Наемники

— Мама, мама! — восторженный звонкий детский голосок прозвучал в воздухе. Девочка весело проскакала по зеленой поляне и подбежала к маме, сидевшей на крыльце дома. — Что, доченька? — женщина ласково посмотрела на светящееся лицо девочки. — Смотри, кого я нашла! — высунув кулак из-за спины, она аккуратно раскрыла пальчики и показала маме синюю бабочку. Бабочка, расправив крылья, прошла к кончику указательного пальца и гордо полетела обратно в лес. — Ты моя непоседа! — женщина посадила девочку на коленки и приложила ее голову к своей груди. — Мама, скажи, а когда папа приедет? — немного подумав, спросила девочка. Женщина грустно посмотрела вдаль, но ответила все таким же добрым голосом: — Он сейчас немного занят. Ему нужно помочь кое-каким людям… — Что-то долго он им помогает, — капризно перебила девочка, слышавшая эту отговорку уже несколько раз. — Может, он про нас забыл? — Нет… Нет конечно, нет. Просто он хочет помочь… А для этого нужно время… Девочка грустно вздохнула и молча перебирала бусинки ее браслета. — Вот увидишь, он скоро вернётся! — женщина прислонилась лбом к макушке дочурки и тихонько добавила: — Обязательно вернётся. Картинка закрутилась, меняясь, и летнюю сцену заволокло туманом. Ещё недавняя поляна, освещенная солнцем, улетучилась. А маму с девочкой как ветром сдуло. Царствовала ночь. В доме горело одинокое окошко, наверху под крышей. Перед ним стояла та самая девочка. Но уже подросшая. Она смутно глядела в темноту стеклянными глазами. — Мама… — отрешённо прошептала она. Двое людей под руки уводили женщину в лес. Та не сопротивлялась, а, опустив голову, покорно шла за ними в след. Девочка не заметила, как на ее плечо легла тяжелая рука. Сзади раздался глубокий баритон, сказавший самые страшные для нее слова: — Она больше не вернётся… Она смотрела, как самый дорогой на свете человек сейчас уходит. Ей так хотелось, чтобы она обернулась и увидела её. После чего бы прибежала обратно, крепко обняла и сказала, что это все был ночной кошмар. Но в голове пульсировала всего одна мысль: «Не вернётся…» — Нет!.. Она задыхалась. Словно на шею повесили петлю, и резко перекрыли кислород. На глазах выступили слезы, все почернело, будто она ослепла — темнота. Тело содрогалось в конвульсиях. Крик рвал связки. Единственным желанием сейчас было — умереть… В этот момент она почувствовала, что её встряхнули, а по щекам хлестнула чья-то рука, после которой к лицу прилила обжигающая кровь. Потом она задней мыслью поняла, что ее снова бросили, и теперь она лежала одна. От этого было больно и хотелось ещё больше истерить. А в голове все продолжало: «Не вернётся… Не вернётся…» Неожиданно какая-то ледяная жидкость брызнула ей прямо в лицо, и… …Кошмар прошёл.

