Гореть

Гэвин чувствовал напряжение, впивающееся в его шею своими мерзкими липкими пальцами. Он сидел за барной стойкой, положив голову на согнутую в локте руку, и бездумным взглядом наблюдал за размеренными движениями андроида, который старательно протирал бокалы. Ричард неторопливо потягивал шоколадный коктейль, а его диод периодически мелькал жёлтым. Когда они с Гэвином пришли в «Киберпати», RK900 представлял себе совершенно другой вечер, который им предстояло здесь провести. Он думал, что Рид расскажет о работе, поделится опытом или будет отпускать колкие шуточки, однако детектив словно в рот воды набрал. Он сидел совсем рядом, на расстоянии вытянутой руки, но Ричарду казалось, что их с напарником разделяли километры. Гэвин чувствовал себя львом-одиночкой, который случайно забрёл на территорию более сильного самца и уже издалека слышал его предупреждающий рёв. Что он забыл в баре для андроидов? Рид нервно потёр шею и осмотрелся. Он заметил среди посетителей немногочисленных людей, однако легче ему не стало. Общий градус неловкости необратимо повышался от пристального взгляда бармена. Он смотрел на Гэвина так, будто хотел вскрыть его и посмотреть, что внутри. Впрочем, не без усмешки подумал Рид, если бармен действительно захотел бы приступить к задуманному, ему для этого надо было, как минимум, перестать зависать перед каждым действием. И как его вообще сюда взяли на работу? Минуты проходили в гнетущей тишине, а Гэвин с каждой прожитой секундой хотел подняться и постыдно убежать. Вероятно, он бы так и сделал, если бы тот самый бармен неожиданно не подал голос, обращаясь к Ричарду: — Ты сегодня скованнее обычного, Ричард. Что-то случилось? — взгляд зелёных глаз андроида красноречиво метнулся в сторону Гэвина. — Не познакомишь меня со своим другом? Гэвин, как ему казалось, оглушительно громко скрипнул зубами. С каких это пор его записали в друзья к пластиковым ведроидам? Лояльность к одному лишь Ричарду вообще ничего не значила! Или значила? — Нет-нет, Карл, всё хорошо, просто у меня был тяжёлый день, — Ричард расправил плечи, чтобы не казаться слишком уж разочарованным. Он несколько секунд помолчал, обдумывая, как лучше представить Гэвина, да и стоило ли вообще его знакомить с Карлом, но, в конце концов, решив, что вреда не будет, ответил: — Это Гэвин Рид, мой коллега и, с недавних пор, напарник. Мы решили отметить сотрудничество, но…как-то не задалось. — По-моему, отлично сидим, — пробурчал в ответ Гэвин, даже не удостоив Карла взглядом. «Киберпати», помимо специальных коктейлей для андроидов, имело второе меню, для людей. Гэвин вяло ковырял ложкой кусочек своего торта и никак не мог отделаться от ощущения, будто бы все присутствующие андроиды сверлили его спину любопытными взглядами. —Мистер Рид, если вам неуютно, мы могли бы сменить место, — тихо отозвался Ричард, глядя на сгорбленную фигуру Гэвина. —Всё нормально, — себе под нос фыркнул Рид и отложил ложку. Ему кусок в горло не лез. Почему на работе наличие жестянок его не смущало, а здесь, за барной стойкой, он чувствовал себя подопытным под пристальным взглядом микроскопа? Неужели дело было в баре? Гэвин качнул головой, отгоняя прочь абсурдный вариант. Он понимал, что всему виной его разыгравшееся воображение, но почему оно решило испортить ему жизнь именно сейчас? — Я отойду ненадолго. Освежусь, — голос Ричарда, как и прежде, был ровным, однако Гэвин явно уловил за этой фразой обречённость. Да, он точно испортил вечер, который сам организовал. Гэвин проводил фигуру Ричарда затравленным взглядом и вновь принялся уродовать кусочек торта ложкой. Карл, до этого отрешённо наблюдавший за крайне экстравагантной парочкой, медленно отложил бокал и не спеша растянул губы в улыбке. — Понимаю. Если бы я остался один на один с таким, как Ричард, то тоже бы зависал каждую секунду. Его фраза заставила Гэвина шумно втянуть ноздрями воздух и зайтись в приступе кашля. — Что ты сказал? — хриплым голосом спросил Рид, стараясь прочистить горло. — Это всего лишь мои наблюдения, — пожал плечами Карл, — ко мне часто заходит Коннор, поэтому я много знаю о его работе и, соответственно, коллегах. — Тупой болванчик, язык как помело, — Гэвин чувствовал опасность. Он не любил, когда кто-либо лез ему в душу, поэтому нахохлился и, с вызовом глядя Карлу в глаза, спросил: — И что же такого ты увидел во время своих наблюдений? Карл не ответил. Он долго смотрел на Рида, раздражая того своим медленным морганием, но упорно молчал, лишь улыбался так, будто бы Гэвин — всего лишь раскрытая книга. Детектив ощутил противный зуд в кулаках. — Ну? — нетерпеливо спросил он. — Ричард — довольно симпатичный андроид. Единственный в своём роде. Ничего удивительного, что ты робеешь в его обществе. Такого Гэвин явно не ожидал. Он? Робеет? Да ещё и перед Ричардом? А этот, мать его, Карл, точно ничего не перепутал? — Херню несёшь, — уверенно заявил Гэвин, однако какая-то часть его сознания невольно призадумалась. На работе общение Гэвина и Ричарда имело деловой характер с щепоткой иронии и сарказма. Дома Рид практически сразу заваливался спать, а утром пытался собрать себя в кучу, поэтому ему было не до разговоров. Ричард редко подавал голос, лишь смотрел своими большими серыми, практически белыми, глазами, но Гэвин редко придавал значения его взглядам. Сейчас, оказавшись один на один, вне рабочей обстановки или дома, где они могли разойтись до утра по комнатам, Рид поймал себя на мысли, что ему нужно говорить с Ричардом. Но о чём? Гэвин никогда не был мастером чесать языком, только если ему не надо было кого-нибудь оскорбить. А Ричард всё смотрел и смотрел, ждал от Гэвина первого шага, но Рид словно проглотил собственный язык. О чём им говорить? О носках? Гэвин бросил беглый взгляд в сторону двери, за которой скрылся Ричард, и, запихнув глубоко внутрь всю свою гордость, выдавил: — Я не знаю, о чём с ним говорить. Карл медленно склонил голову вбок. Его зелёные глаза буквально искрились от азарта. Заметив это, Гэвин поспешно добавил: — Мы не парочка. И я не педик. — Заметь, ты сам это сказал, — улыбнулся Карл. Рид злобно скрипнул зубами. Этого андроида от сломанного носа (если его вообще можно было сломать) разделяла лишь тонкая ниточка натянувшегося терпения Гэвина. — Расскажи ему о своей жизни, увлечениях, привычках, смешных случаях с работы. Ричарду всё равно, что ты ему скажешь. Разве ты не замечаешь, как выжидающе он на тебя смотрит? — То есть, история о том, как я прочищал толчок, тоже подойдёт? Карл медлил долгие десять секунд, прежде чем хмыкнуть. — Я представляю это и смеюсь внутри. У всех нормальных людей туалеты давно автоматизированы. Гэвин усмехнулся и провёл рукой по волосам. Карл действительно был типичным барменом — он знал всё и обо всех, да ещё и умудрялся давать очевидные, но такие необходимые, советы. — Смотри, чтобы я не нагрянул к тебе с обыском, шутник, — Гэвин окинул взглядом бутылки, занимающие стеллажи позади Карла, — налей мне выпить. Для красноречия.

