Школа-пансион

      Утром выходного дня Юлик проснулся как назло рано, первые лучи солнца пронырливо проникали в темную комнату, играя с веснушками парня, щекоча нос. Онешко открыл глаза и, осмотрев комнату, понял, что он один. И первой мыслью, словно повесткой дня, послужил Руслан, как назойливая муха, от которой не представлялось возможным отмахнуться или прихлопнуть, а так хотелось. Конечно, он бы не поцеловал одноклассника при всех, Юлик бы увернулся и не позволил, во всяком случае так планировал. Но интересно было проверить на что способен Тушенцов и самое главное, насколько ему был важен Онешко. Как выяснилось, не важен вовсе.       А с другой стороны, перевернулся на кровати парень, продолжая свои рассуждения, как бы сам Юлик поступил на месте самого популярного мальчика в школе. Способен ли он сам на этот огромный шаг, заведший бы его непонятно куда.       В школе не было примера нетрадиционной пары, даже плохого. Да и являлся ли Онешко геем? Сложный вопрос, рассуждать над которым юноша не хотел, намеренно избегая этой темы в своей голове.       С детства он слышал от мальчишек во дворе слово «пидор» или «гей», обозначавших ругательства, поэтому в уже довольно крепком сознании подростка, однополые отношения мужчин являлись если не отвратительным, то хотя бы запретным, чем-то личным и хорошо скрываемым. И даже когда молодой человек почувствовал влечение к Руслану, то не сразу понял, что это вовсе не дружеский интерес, а когда все же осознал, то ни на шутку испугался. Так что может даже и хорошо, что между ними ничего не получается, ведь непонятно как на эти игрища отреагировали бы одноклассники, а тем более администрация школы.       Юлик поднялся с кровати, которая жалобным скрипом сопроводила его движения. Парень повернулся к окну и, потянувшись, зевнул. После чего заправил постель и направился в гардеробную, чуть прикрыв за собой дверь. Выбирая что сегодня надеть, парень едва не заметил, как захлопнулась входная дверь. Онешко прислушался.       — Ты не можешь порвать со мной! — Возмутилась девушка. Юлик сразу понял, что это была Рита.       — Это еще почему? — Хмыкнул Руслан.       — Потому что мы главная пара в школе и давно вместе. Ты не посмеешь все разрушить. — С уверенностью заявила пассия.       Руслан тяжело выдохнул и судя по звукам, сел на кровать.       — Как же ты меня заебала за все это время. Уйди-а. Давай хоть сейчас не ломай комедию, тут не перед кем играть. Я прекрасно знаю, что наши отношения были фикцией. — Тушенцов и правда очень устал, это четко слышалось в голосе.       — Нет, мы были счастливы, мы же любим друг друга. — Заявила с поразительной уверенностью школьница. На что Руслан лишь громко рассмеялся.       — Если ты так любишь меня, почему переспала с половиной школы? Думаешь я не знаю?       Девушка в изумлении лишь глотала ртом воздух, не зная, что ответить на такую резкость. Да, она со многими поддерживала приятное общение, но шлюхой не была. По крайней мере, дурной молвы о ней не было. Возможно, она и переспала с парочкой друзей Руслана, но это было лишь в отместку за его измены, как говорится, сводя счеты к ничьей.       — Ты тоже многих перетрахал! — Рита, наконец, возмутилась почти неподдельно.       — Это ли не повод разойтись? — заключил молодой человек. Затем он поднялся и решительно направился к двери, намереваясь уйти самому, если уж не получается выпроводить надоедливую бывшую, но услышал вслед:       — Это из-за новенького?! — Прокричала, дергаясь психуя ученица.       — Чего? — раздраженно спросил Руслан, молясь чтобы девушка не трогала эту запретную тему, иначе он не сможет сдержаться и ударит ее.       — Я видела, как ты смотришь на него! — Выпалила с обидой и злобой.       — Замолчи! Рита, просто замолчи, — все еще не поворачиваясь посоветовал Тушенцов, сжимая кулаки от злости, поняв, что его чувства, в которых он даже себе признаться боялся, были настолько очевидны, — не неси бред, если хочешь хотя бы находиться в нашей компании, иначе быстро опустишься до низов.       — Да что ты в нем нашел?! — начинавшаяся истерика униженной девушки, которую променяли на парня. Рита почти плакала.       Руслан развернулся и, схватив девушку за горло, прижал к ближайшей стене. Наклонившись к ее дрожащим губам, буквально выплюнул:       — Я натурал до мозга костей. Мне вся эта пидорасятина не нужна, а если ты еще раз выскажешься подобным образом в мой адрес, то я тебя в порошок сотру.       Тушенцов резко отпустил напуганную школьницу, которая разрыдалась окончательно, и вышел за дверь. Девушка вытерла слезы и вышла вслед за бывшим парнем.       Юлик прекрасно слышал весь разговор. И почему-то осознание того, что Руслан тоже не хочет позориться перед всей школой, не принесло должного облегчения. Молодой человек ощутил разочарование и опустошение, оставшееся, казалось, в его душе навсегда.

