Любовь моя

*** Дни пролетали один за другим, а в поместье Тургеневых жизнь двоих молодых людей продолжала набирать обороты и окрашиваться в новые цвета. Жизненная череда Александра и Николая шла так : сон до обеда, сам обед, прогулка с обсуждением, создаваемого шедевра, вечер в компании друг-друга, создавая очередные наброски произведения, который постоянно перерастал к интимной близости. Поначалу, о том, что эти двое жили вместе знали только братья Тургеневы, но потом, из-за одного болтливого языка, об этом узнали и все декабристы. - А я, почему-то и не сомневался, что так будет. -как-то с ехидной улыбкой сказал Баратынский Пушкину. - В первую же встречу уже видно было, что между вами проскочила искра. Я вот только одного не пойму, как ты успеваешь на два фронта сразу? И к Гоголю, и к петербургским дамам в постели кувыркаться! - Ой, ты же знаешь, какой я дамский угодник. - проигнорив первую часть, сказал Пушкин. С истечением некоторого времени, на балы их начали звать вместе. Приглашения приходили не как раньше, каждому персональное, а двоим сразу, что ни капли не смутило молодых писателей. *** - Смотри, тут приглашение. - начал Гоголь,встав с кровати и кротко посмотрев на Пушкина. - Написано, что приехал некий Жорж Шарль Дантес. Можно глянуть, конечно. О, и Баратынский будет, с ним всегда есть о чём поговорить. - рассуждал Николай,уже усевшись за письменный стол. Он был в одних штанах, а свет, который пробивался через окна, очерчивал контуры прекрасного тела юноши, что не могло не привлечь внимание Александра. - Конечно, - вставая со своего места и подходя сзади к Гоголю, начал Саша, - мы должны поехать туда, и дата свободная для нас.- взглянул на письмо Пушкин.- Не только можно, но и нужно нам с тобой развлечься. - под конец он поцеловал своего любовника за ухо. Через два дня намечался бал у самого губернатора. Он пригласил всех поэтов, писателей и, конечно же, в первую очередь, самых богатых людей области. Сказать, что Дантес сюда попал по воле случая - ничего не сказать. Он приехал в Петербург для того, чтобы просто покутить, чтобы в устах горожан его имя звучало как ловелас. Да ещё у него богатства больше, чем у всех декабристов вместо взятых, подкинуть денег губернатору - пустяки. *** Роскошные кареты, сногсшибательные наряды и прекрасные дамы - удел любого молодого человека в Петербурге. А чего ещё желать? Богатые и знаменитые люди города уже потихоньку собирались у поместья ; богатых легко было отличить , они смотрели с каким-то укором и презрением на поэтов и писателей, будто бы эти "людишки" не достойны общения с так называемой элитой. С этакой ситуацией и столкнулся Гоголь, когда только-только приехал сюда, сделал себе имя, хоть и не очень лучшим образом, и начал ходить на светские встречи.Благо, тогда был Вяземский, который уже сейчас вовсе не общается с Николаем. *** - Блять, мы и так опаздываем, - прерывая сладкий поцелуй, побранился Гоголь. - Зачем ты целуешь тогда , когда не надо? - последние слова он выкрикнул на всю прихожую поместья Тургеневых. - Ну же, любовь моя, тебе разве не нравится целоваться с таким прекрасным мужчиной? - игра бровей Александра заставила Николая посмеяться и сразу же принять серьёзный вид и опять наорать на этого "прекрасного мужчину". - Это что наше новое стоп-слово "любовь моя" ? Нихуя ты, конечно, оригинальный какой. Я в ахуях, мне повезло с таким поэтом и ... . Не буду договаривать. - как-то криво улыбнулся Николай , после чего обе посмеялись. *** - Николай Васильевич! Александр Сергеевич! Что-то вы припозднились на сегодняшний бал. - с улыбкой развёл руки Евгений Абрамович. - Да уж, прошу прощения, были неудобства, - поглядывая на Пушкина, ответил Гоголь. - Но, сейчас всё в порядке. - уже с улыбкой сказал мужчина. - Не надо так волноваться, на вашем месте, я бы не приехал,всё равно , что это бал губернатора. - сухо выразился Баратынский. - Этот приезжий, Дантес, вокруг себя собрал всех девушек и свои сказки рассказывает. Похоже, звание "сердцеед" переходит к нему. - уже со смехом