Гореть

Ричард замер перед входом в участок. Он уже минуту никак не решался толкнуть входную дверь. Там — неизвестность. Там — чужие выжидающие взгляды. Там — Гэвин Рид. RK900 и дальше бы продолжил стоять перед входом, если бы в этот момент из участка не вышел человек. От нечего делать Ричард попросту провёл идентификацию. Все его программы работали исправно и быстро, но это не приносило уверенности. RK900 перехватил дверь, которая не успела закрыться после мистера Делинса (зачем вообще нужно было узнавать его имя?) и прошёл внутрь. Ноги будто были деревянными. Ричард ощутил себя старцем, у которого при каждом шаге колени могли запросто соперничать с симфоническим оркестром по разнообразию издаваемых звуков. Он хотел развернуться и убежать, лишь бы не быть эпицентром всеобщего внимания. Гэвин ведь уже успел рассказать всем о своём подвиге? Или он придумал слезливую историю о том, как ранили его коллегу? Ричард прикоснулся к груди, словно его тириумный насос мог забиться быстрее, но такая привилегия принадлежала лишь людям и полноценным девиантам. Не ему. Рабочее место совсем не изменилось. Здесь в ряд стояли столы с терминалами, у себя в кабинете сидел Джеффри Фаулер, разговаривая с кем-то по телефону, а в воздухе витал ощутимый запах кофе. Ричард замер посреди прохода, не в силах сесть за стол. Он ощутил на себе взгляд Гэвина Рида и не сумел посмотреть ему в глаза. Что ему сказать? Как поступить? Чего теперь ожидать? RK900 закрыл рукой свой мигающий жёлтым диод, будто бы приказывал ему прекратить, и уткнулся взглядом в пол. Словно из-под воды он услышал чей-то вскрик: — Ричард. В следующую секунду тёплые руки Коннора заключили его в объятия. RK900 прикрыл глаза и невольно положил свой подбородок на чужое плечо. Он поймал чуть насмешливый взгляд Хэнка и получил от него лёгкий кивок. Лейтенант умел объяснять без слов. Ричард бы назвал свои руки слишком тяжёлыми. Он с трудом поднял их, осторожно, словно боясь, чтобы сомкнуть пальцы на пояснице Коннора в замочек. — Я думал, что мистер Камски не сумел тебя починить, — шепнул Коннор. Ричард ощутил, как его теснее прижали к себе. Одновременно стало и радостно, и грустно. RK800 счастливо жил с Хэнком. Между ними существовала очень крепкая связь, дружба, которую невозможно было разрушить. Они были семьёй. Ричард успел хорошо прочувствовать ту особую симпатию между напарниками и очень хотел обладать тем же благом. К сожалению, у него был лишь Гэвин Рид. Конечно, Ричард мог попросить Фаулера о замене, но тогда бы Гэвин едва ли не лопнул от гордости. RK900 не собирался уступать. Теперь, обнимая Коннора, он хотя бы понял, что больше не один. Коннор не хотел отпускать Ричарда. Наконец-то он переборол необоснованную неприязнь, перестал бояться, что его заменят и осознал, что RK900 — совсем не угроза. — Мистер Камски решил меня усовершенствовать. Именно это и заняло много времени. — Усовершенствовать? — в голосе RK800 промелькнула тревога. Он всё-таки отстранился от Ричарда, чтобы посмотреть ему в глаза. — Что он сделал? — Ничего плохого. Теперь мне не страшны повреждения тириумного насоса. Обычная пуля его не пробьёт. — Мистер Камски больше...ничего не делал? — чуть помолчав, спросил Коннор. Ричард не отвёл взгляда. Напротив, он смотрел в глаза RK800, не моргая. — Он предложил полностью упразднить все мои эмоции, чтобы я работал, как полноценный современный андроид-детектив. — Повисла долгая, крайне напряжённая, пауза. — Я отказался. Коннор с облегчением выдохнул. В этот день Ричард увидел самую красивую улыбку, которую посвятили именно ему.

