Отвечать взаимностью

      Майское солнце упрямо светило мне в глаза, пока я пыталась спрятаться от него за затемнёнными очками. С каждым днём становилось теплее. Прояснялось не только за окном, но и в жизни. Сессия была наполовину закрыта автоматами и близилась финишная прямая — последний курс обучения. Осталось совсем немного потерпеть и можно больше не наблюдать каждый день за недовольными и ожесточёнными лицами обучающихся и преподающих здесь людей. А ещё за твоим, самым холодным и безразличным из всех, которое я всё ещё встречаю редко, а если и вижу, то принципиально стараюсь не смотреть, а правильно ли делаю — не знаю. Может, стоило подтолкнуть тебя на шаг ко мне? Не опускать руки? Не заглушать в себе каждый день попытки увидеться? Стоило заставить тебя поверить, что где-то глубоко во мне нечто важное и стоящее, чем я могу с тобой поделиться, чего не хватает в твоей жизни, ради чего всё-таки стоит рискнуть? Но сразу же можно задавать следующий извечный вопрос: что же такого по-настоящему интересного очень самодостаточная, привлекательная, эрудированная и образованная, потрясающая женщина может ждать от обычной девушки младше её в два раза без того колоссального жизненного опыта, что она сама имеет? Кто бы что ни говорил про возраст и его значение, но из-за этой разницы я даже не смотрю на мир теми же глазами, что и ты. Я не знаю, какой объем событий был в твоей жизни, не знаю, чем ещё тебя можно удивить. Заботой? Любовью? Поддержкой, теплом и искренностью? Похожими взглядами? Возможностью бесконечных дискуссий о бытие? Защитой? Возможно, других и это бы уже строило, но тебя… У тебя этого было вдоволь. Мне так кажется.       Я сижу на лавочке возле университета и вот уже полчаса просто разглядываю прохожих. Так интересно наблюдать со стороны. Люди ведут себя до абсурдного смешно, когда думают, что их никто не видит, но на самом деле мы все друг у друга на ладони. И я на твоей тоже, но я так рассеяла своё внимание на остальных, что пока не замечаю знакомое лицо в толпе, которое, казалось бы, трудно не приметить. Не замечаю ровно до тех пор, пока солнечные лучи не перестают слепить и резко исчезают. Из-за всех углов зданий начинает задувать ветер. Сначала медленно, а потом сильнее. Я догадываюсь, к чему всё ведёт. Обычно неверный прогноз погоды сегодня решил себя оправдать. Майские грозы самые частые и сильные. А ещё самые внезапные: раз, и среди ясного неба вырастают курчавые тёмные тучи, друг над другом собираются в общий конструктор, и вот уже гремит гром. А ты среди этого резко нагрянувшего безумия прибит к нагретой скамье и готов на ней расплавиться, лишь бы исчезнуть, потому что в довершение всей картины передо мной сначала появляются кеды разного цвета, а потом алая голова с перекинутыми прядями, твоя алая голова, что интересуется в данный момент именно мной, стоя совсем неподалёку. И всё так внезапно, что у меня нет времени убежать. За минуту люди исчезают с дороги, и мы остаемся одни. Теперь, наверное, твоему взору никто не мешает рассматривать меня под прицелом, а я боюсь полностью поднять голову и с ним встретиться, потому что отвыкла от него и пока не понимаю, почему ты позволяешь себе приближаться ко мне, да и вообще снова меня замечаешь. Опять я, ты и этот ужасный дождь, что вот-вот начнется, но на этот раз он будет очень тёплый, почти летний, как и твой взгляд, с которым я всё-таки набираюсь сил столкнуться. На секунду ты даже улыбаешься и начинаешь идти ко мне. Что происходит?       Ты подходишь совсем близко и встаёшь надо мной, такая светлая и… Свободная? В просторной белой рубашке, джинсах, в чёрном и красном кедах, с большой кожаной сумкой-шоппером за плечом. Сегодня ты совсем другая, от тебя веет какой-то домашностью и простотой, твои экспрессия и импульсивность потухли, словно пламя свечи от дуновения ветра, и сменились непонятной безмятежностью. Я умиляюсь тебе такой и забываю всё случившееся за год настолько, что, кажется, вижу тебя впервые и уже очень хочу познакомиться. Но в этот момент моё собственное достоинство больно одёргивает меня и вмиг возвращает в реальность, напоминая, что в этой ситуации точно должен быть подвох, но я всё ещё не знала какой. — Думаю, минута, чтобы добежать до моей машины, пока не начнется ливень, у нас ещё есть. — И вам здравствуйте, — что? До какой машины? У тебя есть машина? Почему «у нас»? Что я должна там делать? Опять куча моих вопросов без твоих ответов? Я вскакиваю с лавки и ровняюсь с тобой. Ты не отводишь взгляд. — Вы о чём? — Ну, можешь остаться тут и промокнуть, но за мной остался долг, — не думала, что ты помнишь… — Так идём? — ты отходишь, а мне ничего не остаётся делать, как пойти за тобой, выключив разум.       