So serious... just for fun!

Пятница. Патрик выключил будильник и, улыбаясь, потянулся на постели. О, да. Осталось пережить рабочий день и... Что именно «и» он не знал, но этот вечер обещал быть лучшим за долгое-долгое время. Просто чудесным. Пат специально подобрал заведение, где им точно не помешают и которое не кичится, не бросает посетителям в лицо свою звездность сразу при входе – он подумал, Сэмми бы лишь оттолкнуло. Сэм определенно не из тех, кого можно привлечь модными ресторанами и брендовыми шмотками. Такой классный! Патрик резкими движениями рук взъерошил волосы, поднялся и встряхнулся – настроение было отличное. Боевое. Он придумает что-нибудь, и Сэм обязательно согласится на новую встречу. На новое свидание. Даже если не сразу – Сэм его личный тренер, они будут видеться в зале, и Патрик добьется своего. Он знал, что Сэм не станет его избегать: не девочка же – внизу живота отдалось возбуждением, – точно, стопроцентно не девочка. И во что только Патрик лезет?.. Он посмотрел на свой и так стоящий с утра член. Фыркнул: этому-то всё нипочем. Конечно, не ему отдуваться! Мысль рассмешила. Секс с мужчиной. Странно, но сама абстрактная идея не вызывала у Патрика восторга. Пожалуй, поэтому он и не пробовал, хотя возможностей куча. Например, можно было бы не особо напрягаясь подобрать кого-то внешне похожего на Сэмми с видео: юного блондинистого мальчика с челкой на половину лица. Пошло оно! По опыту Патрика, секс – довольно разочаровывающая штука: сначала приятно, а как закончишь, чувствуешь отвращение, в лучшем случае – безразличие к своей партнерше. Сбросишь напряжение и хочется остаться одному; чтобы встали и молча ушли, никаких объятий и – он сморщил нос – слюнявых поцелуев. С рукой в этом плане проще, а с мужчиной... с мужчиной сиюминутное удовольствие тем более не отбивается – да на одну подготовку больше времени уйдет. Ты чертов эгоист. Что ж, да. И в то же время – нет: когда речь шла не об одноразовой шлюшке, Патрик держал желания при себе и делал всё, чтобы не только он получил своё. Лицемер. Лицемер – да, но не эгоист. Он завел руки за голову, выгибаясь, и, покосившись в зеркало, растянул губы в белозубой улыбке. Всё это не относилось к Сэму. Сэм, Сэмюэль, Сэмми. Патрик прикрыл глаза, смакуя ощущения: это тепло в груди, щемящее и... нежное, что ли? Он наклонил голову набок, прислушиваясь к себе. Предвкушение. Сладкое предвкушение и перчинка страха. И пузырьки шампанского в животе. Веселые такие, легкие, словно он обкурился отличной травкой. О-о-о, уже забытое чувство. Пат улыбнулся, сцепив пальцы сзади в замок, снова потягиваясь. И открыл глаза. Боже. Кажется, он никогда не видел у себя такой искренней улыбки. *** Маргарет, его секретарша, была той ещё простушкой: весьма симпатичная, но совсем не модельного типа; из глуши, где и окончила колледж; не носящая вызывающих нарядов и туфель на огромной шпильке. К тому же старше Патрика лет на пять. Но она полностью устраивала его как работник. Девушке повезло. Действительно повезло попасть на собеседование тогда, когда ему срочно понадобился ассистент, а остальные претендентки хоть и выглядели как со страниц плейбоя, но ума там не читалось ни на лицах, ни в документах. Маргарет тоже понимала своё везение и беспрекословно выполняла любые его задания, без напоминаний согласовывала все встречи и в целом нареканий не вызывала. И очень удивила его сегодня своим внешним видом: воспаленными заплаканными глазами, подразмазанным макияжем и небрежностью в одежде. Хочешь не хочешь – заметишь. – Что случилось, Марго? – Ох, мистер Пирс, простите! – она смогла выжать из себя жалкую улыбку. – Я сейчас же приведу себя в порядок. – Это не то, о чем я спросил, – Патрик нахмурился. – Плохие новости от семьи, – девушка опустила взгляд и судорожно втянула носом воздух. – Я... должна быть там, но... Её плечи вздрогнули, но рыдания она сдержала, только ещё ниже опустила голову. Патрик подошел, поставил