***

      Лучшее лекарство от хандры — увлекательное чтение. Библиотека школы была первым по величине помещением и занимала отдельное крыло, состоящее из двух этажей. Читальный зал был поистине впечатляющим. При входе взору открывалось просторное помещение с диванчиками по периметру и многочисленными столами в центре, во главе которых возвышался главный стол библиотекаря, походивший на ресепшен отеля. По обе стороны возвышались лестницы на балкон второго этажа, все открытое пространство которых было заставлено стеллажами, высотой до потолка. Дубовые полки выдерживали колоссальное количество книг на любой вкус и размер. Первый этаж под балконом был отведен под учебную литературу, второй же — под художественную. Бежево-песочный ковер устилал пол, стараясь не отвлекать читателей от книг, а синие стены успокаивали, даже когда задачи не хотели решаться.       В библиотеке были собраны почти все книги российской и зарубежной классики, включая самые редкие и коллекционные издания. Некоторые ценности, конечно, не были в общем доступе, но взглянуть на них разрешалось через стекло. Такое богатство не интересовало школьников современности и большинство из них приходили в библиотеку или чтобы сделать домашнее задание, или чтобы провести время в тишине, спрятавшись за одним из многочисленных стеллажей.       Одним из таких любителей уединения был Руслан. Парень с начальных классов любил приходить в укромное место между шестнадцатым и семнадцатым стеллажами на втором этаже, содержавшими скучную историю живописи. Этот предмет с недавнего времени исключили из школьной программы из-за отсутствия преподавателя и перенесли наверх, поэтому сюда никто не заглядывал, а удачное расположение почти в конце зала не давало ни малейшего шанса на обнаружение случайными прохожими.       В воскресенье в библиотеке было как обычно немноголюдно. Школьники предпочитали освободиться от домашнего задания в субботу, а второй выходной провести на улице или с друзьями. Поэтому Руслан неспешно прошелся по залу в поисках интересной книги, а затем занял свое любимое место на полу между книжными шкафами, оперевшись головой о стену.       Разговор с Ритой выбил его из равновесия, но у нее хотя бы хватило ума не тащиться за ним. И теперь есть возможность отвлечься и почитать в тишине. Но строки не поддавались, а сознание подкидывало все новые и новые подробности ссоры, напоминая, как Руслан прокололся и почти выдал свои предпочтения.       По правде говоря, Тушенцов страшился своего увлечения Юликом, потому что такой интерес к парню у него возник впервые. И что с этим делать школьник не понимал, а спросить совета, как на зло, не у кого. Да и кому такое расскажешь? Любой его друг мгновенно окрестит его пидором и перестанет здороваться за руку. От раздумий Руслана оторвала тень на полу. Подняв глаза он увидел, стоящую перед ним ту самую причину его беспокойных снов.       — Я присяду. — Вопрос без вопроса. Юлик уселся рядом в и без того узкое пространство, точно так же прислонившись к стене и открыл книгу.       — Ты слепой? Не видишь, тут занято? Поищи другое место. — Руслан принял решение во что бы то не стало оттолкнуть от себя Юлика и не общаться, а еще лучше — стать врагами.       — Мне и тут нравится. — Невозмутимо ответил новенький.       — Ты не понял? Пошел отсюда! — Настаивал Тушенцов.       — Мне вот интересно, — Онешко словно не слышал, — почему вдруг твое отношение ко мне изменилось?       — Мое отношение к тебе неизменно нейтральное. — Соврал юноша.       — Тогда почему ты вызвался меня удерживать вчера? — Не унимался Юлик.       