Двойственности жизни

На грани между сном и реальностью Ремус слышал шум и чье-то мерзкое хихиканье, но было абсолютно все равно, он находился в сладком дурмане этой бесподобной женщины. Ему было так прекрасно и тепло, что все остальное ушло на второй план. Из-за неудобности позы в которой они заснули, Люпин аккуратно сполз на сиденья и уложил свою девочку, сверху на себя не выпуская из объятий. Ее голова покоилась в его ключицах, тихое дыхание, опаляющее кожу, дарило умиротворение и полное спокойствие, их ноги переплелись в одно целое и они держались друг за друга, как за спасательный круг в пучине моря. Спустя время, Ремус проснулся и приоткрыл сонные глаза. Поезд уже тронулся, покачиваясь и стуча колесами, набирал скорость. Он глупо улыбнулся, когда увидел ее, лежащую на себе, такую беззащитную и прекрасную. Странное тепло разлилось по всему телу, отдаваясь в животе эйфорийным столпотворением бабочек. Он искренне не понимал, почему один лишь ее взгляд и прикосновение так на него влияют. Все его коротенькие романы, происходившие в стенах Хогвартса, никогда не приносили подобных чувств, и уж тем более, не заглушали его внутреннего волка. Чем же она его околдовала? Но тут взгляд Люпина упал на три чемодана, стоящие рядом с его. Ремус раздраженно закатил глаза и уже предвкушал, реакцию мародеров на свою женщину. Стоп. Секундочку. С каких пор он стал называть ее СВОЕЙ? Черт! — С добрым утром, спящая красавица! — Люпин вздрогнул и посмотрел на своих друзей, которые нагло в открытую ухмылялись, сидя напротив и играя в карты. — Лунатик, наконец-то, спустя долгое время. Мы все уже думали что ты в геи подался! Кстати, у нее довольно симпатичные ножки и все что к ним прилагается тоже ничего. Это так, если тебе интересно мнение настоящего ценителя, — хохотнул Сириус и стащил пару карт пока Джеймс отвлекся на тележку со сладостями. — Серьезно, Ремус, может уже скажешь имя своей новой девушки? С какого она курса? Не могу вспомнить никого похожего на нее, — пробормотал Джеймс, вываливая на сиденье кучу еды разного происхождения. — Блэк, я тебя знаю уже много лет, хитрый ты гаденыш. Верни карты на место! Ах ты, псина блохастая, ты украл мои козырные! Ну все, тебе не жить, — взревел Поттер, сердито запихивая в рот огромную горсть конфет и устраивая шуточную драку с Сириусом, который в открытую смеялся с разгневанного Джеймса. Ремус не переставал хмуриться. Он был очень недоволен этим балаганом, устроенным его друзьями. Они же разбудят ее… А это значит, что ему придется отпустить этот хрупкий комочек света и тепла, что он делать категорически НЕ ЖЕЛАЛ. И когда Люпин почувствовал легкое движение девушки, его охватила настоящая паника, поэтому он лишь крепче прижал ее к себе, наблюдая за сонными действиями незнакомки. Гермиона сладко потянулась и зевнула, потирая кулачком заспанные глаза. Ей приснился такой странный сон о путешествии во времена мародеров. Мда. Что только не придумает воображение! Зато она наконец-то нормально поспала, между прочим, впервые за два месяца, это не могло не радовать. Кое-как разлепив глаза, Гермиона тут же закрыла их, чертово солнце, непонятно откуда взявшееся в их палатке, ужасно слепило. Грейнджер попыталась дотянуться до местонахождения прикроватной тумбочки, чтобы по обычаю взять свою палочку и заклинанием задернуть шторы. Ее рука прошлась по чему-то гладкому и теплому, быстро пробежавшись пальцами она не обнаружила палочки. Нахмурившись Гермиона потянулась выше и наткнулась на мягкие и шелковистые… ВОЛОСЫ?! Резко распахнув глаза и сфокусировав затуманенный взгляд, она уставилась на краснеющего молодого Римуса Люпина! О Боги, быть этого не может! Отдернув руку от его волос Гермиона попыталась отстраниться, но не совладав с ногами, грохнулась на пол спиной вниз, прижав руки к груди. Сердце бешено колотилось, отдаваясь стуком в ушах и пульсацией в висках. Все произошедшие события разом замелькали перед глазами. Значит это был не сон. О Мерлин, за что мне все это? — Эй, Леди, вам там удобно или помочь? — совсем рядом прозвучал насмешливый голос. Распахнув глаза Гермиона увидела перед собой три обеспокоенных пары глаз. Мародеры. ЖИВЫЕ Сириус Блэк и Джеймс Поттер! Стоят склонившись рассматривая меня с ног до головы. Длинные