свой дипломат на пол и положил руку на её плечо. Подбадривающе сжал, потом погладил второй рукой по спине между лопаток, не зная, не умея успокаивать женщин. Маргарет только шумно дышала. – Так, давай ты быстренько разберешься с сегодняшними звонками – всё, что позже трех, перенеси на другие дни, – напишешь заявление на отпуск и возьмешь себе билеты до дома, – сказал он тихо. – Сегодня же будешь с ними. Его секретарша подняла лицо – слезы всё-таки прочертили дорожки по щекам, – и посмотрела с такой благодарностью, что он поджал губы. – Спасибо тебе, Патрик, – она улыбнулась, – но как же ты тут?.. – Недельку и один справлюсь. – О, Патрик, ты такой замечательный! – Марго вытерла слезы влажными салфетками – какой уж тут макияж? – и покачала головой: – Но у тебя в понедельник ранняя встреча, ты так их не любишь и вряд ли вспомнишь. Давай я возьму с собой твой ежедневник и телефоны, постараюсь вести все дела оттуда. Ты только сообщай мне о своих планах и... Он, улыбаясь и продолжая её поглаживать, слушал, как Маргарет взваливает на себя рабочие обязанности даже в такой непростой для себя период. Который раз осознавая, что его секретарша по уши влюблена в него. И это хорошо: так она работала усерднее. *** Он решил уйти с работы пораньше: не было и пяти. Марго взяла себе билеты на ночной рейс и всё ещё бегала, улаживая свои – и его – дела. Её стол пустовал. Патрик хмыкнул: к этому стоило привыкать. Дома он принял душ и наложил на лицо увлажняюще-освежающую маску для ухода за кожей от японского бренда Menard. Патриция насоветовала, конечно, и обычно он редко пользовался такого рода косметикой, да и косметикой вообще – было откровенно лениво, хотя иногда приходилось замазывать простудные прыщи, – но времени до ужина оставалось много, а выглядеть хотелось как никогда хорошо. Что там, десять-пятнадцать минут? Пат засек время на телефоне и прилег в зале на угловой кожаный диван белого цвета – настоящего монстра, на котором, если разобрать, могло бы разместиться человек пять. Лежа и не мешая друг другу. Патрику нравился этот диван: очень удобный, он позволял устроиться перед домашним кинотеатром или прилечь сбоку, где открывался прекрасный обзор на вид за окном. Посмотреть было на что, особенно ночью: Нью-Йорк красовался огнями никогда не спящей жизни. В его гостиной окна широкие и низкие почти до пола, а сама квартира находилась достаточно высоко, чтобы не переживать о приватности. Она была подарком на шестнадцатилетние. Квартира... нет, Дом. Видать, отец был доволен его школьными успехами, пусть ничего и не говорил. Или напоминал о том давнишнем разговоре про жизнь на улице. На подсознательном уровне подействовало: Патрик окончательно завязал. Взялся за ум – он фыркнул, – и в Стэнфорде стал не только одним из лучших учеников, но и занялся общественной деятельностью. Настоящий пример для всех: дебаты, благотворительные концерты, спорт – он был везде. Конечно, Братство. Конечно, вечеринки, но и на них вел себя соответствующе своему статусу и образу. И пусть его считали высокомерным ублюдком, но кем-кем, а ублюдком он не был. Он Патрик, мать его, Пирс. Телефон предупредил, что прошло пятнадцать минут. Пат снял подсохшую маску, скомкал в руке и усмехнулся. *** «Опоздаю минут на 15», – написал Сэм, когда до восьми оставалось всего пять. Что ж, он хотя бы предупредил. Патрик тряхнул головой и приказал себе не нервничать; отпил воды из принесенной официанткой бутылки. Perrier, конечно. Без газа. Он попробовал подцепить этикетку ногтем – просто так, чтобы немного отвлечься, – прилеплена та была хорошо. Пат поправил воротник легкого шерстяного свитера от Paul Stuart серого цвета с широкой синей полосой на груди. Итальянское качество и стопроцентная шерсть Merino, мягкая и шелковистая на ощупь. А ещё этот свитер подчеркивал цвет его глаз, и Патрик надеялся, Сэм обратит внимание. Он цеплялся за привычное: бренды, одежду, детали. В окружении Патрика