***

— Если бы я не знал, что ты больна, я бы подумал, что в тебя вселился демон. Глубоко дыша, Плагг придерживал за плечи дрожащую Деви, боясь, что та снова может впасть в припадок. Выглядел он бодро, но его лицо говорило о сильном беспокойстве. Деви нервно оборачивалась пытаясь отыскать маму, дом, лес, голос… Но вокруг был лишь песок, простирающийся всюду, куда хватало глаз. — Где я? — почти плачущим голосом спросила она. — Позже, — Плагг налил какую-то жидкость из бутылки темного стекла и приподнес к её губам, так как самой взять чашку она была не в состоянии. Деви через силу выпила содержимое. Но, вспомнив сон, снова начала содрогаться и всхлипывать. Плагг приложил руку к её лбу. Деви бросало в жар. Кожа у нее покраснела, а глубокая одышка говорила об обезвоживании. Он понял, что сейчас она бредит, и лекарство поможет только через некоторое время. Посадив к себе на колени, он ласково прижал ее к себе, наговаривая успокаивающие слова. Деви, как маленький ребенок, прижалась к нему, ощущая себя в безопасности, находясь рядом с ним. Вскоре прохладный ветер остудил ее горячую голову, а всхлипы постепенно утихли, взамен них слышалось размеренное дыхание. Лекарство подействовало. — Так… — протянула Деви хрипящим голосом. — Где мы находимся? Плагг чуть не подпрыгнул от неожиданности, подумав, что она заснула. — С тобой и до инфаркта недалеко, — выдохнул Плагг. — Ты абсолютно ничего не помнишь? Деви вылезла из уютных объятий. Посмотрев ему в лицо, она отрицательно покачала головой. — Прилетев в Египет, — начал Плагг, — ты почти сразу умудрилась перегреться. Хотя ты и в Италии могла фигню какую-то подхватить. Точно не знаю. Но, даже не важнл себя чувствовав, ты ещё могла «командовать» и предложила взять баки, — Плагг, слегка улыбнувшись, указал на машину сзади них. — Но, выехав из города, у тебя началась сильная лихорадка, и ты потеряла сознание. Сейчас мы находимся по дороге в Чад. Деви слушала отстраненно, отсутствующим взглядом глядя в костер, чьи искорки, не долетев до неба, плавно потухали на фоне красивых звезд. Было видно, что телом она была здесь, но мыслями была далеко отсюда. Помолчав некоторое время, Деви легла на спину и вдохнула ночной воздух полной грудью. — Мои родители не погибали автокатастрофе, — спустя какое-то время тихо сказал она. Спина, руки и все тело Плагга напряглись. Он не ожидал, что Деви так резко начнет больную для неё тему. Он видел как Деви потеряла сознание, как билась в конвульсиях, как повторяла «Мама! Мама!», ее обречённое «Не вернётся!..». Видел как из закрытых глаз лились жгучие слезы. И вот сейчас, Деви, которая за эту прошедшую с ним неделю не подпускала его и близко к себе, не только физически, но и морально, сама захотела поведать ему свои горькие воспоминания. Он чувствовал, что она сейчас нуждалась в его поддержке, и единственное, что он мог для нее сделать, это просто выслушать. — Когда мне было четыре, — продолжила она, — мой отец исчез из дому. Мама говорила, что он ушел помогать людям, но, повзрослев, я поняла, что это была ложь, — она недовольно нахмурилась. — Его убили. За задание за пару грошей ему пришлось поплатиться ценной своей жизни. — она сделала небольшую паузу, давая себе силы что бы сдержаться от слез. — Маме не хотелось огорчать меня, поэтому она придумала сказочку, в которую я верила, пока не выросла. Некоторое время я не могла смириться с мыслью, что меня попросту дурачат. Мне пришлось поверить самой же себе, что папа просто нас бросил. Но потом… — голос ее задрожал. — А потом тем самые люди, что его убили, пришли и за мамой. Они не объясняли ничего. Просто пришли, а мама беспрекословно ушла с ними. Меня не взяли — посчитали, что слишком мала, чтобы в этом что-то понимать. Пусть живёт, — ком подкатил к горлу, поэтому последние слова ей пришлось говорить шепотом: — А маму с тех пор я так и не видела. Вот и всё. А ты думал, меня привели к такой жизни, — она горько усмехнулась. — Я сама привела себя к ней. Плагг сидел молча, переваривая услышанное. — Зачем ты мне это рассказала? — низким голосом спросил он. Его глаза блестели. — Я не знаю — тихо ответила Деви, пересыпая песок из рук в руки. Плагг тоже лег на песок рядом с ней. Немного ближе, чем ему положено. Они лежали молча, не в силах что-либо сказать друг другу. Но это молчание заменяло им тысячи несказанных, ненужных слов. Без всякого напряжения каждый из них понимал, какие чувства испытывает другой. — В детстве ночью я приходила на одну полянку в лесу, около дома. Оттуда я любила любоваться звёздамт. Они казались такими далёкими, красивыми… Плагг смотрел туда, куда был устремлён взор Деви. Сегодняшня ночь была звёздная, как та, которую описывала Деви. — Вот я сейчас думаю… Может, звёзды — это души умерших людей, и то, что они есть, означает, что мертвые прямо сейчас нас могут услышать? — волнующимся голосом спросила она. Плагг молчал. Деви уже подумала, что у него нет желания разговаривать на эту тему, но спустя время он все же ответил: — Мне было бы легче жить, если бы я верил, что мертвые души слышат меня и я могу сказать то, что не сказал при жизни. — он прикрыл свои зеленные глаза. У него тоже были родные и близкие, по которым он сильно тосковал. Но он знал больше чем Деви… Он вздохнул. — Увы, но это не так. Надо жить дальше не оглядываясь на прошлое. — Плагг повернул голову к Деви и широко улыбнулся. — Тоскуя по мертвым, цените живых. Он ласково посмотрел ей в глаза. Только сейчас она заметила, как по-особенному смотрит на нее Плагг. Его зелёные глаза проникали в самую глубину души. Плагг заправил за ее ушко прядку волос, лежащую на лбу. Но вместо того, чтоб убрать, рука медленно скользнула по очертанию подбородка. Погладив ямку под губой, он нежно провел пальцем по очертанию нижней губы. Его прохладные пальцы скользили по её лицу, вызвав у нее табун мурашек, прошедших от макушки до пят. Она не отстранилась. Впервые её сознанием завладело незнакомое ей чувство. Может, если бы она была здорова, предъявила претензии, но сейчас… Затаив дыхание, она с интересом ожидала, что он предпримет дальше. Плагг медленно выводил узоры на ее коже, нежно касаясь её лица. Сделав очередной узор, его взор остановился на ее губах, нежных, как шёлк. Их глаза встретились. Расстояние между ним начало сокращаться. Деви, казалось, что она впадает в гипнотический транс, а он, движем желанием, все наклонялся и наклонялся ближе к ней. Но в последний момент, он смог овладеть собой и, закрыв глаза, прижался лбом к ее лбу. — Твоя температура спадает, — прошептал он — Скоро уже рассвет, и нам надо ехать дальше. И, встав с песка, пошел прочь, к машине, оставив ее одну лежать на песке. Деви, приподнявшись на локтях, грустно посмотрела на удаляющегося Плагга. Взяв с земли горстку песка, она зло кинула её в костёр.