за руку и потянула в кусты. — Посекретничать надо.       Только когда девушки скрылись за хищными листьями душегубки, Воля остановилась.       — Ты уже взрослая, — серьёзно сказала она. — Пора мужа заводить.       — Пора-то пора, но сама знаешь, мне не всякий сгодится, — ответила лесовичка, недоумевая, почему вдруг подруга подняла больную тему. Щелчком отогнала особо любопытный цветок и уточнила: — Точнее, почти никто не подойдёт.       — Вот именно! Мы это понимаем и как раз о тебе думаем. Там принц на переговоры приехал. Чем не муж?       Охнув от неожиданности, Мира села прямо на землю.       — Ты что, с ума сошла? С чего это принц кого-то из проклятых в жены возьмёт?       — А у него не будет выбора, дорогая моя, — цинично заявила Воля. — Им нужна наша помощь и мирный договор. Они всё равно уступят, раз приехали — это только вопрос времени.       Лесовичка кивнула. Страж ещё полдюжины десятков лет назад говорил: граница слабеет. Да и сама она это видела: год от года магический барьер становился всё тоньше.       — Мы без них выживем, пусть и плохо, — зло продолжила Воля. — А они — нет. Так что мы им нужны больше, чем они нам. Если отец сможет настоять, то будет несколько свадеб. В худшем случае, хотя бы ты пару получишь.       — Какого трупа они приехали? — В кусты залезла неизвестно когда успевшая вернуться охотница. — И почему начальство перед ними радостно кровь разливает вместо того, чтобы взять и, как нашкодивших волколаков, вон выбросить? Убирались бы обратно за свою грань!       — Лука, тихо, успокойся, — попыталась остановить разошедшуюся девушку Воля. — Может, и тебе жених перепадёт, ты третья в очереди.       — Да меня это жених меньше радует, чем сгнивший в погребе трупак! — заявила та, раздражённо отмахнувшись. — Ненавижу этих зажравшихся светлых гадов.       — Ты неправа. — Дочь старосты резко посуровела. — Нам тоже нужна их поддержка. Только вместе мы сможем укрепить барьер. Если вообще сможем.       — Знаю, — уже спокойней согласилась охотница, тяжело вздохнула и тоже плюхнулась на опавшую листву. — Знаю, что они нужны, что их надо терпеть. Но наши предки стольким пожертвовали, а в награду за это их в проклятые записали!       — Мы и есть проклятые, — тихо поправила Мира. Привстала и выглянула из кустов.       — Как бы то ни было... Дорогуши, вы ведь помните, что именно нас готовили для мирного союза. А женихи — это награда. Мы должны выполнить наш долг. Ради будущего.       Лука поморщилась от неприкрытого пафоса подруги.       — Тогда давайте лучше, чем этих молодых и тупых, как мертвяки, красавчиков-женихов обсуждать, к делам перейдём. Если светлячки приехали, значит, времени уже совсем мало.       Девушки встретились взглядами, но на сей раз в их глазах отражалась не молодость, а большой жизненный опыт.

***

      Ардель со всей силы стукнул кулаком по невинному дереву. Зашипел сквозь зубы и потёр саднящие костяшки пальцев другой рукой. Вражду удалось прекратить. Даже о сотрудничестве договорились... но какой ценой!       Не стоило пытаться торговаться. Нелюдь не понимает человеческих обычаев, и вместо того, чтобы тоже идти навстречу, он только повышал цену. Теперь у них будет уже не преступное, а официальное освобождение от налогов плюс прощение всех старых долгов. Свободный пропуск послов и торговцев проклятых через границу. А будто мало всего этого, ещё и официальный способ заключения союза по древнему обычаю — через брак с магическим подтверждением.       — Они всё-таки согласились на двустороннюю клятву. — О ствол облокотился тоже не радующийся ситуации граф. — Хоть какая-то защита.       — Как Илиан? — глухо спросил принц. Маг был талантлив, но слишком уж невоздержан. Вот и теперь, поняв, в чём его долг, ушёл переживать.       — Успокоится и выполнит свою задачу. Никуда не денется. — Рогрен хмыкнул. — Я, конечно, рад, что зелёная кикимора не мне достанется... но свою невесту уже побаиваюсь. Даже знакомиться с ней опасаюсь.       Принц нервно передёрнул плечами и почти прошептал:       — Ещё эта клятва... Как вернёмся, я официально подпишу бумаги. Отрекусь. Чтобы проклятые не смогли приблизиться к престолу.       — Разумно. — Граф отхлебнул из фляги и протянул её собеседнику. — Они уже всё готовят. Значит, скоро...       — Да. Скоро. — Ардель взболтал жидкость и залпом сделал несколько глотков. От такого количества настойки не опьянеть, а свадьбу ещё надо пережить. — Проследи, чтобы Илиан не покидал деревню. В таком состоянии он может наделать глупостей. Или злонамеренно попасться монстрам и погибнуть.       — Уже приказал проследить. — Рогрен кивнул. Помолчал и добавил: — Хотя я уже не уверен, что смерть от нежити более страшная судьба, чем та, которая ждёт нас.