Ты была права, мы успеваем найти твою машину, которая затерялась посреди университетской стоянки среди других, но дождь уже накрапывает. Я без спроса запрыгиваю на переднее сидение небольшого чёрного джипа, ты делаешь то же самое. Как только мы одновременно закрываем двери, начинает лить стеной так, что за лобовым стеклом практически ничего не видно. Снаружи грохот и шум, а внутри мы молча наблюдаем за всем этим. Но долго терпеть молчание я не в силах, понимая, что хуже точно не станет. Здесь и сейчас самое время всё обсудить: — Зачем вы ко мне подошли? Действительно просто помочь? Или это опять ваши ужасные игры в качели? Вы то пронзали меня своим холодным и отрешённым взглядом, то старались и вовсе не смотреть, к чему я уже привыкла и научилась делать так же. Но что случилось теперь, к чему эта забота? — я смотрю на тебя, а ты снова улыбаешься. Мне непривычно и неуютно, я очень редко имела возможность видеть твою искреннюю улыбку и никогда она не была вызвана мной, только сегодня, только сейчас… Она украшает твоё лицо парой ямочек на щеках и несколькими морщинками возле глаз. И это единственное, из-за чего прорисовывается твой настоящий возраст, который тщательно маскируют вся твоя подвижность, яркий образ и притягательная манера поведения. — Твоё предложение всё ещё в силе? — ты смотришь на меня по-доброму, со свойственным тебе лукавым прищуром. — Какое предложение? — а я правда второй раз не понимаю, о чём ты. — То самое, что было озвучено зимой. Ты должна кое-что узнать. Я только что написала заявление на увольнение, — а теперь я уставилась на тебя с огромными глазами, видимо, настолько удивлённо, что ты засмеялась. Этот звонкий смех отдавался эхом в моих ушах, хотелось уметь смеяться так же эстетично и заразительно. Но как?! Как ты выбросила из жизни самый дорогой кусок? Из-за чего? Может, только я думала, что университет это такая важная часть тебя. — Как заявление? Зачем? А что дальше собираетесь делать? — Я давно планировала, есть место получше, но в другом городе, осенью переезжаю, — улыбка резко пропала с лиц обеих. Всё-таки снова твои игры, что делают мне очень больно. Лучше бы ты просто пропала с моего пути, а я с трудом, но через какое-то время забыла обо всём. Я хотела выйти из машины и плевать, что под сильный ливень, но твоя рука, что нежно обхватила мою ладонь, остановила меня. — Ты же понимала, что я не могла всё это время подпустить тебя к себе, у нас слишком маленькое учебное заведение, это мгновенно бы стало очевидно для всех, нужно было немного подождать. Прости, — я потерялась во времени и смысле происходящего, таяла на этом кожаном сиденье ещё больше, чем на той лавке, прямо как сладкая вата, пока твои тёплые пальцы с красным лаком грели снаружи, а родной взгляд синих глаз изнутри. Наконец-то кто-то меня грел, остальное было не так важно и страшно. — Но теперь, послушай, впереди три месяца, пока я ещё буду тут. Возможно, нам стоит всё попробовать сначала? Здесь и сейчас?       Три месяца, всего три месяца… Это так мало, если отсчитывать по временному промежутку на огромной дороге наших путей, но это время может стать настолько важным и драгоценным, если наполнить его самыми счастливыми моментами своей жизни, когда ты не оборачиваешься назад, не смотришь вперёд, а существуешь только в этой минуте, в этом дне и моменте, когда учишься ценить всё окружающее с большей силой, потому что ты сидишь рядом и наконец-то даёшь моему миру слишком дорогой и большой шанс, который нет никакого желания упускать. Делайте, что можете, используя то, что есть, там, где вы сейчас…