***

Ричард никак не мог забыть эту улыбку. Такая яркая, такая тёплая, такая его. Хотя бы в тот миг, никто не посмел урвать у RK900 те крупицы внимания, которые он выборол своей голубой кровью. Посреди комнаты, просторной, но такой пустой, Ричард почувствовал себя одиноким. Он жил в «Иерихоне», среди своих собратьев, но чувствовал, будто бы обосновался в лесной чаще. Никто не приходил к нему в комнату, никто не хотел принимать его в свою компанию, никто, кроме Коннора, который наверняка проводил прекрасный вечер в компании Хэнка. Возможно, он даже улыбался ему. Внутри Ричарда вспыхнуло раздражение. Он понимал, что вёл себя глупо. В конце концов, они с Коннором даже не стали полноценными друзьями, но мысль о том, что RK800 дарил такие великолепные улыбки другим людям, порождала в системе Ричарда жуткие сбои. Он хотел обрести того, кто будет улыбаться лишь ему. RK900 сел на диван, закрыв глаза. Он хотел пережить сегодняшние эмоции, пропитаться ими, навсегда запечатлеть в своей памяти. Лицо Коннора медленно растворялось. Ричард сам не понял, как применил совсем другую модель, заставив её улыбаться точно так же. Это был Нейтан Кид. Ричард ощутил себя последним подлецом. Тот бариста не был безликим силуэтом, чтобы так нагло использовать его внешность, но RK900 не мог остановиться. Если он откроет глаза, то вновь окажется один в большой пустой комнате. Страх был сильнее стыда. Страх — первобытный, густой, обволакивающий, просочился сквозь вычислительные механизмы, сковав тело. От него было лишь одно спасение — бегство в подсознание, где прекрасной, доброй улыбкой ему, Ричарду, улыбался Нейтан Кид. Когда Ричард открыл глаза, было уже утро. Он впервые не уследил за ходом времени, полностью погрузившись в свои сладкие грёзы. Ему нужно было идти на работу, где его вновь будут окружать люди с осуждающими и полными подозрения взглядами. RK900 собирался чисто механически. Он поставил себя на автопилот, как обычная машина, а сам держался всеми силами за приятный образ, созданный собственной системой. Сколько обычное существо может прожить в изоляции от других? Сколько выдержит тот, кто разрывается на куски от противоречий? «И всё исчезнет». — Исчезнет, — глухо повторил Ричард. Сейчас он уже не был так уверен в целесообразности своего отказа от очень заманчивой перспективы. С одной стороны, без эмоций он никогда не сумел бы ощутить то невероятное тепло от чужого признания, но, с другой — без эмоций ему не нужно было переживать за чужое мнение. Машине не нужны друзья, любимые и близкие. Машине нужны лишь задания. Что же из этого было правильным? Внутренняя нестабильность мешала RK900 на полную использовать свой потенциал. Он был вершиной творения «Киберлайф» и лично Элайджи Камски, а чувствовал себя беспомощным котёнком, которого оставили в коробке под проливным дождём. Коннор был гораздо продуктивнее. Он жил в гармонии. А что же Ричард? Фантазировал наедине с собой, боясь выйти из комнаты. Такое поведение было жалким. RK900 прошёл мимо приёмной, миновал ряд столов отдела и занял своё место. Сегодня он надеялся на свободный и спокойный день. Кажется, Коннор махнул ему рукой. Ричард не был уверен. Он бездумно уставился в одну точку, не в силах вынырнуть из мыслей в реальность. «И всё исчезнет». «Действительно ли исчезнет? Или Вы вновь не успеете, мистер Камски?» — в пустоту спросил Ричард. — Да блядь! Приди в себя, тупой ты андроид! Диод RK900 окрасился голубым. Он несколько раз моргнул, ощутив слабое прикосновение чего-то шероховатого ко лбу. Скосив взгляд вниз, Ричард увидел перед собой скомканный листочек бумаги. В кресле напротив сидел Гэвин Рид. Ричард скользнул взглядом по его рабочему месту. Рядом стоял стаканчик из-под кофе. Обычный атрибут на столе детектива. — Я тебя уже пятый раз зову! В каких кибер-облаках ты там летаешь? «Он взял чистый лист бумаги. Скомкал его. Почему не стаканчик?», — Ричард уставился на Гэвина таким нечитаемым взглядом, что детектива невольно пробрала дрожь. Коннор, да и тот с кулаками полез, а что будет с Ричардом после пребывания у Камски? «Он не запустил в меня стаканчик. Интересно, это что-то значит?» — Странно, — подытожил RK900, окончательно сбив Гэвина с толку. После случившегося Рид вообще не знал, как взаимодействовать с андроидом. Гэвин искреннее надеялся, что тот не выживет, но фортуна решила над ним посмеяться, в последний момент убрав из-под носа свой хвост. — На тебе отчёты за прошедшее время, стажёр. Разберись с терминалом. Вы, как родственники, явно должны поладить. Ты меня понял? Ричард молча кивнул, с трудом подавив тихий вздох. В следующую секунду Гэвин Рид протянул руку к стаканчику и за один глоток расправился с остатками кофе. «Он просто не допил», — подумал Ричард, постаравшись сосредоточиться на работе, но в его голове по-прежнему звучал вкрадчивый шёпот Элайджи Камски: «И всё исчезнет».