закончил он. - Я всё улажу. - на полном серьёзе выразился Пушкин. - Ладно, только не переусердствуй. - вслед ему, улыбаясь, крикнули двое. *** Бал приобретал всё более светский характер, ведь с появлением Пушкина заиграла музыка и всё это дополнил чьей-то крик "Танцуют все!". А это, в свою очередь, стало как толчок Александру найти себе пару для танца и поставить на место этого чужестранца. После жаркого танца, когда все уже устали и, усевшись, потянулись за бокалами, к Пушкину подошёл тот самый Дантес. - Здравствуйте, Александр - только начал он, как запнулся. - Сергеевич. - даже не взглянув на него, договорил поэт и глотнул вина. - Много о вас наслышан, Александр Сергеевич! - льстил Жорж. - Не удивлён. - абсолютно без каких-либо эмоций произнёс Пушкин. - Поэтому, давайте без этого всего, поговорим как мужики. Мы оба понимаем, к чему вы ведёте. - кивок собеседника и Александр приказным тоном продолжает. - Берите вино! *** Напившись вдоволь, Пушкин и Дантес открылись друг-другу словно книги, разговаривали как товарищи, вместе прошедшие испытания судьбы и все невзгоды жизни. - Ой, Жорж, знаешь я думал, что ты всех этих дамочек и, как у вас там в Франции говорят, мадмуазель уведёшь от меня, - довольно-таки много выпивший, Пушкин начал о своём, на что пьяный в зизю Дантес захихикал. - Но, знаешь, я такой дамский угодник, конечно. - Не верю! - прикрикивая, ответил Дантес. - Вот если я сейчас крикну "любовь моя" , то все бабы обернутся. Я тебе отвечаю. - Александр, еле стоя на ногах, доказывал свою правоту. - Ну, давай. - хихикая и бурлыкая вино, согласился Дантес. - ЛЮБОВЬ МОЯ! - крикнул на весь зал Пушкин, но никто из девушек не обратил на него внимание. *** За несколько минут до этого, в другом конце зала в компании Баратынского сидел Гоголь, который рассуждал о своей жизни, как она изменилась в Петербурге. - Ну, а в целом, как тебе сам Пушкин? - поинтересовался Евгений. - Выёбывается. Вот очень сильно выёбывается. - на это Женя расхохотался. И вдруг слышится крик Пушкина, точнее, пьяного Пушкина. - Уладил. - уже в голос орал со всей этой ситуации Баратынский. - Блять, - проглатывая виноград, направился в сторону Александра Гоголь. - ДА НЕ ОРИ ТЫ, БЛЯТЬ, ИДУ! - всё, что мог сказать Николай под дикий хохот Жени. *** - Заебал. Зачем так пить, если, блять, не умеешь? - не успел подойти, как начал отчитывать Николай, а Александр стоял, как 5-летний ребёнок и моргал глазами, периодически икая. А за всем этим с интересом наблюдал Жорж Дантес, он улыбался и хихикал про себя. У некоторых, наблюдательных посетителей бала сложилось даже впечатление, что чем сильнее пьянеет Дантес, тем страннее он хихикает. - Я, вообще-то, не тебя звал. - наконец вымолвил слово и Пушкин.- Но ты - лучше чем они все! -улыбаясь и икая одновременно, он повалился на Гоголя. - Мы.Идём.Домой. Дома поговорим. - скрипя зубами, произнёс Николай и стал весь красный от злости на это кучерявое чудо. - До встречи! - кинул он, только подошедшему, Баратынскому и удалился из помещения вместе с Пушкиным. *** Придерживая за талию и с силой таща тело своего любовника до входа, Гоголь обматерил весь мир. Свободно выдохнуть он смог только после того, как они уселись на карету, да и то на секунду. - Я хорошо сыграл пьяного? - очухавшись, спросил Пушкин, а тот ухватился за сердце. - Ебанутый. Зачем тогда я тащил тебя столько? Мог бы сказать, после того, как вышел из зала, что ты не пьян! - Тише, любовь моя, тише. - улыбнулся и поиграл бровями Александр. - Да и когда мне выпадет шанс, что ты будешь меня на своём плече таскать, а? Мне понравилось. Да и вообще, дело не в этом. Я разузнал об этом Дантесе. Особо не яркая личность, чтобы за ним следить. Он разболтался после второго бокала, удивляюсь, насколько сильно пьянеют эти французы! - поставив ногу на ногу, смеялся, со случившегося, Пушкин. - Он приехал сюда только на этот бал, завтра уже отбывает назад в свою страну, поэтому я тот ещё сердцеед! - карета катилась дальше, а беседа двух мужчин продолжалась, похоже, их вечер удался.