каждая мелочь имела значение. Так повелось, и он даже не мог сказать, когда, в какой момент взросления ему самому стало не всё равно. Боже! О чем он вообще будет говорить с Сэмом? Не об индексе Доу-Джонса же! Или том, можно ли носить вязаный жилет с костюмом. Какая чушь! Патрик глотнул ещё воды, задерживая её во рту – от волнения его немного мутило, – и посмотрел в затемненное окно. «Armainy». Он выбрал именно это место, потому что здесь между столиков были высокие перегородки. Иллюзия приватности. Не отдельные кабинки, в которых обычно обсуждают бизнес, но в этом и плюс: место идеально подходило для романтических встреч. То, что надо. Скорей бы Сэм приехал. Вздохнув, Патрик отогнал назойливую мысль о том, что алкоголь помог бы ему расслабиться, и откинулся на спинку диванчика. Закрыл глаза, продолжая терзать этикетку стеклянной бутылки, и стал ждать. Вскоре на столике завибрировал его телефон. Звонил Сэм, и Пат сразу ответил: – Да? – Я подъехал. – Его голос, и губы Патрика снова растянулись в неконтролируемой улыбке. – Как мне тебя найти? – О, просто зайди, – Пат вскочил с места и нетерпеливо пошел в сторону входа, – и увидишь. Дверь открылась, и это был он. Сэм. Одной рукой продолжал держать телефон у уха, а в другой – закрытый черный шлем. На ногах кожаные широкие штаны с укреплением на коленях, сверху – косуха. Просто вау! Сэм махнул ему шлемом и усмехнулся, сбрасывая вызов и не глядя убирая телефон в набедренную сумку. Он быстро пошел навстречу замершему Патрику, не отводя взгляд. Они так и смотрели друг на друга, пока Пат не почувствовал, что его щеки снова начинают гореть. Боже! – Привет, – сказал Сэм первым. – Привет, – эхом отозвался Патрик, слыша, как похрипывает собственный голос. Ладно хоть не дал петуха, вот было бы настоящее позорище. Он прочистил горло и пригласил Сэма за столик. Сразу подошла официантка, протягивая меню – вышколенный профессионализм. Патрик не обратил на неё внимания, любуясь Сэмом, а вот Сэм разулыбался и подмигнул ей, когда она чуть не уронила винную карту. Тц. Патрик глянул на смутившуюся девушку и почувствовал острое раздражение. Ревность. Не пялься на его ямочки, это мой мужчина. Ну, будет его. И для этого нужно перестать тупить. Пат поджал губы и всё же заказал себе J&B со льдом. Официантка ушла выполнять. – Это вода? – спросил Сэм, отложив шлем на сиденье ближе к окну и взъерошивая примятые волосы. – Можно мне?.. – Конечно, – Пат протянул бутылку. Сэм удивленно вскинул брови, заметив потрепанную со всех сторон этикетку, усмехнулся и, запрокинув голову, стал жадно пить. Будто специально: в таком положении отчетливо проступал кадык. Патрик смотрел, как тот двигается с каждым глотком, и не мог не вспоминать видео. Боже, помоги! А тем временем, Сэм допил всю бутылку и стер большим пальцем покатившуюся по подбородку каплю воды. Пат проследил за этим движением, отметив легкую светлую щетину. Может, Сэм не побрился с утра – хотя в среду был чисто выбрит, – а может, отросла уже к вечеру. Так и хотелось потрогать. Он вздохнул, опустив взгляд – это было бы слишком. – Знаешь, в моей юности говорили, что те, кто обрывают этикетки с бутылок, сексуально не удовлетворены, – Сэм покарябал дырку в середине, прямо на букве «i». – Если принимать это за правду, в тебе много неудовлетворенности. Патрик рассеянно смотрел на его руки. Дело ведь не только в сексе. – Правда? Впервые о таком слышу. – О, не сомневаюсь, – протянул Сэм немного насмешливо. – Такая глупость, просто повод для подъебок у уличных пацанов. Пат снова поднял взгляд на его лицо, на мягкую полуулыбку и родинку на щеке. Сэм смотрел мимо бутылки, словно был не здесь: погрузился в вспоминания или глубоко задумался. Патрик спросил: – Ты имеешь в виду: откуда тебе вообще знать такое, богатенький мальчик? – Что-то вроде. – Ауч. Знаешь, у нас хватало своих поводов для насмешек. Например: «– У твоей мамочки силиконовая грудь!»; «– А у твоего папочки силиконовые