***

Ричард думал, что, как минимум, ошибся реальностью. За прошедшие полчаса Гэвин вывалил на него просто тонну информации. RK900 узнал, что Гэвин любит кошек, не переваривает собак, особенно больших и слюнявых, смотрит спортивные каналы вперемешку с программами о животных, умеет кататься на велосипеде, коньках и роликах, практически не интересуется политикой, ведь «все они мудаки», любит свою работу и испытывает тревожность дома, когда ему нечем себя занять, мечтает заменить себе машину и, ах, да, у него однажды забился толчок. Ричард сидел, осторожно потягивая коктейль, и молчал, глядя, как детектив расправлялся со второй бутылкой пива. Рид не был пьян, но немного алкоголя определённо развязало ему язык. Сейчас он повествовал о том, как подложил Хэнку на рабочее место «подушку-пердушку». Ричард вообще удивился, где Гэвин сумел раздобыть подобное старьё, но промолчал. Он искренне наслаждался моментом и боялся спугнуть неожиданно проснувшееся красноречие детектива. RK900 догадывался, кто повлиял на его напарника, а Карл, который крайне тактично испарился в другой конец барной стойки, лишь усилил его подозрения. — Знаешь, — неожиданно протянул Гэвин, — у тебя странная причёска. Ходишь весь из себя прилизанный. Ричард растерянно запустил руку в свои каштановые вихры и откинул одну прядь назад. — Красавчик-красавчик, — беззлобно поддакнул демонстрации Гэвин и усмехнулся. — Моя внешность — результат кропотливой работы разработчиков, которые путем множества исследований вывели сочетание, наиболее располагающее к конструктивному взаимодействию с окружающими, — парировал Ричард, однако его слова совсем не убедили Рида, который был настроен довольно игриво. — Если у нас будет убийство в гей-клубе, я позову тебя в первую очередь. — Во вторую, — с едва различимыми (явно алкоголь исказил восприятие Рида) смешинками в голосе ответил Ричард, — первым будете вы. Гэвин смачно причмокнул губами, издал звук, отдалённо напоминающий смешок, а затем неожиданно серьёзно посмотрел на RK900. — Ты. — Что? — Хватит уже «выкать», фокусник. Я чувствую себя дедом. Или, что ещё хуже, Хэнком. Ричард ощутил неприятный зуд где-то в области тириумного насоса. Как же он хотел улыбнуться в этот момент, чтобы Гэвин понял насколько важными были его слова! — Ты чего? — с тревогой в голосе спросил Рид. Ричард несколько раз моргнул, а затем резко прикоснулся к диоду. Висок обожгло огнём. — Ничего, — отмахнулся RK900, — я просто представил тебя с пивным брюшком лейтенанта и отросшими седыми волосами. — Чтобы ты перегрелся, скотина, — рассмеялся Гэвин. Он тоже это представил. Остаток вечера они провели за выпивкой, шутками и взаимными подколами. Когда пришло время уходить, Гэвин приговорил четыре бутылки пива и нетвёрдо держался на ногах. Он, не принимая возражений, оплатил свою выпивку и два больших коктейля, которые выпил Ричард, а потом направился к двери, слегка пошатываясь. Прежде чем последовать за Гэвином, Ричард подошёл к Карлу и шепнул ему тихое «спасибо». Андроид посмотрел на него полными удивления глазами и по-заговорщицки низким голосом произнёс: — Совершенно не понимаю, о чём ты.