Сердце Руслана пропустило удар при упоминании вчерашней ситуации. Но подавать вида он не стал, а спокойно пожал плечами и ответил:       — Не хотел неприятностей.       — А почему не поцеловал? — вырвалось у Юлика. На самом деле он не хотел этого говорить, но очень уж хотелось посмотреть на раскрасневшееся лицо Руслана.       — Кхм. — прокашлялся и твердо ответил, — Потому что я не гей.       Парни сидели вплотную друг к другу и Юлик нарочно повернул голову в сторону одноклассника, дыша теперь ему в щеку.       — А я думал ты хочешь меня. — Шепотом, обжигая своим дыханием произнес новенький.       Руслан повернул голову в удивлении, но быстро пожалел об этом, потому что теперь их лица были в сантиметре друг от друга.       — Хочу что? — будто не понимая, сглотнув спросил взволнованный Руслан. Он никогда не был так робок. Ведь это он всегда подкатывал к девочкам и не знал, как себя вести в такой ситуации. Но даже от обычного шепота этого парня в штанах становилось тесно, а температура вокруг поднималась до невыносимых пределов. Юлик специально опустил глаза, посмотрев на губы одноклассника и облизнув свои.       — Поцеловать меня. — Еле слышно сообщил юноша.       Тело Руслана стало полигоном для мурашек, бегающих марафоны. Он еще никогда не был так возбужден и жаждал всеми клеточками своей души поцелуя. Но Юлик не спешил, как на зло ничего не предприняв, продолжая смотреть в глаза Тушенцову.       — Не хочу. — Соврал Руслан, будто кроме шёпота его связки больше ни на что не способны.       — Тогда мне придется тебя изнасиловать, потому что от одного твоего взгляда мой член твердый как железо.       От этих откровений перехватило дыхание, Тушенцов никогда не вел такие беседы с парнем, и даже представить не мог, что однажды будет настолько согласен со словами гея.       — Мы же не геи. — Не самое уверенное убеждение, соседствующее с вопросом.       — Нет, какие мы геи, — уверял Юлик приближаясь к губам, — у нас же девушки есть.       После этих слов школьников вдруг затянуло в пучину страсти. Они целовались, будучи уверенными что это просто минутная блажь, ничего не значащая. В жизни же надо все попробовать.       Они жадно кусали друг друга, Руслан вдруг оттянул Юлика за волосы, желая насладиться каждым миллиметром его тела, целуя шею и оставляя на ней багровые пятна. Онешко застонал, негромко и с хрипотой. Его тело никогда так не хотело близости как сейчас. И даже если раньше он был уверен в том, что он натурал, в этот момент Юлий был готов отдаться целиком, включая девственный анал.       Уверенными движениями (и откуда только взялась эта уверенность) новенький стянул футболку с Руслана, а затем с себя. Тушенцов зарычал, сейчас его бесило все, от стесняющей одежды, до неудобного закутка библиотеки. Поэтому сильный молодой мужчина повалил Юлика на пол, навалившись сверху. Парни не переставали целоваться, а теперь терлись своими разгоряченными телами друг о друга. Их гениталии разделяли от желанного соприкосновения только толщи брюк и нижнего белья, и как только Юлик дотронулся до пряжки ремня своего потенциального любовника, Руслана словно окатило ледяной водой. Парень резко поднялся, тяжело дыша, поправил волосы и испуганно посмотрел на одноклассника, тот был преисполнен такими же эмоциями.       Тушенцов быстро встал на ноги и, надев футболку поспешно удалился, оставив разгоряченного Юлика на холодном полу библиотеки, даже позабыв про книгу.       Отдышавшись, Онешко поднялся и оделся. Никогда прежде парни не заходили так далеко, и такая реакция одноклассника ничуть не расстроила Юлика, он в какой-то мере даже выдохнул, ибо секс только усложнил бы их отношения. Взглянув на книги, молодой человек удивился, на полу лежало два абсолютно идентичных тома.