угольно-черные вьющиеся локоны Сириуса, как всегда падали на его серые, до боли знакомые глаза, в которых еще не было той бесконечной боли и отрешенности, последствий 12 лет заключения в Азкабане. Гермиона невольно вспомнила образ Регулуса. Они ведь, такие похожие, но такие разные. Оба высокие и статные, обаятельны и безусловно обворожительны внешне, горделивые и сильные духом парни. Но такие далекие друг от друга из-за каких-то глупых предрассудков… Джеймс Поттер. Мерлин Всемогущий, как же он похож на Гарри! Воспоминания о нем больно кольнуло в сердце. Вот бы он сейчас был здесь. Их схожесть была слишком огромной, в каждой детали, в каждой мелочи. Одежда, волосы, черты лица… Все, кроме цвета глаз, доставшемуся Гарри от матери — Лили Эванс. В голове пластинкой заела лишь одна мысль «Это происходит не со мной. Не со мной!» Не успев произнести ни слова, в ответ на реплику Сириуса, Гермиону властно притянули к себе за талию такие знакомые руки Ремуса и усадили к себе на коленки. Опять. Жутко смутившись и начиная смущенно краснеть, Гермиона уставилась на почему-то взволнованного Люпина. — Тебе не больно? — спросил Ремус, так словно она упала с высоты астрономической башни, а не с сиденья. Закончив обеспокоенно обшаривать тело Гермионы взглядом Ремус, наконец поднял взгляд и тут же начал заикаясь оправдываться. — Эммм… Ну яяя… Я просто… Хотел… С тобой все нормально? — выдавил из себя Ремус приобретая пунцовый цвет лица. Но все еще крепко прижимая Гермиону за талию к себе. — Даа… Да, со мной все хорошо. Спасибо. И я в состоянии сидеть сама. — тут же отведя взгляд и покраснев еще сильнее, насколько это было возможно, Люпин нехотя разжал хватку. Гермиона переползла на свободное место рядом и в купе воцарилось неуютное и давящее молчание. Сириус и Джеймс ошеломленно переводили взгляды то на смотрящего в пол смущенного Люпина, то на девушку, что довела его до такого состояния. Первым не выдержал Джеймс. — Так вы что, не вместе? — оглядывая их с ног до головы спросил Поттер. — Мы не вместе, я просто… Мне нужна была помощь, — теребя рукава свитера тихо пробормотала Гермиона. Она решила скорее увести разговор в другое, более нейтральное для всех русло. Все-таки, пока она застряла в этом времени ей нужно хоть немного узнать о нем. Она решила начать со знакомства.  — А вы ребята, кто такие? — как можно, более спокойно произнесла Грейнджер. — Я — Джеймс Поттер, это Сириус Блэк, ну и Ремус Люпин. Скоро придет еще один наш друг Питер Петтигрю, — поочередно указывая на каждого пояснил он. — Мы — знаменитая четверка мародеров, девочка. Все в этой школе знают нас. Это наталкивает меня на мысль, что ты не отсюда, я прав? — Бродяга пафосно закинул ногу на ногу и откинулся на спинку сиденья, его волосы эффектно колыхнулись вслед за его движением. — Да, это так. Я не отсюда и еду в Хогвартс к профессору Дамблдору. У меня очень срочное дело, которое может решить только он. Возможно задержусь у вас, ненадолго. — Вот значит что… А зовут то тебя как? — Гермиона Грейн… — запнулась на полуслове. Она совсем забыла, что категорически нельзя называться своим настоящим именем. Мысленно она отвесила себе хорошую пощечину. Ну, что ж, теперь она Гермиона Грейн. — И откуда ты взялась такая, Гермиона Грейн? Только посмотри, охомутала нашего Лунатика с первого взгляда, чудо не иначе, — толкнув Джеймса плечом и улыбаясь своей самой нахальной улыбкой, сказал Блэк. Ремус же, прожег друга своим самым злым взглядом и перевел его на Сохатого в поиске поддержки. Но тот лишь слегка пожал плечами. — Никого я не хомутала. Я наверное лучше пойду… — собираясь вставать раздраженно отозвалась Грейнджер. Но ее удержало на месте легкое прикосновение к плечу. — Ты не должна уходить, мои друзья придурки, не слушай их. Лучше расскажи, откуда ты? — Люпин попытался уладить ситуацию. — Я… из школы Ильверморни, знаете, она в Америке. Всю жизнь я прожила со своей тетей в Нью-Йорке, выросла и училась там, но случилось одно непредвиденное обстоятельство и теперь я здесь, сижу перед вами, — на одном дыхании, придумывая историю на ходу, выполила она. И чтобы не заострять внимание на подробностях продолжила. — А что насчет вас? Чем же вы таким занимаетесь, мародеры, что вас знает вся школа?