яйца!» Сэм рассмеялся шутке, и Пат не смог не улыбнуться в ответ. Подошла официантка, ставя перед ним виски, и унесла с собой пустую бутылку из-под воды. Сэм больше не пялился на неё – это воодушевило. – Кстати, раз уж мы... – Патрик достал бумажник и протянул Сэму свою визитку. Он приподнял брови, но взял. Прочитал вслух: – Патрик Пирс. Из «Пирс&Пирс», – и вернул карту обратно. – Значит, работаешь в том безумно пафосном здании с двойной надписью? – Точно, – Пат улыбнулся, поднимая руки, отказываясь забирать: – Возьми, это тебе. – Мне не нужно, – Сэм покачал головой, и Пат, посмотрев на его руку с зажатой визиткой, обратил внимание на белый кругляшок шрама между большим и указательным пальцем, будто прижгли сигаретой. – Уж поверь, я никогда не стану одним из тех, кому может понадобиться твоя профессиональная помощь. Черт, наверно, с его стороны это и правда выглядело некрасиво. Как насмешка или бравада. Но забрать обратно казалось ещё унизительнее, и Пат неуверенно попросил: – Пожалуйста?.. Не привык он к такому. К просьбам. К чувствам. К тому, что его визитку посчитают бесполезной. Это же связи. И Патрик – пусть благодаря происхождению – был крайне полезным контактом в этом городе. А Сэм просто... Сэм вздохнул, убирая визитку в набедренную сумку. Потом откинулся на спинку дивана рассматривая Патрика долгим задумчивым взглядом. – Как ты вообще нашел порно со мной? – спросил он вдруг, и это стало для Патрика неожиданностью. Казалось бы, почему? Но Пат не думал, что Сэм спросит так прямо. Он растерянно проморгался, соображая, как и что лучше рассказать для начала. – Это глупая история. – О, охотно верю, – Сэм даже кивнул, – но всё же? – Что ж, ладно. Я поучаствовал в... дискуссии на одном анонимном дискуссионном сайте. – Сэм хохотнул, видимо, оценив его тактичность, и Патрик, улыбнувшись, продолжил: – Спор шел о порнографии, и я был на стороне тех, кто против. Знаешь, вся эта наигранность, охи-вздохи и чуть ли не часовые физические упражнения. Ничего общего с реальностью. Чему это может научить детей и прочее... – Конечно. Всех же заботит влияние порно на детей, – Сэм произнес это как-то особенно насмешливо. – Да! А то как вырастет новый Тед Банди. Он ведь тоже винил порнографию! Сэм снова рассмеялся, но не искренне, и повернул голову в сторону окна. Такой красивый четкий профиль. Патрик любовался, покачивая стаканом с J&B – лед постукивал по стеклу, – но в груди щемило: Сэм выглядел грустно-задумчивым. Хотел бы Пат знать, о чем он размышлял. – У меня тогда выдался сложный день и нужно было... отвлечься. В общем, спор зашел о чувствах, и моя оппонентка, как пример, кинула твое видео. Гей-порно, представляешь? Я думал, сейчас гляну мельком и разнесу её в пух и прах, ведь только романтичные дуры могут найти чувства между парнями в порно. Вот и... посмотрел. Сэм покачал головой и потер ожег на руке. Тихо, еле слышно сказал: – Вот и слава пришла. И больше ничего. Так и сидел, наклонив голову. – Сэмми? Он поморщился. Потом словно взял себя в руки: поджал губы и вскинул на Патрика чуть хмурый серьезный взгляд. – Ты был прав. Это игра, просто способ заработать, к тому же довольно грязный. Не нужно смотреть на меня... вот так! – Сэм неопределенно махнул рукой и положил её на стол. – Пойми: ты влюбился в того мальчика на экране, но он – не я. Его давно не существует, а меня ты не знаешь. – Но я хочу узнать! – Патрик порывисто накрыл его ладонь. Сэм не спешил её отдергивать, и Пат взял его руку в свои, чувствуя исходящее от неё тепло. Продолжил: – Я хочу узнать всё о тебе. Что ты любишь и как проводишь свободное время. Где сломал нос и откуда у тебя этот шрам на руке. Я правда хотел бы, чтобы ты стал частью моей жизни. И я – твоей. Сэм долго смотрел на него. Потом пошевелил рукой, но Патрик только крепче сжал её, не отпуская. – Так эгоистично, – Сэм дернул ртом в секундной усмешке, – золотой мальчик. И погладил руку Патрика большим пальцем.